Человек Рядом со Мной

Прошло около двух недель – две недели и три дня, если быть точным – как мы с Акари в отношениях. Хоть мы и много говорили ещё до, но время на то, чтобы узнать друг друга требовалось всё же больше. Узнавать уже в новом качестве. Этим и занимались. Раньше я больше рассказывал о себе – пусть и делал это ради того, чтобы убедить его, что мы не пара… теперь пришёл его черёд поведать о своей жизни. И как же я рад, что тогда мне не удалось его отговорить! Потому, что эти отношения – лучшее что было и есть в моей жизни. Не то, чтобы воспоминания исходника поблёкли на фоне, но… в какой-то мере так и происходило. С каждым днём я учился, начинал жить. Теперь действительно старался понимать, ловить момент, дышать полной грудью, пусть это человеческое выражение и не вполне применимо ко мне. Особенно ярко полнота жизни ощущалась, понятное дело, в присутствии этого человека. Теперь, думая о парнях и отношениях в целом, я вспоминаю наши с Акари моменты, а не того парня. Как-то машинально это отметилось краем сознания. Не зря значит, усиленно воспринимаю настоящее! Не вполне моё прошлое теряет краски и былую остроту… Вряд ли меня когда-то отпустит совсем, но думать о временах до переселения сюда раз в неделю или и того реже – намного лучше, чем каждый день. Теперь мне есть ради кого жить. И меняться. И становиться лучше. Акари замечательный. С ним хорошо и спокойно, он весь будто светится изнутри и на этот свет откликается что-то во мне. В несуществующем сердце, а то и в самой душе. Есть ли душа у такого создания как я? Акари уверен, что есть. И я склонен с ним согласиться. Если есть свобода воли, мысли и даже чувства, то и душа наверняка тоже имеется. Я даже новое могу создавать, а не только что-то на основе уже имеющегося в «базе данных». Согласно некоторым мнениям, «искрой творца» могут быть наделены только живые и свободно мыслящие личности. В общем, Акари удалось окончательно убедить меня в том, что я не только полноценная личность и человек, но и нечто большее. Я не слишком-то противился. Логика в его заявлениях была, а уж как приятно смотреть на его лицо, когда я с ним соглашаюсь в такого рода вещах!.. Сегодня мы наконец решились заночевать вместе. Ничего такого, просто спали рядом. Проснулись в обнимку, пусть и через одеяло. Привыкаем друг к другу. Взгляды, прикосновения… теперь вот совместный сон и завтрак. Не так давно он наконец перестал смущаться. Очевидно, я ему и правда сильно нравлюсь, раз такой отклик. А ещё не раз видел в его глазах долю неверия – как будто боится что всё это может оказаться сном… нет, друг мой, больше-чем-друг, всё по-настоящему… Перекусили и отправились в огород, там после вчерашнего дождика – который, начавшись вечером, и поставил точку в решении Акари остаться на ночь у меня – требовалось прорвать сорняки… – Иди в дом. – прошу и слышу, насколько много жёсткости и приказных ноток сейчас в моём голосе. А ещё напряжения. К сожалению, он тоже это слышит, настораживается и недоумевает в чём причина. – Что случилось? – оглядывается по сторонам и в итоге смотрит туда же, куда и я. Мой взгляд направлен в сторону леса, вернее, тропинки, идущей о города. Акари здесь, никто не должен был приходить, но слух тоньше человеческого улавливает шаги. Когда гость приближается на достаточное расстояние, я узнаю их, эти шаги. – У нас гости. – отвечаю. Стараюсь спокойно, но получается напряжённо напряженно и настороженно. Отвечаю, ведь Акари выглядит непреклонно и точно не согласится оставить меня одного с… – Ну здравствуй. – заговаривает этот парень, ступив на полянку и найдя меня взглядом. Может, ещё что хотел сказать, но дальнейшие слова застряют у него в горле, когда он видит, что я здесь не один. – И тебе не болеть. – отзываюсь и делаю пару шагов вперёд. И только после соображаю, что это не вежливость. Это я так прикрываю Акари. Говорят, у людей нет инстинктов. У меня их тем более быть не должно. Но тогда откуда вот это, такие порывы?.. Мы с этим парнем замолкаем и принимаемся рассматривать друг друга. Похоже, нам обоим любопытно оценить изменения, произошедшие с другим за то время, что мы не виделись. – Это… тот, о ком я думаю? – спрашивает Акари, разбивая повисшую тишину. Чужой ни за что не поймёт, что это не обычный его голос, но я отчётливо слышу потаённое напряжение. Он не забыл и не простил этих людей, их обоих, и исходника и этого парня за то, как они обошлись