Тыквенная феерия|Carve

      Рей Ниима с ужасом смотрела на гигантскую композицию из светящихся тыкв.       — Нет, нет, нет, — повторяла она, чувствуя, как с каждым мгновением нарастает гнев.       Мерцающий в изделиях огонь подчеркивал сложный стиль резки, который Рей узнала с первого взгляда.       Ежегодный фестиваль Тыквенная феерия в Батуу считался главным событием в стране, посвященным искусству резьбы по тыквам, и привлекал мастеров со всего мира. Но самым серьезным соперником для Рей стал ее сосед — Бен чертов Соло.       Он обладал впечатляющим ростом и эффектной внешностью, но невыносимым характером. Его волосы были достойны рекламных роликов шампуней, чувственные губы манили, а мускулистые предплечья привлекали внимание — особенно когда он вырезал тыквы. Однако эго Бена Соло соответствовало таланту, а о его природной склонности терять самообладание и крушить тыквы, если что-то шло не по плану, слагались легенды. Он выражался в основном саркастично и междометиями, и за годы их соперничества в резьбе по тыквам дал понять, что в Рей его раздражало буквально все.       Что ж, ей тоже не нравилось в Бене Соло почти ничего, кроме его предплечий. Но сейчас ее ярость вызывала не личная неприязнь, а тема его тыквенной инсталляции.       — Нравится? — раздался насыщенный баритон дьявола у нее за спиной, от чего по коже побежали мурашки.       Рей обернулась, стараясь не выдать волнения. К счастью, безвкусный костюм Дэвида С. Тыквинса — хаотичные изображения светильников Джека на черной ткани — отвлекал от его до неприличия красивого лица.       — Ты! — выплюнула она, тыча пальцем в его грудь.       Ох... Точно, под этим дурацким галстуком с тыквами скрывалась твердая мышечная плита.       Бен усмехнулся, глядя на нее свысока, и слегка приподнял бровь.       — В чем дело, Ниима? Моя работа тебя пугает?       — Скорее бесит откровенным творческим воровством.       На его лбу залегла глубокая складка, а лицо исказила грозная гримаса. Возможно, эффект оказался бы более сильным, будь на нем его обычные темные джинсы и черная футболка, а не нелепый тыквенный костюм, но пульс Рей все равно участился.       — Какого черта ты несешь?       — Смотри, — указала она на его инсталляцию.       Они уставились на оскорбительную композицию вместе. Надо признать, его талант впечатлял: сцены из Звездных Войн, вырезанные с завораживающей детализацией. Все изображения были связаны с Темной стороной: штурмовики Империи, Звездный Разрушитель, Дарт Мол, бросающийся на Оби-Вана и Энакина. На других оранжевых плодах красовалась Имперская эмблема. Центральное место занимала тыква с изображением Дарта Вейдера, острые линии его шлема зловеще мерцали в сгущающихся сумерках.       — Правила прямо разрешают нам вырезать сцены из популярных произведений, — парировал Бен, поворачиваясь к Рей. — В инсталляции по Звездным Войнам нет ничего предосудительного.       Она закатила глаза.       — Да брось, ты прекрасно понимаешь, что не в этом дело.       Его пылающий взгляд скользнул по ее телу с головы до ног, и она вздрогнула, проклиная сексуальный костюм тыковки, на который ее уговорила подруга Роуз. Рей чувствовала себя уязвимой в обтягивающем лифе без бретелек, пышной оранжевой пачке и высоких сапогах.       Бен наклонился к ней, его горячее дыхание коснулось ее щеки. Он имел привычку нависать над людьми меньшего роста, что вызывало у Рей раздражение. Она поежилась, чувствуя, как в животе затягивается узел... из чистой ненависти.       — Не понимаю, о чем ты, Ниима, — произнес он. — Не желаешь просвятить?       Рей схватила его за запястье и потянула за собой, почти волоча по рядам с тыквенными инсталляциями. Соло изумленно вздохнул, когда она коснулась его, но не стал сопротивляться. Они прошли мимо композиции по мотивам Русалочки, инсталляции с вампирами и пугающе реалистичной работы в стиле М.К. Эшера, с которой ей захотелось ознакомиться позже. Петляя в толпе, они наконец добрались до творения Рей.       Она отпустила запястье Бена и скрестила руки на груди, глядя на него с укоризной.       — Ну? Что ты теперь скажешь?       