Квантовые запутанности

После внезапного каминг-аута Питера и Уэйда перед Мстителями, минуло около месяца. Эти голубки с каждым днем все дружнее и дружнее, а седых волос на голове Тони Старка все больше и больше.  По началу, к парочке относились с явным недоверием. Наташа каждый раз при их виде опускала какие то неприличные русские ругательства (Которые, увы, Кэп понять не мог), Брюс как то подозрительно косился на Питера, Стив же старался ретироваться из комнаты каждый раз, когда они оставались там втроем. Тор так вообще откровенно говоря ахуел, узнав свежие новости, так что даже Уэйду стало стыдно (ага, мечтайте).  Но со временем все вроде как привыкли. Понимаете, в этом есть и плюсы, а в их коллективе правило «влюбился волк, страдает вся стая» работает с точностью да наоборот. Например, процент успешно выполненных заданий неплохо так увеличился, Дэдпул отказывался работать, если рядом не было Паучка, а последний заметно терял мотивацию. А еще когда Уилсон приходил в башню, обходя все системы охраны, что бы принести своему ненаглядному чего нибудь съедобного, перепадало каждому Мстителю, находящемуся в башне. Так что за этот месяц все пристрастились к мексиканской кухне (как Уэйд угадывал нужное количество буррито - никто не знает и знать не хочет).  Теперь можно заметить, как все вполне неплохо контактируют с дуэтом в красном, даже не обращая внимания на то, что они держатся за руки.  И этой тенденцией Тони был недоволен. Нет, он совсем не желал им плохого, просто уровень норадреналина в крови при виде милующихся Питера и Уэйда зашкаливал. А они блядь занимались этим постоянно. Кто бы мог подумать, что двухметровому наемнику так нравится обниматься? Боже, а эти дурацкие прозвища? А их не менее дурацкий флирт, от которого Паркер каждый раз краснеет как рак? А ебанные блинчики на кухне, когда Уэйд ночует  в башне? Старка все это жутко бесило, какие бы практики по успокоению он не использовал. А он честно пытался смириться с этим. Тони даже коврик для йоги приобрел, поймите всю серьезность его настроя.  И Питеру это все, честно говоря, надоело.  *** — На повестке дня важный вопрос, который требует нашего внимания.  Уэйд моргает пару раз, мотает головой и возвращается к своей игре в солдатики мармеладными мишками.  — Уилсон блядь, когда я говорю нашего внимания, я имею ввиду и твоего внимания тоже. — Ладно, че у тебя там?  Питер строит самодовольную мордашку, откашливается и поправляет целую стопку бумаг. Он поворачивает свой ноутбук, на который выведена презентация. Титульный лист гласит: «Идиллия в семье»  — Как ты уже понял по названию презентации, речь пойдет о нашей семье. Я пропущу слайд с определением семьи, думаю ты знаешь что это.    — Догадываюсь. Мстители?  — Ага! Смотри, я составил таблицу счастья. Измерения тут конечно примерны, но не суть. Видишь? Уэйд вглядывается в таблицу, состряпанную на коленке в Повер Поинте. Перед всеми именами стоят желтые смайлики, а только перед ебучим Тони Старком грустная рожица. Паркер очередной раз кашляет и, поглядывая в бумажки, продолжает:  — Так вот, мы уже поняли, что Мстители для меня как вторая семья и мнение каждого из них для меня очень важно. Но, как видно по таблице, один из них весьма недоволен нашими отношениями..  — И че нам теперь сделать? Поебаться?  Уэйд сгребает всех мишек в кучу и начинает выстраивать из них какие то непонятные фигурки.  — Нет, хотя звучит заманчиво.. Кхм, так вот о чем я, все смайлики должны быть счастливыми!  — Сладусь, мы говорим про Тони Старка. Он же типо дохера важный и чисто из принципов не будет менять свое мнение на мой счет. Как ты собрался сделать и его счастливым?  — А вот это хороший вопрос! Я разработал целую стратегию. Во Паркер перелистывает на следующий слайд, на котором была очередная таблица, и вручает Уэйду какие то бумажки. — Я написал план действий и тактики по доказательству Тони, почему ты хороший парень.  Уэйд недоверчиво смотрит на список дел: — Приготовить ему блинчики, ага, перестать пользоваться оружием в башне, ну ладно это выполнимо, перестать обходить систему охраны?!? Как мне тогда пролезать к тебе, Питти?  — Ключевое слово: пролезать. Я же выпросил тебе карточку с доступом, ты ее посеял где то?  Уэйд оскорблено вздыхает и театрально вытаскивает карточку из кармана на поясе.  — Она всегда со мной, дорогой!! Но это же совсем не романтично!! Круче же залезть через окно! Даже желтый со мной согласен!  — Я уверен, что белый от этого не в восторге. — Паркер закатывает глаза, прям как Старк, — Так вот, нам надо переубедить Тони на твой счет. Всеми возможными способами.  Уэйд все еще недоверчиво пялится на листик, но потом бережно его складывает и засовывает в карман.  — Все для тебя, моя чечевичка. Буду стараться, как никогда!  Даже честь отдает. На что получает звонкий поцелуй в щеку, потом вторую.  — Я знал, что ты меня поймешь! А теперь надевай маску, пора на патруль!  *** План “Сделать Тони Старка хоть немного менее раздраженным” провалился уже на первом этапе. Причем так, что Питер почти физически услышал, как где-то в его идеально продуманной презентации график “вероятность успеха” трещит по швам.  И, что самое обидное, почти не по вине Уэйда. Хотя это, конечно, временно. — Ты… — Тони медленно переводит взгляд с кухни на тарелку, затем обратно на кухню, словно надеясь, что при повторном осмотре реальность станет менее абсурдной, — …что это. Уэйд, в фартуке с дурацкой надписью и рисунком, стоит посреди кухни так, будто только что выиграл кулинарное шоу. Руки в боки, грудь выпучена, маска чуть задрана, чтобы было удобнее пробовать еду. Полный комплект “я сделал шедевр, аплодируйте”. — Блинчики, Тони, — торжественно объявляет он. — С любовью, теплом и минимальным количеством взрывчатки. — Минимальным? — Тони даже не поднимает голос, но уровень скепсиса в нем можно резать ножом. Питер, стоящий рядом и уже морально готовый провалиться сквозь землю, желательно сразу в Марианскую впадину, нервно улыбается: — Это фигура речи! Он… он ничего не взрывал. Я следил. — Эу обидно, — добавляет Уэйд, поворачиваясь к Питеру, — между прочим, я старался. Даже посмотрел кулинарное видео. Дважды. — Один раз в обратной перемотке, — тихо уточняет Питер. — Это художественный прием! — возмущается Уэйд. — Я изучал процесс со всех ракурсов. Тони берет вилку так, будто это не столовый прибор, а инструмент для разминирования. Он наклоняется ближе, осматривает блинчик. Поворачивает тарелку, еще раз осматривает. — Если я умру, — сухо говорит он, — я завещаю все свои технологии тому, кто первым избавится от тебя. — О, наконец-то мотивация! — оживляется Уэйд. — Ребята, слышали? Начинаем соревнование! — Нет, не начинаем, — устало отвечает Питер и хлопает ладонью по лицу. Где-то за спиной уже слышится тихое хихиканье — кто-то явно наблюдает за этим шоу. Этап второй: “Перестать нарушать правила башни”. Сам по себе он звучал как что-то нереалистичное, но Питер искренне верил. И на самом деле не зря. — Ты прошел через дверь.. Наташа приподнимает бровь, наблюдая, как Уэйд спокойно, без чудес акробатики, взрывов и драматичных приземлений, заходит в общую гостиную. Никто не умер. Ничего не загорелось. Система безопасности не заорала. И это настораживает… — Да, — гордо отвечает он, — использовал карту доступа. Как законопослушный гражданин. Почти расплакался от скуки, но я выдержал. — И не взломал систему? — Нет. — И не пролез через вентиляцию? — Нет. — И не спрыгнул с крыши, разбив три стекла и один дрон? — ….