со мной. Пусть сам я уже отпустил это, он… явно не оставил мысли поквитаться. Хоть как-то. – Верно, этот он, тот, с кем ты меня спутал в самом начале. – отвечаю, не отводя взгляда от этого парня. Надеясь этим напоминанием хоть немного остудить его горячую голову. Не то чтобы сильно вспыльчивый, но некоторые вещи считал непростительными, наотрез отказываясь слышать встречные доводы. – Позволь представиться, Кудо Шиничи. – взял слово этот парень, выглядывая из-за меня. У него тоже есть маски, не только у исходника. И сейчас профессионализм взял верх над личным, заставив уделить внимание «лишнему здесь» человеку. Наверняка думал спровадить. – И я… – О, я отлично знаю кто ты! – уже с подлинной злостью рыкнул Акари, заставив этого парня опешить. Явно не понимает с чего такое отношение. Привык ко всеобщей любви и обожанию, на грани с преклонением. – Ты!.. Ты вообще понимаешь, насколько это больно, когда в тебе видят не тебя, а замену?! Того, кем ты никогда не сможешь быть! Кого-то, кто не ты. И ты понимаешь, что мучаешь человека, ведь он не получает того, чего хочет, человека, к которому у тебя чувства! Пусть пока ещё не слишком сильные, но они уже есть, выросли из зачатков, которые были. И понимаешь, что лучшее, что можно сделать для этого важного для тебя человека – это уйти из его жизни, и чтобы он шёл к тому, о ком думает, глядя на тебя! Ты хоть представляешь как это больно, своими руками окончательно порвать с тем, кто нравится, толкнуть его в объятия другого, чтобы хоть он был счастлив, потому как ты уже точно не будешь – при любом раскладе! Вы все такие сволочи!.. – всё это он выпалил одним махом, будто даже на одном дыхании. Кажется, под конец в его глазах мелькнули слёзы, впрочем тут же исчезнувшие под взмахом ресниц. С каждым предложением этот парень мрачнел всё больше, а я почти сразу перестал на него смотреть, вернувшись к Акари. – А ты много об этом думал, да, Акари? – вопрос получился очень мягким, как и прикосновение к плечу. Чтобы перестал волком смотреть на этого парня. Каким-то образом мне от всего этого стало легче. Даже не замечал, что ещё несу в себе остаток обиды на них  двоих, но теперь… пламенная речь моего больше-чем-друга подействовала как очищающее пламя. Именно в этот миг я смог окончательно отпустить то, что было ради того, что есть и будет… Человек кивнул и зло теранув глаза кулаком, снова воззрился на пришедшего не скрывая враждебности, но уже без прежней ненависти. – Я всегда думаю обо всём что ты мне рассказываешь. – буркнул в ответ, уже чуть менее зло. Сложно наседать на человека, который и так чувствует вину. По этому парню было видно. И не только мне. – Я знаю, что я… мы, мы все, причинили ему много боли, но это всё, что мы могли для него сделать. – не глядя в глаза, твёрдо заявил гость. Понял уже, что тот, кого он посчитал лишним и случайным посетителем, знает достаточно много. Значит, догадался и о том, что этот человек очень мне важен, другому рассказывать такие вещи я бы не стал. Сложное положение получилось и теперь из него нужно как-то выходить. Очевидно, заниматься этим мне, ибо больше некому: – Ты же не просто так пришёл, Шиничи? Есть какое-то дело ко мне? – спрашиваю просто для начала разговора. И без его слов понятно, что дело есть, его бы тут не было. Этот парень уж точно не горит желанием видеть меня, того, с кем имел недо-отношения. Зато теперь его можно этим дразнить, называя просто по имени, что могут с полным правом делать очень немногие. Вот и сейчас лёгкий румянец доказывает, что он тоже подумал обо всём, что было между нами. И наверняка о том моменте, который даёт мне полное право звать его так. Вот интересно, это румянец стыда или смущения? Но вот он встряхнулся и глянул твёрдо: – Да. Я прошу о помощи. Мы просим. – говорит уверенно, но косится на Акари, не собираясь раскрывать подробностей при нём, по-прежнему считая посторонним. – Как вы? У вас всё хорошо? – спрашиваю почти против воли. Не могу не спросить. Пожалуй, никогда этот вопрос не перестанет меня волновать. Невозможно стать безразличным к тому, что когда-то было самым ярким пятном в чужой серой жизни. Уверен, и через десяток лет чему-то внутри меня будет всё так же важно это знать. – Да, мы… у нас всё хорошо. – с запинкой отозвался этот парень, сходу поняв о чём его спросили. Чуть покраснев, известный на всю страну, а может и за её пределами, детектив-старшеклассник отвёл взгляд в