What if?../Что, если?..

Несколько месяцев назад. Начало «Наказания Гию». 10 утра/10:00 В Большом зале Корпуса истребителей демонов царила тишина. Свет мягко освещал традиционные деревянные стены, а воздух был напряжённым, как натянутая струна. Девять Хашира уже заняли свои места полукругом и ждали начала собрания. В центре сидел Кагая Убуяшики, глава Корпуса, с обычной мягкой улыбкой, которая не отражала серьёзности момента. Позади него стояли его дочери, молча наблюдавшие за происходящим. — Спасибо всем за то, что пришли. Мы собрались здесь не просто так. Есть дело, которое требует вашего внимания. — Его голос был тихим, но искренним. — Мы получили информацию о том, что Незуко Камадо напала на человека и убила его. В настоящее время она находится отдельно от Танджиро и остальных в ожидании приговора. Все вокруг него были ошеломлены, особенно Гию. Он не мог в это поверить. Нет, это какая-то ошибка.. Томиока тут же вскочил, сжав руки в кулаки и устремив взгляд в пол. Остальные Хашира смотрели на него с отвращением, потому что именно он сказал дать этой девушке шанс и именно он защищал её. — При всём уважении к вам, это невозможно. Танджиро никогда бы этого не допустил. Мы уже видели, что она не отреагировала на кровь Санеми, поэтому я не могу поверить, что она могла сделать что-то подобное, — Гию ненадолго замолчал, чтобы сделать глубокий вдох, а затем поднял голову и посмотрел на Убуяшики. — Где доказательства того, что она это сделала? Свидетели? Сколько человек это видели?. Гию Томиока стоял, склонив голову. Его голос звучал твёрдо, но в нём чувствовалось напряжение. Он задал прямой вопрос, стараясь сохранять спокойствие, но в глазах Хашира уже читалось недовольство. — Томиока-сан, я понимаю ваше беспокойство. Вы один из немногих, кто с самого начала поддерживал Незуко Камадо. Но, увы, у нас есть веские основания для обвинений, — его голос остаётся мягким, но решительным. Сказав это, он поворачивает голову к стоящей позади него дочери, и та протягивает ему свиток. — В деревне к северу от горы Натагумо были найдены доказательства нападения. Свидетели видели девушку, описание которой совпадает с описанием Незуко. На месте происшествия были найдены части тела, а также кровавый след, ведущий к одному из домов. Незуко была там, — он делает паузу, давая присутствующим осмыслить сказанное. — Я не могу утверждать, что Танджиро знал об этом, но факт остаётся фактом: Незуко потеряла контроль. — Но... это.. — к сожалению, Гию прервали прежде, чем он успел договорить. — Я знал, что это произойдёт! Я с самого начала говорил, что верить в демона — самоубийство! А теперь из-за твоей глупой веры мы потеряли ещё одну жизнь, Томиока! Ты должен был прикончить её, а не защищать! – Он вскакивает со своего места, в его голосе звучит ярость, он указывает пальцем на Гию. — Томиока... Твоя гордыня стоила нам чьей-то жизни. Ты так хотел казаться благородным, что позволил демону выжить. И вот к чему это привело, — сказал Обанай, медленно качая головой, холодным, почти презрительным тоном. — Но как такое могло случиться? Она была такой хорошей... Я видела, как она боролась с собой, с этой жаждой крови.. Почему это произошло? —Мицури закрывает лицо руками, её голос дрожит. — Ты был уверен, что она справится, Томиока-сан... — Она непонимающе смотрит на Гию. Гию с трудом сдерживает гнев. Он смотрит на каждого из них по очереди, но его голос звучит спокойно, несмотря на всю ситуацию. — Ошибка... Она сдержалась. Она доказала это. Почему сейчас всё по-другому? — Он смотрит на Убуяшики. — Если у вас есть доказательства, покажите их. Я не признаю её виновной без веских причин. Кто видел, как она нападала? Кто подтвердил, что это была она? Почему она была без Танджиро? Они всегда были вместе - если бы она куда-то ушла, он бы заметил! — Я понимаю твоё желание защитить её, Гию.. Но дело не только в фактах, но и в ответственности. Ты дал ей шанс, несмотря на все возражения. И теперь она виновна, хочешь ты это признавать или нет, но есть свидетели, жертва найдена, а на Незуко были следы крови жертвы, — он переводит взгляд на остальных. — Вот почему я собрал вас всех. Сегодня мы должны решить, что делать с Томиокой-саном и Незуко Камадо. Теперь их судьбы связаны. — Томиока... Ты нарушил правила Корпуса истребителей демонов. Демон, которого ты защищал, съел человека. На мой взгляд, лучшее искупление для тебя — сэппуку. Быстрая и достойная смерть для того, кто опозорил всех нас, — Обанай собирался продолжить, но Мицури перебила его. — Но если Томиока-сан должна понести наказание, то пусть и Танджиро ответит за свою ошибку. Он был так близок с этим демоном, и его вина тоже очевидна, — она делает паузу и укоризненно смотрит на Гию. — Или... — она