концерТЫ – любовь моя.

Опять ебаное фото с ним. Антон честно не знает, как так вышло, что он подписан на канал Шульгина. Просто однажды Арсений написал, что его актерский друг канал свой создал, и ссылку зачем-то скинул. Антон зачем-то подписался. И хочет отписаться. Отписаться, чтобы не видеть этих ебаных фото. Совместных, этого «актерского друга» Шульгина с Арсением. И от Телеграм канала Попова отписаться иногда до жути хочется, потому что и там раз в несколько месяцев обязательно фото с этим Александром прилетает, отдающая очередным вайбом «бест френдс не разлей вода». А у Александра совместка вообще попадает в рубрику «это мои друзья». Хузья, блять. Точно ли друзья? Так-то Антон с Арсением изначально были действительно просто коллегами, после – тоже просто друзьями, а теперь уже вот несколько лет просто пара. Так почему Арсений не может и с Шульгиным так сойтись? Такая же дорога на путь любви: коллеги по фильму, теперь вот друзья, а потом... Нет. Антон машет головой, отгоняя ненужные, ползущие тараканами мыслишки: он ведь Арсению доверяет. Он не должен ревновать своего ненаглядного, но все равно невозможно ревнует. Ревнует к чертовому Александру, свалившемуся резко как снег на голову, когда на дворе жаркое лето. Он появился после «Щелкунчика», Арсений тогда волновался, смахивая на воробушка, а тот его успокаивал, какие-то шутки рассказывал и свой нелепый опыт, да рассказал так, что Арсений мгновенно успокоился и все вышло успешно. Попов тогда прилетел домой на невидимых крыльях, парил перышком от удовольствия процесса, Антон нарадоваться сам не мог, обнимая его крепко-крепко. И про упомянутого вскользь Александра, помогшего Арсу, довольно кивнул, да забыл про него, пока мужчина не заявил одним днём, что тот позвал его гулять по Питеру. А они жили в Москве, в Питерскую общую квартиру не заезжая, ведь надобности не возникало. Антон не садист, не манипулятор и, как говорит современный сленг, не «ред флаг», потому отпустил Арсения, пожимая плечами – обычная прогулка, что тут может быть такого? Оказывается, было что. Ведь после той самой первой прогулки Попов поменялся. Не очень резко, но все чаще стал приезжать в Питер к этому Александру, а это имя теперь мелькало в разговорах все чаще и чаще, а фотки и сторисы сыпались зерном. В один момент он захотел пересмотреть их с Арсением фотки из Италии, ведь именно тот на свой телефон все-все фоткал, а сам Антон оставил телефон далеко в чемодане, чтобы пожить без интернета. Взял телефон, получив разрешение Арсения, готовящего тогда их любимый борщ на кухне, и поразился: фотки с Шульгиным были в отдельной папке под названием «мы!». А количество снятого за полгода дружбы (?) уже насчитывало больше пятисот снимков. Антон поджал досадливо губы, втихаря просматривая все, что груди отдавалось чем-то больным. Фотографии с Италии так и не просмотрел. После такой находки он начал все сильнее присматриваться к довольному Попову, сверкающему как начищенный пятак, спрашивал о прогулках, дабы выловить какие-то эмоции, похожие на недоговаривание и зарождающуюся влюбленность. К счастью, такого он не увидел. Но присматриваться все равно стал не менее тщательно. Шастун Арсения терять не хочет, не хочет, чтобы первая глубокая любовь уехала стремительно к какому-то актеришке с бородой. Антон Арсения понимает: что он знает про актерство и театр? Почти совсем ничего, о чем можно было бы подолгу дискутировать. Обсуждение просмотренных фильмов, их анализ – совсем другое, не схожее с самим нахождением в этих фильмах, не как зритель. Александр начитанный, интересный и шарящий за любимые темы Попова: Санкт-Петербург и актерство. Арсений сам не раз говорил, как Саша нашел для их прогулок новые, ранее неизведанные места, которых сам гуляка Граф Попов не нашел за такое долгое пребывание в северной столице. А сам Антон что? Его всегда вел сам Арсений по всем уголкам, ведь сам Шастун плохо разбирался. А тут самого Арсения ведут! Шульгин был просто повсюду, хотя Арсений их с Антоном пока не знакомил. А потом Арсений тихо уведомил за несколько часов до