сторону и стал выглядеть почти мило. Вон, Акари удивился, да и я сам, если честно, тоже. Чтобы этот парень – и вот так… Ну, значит точно всё хорошо. Аж настолько, что до покраснения щёк. Вот и замечательно. – Я рад. – не могу этого не сказать. – Так что? В чём причина того, что ты прибыл сюда? Не просто так же, из желания меня повидать. Что делать, какая помощь нужна? – Сайто! – возмутился такому простому, с его точки зрения согласию, Акари. Судя по лицу, хотел бы помучить неизвестностью эту известную личность лично явившуюся в такую глушь за помощью. Наверняка ведь понимал, что я не откажу, но потомить неизвестностью… – Ты что, вот так просто согласишься?! Ты ничего ему, им, не должен! Это они тебе должны, они!.. – начал выходить из себя. – Спасибо, что злишься за меня, Акари. Но я именно что должен ему, им, помочь. Обязан. Без исходника не было бы и меня, хотя бы из элементарной благодарности за появление на свет. К тому же, когда решался вопрос жить ли мне или медленно угаснуть, именно они, эти двое, от кого зависело данное решение, решили так, а не иначе. Если бы не они, мы с тобой никогда бы не встретились. Возможно, ты погиб тогда бы тогда в лесу. А может встретил бы кого-то и это была бы совсем другая история. – пришёл мой черед выдавать длинную речь. Зато Акари задумался и смотрел уже без прежней враждебности. Нет, изрядная часть ещё оставалась, но уже куда меньше, чем пару минут назад. – «Сайто»? – удивился этот парень. – Верно. Так меня теперь зовут. – сам себе удивляюсь. Я говорю с вызовом? С этим парнем? Невероятно. Более того, это ощущается как что-то совершенно правильное. – Я сменил имя. Называться именем исходника больше не хотелось. Не хочу, чтобы меня с ним путали. – такой себе тонкий намёк на толстые обстоятельства. Как я и помню, он достаточно умён, чтобы понять, и совестлив, чтобы отвести взгляд. Наверняка не хотел бы здесь быть, напоминая и себе о произошедшем тогда. Но, раз пришёл, что-то случилось? Явно же что-то нужно от меня, иначе его бы здесь не было. Но он как будто не хочет говорить, тянет время… поглядывает на Акари. Зря, мой больше-чем-друг не уйдёт. Он остаётся в любом случае, о чём бы ни шла речь. С некоторых пор он часть «нас», часть меня. – Ладно, твой выбор. – быстро пошёл на попятную этот парень, заслышав лязгнувшую в голосе сталь. Вспомнил, что он здесь лишь проситель. Время, когда для него было бы сделано что угодно за одну только улыбку, адресованную не оригиналу, улыбку без сомнений и постоянного держания в голове, что перед ним не человек и тем более не тот, кого он хотел бы видеть… это время ушло безвозвратно. Теперь он может только просить. – Твоё, вернее, ваше дело, состоит в том, что… – поторопил я с подробностями. – Ну, ты знаешь… – мялся этот парень, бросая взгляды на «лишнего» человека. – Я остаюсь. – правильно расценил отсутствие просьбы удалиться с моей стороны Акари. – Это секретное дело, чтоб ты знал! – начал злиться от слишком долгих препирательств этот парень. – Он остаётся. И он знает обо мне. – говорю, чтобы всем стало очевидно. На такую постановку вопроса никто не смог возразить. Победоносный взгляд Акари натыкается на раздражённый Шиничи. – Надеюсь, ты не ошибаешься. – ворчит он, косвенно давая разрешение на разглашение. Не то, чтобы оно было мне так уж необходимо… Вместе с памятью исходника я получил и понимание важности существования Кайто Кида. Как и прочих его тайн. Потому никому ничего не расскажу. Пока не буду до конца уверен в человеке, понятное дело. Я – это ведь и он тоже, если не на большую часть, то на половину точно. – Акари, мой исходник является Кайто Кидом. – говорю как ни в чём ни бывало. Рваный вздох этого парня от такого простого раскрытия тайны, за которую некоторые вполне могут убить. Потрясённо-неверящий взгляд в мю сторону, затем изумлённые глаза переводятся на гостя, уже в новом свете осознавая последствия огласки. Да и сам факт… Акари явно хочет что-то сказать, но ему не дают: – Да, я встречаюсь с Кидом, на которого охочусь! Мы будем обсуждать мою личную жизнь или займёмся уже наконец делом?! – рыкнул вынужденный оправдываться и уже откровенно злой Шиничи. – Делом, разумеется. – совершенно спокойно киваю и не считаю нужным скрывать улыбку. Это всё же забавно, если смотреть со стороны. У этих двоих как будто превосходная степень нарциссизма – отношения с парнем, который похож на собственное отражение в зеркале.

