Что же мне делать?

***

Утро декабря встретило холодным воздухом. Кристина вяло поднялась с кровати, осматривая комнату, словно она была в поисках чего-то важного. Взгляд метался по комнате, судорожно выискивая нужный элемент. Вскоре она действительно наткнулась на маленький календарь. В потрёпанной странице была сделана очередная пометка. Новый месяц, новое время года. Очередная деталь пролетевшего времени, времени без цирка и без него.

***

      Дорога в офис была сумбурной. Кристина оделась слишком легко, слишком не по погоде. Как на зло, именно в такие дни и происходит сильный мороз. А может, морозно было внутри? Ноги в тонких брюках леденеют, лишь больше осложняя путь. Они просто отказываются делать шаги. Руки и вовсе словно исчезают в нелепой пропасти, отдаваясь неприятным покалыванием на подушечках пальцев.       Двери офиса. Она жадно хватает железную ручку, кратко подмечая, что руки совсем онемели от холода и метал совершенно не ощущаптся. Дверь не открывается, даже ни на миллиметр. А она точно попыталась её открыть? Или просто жадно ухватилась за ручку, находя в этом некую каплю опоры для непослушных ног?       Офис встретил громкий гулом смеха коллег и шумными разговорами. Она села на своё рабочее место, случайно вслушиваясь в отрывки слов. Кажется, они говорят что-то о сломанной машине? А слева говорят что-то о новых скидках в магазине. Понятно, обычная повседневная рутина, яркая и бытовая. Нет ни на намёка на то, что хотя бы на каплю соответствовало её состоянию.       Снова компьютер, снова мышь. Снова в мыслях гладь и тишь. Вновь попытка утонуть в монотонном звуке блока питания. Хотелось бы так. Но внутри бушевали волны, буря эмоций и мыслей. Они отдавались в голову немой болью воспоминаний. Запах отчаяния и растерянности - вот что присуще этому состоянию.

«Мы не найдём друг друга».

Мысль оборвалась тяжким и прерывистым дыханием над самым ухом. - Кого это мы там собрались искать, листик?

В его голосе вновь эта раздражающая усмешка.

      Она вздрогнула. Неужели она сказала в слух? Мгновенная паника заставила сделать шумный выдох. Слова прозвучали слишком резко, что совершенно было не свойственно ей. - Невежливо подслушивать. - Да ну? - его улыбка, казалось, стала ещё шире. Или ей так хотелось? - А сидеть десять минут без дела во время рабочего дня разве вежливо?       Она упустила момент, когда он оказался ещё ближе. Это вообще произошло сразу или спустя время? Его дыхание обжигало мочку уха, вызывая волну неприятных мурашек. Он усмехнулся её реакции и тихо прошептал. - Неужели ты решила тонуть в сугробе, по...

Он запнулся.

Внутри него буря эмоций и страха.

Неужели.. Её мысли тут же дополнили речь давно забытым "...Помпом". Голос Джекса отозвался болезненным спазмом в сердце. Грудь еле вздымалась, словно дыхание замерло во времени. Она ждала. Боялась, но ждала этих слов.

Его тело отреагировало быстрее, чем разум.

Он отпрянул и выпрямился, будто обжёгся от собственных слов. А затем нервно и раздражённо хмыкает, отступая ещё на шаг.

- Подумай уже наконец о моих словах.       Вот она. Фраза сказанная небрежно. Сказанная так, словно если хоть одно слово замедлится на секунду, что-то выйдет из под контроля. Но она была совсем не той. Совершенно.       Поворачиваясь к своему кабинету, Феликс холодно бросил о том, что вечером нужно зайди к нему в кабинет, дабы проверить сделанный ей отчёт. -А... Ага, - её голос предательски дрожал.

Чёрт, это же не заметно?

Ответом на её мысли стал лишь звук закрывающейся двери кабинета напротив. Значит, не так уж и заметно.

***

      Оставшееся время превратилось в жалкие попытки взять себя в руки. Редактор то пополнялся новой страницей, то убывал на две. Да, Кристина тщетно пыталась написать статью. Слова выстраивались на экране ровными рядами. Каждый клик мыши, каждый стук клавиш отдавался приглушённым стуком. Она совершенно не вчитывалась в смысл предложений, её пальцы просто воспроизводили заученные фразы, в то время как ум был занят совершенно другим. Сознание было где-то далеко, где-то в закоулках памяти, где ярко всплывало болезненное имя. И этим именем был Джекс.

