Well...

– Ложись давай. – А ты заставь. Ухмылка играет на губах Дазая, который сверху вниз смотрит на Чую, которого, к слову, совсем не смущала разница в росте. Поэтому он вплотную подходит к Осаму и несильно толкает в грудь, из-за чего тот спотыкается о край дивана и падает на него. Чуя не даёт ему и шанса опомниться и усаживается на бёдрах мужчины, паралельно привязывая его руки к изголовью кровати. – А это обязательно? – скептически спрашивает Дазай, слегка нахмурившись и тщетно пытаясь вытащить свои руки из удивительно крепкой хватки. Все произошло слишком быстро и неожиданно, он и не думал, что на его провокацию так быстро откликнутся. – Язык за зубами уметь держать надо, – невозмутимо отвечает Накахара, но его губы трогает лёгкая ухмылка. – Это будет тебе уроком: мои приказы должны выполняться беспрекословно. – Пф, что-то ты слишком много на себя берёшь. Губа не треснет? Чуя скривил губы и с недовольством взглянул на мужчину. А тот явно нарочно продолжал провоцировать, зная, что хорошим это не закончится. – Будешь дальше языком трепаться – рот тебе заклею скотчем, – угрожающе предупредил он, начиная расстегивать пуговицы на рубашке Дазая. – И ты прекрасно понимаешь, что я действительно могу это сделать. Так что советую впредь следить за своим языком, ведь не связаны руки сейчас только у меня. Осаму действительно замолк. Он хотел съязвить, но не мог, как только почувствовал, как его рубашку начали стягивать. Чуя наклонился и коснулся языком шеи, оставляя влажную дорожку за собой. Тело под ним дрогнуло, покрываясь мурашками, на что он довольно ухмыльнулся и прикусил кожу у ключицы, оставляя там яркий след от зубов. Осаму прошипел, зажмурив глаза. – Ты ужасен. – Тшш. Этой ночью я разрешаю тебе открывать рот только для того, чтобы стонать моё имя, не более, – прошептал Накахара возле самого уха. Кончики длинных прядей его рыжих волос щекотали шею Дазая. Чуя продолжил дразнить мужчину, оставляя следы от укусов и засосов на его шее. Дазай тяжело дышал: изредка были слышны вздохи, которые он пытался сдержать. Но Накахара в итоге все же решил опуститься ниже, коснувшись пальцами одного соска. Послышался рваный вздох, после чего уже язык коснулся второго соска, обводя его круговыми движениями. Осаму тихо простонал, опрокинув голову назад. Чуе это понравилось, поэтому он продолжил издеваться над сосками мужчины, на этот раз слегка прикусив. Решил оставить свои следы и там. Дазаю сильно хотелось возмутиться, но он не мог выдавить и слова. Все-таки ему это всë очень нравилось, как бы этого признавать не хотелось. – Вот бы ты всегда так молчал, – говорит Накахара с довольной ухмылкой на лице. – Цены бы тебе не было! Он на время слезает с Дазая, чтобы избавиться от лишней, на данный момент, одежды на себе. Раздевшись догола, Чуя снова седлает бёдра мужчины, нарочно немного поерзав на нём. Он хорошо ощущал возбуждение Осаму даже сквозь ткань, поэтому решил не сильно мучить его и снял брюки с мужчины, вслед за ним и нижнее бельё. Они отлетели куда-то на пол, но Чую это явно сейчас не волновало. Он достал смазку из тумбочки и, открыв, нанёс на свои пальцы. – Дам тебе полюбоваться, – ехидно сказал Накахара, просовывая один палец внутрь себя и кладя одну руку на грудь Дазая, чтобы удержаться. Его губы искривились, но он не стал останавливаться, проталкивая его глубже и начиная двигать им. Дыхание стало тяжёлым, но он продолжал пытаться выглядеть невозмутимым, добавляя второй палец. Правда, после третьего пальца стало тяжело держать лицо, его брови дернулись вверх, а сам он тихо простонал, ускоряя темп и растягивая себя изнутри. Дазай лишь молча наблюдал за ним, чувствуя, как у него уже все тело горит от нахлынувшего возбуждения. Чуя, убедившись, что растянул себя достаточно, высунул свои пальцы, вытирая их о простыню. Он приподнял свои бёдра и, продолжая упираться одной рукой на грудь, медленно, словно дразня, опустился на член Осаму до упора. Тот закатил глаза и ругнулся себе под нос. – Как вам не стыдно сквернословить, Дазай Осаму, – хриплым голосом отчитал его Накахара с улыбкой. – Позорите вы свое Детективное Агентство. Дазай раздражённо фыркнул, намереваясь едко ответить, но он лишь подавился своими словами, стоило Чуе качнуть бёдрами. – Умничка, – издевательски похвалил того Чуя, начиная двигаться вверх-вниз умеренным темпом. Комната начала казаться более душной, а кислорода казалось все меньше. Темп постепенно ускорялся, Накахара царапал грудь Дазая, крепко впиваясь в неё ногтями. Тот был совсем недоволен тем, что его руки были связаны, из-за чего он не мог сжать бёдра мужчины, царапая их в ответ. Но удовольствие от процесса и доминантности партнёра так затуманивало разум, что он едва мог соображать. Долгое время они оба, кусая свои губы, сдерживали стоны, таким образом невольно бросая вызов друг другу, проверяя, кто первый проиграет. Но в один момент член Дазая в очередной раз прошёлся по чувствительной точке Чуи, на что тот, не сдержавшись, громко простонал, впившись в кожу партнёра до крови. Стон Осаму прозвучал в унисон. Теперь же никто не сдерживался, и к остальным пошлым звукам присоединились и стоны мужчин. Почувствовав, что Дазай близок к разрядке, Чуя нарочно замедлился до пытливо медленного темпа. На губах играла ухмылка. – Хочешь кончить – моли, – сказал он хриплым голосом, тяжело дыша. Он сам был невероятно близок к кульминации, но готов потерпеть ради такого. Осаму вымученно стонет, безуспешно пытаясь качнуть своими бёдрами вверх. – Чуя, блять... Дай мне кончить, прошу тебя, – молит он, хныкая. Да, это казалось довольно унизительным, но сейчас это особо не волновало. Накахара с довольной улыбкой вновь начинает двигаться быстрее, чувствуя, что скоро сам не выдержит. Спустя ещё несколько движений бёдрами Чуя наклоняется, слегка душит Дазая, впиваясь в губы напротив, и стонет в них, достигая кульминации. Их обоих накрывает волна оргазма. – Ты должен быть благодарен мне за то, что я позволил тебе кончить в себя, – с неким отвращением говорит Чуя, собирая свою одежду с пола и забирая из шкафа новую. – Насчёт тебя не знаю, но я – в душ. – Давай я с тобой? Пойдём по второму кругу, – предлагает Дазай с ухмылкой, потирая свои затекшие запястья. Насчёт этого он ещё обязательно пожалуется, но не сейчас, ведь он действительно должен быть благодарен за то, что Чуя его не убил. На это предложение Накахара лишь выразительно показывает средний палец и уходит в ванную. Следом слышится щелчок запирания двери. В ответ Осаму смеётся.