Интерлюдия: детектив

Понятное дело, Шиничи не хотел сюда идти. На поклон к нему… Не хотелось напоминать себе о том прошлом, которое предпочёл бы забыть. Но с другой стороны, копия Кайто помнит всё то же что и он, так что уговорить его помочь будет несложно… Такие мысли крутились в голове, пока не увидел этого… дубликата. Смотрел и глазам не верил. Они как-то совсем не подумали, что тот может измениться за прошедшее время, но так получилось, что как раз это и произошло. К тому же он был не один. Пристальное наблюдение в деле детектива на первом месте. Вот и смотрел. И видел… иное. Совершенно другое существо… нет, другого человека. Больше тот не казался искусственной копией, теперь его, даже зная правду, действительно можно было спутать с настоящим живым человеком. Только уже не с Кайто. Пусть в нём угадывались знакомые черты, но это и всё. Улыбка – совсем не такая как у Кайто. Поведение, поза, жесты, взгляды… Как совершенно другой человек. Не-человек – поправил себя, снова невольно обманываясь ставшим ещё более совершенным подражанием. Ещё одно: этого изгиба бровей у Кайто не помнил. Дубликат нахмурился как-то совсем незнакомо, даже сравнить не с чем. Растерянность – какое новое чувство, особенно в таких обстоятельствах. А этот парнишка рядом с ним, очевидно, знал, что это значит. Понял и разозлился. Хотя и так несложно догадаться, что копия будет не рад новой встрече. Да и самому не хотелось снова его видеть, вот только пришлось. Есть вещи более важные, чем собственное «не хочется». Даже жалко это существо. Кажется, он начал искать себя, а может уже нашёл, а тут снова вмешательство в его жизнь, снова вспоминать о том, что он всего лишь дубликат. Пусть вряд ли забывал об этом, что он всего лишь копия, причём несовершенная, но напоминание наверняка неприятно… Но Сайто – ещё и имя сменил, «чтобы не путали», намеренно подкалывая этим! – вопреки ожиданию, отнёсся спокойно, даже сам предложил помощь, догадавшись, что просто так к нему бы не пришли. Умный, как, собственно, и его «исходник». То ещё словечко… Если так подумать, иное было бы странно. Всё же мощнейший процессор в мозгах – профессор поделился подробностями внутреннего устройства «больше, чем робота» – да ещё и на «операционке» умнейшего из сверстников… Всё же они очень похожи, копия и «исходник». Одна память, один опыт… только в последнее время каждый начал «обрастать» чем-то своим. Им бы сесть вдвоём спокойно и обсудить то, что ни с кем не обсудишь. Такое, о котором думаешь только внутри собственной головы. Оно ведь у них тоже общее. А при разговоре что-то да поняли бы каждый о себе. Или даже друг о друге. Возможно, когда-нибудь они и до этого дойдут. Сесть, спокойно поговорить… только вдвоём, наедине. Повспоминать детские приключения, которые у них одни на двоих, посмеяться над чем-то… им наверняка будет над чем. Хотя, наверное, обоим будет неприятно. Собственный голос на записи звучит неприятно для слуха, ведь каждый человек привык слышать свой собственный голос иначе, внутри себя. То, как слышат его другие, далеко не равно тому, как слышишь его ты сам. А голос у них одинаков… сложно забыть, как почти обманывался его совершенным подражанием. Впрочем, они оба могут сделать себе другой тембр, главное, чтобы желание было. Потом было, собственно, дело. Сайто безупречно отыграл свою роль, пусть и вне её как будто каменел. Это понятно, не хочет показывать чувства перед тем, кто… Шиничи совсем не гордился тем, что произошло… что он сделал. Но это всё же было и проще смириться, чем продолжать отрицать и бегать от осознания. Так что такой отклик и чуточку настороженное молчание наедине вполне понятно и даже ожидаемо. Главное, сделал всё, что от него требовалось. То, что мог сделать лишь он, тоже являясь