Старая китайская пословица

Я не особо сильная, не особо умная. И в сравнении с матерью еще и не особо красивая. Маммопластика, правка прикуса на элайнерах и бесконечные ксометологические процедуры. Гонка за успехом, где приз – крепкий брак с успешным мужчиной. В раннем детстве маму я редко видела. Строя карьеру, она много моталась по кастингам и показам. До пяти лет я жила с бабушкой, а когда мать забрала меня к себе в Москву, няню я видела чаще, чем ее. Была у этой жизни матери, наверное, и другая сторона. То, что сейчас принято называть эскортом. Как-то так она и познакомилась с моим отчимом, Сергеем Воронцовым. Хотя до определенного момента она велела называть его папой, и Сергей не возражал. Когда мы переехали к нему (мама была уже беременна Олей), это было похоже на сказку. Красивый дом, красивый сад и прекрасный принц, Михаил, сын Сергея. С мамой он всегда держался холодно и неприязненно, но с ним мы, как ни странно, легко поладили. Учились вместе в школе, и свободное время тоже часто проводили вместе. Так прошло семь лет, и наши родители развелись. Предполагалось, что мы будем учиться вместе в Оксфорде, но мать вспылила, уехала в Майами, и мне пришлось учиться в Америке. Впрочем, на каникулы я почти всегда приезжала к отчиму. Почему мать не запрещала это я поняла, лишь став постарше. Как-то так получилось, что Сергей стал иногда приглашать меня на деловые встречи и светские мероприятия, где были его знакомые. Это мне показалось странным, но мама завила мне, что это ее просьба, так как меня пора пристроить. Как комнатную собачку в хорошие руки, блин. А ведь большинство этих знакомых годились мне в отцы. Но я продолжала ездить на каникулы к отчиму. Ведь Миша тоже приезжал к нему на каникулы. Из хулиганистого мальчишки он стал отвязным юношей, несколько грубоватым. Но со мной он всегда был добр, и всегда видел только названную сестру, подругу по детским играм. Почему, вот почему. В конечном счете, я симпатичная и не тупая. Но я, как будто, вовсе для него не существовала. Иногда мне хотелось рассказать ему о своих чувствах, и предложить встречаться. Но я боялась, что это может разрушить даже те отношения, что были. А потом появилась Даша. Высокая и тонкая, с длинными ногами и длинными волосами и большими голубыми глазами. Когда впервые увидела ее рядом с ним в голове засела фраза из “Трех толстяков”: “Любимая кукла наследника Тутти”. Вдобавок к яркой внешности шли ум и образованность, абсолютная влюбленность в Михаила, а также деньги и связи ее отца. С ее появлением ловить мне было нечего. Проблема была в том, что видеть Дарью рядом с Мишей мне было больно… на физическом уровне. И тут появился Джереми. Ну как, появился. Мать сумела найти через своих знакомых. Он был, в общем-то, всего на 15 лет старше меня, довольно хорош собой и богат. А мне было плевать. Не все ли равно, кому продать себя, если я не могу быть с любимым человеком. Вот под таким наркозом я и вышла замуж. Хотя стоило бы узнать, что у Джереми этот брак – уже третий. Первая жена развелась с ним, не прожив и года. Вторая погибла, несчастный случай. Неудачно упала в ванной, разбив себе голову. Мне, наверное, просто повезло не пополнить статистику несчастных случаев в Америке. Просто, когда он в первый раз сильно избил меня, я стала готовить пути к отступлению. И в один день, поехав по магазинам, я переоделась в примерочной в неприметный серый костюм, вышла через черный ход и уехала в аэропорт, по пути забрав из камеры хранения сумку с минимумом вещей и документами. В общем, из этого брака я вышла в 27 лет и без ничего. Мать это расстроило, а я была счастлива. Тем более, что Миша разорвал помолвку с Дарьей. А это значит, что мы оба свободны. Свободны!! Но надежды на счастье рухнули. Он нашел себе новую прикольную игрушку. Катя была невысокого роста, не носила каблуки и шпильки, и на все имела собственное мнение. Это было комбо из того, что Михаил терпеть не мог в девушках. Тем более странно смотрелось это увлечение на грани одержимости. В какой-то момент, снова выслушивая, как она в очередной раз его отшила и пошла гулять с Даниилом, я поняла: с меня хватит. Миша и раньше мог рассказывать мне о своих увлечениях, и я позавидовала девчонке-детдомовке: у нее не было ни черта, но в отличие от меня, у нее была гордость. Я улетела, нужно было уладить дело с разводом (на самом деле, я просто сбегала).