《Под зонтом от судьбы》(*^▽^)/★*☆♪

На следующий день Матис провел на работе в состоянии, которое его коллеги-бухгалтеры охарактеризовали бы как «не в своей тарелке». Цифры в таблицах плясали, дебет с кредитом сходились с трудом, а сам он то и дело поглядывал на часы, отсчитывая минуты до конца рабочего дня. В голове у него проигрывался один и тот же сценарий: Войти в кофейню. Увидеть ее. Сказать что-то идеальное, остроумное и непринужденное. Проблема была лишь в том, что последняя часть сценария упорно не хотела придумываться. «Привет, помнишь меня, того мокрого идиота с остановки?» — звучало не очень вдохновляюще. Тем временем Наоми, расставляя чашки на полке, тоже ловила себя на мысли, что взгляд ее то и дело скользит к входной двери. Каждый раз, когда звенел колокольчик, ее сердце делало маленький скачок. Но это оказывался то курьер с выпечкой, то компания студентов, то деловой мужчина, заказывающий «американо с собой». «И чего я жду? — мысленно ругала себя Наоми. — Один раз поговорили под дождем. Он, скорее всего, уже и забыл». Но когда поток посетителей немного схлынул, и она осталась одна у кофемашины, ее терпение было вознаграждено. Дверь открылась, впустив внутрь порцию прохладного вечернего воздуха. На пороге стоял он. Маттис. Выглядел он на удивление собранным и… сухим. В его руках был сверток, аккуратно завернутый в бумагу. Их взгляды встретились. Наоми не смогла сдержать улыбки. Маттис, увидев ее улыбку, с облегчением выдохнул и улыбнулся в ответ, подходя к стойке. — Привет, — сказал он, и голос его дрогнул лишь чуть-чуть. — Я, кажется, вчера не до конца представился. Матис. —Наоми, — кивнула она. — Рада тебя видеть. В сухом виде. —Да уж, сегодня я лучше подготовился, — он смущенно провел рукой по затылку. — Мне… э-э-э… капучино, пожалуйста. И… это тебе. Он протянул ей сверток. Наоми, удивленно подняв бровь, развернула его. Внутри лежала небольшая, но очень красивая книга — альбом с работами известного графического дизайнера. — Я вчера вспомнил, что ты учишься на дизайнера, — поспешно начал объяснять Маттис, снова краснея. — И подумал, что, возможно, тебе будет интересно. В качестве компенсации за вчерашний мой… не очень изящный спринт за автобусом. Наоми перелистнула несколько страниц, тронутая до глубины души. Это был не просто жест. Это было внимание. — Маттис, это… невероятно мило. ( ノД`)…Спасибо. —Не за что, — пробормотал он, глядя на нее сияющими глазами. В этот момент колокольчик у двери снова прозвенел, нарушив их уютный мирок. В кофейню ввалилась шумная компания — двое парней и девушка, которые сразу же окликнули Матиса. — Матис! А мы думали, куда ты с работы-то пропал! Оказывается, тут кофейничаешь! Это были его друзья. Те самые, чье влияние, как предсказывало вступление, могло изменить будущее. Лидером компании был Джимми— самоуверенный, громкий, с обаятельной ухмылкой, который тут же оценивающе посмотрел на Наоми. Рядом с ним — тихий и наблюдательный Роби и весёлая Элиста Маттис вздохнул, но представил их. —Ребята, это Наоми. Наоми, это мои друзья. Зашли, видимо, проверить, не провалился ли я сквозь землю... Джимми, не дожидаясь приглашения, подсел к стойке. —Так вот она какая, та самая загадочная незнакомка с остановки! Матис вчера весь вечер только о дожде и о каких-то прекрасных глазах и твердил. Теперь понимаю, почему. Наоми почувствовала, как по телу разлилась теплая волна, но внешне сохранила спокойствие, лишь вежливо улыбнулась. Однако в ее глазах, которые Маттис успел запомнить как очень добрые, мелькнула та самая строгость, которая появлялась при ощущении опасности. Было видно, что шумное вторжение ей не слишком приятно. — Ребята, не смущайте ее, — тихо сказал Маттис, чувствуя нарастающее напряжение. Но было поздно. Джимми, желая «помочь» другу, развернулся на стуле и с преувеличенным интересом спросил: —Так ты, Наоми, и дизайнер, и бариста? А планы на жизнь какие? В дизайне серьезно работать будешь или это так, студенческий прикол? Вопрос прозвучал снисходительно. Наоми выпрямилась. Ее взгляд стал собранным и твердым. — Дизайн — это мой осознанный выбор, а не «прикол», — ответила она спокойно, но так, что у Джимми на мгновение пропала ухмылка. — А работа здесь помогает мне быть независимой. Я считаю, в этом нет ничего плохого. В кофейне на секунду повисла неловкая тишина. Матис смотрел на Наоми, восхищаясь ее достоинством и силой. Он видел не просто милую девушку, а человека, готового постоять за себя и свои принципы. — Прости, — первым сдался Джимми, поднимая руки в знак мира. — Не хотел обидеть. Просто за друга переживаю. — Я ценю твою заботу, Тем, — быстро вставил Маттис, — но, думаю, я сам могу за себя говорить. Он посмотрел на Наоми, и в его взгляде было извинение и поддержка. Та самая «цунами» проблем и влияний только что показала свой первый предвестник. Но в тот вечер, когда друзья наконец ушли, оставив их вдвоем, а Наоми закрыла кофейню, они просидели за столиком еще целый час, разговаривая обо всем на свете. И Матис понял, что его первое впечатление было верным. Она была не просто милой. Она была сильной. И он готов был быть рядом, когда это «цунами» обрушится на нее по-настоящему. А оно, он чувствовал, уже было на горизонте.