Кайто, имея весь его опыт и память. Единственный, кто мог перевоплотиться с полной достоверностью и чью личину не раскрыть никакими каверзными вопросами из жизни – память-то у них одна на двоих. Чего не помнил исходник, того и копии знать неоткуда. И он не будет колебаться с ответом. Действительно «станет Кайто» на нужное время. И он стал. А сделав необходимое, сразу попросился домой. По городу, очевидно, ничуть не скучал. Или как раз-таки соскучился, только не по местности, а по определённому человеку. Даже невооружённым взглядом видно, что между ними что-то есть. И рассказанное им своему… другу, наверное? – говорит само за себя. Почему-то захотелось проводить. Вроде как «позаимствовал – возвращаю»… По дороге молчали. И зачем только шёл?.. Зато воссоединение этих двоих открыло кое-что новое. Сайто не боится пускать друга в свой дом, а исходя из того какой территориальный собственник Кайто – это важный показатель. показатель доверия и приязни. А ещё… – Сайто! – обнял его, похоже, дожидавшийся всё это время парень. В ответ дубликат вздохнул и без слов обнял в ответ. Чуть помедлил и опустил голову тому на плечо. Знакомый жест! Так Кайто делал, когда заявлялся после своих выступлений или других напряжённых занятий. Сам Шиничи начал удостаиваться подобного сравнительно недавно. Жест полного доверия и усталости, когда бывал измотан и нуждался в поддержке. Должно быть, Сайто было действительно тяжело изображать, буквально заново влезая в шкуру своего исходника. Должно быть, сейчас, после того как он настолько изменился и явно начал считать себя чем-то отдельным, отдельной личностью – особенно неприятно. Но – ничем не показал. Точно как Кайто. Только «самым своим» позволено видеть его настоящим. Уставшим, раздосадованным, подавленным… Этот Акари был для Сайто именно таким человеком, самым что ни на есть своим. И человек… ценил его и дорожил им. Что ж, отлично. Пусть у них тоже всё будет хорошо – невозможно не вспоминать как он интересовался о том же самом относительно них с Кайто. Пусть… пусть и у этих двоих всё сложится! И у копии тоже будет своё личное счастье. Ему это нужно, да и заслужил, чего уж там.

***

Достаточно хорошо зная этого парня, я видел, как он смотрит. Не просто видит, а понимает. Как смотрит на меня, на нас с Акари. С удивлением, непониманием, даже лёгкой завистью. Судя по этим взглядом, они с моим исходником уже сблизились настолько, чтобы и он тоже начал удостаиваться подобного. Значит, у них и правда всё хорошо идёт. Вот и отлично… А ещё на лице этого парня было понимание. Без труда можно «прочесть мысли». Исходник – сложный человек со своими тайнами и заморочками, но это их, похоже, не останавливает. Вот, удалось привыкнуть называть исходником. Замечательно, Акари будет рад. Так вот, зная и исходника и этого парня, можно смело утверждать, что их отношения только-только дошли до чего-то более серьёзного, чем встречи и, возможно, поцелуи. Исходник недоверчив, ему нужно время, чтобы своими способами проверить избранника, так что да, только сейчас ему начали вот так укладывать голову на плечо, в объятиях или просто стоя рядом. Такое – только наедине и только человеку, который нравится и которому доверяешь… Всё так. Для меня таким человеком стал Акари. Наверное, уже можно переходить на «мой Акари». И сейчас захотелось показать, зная, что этот парень поймёт и правильно воспримет увиденное. Он и воспринял, даже на удивление правильно. Чуть улыбнулся, удовлетворённо и успокоено. Видно, тоже хотел, чтобы всё кончилось хорошо – у каждого из них троих. Эти двое нашли счастье друг в друге, а одному не-совсем-роботу-почти-человеку или больше-чем-человеку, как выражается Акари – достался свой человек. Да, так и правда хорошо. Лучшее из возможного.