Вскоре ко мне присоединилась мама. Спустя много месяцев унылый развод завершился, а мне внезапно позвонил отчим с неожиданной просьбой вернуться в Москву как можно скорее. Воронцов не назвал причину моего вызова и я испугалась, что с Олей могло что-то случиться. Но когда я приехала, первыми, кого я увидела, были сестра с ее водителем. Глядя на ее беззаботное лицо, я испытала недоброе чувство, слишком похожее на зависть. Почему я не могла быть такой беспечной даже в семнадцать? Будь я другой, смог бы Миша полюбить меня? Воронцов принял меня сразу же. Сказал, что есть для меня дело. Он очень сожалеет о ссоре с Михаилом, и эта ссора слишком затянулась. А так как мы с ним тепло и легко общались, мое дело вернуть его домой. На мой вопрос, как он себе представляет, Сергей ответил, что все уже продумал. Мое дело - связаться с Мишей, и сообщить ему, что его отец в больнице с сердечным приступом. На мой удивленный взгляд он ответил, что вопрос с больницей он решит сам и добавил, что я должна больше проводить времени с Михаилом после его возвращения, как можно больше, а взамен я могу попросить, что хочу, в разумных, конечно, пределах. Меня не надо было уговаривать проводить с Мишей больше времени. Вот только… на душе мерзко от чувства, что меня снова покупают. А ведь я действительно была привязана к Сергею, как к отцу, которого никогда не знала. Неожиданно для самой себя я произношу, что единственная награда, которую я приму, это если он не будет ставить палки в колеса, если уж Михаил захочет остаться со мной. Воронцов так внимательно посмотрел на меня, будто первый раз увидел, и ухмыльнулся. Сказал, что он хотел для сына партию получше, но если у меня что-то выгорит, он не будет против. Все вышло ровно так, как и думал отчим: он виртуозно сыграл болезнь и Мишка вернулся в дом. Правда спустя пару недель он куда-то сорвался, ничего не сказав. Тут-то и произошло это происшествие. Я до сих пор не знаю, правильно ли поступила. Как-то ко мне подошла Лиля, бывшая официанткой, и попросила выйти к входной двери, сказала, что ко мне посетитель. Я очень удивилась, увидев Катю. Удивилась и рассердилась, кто мог пустить ее на территорию поселка после увольнения. Видимо, это отразилось на моем лице, потому что она затароторила: - Яна, простите, что я сюда пришла! Никто не виноват, совсем никто, я сама прошла на территорию. Я бы никогда и ни за что не пришла. Но я должна… Нет мне нужно, жизненно важно увидеть Михаила и поговорить с ним!! Прошу Вас, умоляю, передайте ему, что я здесь, пусть он выйдет. - А откуда такая уверенность, что он вообще хочет о тебе слышать?! Почему вообще ты ему не позвонишь! Попытайся сама с ним связаться или я вызову охрану. - Может быть и не хочет слышать. Это очень может быть. Но у меня нет с собой телефона, чтоб это выяснить. Я в беде. Я знаю, Яна, что Вы меня терпеть не можете. Но я не знаю что, делать, это вопрос жизни и смерти. Не прогоняйте меня, позвоните ему. Даже если Миша… Михаил Сергеевич не желает со мной общаться, я уверена, помочь он не откажется. Я позвонила Мише, но телефон был выключен. После чего я пригласила Тихомирову в дом. Я тогда не знала, что Михаил на несколько дней уехал и предложила ей подождать его в моей комнате. Не знаю до сих пор, почему я ее впустила. Вернее знаю. Меня кое-что смутило. Естественно, ее игра на жалость не тронула, но… Был ферваль, не самый холодный, но лежал снег. А Катя стояла в водолазке поверх джинс. Никакого намека на верхнюю одежду. И на ногах, какие-то тапки. Я почти так же однажды убежала из дома, когда еще жила с мужем. Я велела принести нам чай, а сама исподтишка разглядывала ее. Что мог найти в нескладной девчонке Миша? В любом случае, он не отвечал на звонки и пришлось послать смс. Я уже пожалела о своей сердобольности. В конечном