нет. Пауза. Наташа подозрительно щурится. — Ты болен? — Я в отношениях, — поправляет Уэйд с таким видом, будто это объясняет вообще все происходящее. С дивана доносится приглушенный смех Сэма, который уже уткнулся лицом в подушку. Брюс кашляет, но слишком ритмично, чтобы это было настоящим кашлем. Даже Стив, который обычно выбирает стратегическое отступление при первых признаках “странного”, задерживается на месте на пару лишних секунд. Прогресс. Где-то в углу Тони медленно пьет кофе, не сводя взгляда с Уэйда. Как ученый, наблюдающий за экспериментом, который в любой момент может выйти из-под контроля. Этап третий, “Проявлять адекватность”, провалился катастрофически. Причем настолько быстро, что Питер даже не успел морально подготовиться. Он понятия не имеет, что конкретно произошло, но Уилсон почему то начал гнать на микроволновку, которая просто пыталась выполнять свою работу.  — Я никого не убил! — возмущается Уэйд, активно жестикулируя. — Ты угрожал микроволновке, — сухо замечает Тони, кажется у него даже дергается глаз. — Она первая начала. — Она… разогревала еду. — Слишком агрессивно. Питер медленно закрывает лицо руками. — Уэйд… — Ладно, ладно! — тот поднимает руки в жесте капитуляции. — Я исправлюсь.  Ради тебя. И ради грустного смайлика. Тони хмурится и резко поднимает взгляд. — Какого еще… смайлика? Питер мгновенно выпрямляется, как будто его ударило током. — Никакого! — Паркер. — Понятия не имею, о чем ты! — Переигрываешь, — Тони скрещивает руки на груди. — …я сделал таблицу счастья. В комнате становится подозрительно тихо. Даже Сэм перестает смеяться. — Ты сделал что? — медленно, очень медленно переспрашивает Тони. — Это научный подход! — Питер начинает говорить быстрее, чем думает, размахивая руками, как будто может физически отбиться от надвигающегося стыда. — Ну, не совсем научный, но там есть графики! И цветовая кодировка! И я учитывал поведенческие паттерны и- — Ты там с грустной рожицей, — вставляет свои пять копеек Уэйд, как будто делится секретной информацией. Пауза. Сэм больше не выдерживает и начинает откровенно ржать. Наташа отворачивается, но плечи у нее предательски дергаются. Брюс тихо хихикает, стараясь не привлекать внимание. Даже Стив, кажется, подавляет улыбку. Тони закрывает глаза и очень глубоко вздыхает.  Настолько, что Питер на секунду думает, не стоит ли вызвать помощь. — Значит так, — произносит он, медленно открывая глаза, — вы двое… устраиваете мне презентации, готовите сомнительную еду, ведете себя… — он делает неопределенный жест в сторону Уэйда, — вот так… ради того, чтобы я был счастлив? — Да! — радостно кивает Питер, искренне не понимая, где тут проблема. — Именно! — поддерживает Уэйд. — Видишь, мы честные. Никаких скрытых мотивов. Тони молчит. Секунда. Две. Три. Где-то на фоне кто-то тихо шепчет “надо было брать попкорн”. Пять. — …блинчики еще есть? — в конце концов выдыхает он. Питер замирает. — Что? — Я сказал, — Тони устало проводит рукой по лицу, словно окончательно сдаваясь, — блинчики. Еще. Есть? Уэйд расплывается в улыбке под маской, буквально светясь от гордости. — Для тебя всегда, Железный папочка. — Не называй меня так. — Принято. Записал. Игнорирую. Питер смотрит на это, потом на воображаемую таблицу у себя в голове, где аккуратно расставлены цветные значки, стрелочки и подписи… и мысленно меняет смайлик рядом с именем Тони Старка с грустного на нейтральный. Не счастливый, но уже и не страдающий. Маленькая победа. Очень маленькая. Но, как показывает практика, в этой башне даже это - уже достижение.