Он пристально рассматривал длинные ряды тыкв. Рей наблюдала за его внимательным изучением деталей: Тысячелетний Сокол, Ястреб, наносящий удар по Штурмовику, Люк, сражающийся с отцом под холодным взглядом Императора, изображения Леи и Хана, Звездного истребителя и разрушенной Звезды Смерти. По краям композиции красовались тыквы с эмблемой Альянса повстанцев и символом Ордена джедаев. На самой большой тыкве виднелись призраки Силы — Йода, Оби-Ван и Энакин. В целом композиция напоминала восторженную оду Светлой стороне Силы.       — Ого, — буркнул Бен.       Рей бросила на него уничтожающий взгляд.       — Вот именно. Полагаю, это просто совпадение, что ты решил сделать инсталляцию о Темной стороне, хотя прекрасно видел, как я работала над Светлой на заднем дворе?       Он парировал ее взгляд.       — Думаешь, я слежу за тем, что ты делаешь на заднем дворе?       — Я замечала, как шевелятся твои занавески, Соло. Ты, наверное, только и ждал момента, чтобы подсмотреть, что я делаю, и украсть мои идеи.       Его лицо пылало даже в приглушенном свете Тыквенной феерии. Толпы радостных семей с яблоками в карамели и кружками горячего сидра расступались перед ними. Многие прохожие старались держаться подальше, чувствуя, как напряжение между двумя мастерами резьбы нарастало.       — Причина не в этом... Вернее сказать, мне не нужно за тобой шпионить. — Бен с привычным раздражением провел рукой по волосам. Признаться, Рей часто наблюдала за ним из окна верхнего этажа, когда он работал на заднем дворе, хотя до деталей его эскизов ей редко когда было дело. — Мне хватает мастерства, чтобы обходиться без жалких идей какой-то ничтожной выскочки со свалки на отшибе страны.       — Мудак! — Она уперлась ладонью в его грудь и попыталась толкнуть, но он едва пошатнулся.       — Выражайтесь приличнее! — сделал замечание проходящий мимо них мужчина, прикрывая уши ребенку.       Рей проигнорировала замечание, сосредоточив все внимание на глупом лице Бена, его глупом голосе и глупом сердце, что бешено стучало под ее ладонью. Она стояла слишком близко и по какой-то причине не убирала руку с его груди.       — Джакку, возможно, и не самое лучшее место, но то, что тебя вырастили в Корусанте, словно какого-то чертова принца, ничего не меняет. Сейчас мы оба находимся в Батуу, и, насколько мне помнится, в нашем соревновании лидирую я. Три моих трофея против твоих двух.       — У меня гораздо больше трофеев, — заявил Бен напыщенным тоном, от которого у Рей встали дыбом волосы. — Я занимаюсь этим десятилетиями, несносная ты девчонка...       — Девчонка? — Ее голос напоминал пронзительный визг. Она изо всех сил сжала его галстук и резко дернула, вынуждая согнуться, чтобы избежать удушья. — Я выигрывала конкурсы по фигурной резьбе тыкв в Джакку, когда мне было восемь лет, невыносимый ты кретин.       — А я выиграл первый конкурс в пять!       — Ну разумеется, куда нам до вас, мистер Наследник тыквенной династии! Некоторые из нас добиваются побед талантом и упорным трудом, а не тем, что с пеленок учатся у лучших преподавателей по резьбе!       — А что, твой прошлогодний курс у Люка Скайуокера уже не считается? — возмутился Бен.       Его дыхание пахло латте с тыквенной пряностью, выпитым им ранее. Рей на мгновение задумалась: будет ли он таким же на вкус?       — Ты учился у Люка задолго до меня, — парировала она.       — Да, а потом ты его переманила. Хватит строить из себя милую невинную овечку, у которой большие плохие мужчины вроде меня воруют драгоценные идеи. Ты маленькая дьяволица, и мы оба это знаем.       Исходящая от него ярость пьянила. Кожа на ее груди раскраснелась и пылала. Она прикусила губу, побудив Бена обратить взор на ее рот. Атмосфера между ними накалилась до предела. И Рей вдруг поняла, что их ссора возбуждает ее.       — Неужто идею инсталляции по Звездным войнам ты придумал совершенно самостоятельно? — спросила она, пытаясь не фантазировать о его губах, мускулистых предплечьях и больших ловких пальцах.       — Это одна из самых популярных франшиз в истории, — язвительно произнес Бен. — Не только тебе одной позволено ее любить.       — Да, но выбор стороны Силы для композиции — моя идея. А ты ее нагло спер.       — В последний раз повторяю, черт тебя раздери, — процедил он сквозь стиснутые зубы, игнорируя очередное возмущение проходящего мимо родителя. — Я ничего не крал. Мне это и не нужно. Я выиграю благодаря собственному мастерству.       