итоге, это их разборки. Катя уставилась на каминную полку. На ней стояли фотографии. Я с Олей, я с мамой и Олей, я с Мишей и Олей. И одно совместное фото: Сергей, Мама, Миша, я и Оля, совсем маленькая, три или четыре года. К Внезапно Катя заговорила: - У Вас очень красивая мать, Яна. - Спасибо - И сестренка такая смешная, всегда жалела, что у меня нет младших. Только старший - Ну, у меня роль старшего брата долго играл Михаил - Он скоро приедет? - Не знаю, честно. Но если я могу помочь. Катя встала и подошла к фотографиям вплотную. - А это, что-же Сергей Воронцов? У него здесь доброе лицо. Я его даже не узнала. Эта ситуация наконец начала меня раздражать. - Катя, а Вам не кажется, что Ваше поведение бесцеременно, мягко говоря? - Кажется. Но я ведь с 12 лет жила в детдоме и иногда туплю. Вы простите меня, я, наверное, скоро пойду. А можно вопрос - Я Вас не прогоняю. Спрашивайте. - Вы любили в детстве… Вернее, Вы ладили в детстве с Сергеем Воронцовым? - Какой странный вопрос. Катя, а как Вы себя чувствуете. Просто то, что Вы зимой так налегке гуляете, это странно… - Я не сумасшедшая. Просто моя верхняя одежда в другом месте осталась - Извините. Воронцов-старший, если Вам так интересно, мне как отец. Он не делал между мной и Олей различий, не обижал нас. Я ему многим обязана, начиная от образования и заканчивая умением кататься на велосипеде. - Он что, учил Вас кататься?! - Да, у него тогда бизнес был уже налажен. Со мной и Олей он очень много времени проводил, пока мы мелкие были. Гулял, читал, учил играть в шахматы, кататься на великах и лыжах. Говоря это, я смотрела в сторону, вспоминая. А когда подняла голову, удивилась. Катя смотрела куда-то поверх фотографий, а крупные слезы стекали у нее по лицу. Она их не вытирала, словно и не замечая, что плачет. - Катя, да что с Вами такое?!! - Ничего. Спасибо Вам, Яна, что Вы меня не оставили там, снаружи. Но я не могу - Чего не можете?!! - Оставить все как есть. Я пойду. Спасибо Вам за все, и простите меня. - Вы же хотели поговорить с Мишей. - Больше не хочу Меня осенило догадкой. - Вы что, беременны от него?! - Нет, Яна, не беспокойтесь об этом. Я не беременна. С Мишей у меня ничего серьезного не было, мы только целовались, больше ничего. И еще… Пообещайте мне вообще никогда не рассказывать Михаилу о том, что я приходила. Никогда. Я пообещала это, и решила проводить ее и посадить в такси. Но вышло по-другому. На выходе ее схватили двое наших охранников и куда-то оттащили. Напрасно Катя пыталась вырваться. Я хотела их остановить, но они сказали, что у них приказ в отношении этой телки от начальника службы безопасности. Начальник службы безопасности вообще был не здесь, и я пошла разбираться в этой фигне с Валерием Ивановичем. В конце концов, даже если ее заподозрили в каком-то мелком воровстве, так нельзя. Валерий сказал, что уже в курсе. Что это недоразумение будет улажено до вечера. И беспокоиться мне не о чем. О Тихомировой тоже не стоит. Он не позволит сделать ей ничего плохого. Эта формулировка меня как-то скорее напрягла, чем успокоила. И я решила дозвониться Михаилу, но он упорно не брал трубку. Ближе к вечеру Валерий Иванович сообщил мне, что все уже хорошо, Просто Сергей не смог сразу найти один документ и поэтому из дома несколько часов никого не выпускали. А сейчас девочка уже уехала домой. Когда на следующее утро Миша перезвонил мне, первым порывом было рассказать ему о произошедшем. Но потом я себя одернула. В любви каждый сам за себя. Да и Катя, по итогу, несколько раз просила молчать о ее визите. И я промолчала. Что-то на ходу придумала про причину своих звонков и больше никогда об это не заговаривала. Дни шли, постепенно мы сближались. Очень постепенно. А недавно Миша предложил мне выйти за него, резко, ничего не предвещало такого скорого развития событий. Я слишком давно его люблю, чтобы ломаться и набивать себе цену. Вот только теперь, когда дата объявлена и приглашения разосланы, он напивается почти каждый вечер. Боюсь, там и вещества уже есть. И вот в такие вечера я часто думаю: а не слишком ли высока цена моего молчания?