***

      Офисные часы торопливо пробили пять, совершенно не подозревая, что девушка уже давно стояла возле двери помощника. Она замерла около двери, когда в кабинете послышались тихие шорохи. Он что, идёт за ней? Кристина прерывисто вздохнула, закусив губу с тыльной стороны, и вошла в просторный кабинет.       Она стояла возле него. Не поднимая взгляд, бесшумно протягивая распечатанные листы бумаги. Его взгляд обыденно устремился к тексту. Мгновенно его брови приподнялись от изумления. Он хмуро перевёл взгляд с листа на неё, с неё - обратно на лист. А затем пго серьёзность в глазах сменилась на недоумение и непонимание. - Кристина, - голос прозвучал тяжело. Совсем без привычной ноты усмешки и шутки. - Что это за... Глупые ошибки? Мы же это разбирали на днях, разве не так?       Её ответное молчание затягивалось. И от этого неприятно гудело в ушах. Она смотрела в точку на полу, чувствуя, как его пристальный взгляд изучает отнюдь не документ, а её саму. Он просто сидел, облокотившись на стол, подперев голову рукой, и смотрел на неё. Она и не поймёт, почему вдруг слишком осмелилась и смогла посмотреть в ответ.       Феликс резко отвёл взгляд, словно пойманный на чём-то запретном, и нервно провёл рукой по волосам, тем самым взъерошивая их. Он явно выглядел сбитым с толку и немного растерянным. - Ладно, - проговорил он, глядя в тёмное окно. - Это явно не твой день, или вообще не мой.       Он повернулся, возвращаясь в свой обычный тембр голоса. - Завтра разберём снова эти моменты.

Наверное, он чего-то ждал.

      Но тишина кабинета вновь затянулась. Он резко встал с неким грохотом среди тиши и, задвинув стул, накинул свою тёмную куртку. - Мы вновь задержались до поздна, - И, после едва уловимого отвода глаз, он спросил так, словно вариант ответа был лишь один. Вернее, он будто знал, что может так спрашивать. - Ну, идёшь? В этом считывались как надежда, так и огорчение. Всё вместе? Или нечто другое?

***

      В этот раз всё было не так. Молчание по пути домой оказалось мучительным. Каждый шаг отдавался в ушах грохотом и вихрем собственных мыслей. Она шла за ним следом, игнорируя рваные вздохи от холода, сопровождающиеся лёгким морозным паром. Температура падала на глазах. Холод пробирался сквозь тонкую ткань, цепляя тело неконтролируемой дрожью. Постепенно её шаги замедлялись, ноги отказывались слушаться, превращаясь в ледяные статуи. Она и не заметила, когда он сбавил скорость шагов. Лишь у входа в парк ей удалось понять, что он идёт не впереди, а совсем рядом. Его шаги идеально совпадали с её, словно он специально двигался в такт.       Он резко остановился. Прямо перед тем самым фонарём с их первой встречи.

Нарочно ли именно здесь?

      Прежде чем она успела что-либо понять, вокруг плеч поверх бесполезного пальто опустилась куртка, пропитанная теплом его тела. Он остался стоять рядом, молча поправляя куртку так, словно без этих действий вещь не сидела бы ровно. Её дрожь стала потихоньку стихать, сменяясь стуком сердца по всему телу.

И по какой причине она... Смущается?

      Остаток пути они преодолели в том же странном молчании. Лишь у подъезда Кристина аккуратно сняла с себя куртку, не смело протягивая вещь обратно к владельцу. Он схватил резко, совершенно не задумываясь над дейстием. Их пальцы на миг соприкоснулись, отдаваясь новым импульсом звона и гудения в голове.       Он тут же отпрянул и сквозь стиснутые зубы буркнул. - И не думай, что после этого мы стали ближе. А затем на его лице вновь появилась привычная ухмылка. Серьёзно? Она застыла, широко распахнув глаза, в которых смешалось недоумение и что-то ещё, что было неизвестным даже для неё. Возможно, чувство безликой паники?

Джекс. Джекс. Джекс.

Её губы неподконтрольно сомкнулись в болезненной усмешке. - А мы разве были чем-то близким? - спросила она хрипло. Феликс осёкся, сделав неконтролируемый шаг назад. Не дожидаясь его ответа, она развернулась и зашагал прочь, скрываясь в темноте подъезда.       Дверь квартиры захлопнулась тихим щелчком. И только тогда, окунувшусь в полнуюмтишину дома, ноги подкосились. Она медленно сползла по стене на холодный пол, обхватив руками колени. Слёзы хлынули лихорадочным ручьём, заставляя закашливаться собственными эмоциями.       И сквозь пелену слёз вновь всплыл силуэт Джекса, который она всегда хотела забыть.

«Мы и не были друзьями».