Рей продолжала сжимать его галстук, ее пальцы дрожали от напряжения. Она могла притянуть его ближе и ударить головой или же... прильнуть к чувственным губам, прикусив нежную плоть и заставив во всем сознаться...       Стоп, нет. Только не это. Что на нее нашло?       — Тогда зачем ты весь месяц за мной подглядывал? — спросила Рей, с трудом отводя взгляд от его губ. — Я не шучу насчет твоих занавесок.       Неожиданно Бен наклонился и обхватил ее бедра руками, а затем поднял на плечо. Она взвизгнула, оказавшись вниз головой.       — Отпусти меня! — крикнула Рей, молотя кулаками по его спине.       — Ни за что, — ответил он и направился в темноту, удаляясь от тусклого света тыквенных фонарей.       Когда Рей заерзала, пытаясь высвободиться, его ладонь тяжело опустилась на ее ягодицы, удерживая на месте. Она замерла, ощущая жар его руки даже через фатин. По ее телу пробежала дрожь.       Рей испытывала дискомфорт: его плечо вдавливалось в ее живот, а голова пульсировала от притока крови. Но неприятные ощущения померкли, когда пальцы Бена слегка сжали и нежно погладили ее плоть. Боже, ему совершенно не составляло труда просунуть руку под юбку и проникнуть между ног...       — Что ты делаешь? — выдавила она, испытывая головокружение, спровоцированное не только положением головы.       Он тяжело дышал: то ли от напряжения, то ли от прилива адреналина, вызванных ссорой. Его длинные ноги направлялись от толп зевак в сторону улицы, где стояли их соседствующие дома.       — Показываю, зачем я за тобой подглядывал, — прорычал Бен ядовитым тоном, от которого по обнаженной коже Рей побежали мурашки.       — Значит, ты признаешь, что воровал мои идеи.       Она тяжело дышала, охваченная возбуждением, а не возмущением тем, что ее похитил заклятый враг по вырезанию тыкв.       — Ради всего святого... — Его пальцы сжались крепче, наверняка оставляя отпечатки на ее коже. — Ты соизволишь хоть раз заткнуться?       Рей ахнула от негодования.       — Соло, почему ты решил, что можешь мне приказывать...       Его рука покинула ее ягодицу, а затем резко вернулась, ударив с громким шлепком. Она не смогла сдержать стон, что вырвался из ее груди.       — Вот поэтому, — произнес Бен, явно наслаждаясь ее реакцией.       Рей поперхнулась, не в силах придумать достойный ответ. Ее смутил этот нелепый звук, громко и непристойно раздавшийся в тишине улицы, и то, что его свидетелем стал Бен чертов Соло. Затем он принялся массировать ее ягодицу еще настойчивее, и она прикусила губу, чтобы подавить новый отчаянный стон.       Черт, это так возбуждающе.       Он взбежал по ступенькам на крыльцо, встряхнув Рей, затем рука, охватившая ее бедра для надежности, приподнялась, и она услышала звон ключей. Секунда — и они влетели в дом. Бен едва успел щелкнуть выключателем, прежде чем отнес ее к большому черному дивану и швырнул на него.       Рей рухнула на мягкие подушки, беспомощно взмахнув руками и запутавшись ногами в пачке. Пряди волос упали на ее лицо, и она отбросила их назад, а затем заметила роскошный набор для резьбы по тыквам, лежащий на журнальном столике рядом с диваном. Рей с вожделением провела глазами по ножам и свечам, однако вспомнила, что зла на Бена и терпеть не может, когда с ней так обращаются. Она резко перевела взгляд на него, но не успела приподняться, чтобы сделать хоть что-то... как он навис над ней. Его бедро плотно прижалось между ее ног, а ладони крепко обхватили ее голову.       — Ты... — выдохнул Бен, находясь в миллиметрах от ее лица. — Самая невыносимая девушка, какую я только встречал.       Рей раскрыла рот, чтобы парировать оскорблением, но в этот момент он прижался губами к ее губам. Ее мысли разлетелись, словно стая испуганных ворон. Она обвила руками его торс, постанывая от ощущений. Он жадно целовал ее, словно изголодался, чередуя глубокие, страстные движения с резкими, почти грубыми. Рей отвечала с той же яростью, погружаясь в этот огненный вихрь эмоций.       Они словно сплелись в отчаянной борьбе: хватали друг друга, ритмично покачивали бедрами и тяжело дышали. Рей раздвинула колени еще шире и приподняла их, и Бен воспользовался моментом. Он придвинулся ближе, пока его мускулистое бедро не прижалось к ее промежности. Он терся о нее, вызывая стоны. Она лихорадочно двигалась ему навстречу, преследуя резкий, головокружительный импульс удовольствия сквозь слои ткани ее пачки и его тыквенных брюк.       — Черт, — выдохнул Бен, отрываясь, чтобы прильнуть губами к ее шее. Он прикусил чувствительное местечко, а затем накрыл грудь Рей ладонью и сжал, приподнимая нежную плоть. — Ты восхитительна.       Ее гнев превратился в пылающую потребность. Она обхватила его пальцы, усиливая давление.       — Еще, — выдохнула Рей.       Он усмехнулся, посмотрев на нее потемневшими от желания глазами. Ее внутренние мышцы мгновенно сжались от предвкушения.       — Похоже, тыквенная принцесса не так уж сильно меня ненавидит.       — Да пошел ты, — сказала Рей, дернувшись, чтобы оттолкнуть его.       К несчастью, она лишь вновь вжалась промежностью в его мускулистую ногу. Ладно, возможно, это было осознанное действие. Несмотря на растекающееся внизу живота возбуждение, Рей продолжала злиться на него, поэтому терлась клитором о его бедро, чтобы дать понять, насколько именно.       — Если хочешь, чтобы я тебя трахнул, — сказал Бен, сжимая ее грудь. — Тебе стоит только попросить.       Рей пронзительно вскрикнула от гнева и запустила пальцы под его нелепый тыквенный галстук, хватаясь за пуговицы рубашки. Она попыталась их расстегнуть, но быстро сдалась и просто рванула ткань. С чувством злорадства она наблюдала, как нитки поддаются, а его рубашка постепенно распахивается.       Бен издал приглушенный звук, похожий на смесь хрипа и стона. Затем он начал снимать галстук, развязал его и отбросил через всю комнату. Рей тем временем приспустила его рубашку по плечам.       — Святые угодники, — выдохнула она, уставившись на открывшуюся мощную мускулатуру.       Его бледная кожа была усыпана родинками и плотно облегала рельефные мышцы. Рей впервые видела подобное произведение искусства, поэтому уперлась ладонями в его грудь и провела пальцами вниз, сглатывая слюни при виде кубиков его пресса.       — Теперь моя очередь, — произнес Бен, а затем перевернул ее на живот и принялся расстегивать молнию платья.       — Постой, — сказала Рей, заставив его пальцы замереть.       В ее голове зародилась дьявольская идея, поэтому она не смогла устоять перед искушением. Сердце забилось чаще, а волна возбуждения прокатывалась по телу. Рей потянулась к журнальному столику у дивана и схватила нож: один из самых больших, которым обычно разрезают тыквы.       — Используй его, — прошептала Рей низким, хриплым голосом, совершенно непохожим на ее.       — Черт, — резко выдохнул Бен. — Ты уверена?       Рей судорожно закивала, оглядываясь через плечо, чтобы посмотреть, как он берет нож из ее руки. Бен выглядел так сексуально: расстегнутая рубашка, мускулистый торс, острое лезвие в нескольких сантиметрах от ее кожи.       — Пожалуйста, — простонала она.       Бен грязно выругался и вернул нож на журнальный стол. Рей ощутила прилив разочарования. Но затем он уложил ее на спину, взял лезвие и встал на колени рядом с диваном. Вероятно, чтобы найти лучший угол. Бен прижал острие к впадинке у ее горла и провел тупой стороной ножа по коже.       — Если ты попросишь, я остановлюсь, — заверил он. — В любой момент.       Кожа Рей покрылась мурашками, пока холодный металл едва скользил по ее груди.       — Я хочу этого, — простонала она.       — Грязная девчонка.       Бен провел лезвием под подбородком Рей, рисуя извилистую линию вдоль ее шеи. Опасность обостряла чувства: она мучительно остро ощущала шершавую ткань его костюма, прикосновение лезвия и влажность между бедер.       Над ее правой грудью Бен слегка сместил нож и приложил чуть больше давления острием, нанеся розовую линию на ее кожу.       — Да, — вздохнула Рей, изо всех сил стараясь лежать смирно, чтобы случайно не дернуться и не получить травму. — Черт, как же это приятно.       — Тебе нравится испытывать небольшую боль? — хрипло простонал Бен.       — Да, — дыхание Рей перехватило, когда он нанес еще одну розовую линию над ее левой грудью.       — Тебе нравится ощущение опасности.       — Да... — подтвердила она, слегка выгибая спину.       