запинается, её голос слабеет. — Или пусть Гию возьмёт всё на себя. Но в таком случае Томиока-сан должен вступить в половую связь с Танджиро.. Мы не можем оставить его в стороне, но если мы всё же хотим это сделать, то лучше поступить именно так. Все в комнате были потрясены и ошеломлены. Больше всего был шокирован таким заявлением девушки Обанай. Это было отвратительно и к тому же неправильно! Гию не мог поверить своим ушам. То, что он слышал, было непостижимо, отвратительно и бесчеловечно. С одной стороны, он не мог этого сделать, но с другой стороны, он не мог позволить Танджиро пройти через всё это вместе с ним, потому что кто знает, какие ещё наказания они могут придумать. Но пока лучше подождать и послушать, что скажут другие. — Ух ты, Мицури, я и подумать не мог, что ты способна на такое, не говоря уже о том, чтобы сказать об этом! — сказал Узуй, хлопнув ладонью по полу. — Это неплохое наказание, но я думаю, что было бы лучше, если бы он несколько дней не ел и не спал, а также подвергался изнурительным побоям. Бамбуковые палки — вот что ему нужно, чтобы осознать всю серьёзность своей ошибки. — Какой драматичный выбор... Но у меня есть идея получше. Если Томиока-сан хочет искупить свою вину, пусть докажет свою стойкость. Съев тарелку живых червей, — сказала Шинобу с лёгкой улыбкой, но её голос звучал достаточно спокойно. Гию смотрел на них в полном шоке. Он не мог поверить, что они способны говорить такие отвратительные и жестокие вещи. Это было выше его понимания. Возможно, он совершил ошибку, но разве эта ошибка заслуживала такого наказания?.. Да и это ещё не конец...В конце концов, не все ещё предложили свои варианты наказания, и после этого Убуяшики выберет один или несколько из них. — Сотня ударов плетью по спине. Этого будет достаточно, — монотонно произнёс Токито, словно говорил о чём-то обыденном. — Узуй-сан и Муичиро-кун предложили интересные идеи, но, на мой взгляд, наказание должно быть очищающим. Гию-сана нужно провести босиком по раскалённым углям, чтобы он почувствовал тяжесть каждого шага. А затем — выжечь на его спине иероглиф «Кэндзоку» (слуга демона). Пусть он помнит, что подвёл нас всех, — сказал Рэнгоку строго, но с улыбкой на лице. Он произнёс это с закрытыми глазами, потому что просто не хотел смотреть на Томиоку. — Этот ублюдок дал демону шанс убить! Его ошибка стоила ему жизни! Гию должен бороться за свою жизнь, как мы боремся каждый день. Свяжи ему руки и ноги, привяжи к большому камню и брось в реку. Пусть выплывает, если сможет. Если нет... так ему и надо, — Санеми сказал это с гордостью, как будто ждал этого момента всю жизнь. — Я не могу винить Томиоку. Буддизм учит нас прощению. Пусть его душа обретёт покой через искреннее раскаяние, — сказал Химеджима Гёмэй, потирая руки. В комнате воцарилась тишина, и все ждали ответа Убуяшики. Через несколько минут, которые для некоторых показались вечностью, лидер тяжело вздохнул, закрыл глаза и сказал: — Я вас всех выслушал и решил, что все ваши предложения будут реализованы, кроме предложения Обаная. Гию должен смириться со своей ошибкой. Кроме того, после наказания, если Томиока выживет, он будет исключён из рядов истребителей демонов, — сказал Убуяшики спокойным, но строгим голосом, принимая решение. — Но сначала, Томиока-сан… Вы должны сделать выбор. Первое наказание коснётся Танджиро Камадо. Позволишь ли ты ему пройти те же испытания, что и тебе, или... — Его голос становится ещё более суровым. — Позволишь ли ты... Гию внезапно поднимает голову, и в его глазах мелькает смесь гнева и отчаяния. Слова мужчины, казалось, ранили его в самое сердце. Он смотрит прямо на Убуяшики, затем переводит взгляд на других Хашира. На их лицах читается презрение, а некоторые едва скрывают злорадство. — Если вы этого хотите, Убуяшики-сама, я приму наказание.. Но Танджиро в этом участвовать не будет. Это моя ошибка, и я буду нести за неё ответственность. Я не позволю Танджиро пройти через все эти наказания. Его единственная вина в том, что он верил в Незуко так же сильно, как и я. Если кто-то и должен ответить, то это я. — Его голос звучал приглушённо, он сдерживал гнев. Он был разочарован в себе,в своих коллегах и в Убуяшики. — Поэтому я сделаю то, что предложила Мицури. Но это произойдёт вдали от ваших глаз. — Очень хорошо, Томиока. Ты сделал свой выбор. Танджиро Камадо будет наказан тобой. Но помни, это только начало. Мы начнём наказывать его сразу после того, как Гию выполнит наказание Мицури. Мы будем ждать тебя здесь. Постарайся закончить как можно скорее. После слов Убуяшики Гию вышел из комнаты. В его голове роилось множество мыслей, он испытывал гнев, отвращение и другие эмоции. Но он не показывал их, не мог себе этого позволить. Не сейчас..