Рей закрыла глаза и полностью погрузилась в ощущения. Легкие, нежные прикосновения тупой стороны ножа переплетались с едва заметными царапинами, вызывая у нее лишь приятное чувство. Она не боялась, что он причинит ей вред. Бен был опытным резчиком по тыквам и владел ножами с невероятной точностью.       Лезвие скользнуло под лиф платья. Рей распахнула глаза как раз в тот момент, когда Бен резко поднял нож, разрезая ярко-оранжевую ткань. Она ахнула, когда острие коснулось ее живота, но оно тут же вернулось в исходное положение. Еще одно быстрое движение — и платье разошлось до самого пояса.       Бен провел ножом от верхней части ее живота к обнаженному пупку, затем осторожно очертил его контур. Его глаза с восхищением следили за движением лезвия. Рей ощущала себя как произведение искусства, которое он создавал. Его сильные, но нежные руки извлекали из нее чувства, которых она раньше никогда не испытывала.       — Ты идеальна, — прошептал Бен, завороженно глядя, как нож скользит по ее коже.        Затем он аккуратно просунул лезвие под пояс пачки, оставляя то лежать на ее животе, словно с угрожающим обещанием.       Рей вздрогнула, охваченная волной эмоций: в ней смешались возбуждение, желание и остатки злости, приправленные острым чувством страха. Ссора уже вывела ее из равновесия, а теперь внутри нее разразилась настоящая буря, бушующая в груди и внизу живота.       — Я думала, ты ненавидишь меня.       Признание вырвалось спонтанно. Она не могла представить, что скажет ему что-то иное, кроме правды, когда его взгляд буравил ее, а лезвие ножа застыло в нескольких сантиметрах от ее промежности.       Бен покачал головой. Их взгляды пересеклись.       — Я никогда тебя не ненавидел, — сказал он. — Ты до одури талантлива и бываешь чертовски раздражающей...       — Эй! — возмутилась Рей.       — Меня сводят с ума мысли о тебе, — сказал Бен, нежно касаясь ее груди свободной рукой, а затем повторяя путь к пупку, который только что проделал ножом. — Я мечтал о тебе годами. Фантазировал о том, какая ты на вкус, какой от тебя запах, какие звуки ты издаешь...       Он издал тихий стон и наклонился, чтобы запечатлеть поцелуй на ее животе. Рей вздрогнула, когда нож под юбкой сместился и острие зацепилось за кружевную ткань ее трусиков.       — Ты мечтал обо мне? — переспросила она, закидывая руки над головой, пока его губы нежно касались ее груди, а свободная ладонь исследовала обнаженную кожу.       — О, Рей, ты даже не представляешь насколько сильно... — Бен отодвинул разрезы платья в стороны, обнажая ее соски. — Великолепно, — прошептал он, прежде чем обхватить один губами.       Рей резко дернулась, и острие вонзилось в нежную кожу прямо над поясом ее нижнего белья.       — Прости, — спохватился Бен, убирая лезвие от ее живота. — Черт, я не хотел.       Он швырнул нож на стол, который упал с громким грохотом, а затем стащил с нее пачку и с беспокойством осмотрел.       — Все хорошо, — сказала Рей. — Крови нет. — Она повертела бедрами, раздвигая ноги шире. — Видишь?       На коже осталась лишь слабая розовая отметина, но больше ничего, что могло бы испортить столь невероятный вечер.       — Боже, если бы я причинил тебе боль... — Мрачно нахмурившись, он резко поднялся с колен и устроился между ее бедер, а следом властно впился в губы, будто их разлука длилась столетия, а не минуты. — Рей, — простонал Бен. — Скажи, что ты в порядке. Скажи, что я ничего не испортил.       Ее сердце внезапно сжалось, и она почувствовала непреодолимое желание успокоить его.       — Я в порядке, — сказала она, нежно приглаживая волосы, а затем обхватывая щеки ладонями, чтобы он взглянул в ее глаза. — Ты не причинил мне боли. И ничего не испортил.       Бен зажмурился.       — Слава богу, — выдохнул он и вновь прильнул к ее губам.       Рей с энтузиазмом ответила на поцелуй, плавно двигая бедрами, чтобы прижаться к его эрекции, отчетливо проступающей сквозь брюки тыквенного цвета. Вспомнив, что он все еще одет, она потянула за пояс его брюк.       — Раздевайся. Полностью.       Бен без промедления избавился от костюма Дэвида С. Тыквинса и встал на колени между ее ног. Он помог Рей снять остатки тыквенного лифа, затем стянул с нее трусики и сапоги.       Его член оказался... внушительным. Да, это слово подходило как нельзя лучше. Рей с вожделением смотрела на него, уже представляя, как он будет ощущаться в ее руке, во рту, внутри нее...       Бен не замечал ее восхищенного взгляда, поскольку с трепетом разглядывал ее обнаженное тело. Он провел пальцем по ее половым губам, заставив Рей вздрогнуть.       — Не могу дождаться, чтобы попробовать тебя на вкус, — произнес Соло. — Проникнуть пальцами и трахнуть. Сделать своей.       От его слов стенки ее влагалища сжались в предвкушении. Рей вытянула руки над головой и выгнула спину, подставляя ему грудь.       — Тогда не стоит больше медлить.       Бен покачал головой, его лицо озарила хитрая улыбка.       — Ты любишь, когда немного больно?       Она нервно прикусила губу, заинтересовавшись.       — Да...       Он потянулся к журнальному столику и взял зажигалку. Мгновение спустя высокая белая свеча вспыхнула. Когда Бен посмотрел на Рей, в его карих глазах танцевали дьявольские блики пламени.       — Хочешь попробовать воск?       Она кивнула, едва он закончил фразу. Ее взгляд устремился к свече. Рей часто размышляла о том, принесет ли горячий воск такие же волнующие ощущения, как в детстве, когда она погружала в него пальцы.       — Дадим ему растопиться, — сказал Бен, возвращая свечу на стол.       Он медленно опустился на колени у дивана и закинул ее ноги на плечи. Рей знала, что произойдет, однако не смогла сдержать удивленного вздоха, когда его горячий и влажный рот прильнул к ее промежности. Он поцеловал ее страстно и решительно, не тратя ни секунды на раздумья.       — Бен, — вскрикнула Рей, впиваясь пальцами в его волосы. Она приподняла бедра, издав тихий стон, когда его нос коснулся ее клитора. — Я так долго этого хотела...       Она не собиралась ни в чем признаваться, но барьер между ее разумом и языком рухнул. Рей была готова рассказать ему что угодно, лишь бы он не останавливался.       — Да? — заинтересовался Бен, проведя пальцами по входу во влагалище. — Расскажи мне больше, тыквенная принцесса.       Рей раздраженно фыркнула из-за прозвища, но звук превратился в стон, когда он прикусил нежную кожу внутренней стороны ее бедра.       — Я тоже за тобой наблюдала, — призналась она. — Пока ты вырезал тыквы на заднем дворе.       — Воровала секреты? — пробормотал Бен.       — Черт! — Рей вздрогнула, когда кончик его языка обвел чувствительный клитор. — Нет, я просто любовалась твоими руками... Твоими предплечьями... — Громкий стон сорвался с ее губ. — Ты даже иногда снимал футболку, когда становилось жарко.       — Как и ты, дразнилка. — Бен ввел в нее два пальца, изгибая их и массируя чувствительную точку так, что у Рей помутнело в глазах. — Ты постоянно вырезала тыквы в топиках...       — Я не дразнилка, — возразила она, хотя едва могла думать. — Мне просто становится жарко во время резьбы на заднем дворе...       — И ты видела, как шевелятся мои занавески, — сказал Бен. — Ты знаешь, что я смотрю на тебя. Будь честна: ты раздевалась для меня.       — Нет!       Бен увеличил темп толчков, его пальцы проникали в нее с влажными, непристойными звуками. Рей застонала, крепче сжав его волосы, пока напряжение внизу ее живота нарастало.       — Не лги мне, — произнес он. — Если хочешь, чтобы я продолжал.       Бен обхватил губами клитор и слегка втянул в рот, а затем отпустил со звуком, дополняющим эротическую симфонию, что наполняла комнату.       — О, черт... — Рей содрогнулась и сжала бедрами его голову, отчаянно нуждаясь в большем давлении. — Я делала это нарочно, — пробормотала она, испытывая непреодолимое желание достичь кульминации. — Чтобы свести тебя с ума.       Хриплый стон Бена совпал с особенно сильным толчком его пальцев.       — Что ж, у тебя получалось.       Затем его губы вновь сомкнулись на клиторе, и Рей растворилась в ощущениях. Она исчезла, потеряв себя в вихре удовольствия. Все ее существо было сосредоточено на интенсивной пульсации между ног и резком наслаждении, которое разливалось внизу живота. Она не смогла сдержать крик, пока ее тело сотрясали спазмы, а влага обильно орошала пальцы и губы Бена.       — Черт... Да, — прохрипел он. — Кончи мне на лицо, красавица.       Рей продолжала содрогаться, ее тело сотрясали волны наслаждения. Наконец обессиленная, она рухнула на диван, вяло отталкивая его голову.       Бен отпрянул от нее с такой самодовольной ухмылкой, что ей захотелось стереть ту с его лица, не будь она так очарована им.       Стоп, не им. А его умением доводить до оргазма. Его искусным ртом, низким голосом, густыми черными волосами, мягкими, но проницательными глазами...       О, да пошло оно все. Рей была очарована им. Целиком и полностью.       — Вау, — красноречиво произнесла она.       Ухмылка Бена стала шире.       — Ты готова к продолжению, тыквенная принцесса?       Он потянулся к свече на журнальном столике, и хотя конечности Рей ослабли, она энергично закивала.       — Да, пожалуйста.       Слова прозвучали невнятно, поэтому она снова кивнула, чтобы подчеркнуть, насколько она готова к большему. Очень готова. Полностью готова. Как только ей удалось приподняться на локтях, чтобы наблюдать за тем, что он делает.       — Приступай, — сказала Рей, кивнув на свечу в его руке.       Пламя горело достаточно долго, чтобы образовалась приличная лужица воска. Бен поднес свечу к ее животу, медленно наклоняя. Рей неосознанно замерла, предвкушая жгучую боль. Когда воск, наконец, перелился через край и белыми каплями упал на ее пресс, она вскрикнула от шока и восторга. Легкий ожог приносил сладкую боль, сводившую ее с ума.       — Еще, — потребовала Рей, пока воск застывал на ее животе.       Бен усмехнулся.       — Моя маленькая тыковка-светильник.       Он продолжал капать, проведя линию от ее груди до пупка. Она вздрогнула и зашипела, схватившись за край дивана, чтобы не упасть.       — Что у тебя за дурацкие прозвища?       — Прости, не расслышал, — сказал Бен, нанося воск на низ ее живота. — Что ты сказала?       Рей не могла ответить, поскольку была слишком поглощена ощущениями и резкими вздохами. При новых ожогах стенки ее влагалища сжимались, словно невидимая нить связывала чувствительную кожу и промежность. Она не могла понять, почему ей так нравилось жжение застывающего воска, но ощущала, что с каждой каплей возбуждалась все сильнее.       К тому времени, когда Бен закончил украшать ее воском, Рей охватило непреодолимое желание. Она не могла оторвать взгляд от подрагивающего живота. Ее завораживал вид белых капель, контрастирующих с покрасневшей кожей.       — Это выглядит...       — Как будто я кончил на тебя? — Бен поставил свечу на стол, затем провел пальцами по затвердевающему воску, оставляя размазанные следы на более свежих каплях. — Да, это чертовски сексуально.       — Я... чиста, — прошептала Рей. — И принимаю противозачаточные. Если ты хочешь...       — Если я хочу что? — поинтересовался он, поглаживая ее живот, пока его темные глаза прожигали душу. — Скажи это.       — Если ты хочешь трахнуть меня. — Голос Рей дрожал. — Если ты хочешь кончить в меня.       Бен выругался и прильнул к ее губам, вновь навалившись всем телом. Его твердый и горячий член, зажатый между ними, касался ее кожи, покрытой воском.       — Я хочу, — сказал он. — Определенно хочу.       — А ты...       Он отстранился, чтобы заглянуть в ее глаза.       — Чист? Да.       Рей кивнула, а затем просунула руку между ними, чтобы провести большим пальцем по широкой головке члена, размазывая капельки предэякулята.       — Тогда сделай это, Бен. Трахни меня. Кончи в меня. Заставь меня кричать так громко, чтобы было слышно аж на самой Тыквенной феерии.       Бен нежно поцеловал ее, затем приподнялся, чтобы направить член. Она помогла ему, переплетая их пальцы, пока двигала бедрами, чтобы принять удобную позицию.       Едва вошла головка, они глубоко вздохнули.       — Готова? — спросил он.       — Да.       Бен погрузился в нее одним плавным движением, заполняя так внезапно, что она вскрикнула от неожиданности. Тяжело дыша, Рей вцепилась в его плечи, чтобы удержать от дальнейших действий, пока ее тело привыкало к мощному вторжению. Член растягивал ее, заполняя до предела, так что каждое движение бедер заставляло влажные внутренние стенки сжиматься вокруг него.       — Какой ты большой, — простонала она.       Он уперся предплечьями по бокам от ее головы и наклонился, чтобы поцеловать.       — Какая ты мокрая, — прошептал Бен, начав медленно двигаться внутри нее. — И невероятно тугая.       Рей обвила ногами его торс, а руками — шею, крепко прижимаясь к нему, пока он задавал уверенный темп. Его мускулистая спина ритмично двигалась, а ягодицы напрягались под ее пятками, когда он проникал в нее длинными, плавными движениями. Его тело представляло собой произведение искусства — гармоничное сочетание мышц, работающих в идеальной слаженности — пока он трахал ее с безраздельной самоотдачей.       — Черт, — прошептал Бен, уткнувшись лицом в изгиб ее шеи. — Рей, я не смогу вернуться к тому, что было между нами раньше, мне нужно...       — Тш-ш-ш. — Она повернула голову, обхватывая его затылок рукой, чтобы завладеть его губами. — Я тоже.       Они целовались так долго, насколько позволяла страсть. Бен замедлил движения, чтобы продлить сладостный момент, но вскоре ритм стал неудержимым. Его член проникал в нее с нарастающей силой, вызывая прерывистое дыхание и громкие стоны. Она умоляла его не останавливаться, требуя жестче и сильнее.       — Рей, прошу...       Голос Бена звучал отчаянно, и по тому, как резко и хаотично двигались его бедра, она поняла, что он скоро кончит.       Как и она. Рей направила руку к промежности, чтобы помассировать клитор.       — Сделай это, детка, — настаивала она, чувствуя нарастающее покалывание удовольствия. — Кончи в меня. Заставь меня кричать.       — Черт...       Бен с яростью погружался в нее, его движения были жестче, чем она когда-либо испытывала. Почти болезненные толчки усилили ее наслаждение до предела. Ее тело замерло, мышцы сжались в преддверии кульминации, и затем мощный толчок разорвал напряжение. Рей вскрикнула, достигнув оргазма, ее тело содрогалось от импульсов удовольствия. Она вцепилась в его плечи, оставляя следы от ногтей, пока он, тяжело дыша, продолжал входить в нее с безудержной страстью.       Бен внезапно сбился с ритма, совершив последний толчок, и издал хриплый стон, который она никогда прежде не слышала. Его мощное тело содрогнулось от силы кульминации, и Рей ощутила прилив гордости от мысли, что именно она довела его до такого состояния.       Бен Соло принадлежал ей. Она завладела им и заявила на него права так же, как и он на ее.       Они лежали неподвижно еще несколько мгновений, тяжело дыша и крепко прижимаясь друг к другу. В конце концов Бен вышел из нее, а затем перевернулся набок, погрузившись спиной в подушки, чтобы увлечь Рей в объятия. Видимо, его не волновало, что сперма могла испачкать обивку черного дивана.       Она удовлетворенно хмыкнула и прижалась к нему, закрыв глаза. Скоро Рей понадобится сбегать в туалет, но сейчас ей хотелось просто лежать. Она размышляла, как быстро Бен будет готов ко второму раунду, или ей придется вновь с ним ссориться, чтобы разжечь страсть. Возможно, теперь он захочет трахать ее постоянно, раз преграда между ними рухнула.       Злейший враг превратился в ее самую сильную плотскую одержимость.       — Какая смирная тыквенная принцесса, — пробормотал Бен, уткнувшись носом в ее спутанные волосы. — Почему ты не можешь быть такой все время?       Рей раздраженно фыркнула, но сил на настоящее возмущение у нее не осталось.       — Тыквенный засранец, — пробормотала она.       Смех Бена вибрацией отдался в груди Рей, и она не смогла сдержать ответный смешок.       — Засранец и принцесса. Мне нравится.       Рей тоже нравилось. Свои следующие слова она списала на эндорфины после секса.       — Мы все еще враги?       Бен задумчиво хмыкнул.       — Не уверен. Наверное, мне стоит трахнуть тебя еще с дюжину раз, чтобы это выяснить.       Рей лениво шлепнула его по плечу, и он вновь рассмеялся. Этот звук начинал становиться для нее привычным.       — И нет, — прошептал Бен, прижавшись губами к ее уху. — Не враги. Не думаю, что мы были ими когда-либо.       Спустя часы, после еще одного раунда секса — на сей раз в кровати, — они устроились на диване, тесно прижавшись друг к другу, и смотрели «Империя наносит ответный удар». Бен одолжил Рей пижаму, которая хоть и не подходила ей по размеру, но окутала ее невероятным комфортом.       — Как думаешь, кто победил? — сонно спросила она, утопая в уютном тепле Бена, прижавшегося к ее спине. — В конкурсе резьбы.       Рей ощутила, как он улыбнулся, склонив голову к ее виску, а затем нежно коснулся губами кожи.       — Я бы сказал, мы оба победили, милая.