начала концерта в Москве, что Саша скоро прибудет. У Антона от такого непредвиденного заявления глаз задёргался, губы засохли, а в голове витало лишь «Почему ты меня заранее не предупредил?». Сам Антон своих друзей не приглашает, они все у него медийные (а не медийные давным-давно утеряны) и на какие-то мероприятия самостоятельно приходят, без его приглашения. А тут вот как! Антон пытался не хмуриться, кивнул, а после раздосадованно наблюдал, как Арсений здоровается крепкими надёжными объятьями с Александром в темноте коридора, куда проход неопределенным лицам, фанатам запрещен. Но Шульгин был не фанатом, не неопределенным лицом, потому в тот же день Арсений познакомил своего актеришку с остальной имеющейся командой. Сережа и Дима приветственно пожали руки, начали расспрашивать обо всем. Антон же тоже пожал руку, но быстро убрал, кивнул ему и скрылся в туалете, внутренней стороной ладони упираясь на раковину, шипя от осознания, что теперь не только прогулки будут совместные, а ещё и мероприятия. На том концерте Шастун едва удержался от шуток по поводу актерства и прогулок с «подругой», дабы Арсений не разглядел в нем ревность и не засомневался ещё больше, как в паре, да не ушел в конце концов к этому актеришке недоделанному. Хотя какой он недоделанный... Настоящий спортивный мужчина, который также ходит в зал, как и Арсений, – слава богу, не в один и тот же, – у него красивая, достаточно опрятная внешность, и без бороды, наверное, он был бы ещё краше. Стройная мужская фигура, в то время как Антон, кажись, набрал лишний вес чуть-чуть в животе, ведь в зале не занимается, максимум – спортивные командные игры. Александр красив собой и он это уверенно знает, пока Антон до сих пор себя не принимает в плане внешности. Столько уже было разговоров с Арсением, с самых первых дней старающимся доказать, насколько Антон красив, настоящий краш две тысячи двадцать третьего года (это было уже после получения награды), но Шастун этому доверился медленно, как черепаха, не желая признавать себя привлекательным мужчиной, а не дылдой, тупой палкой с уродскими большими ушами. Терапии, Арсений с его поддержкой – и эти все старания должны рухнуть как карточный домик после появления Александра? Антону тяжело смотреть, как Арсений все чаще задерживается на прогулках с Сашей, чаще бывает теперь в Питере, куда Антон не может также много раз подряд вырваться из-за работы. Да Саша даже был у них в гостях! Нет, конечно, Попов у Антона спросил разрешение, ведь это их семейное второе гнёздышко, а Шастун не смог отказать такому Арсению. И как бы он не учился говорить «нет», в сторону Арса это срабатывает через раз. Этот нужный раз в тот день, как видно, не сработал. – «Да так, чай попили, фильм посмотрели и пошли дальше гулять» – ответил беззаботно Арсений на вопрос Антон, что они делали. – Про отношения наши он не знает, если что». Антону легче от этого не стало. С каждым днём ревность убивала, с каждым днём он чувствовал себя ужасно, едва на Арсения не срывался во время секса на бешеный темп и больные укусы, поскольку Попов – любитель нежности. Да и неуважительно так. – Шаст, что с тобой? – Арсений сел к нему рядышком на диван, где Антон уже пять минут в пустую смотрел в точку перед собой после новой вчерашней фотки с Александром в канале Арсения. Шастун не ответил. Попов впритык к нему устроился, укладывая подбородок на широкое плечо, покрытое домашней растянутой футболкой. – То-ош, – протянул Арсений, показывая, что не отстанет. Антон повернул к нему голову, уткнулся взором в любимые голубые глаза, которые поразили его в первый день знакомства, сравнимые с бескрайним просторным океаном. Поцеловал в лоб, закрывая глаза и тяжело вздыхая, пока Арсений оглаживал ласково его талию, не спуская взгляда. – Арсень, скажи честно, – осторожно начал Антон, открыв глаза, чтобы считывать эмоции на любимом лице. – У тебя с Шульгиным что-то есть? Арсений молчал, широко раскрыв глаза и перебирая туда-сюда складки на Антоновой футболке. – С чего ты это взял? – всё-таки нахмурился Попов, отвечая вопросом на вопрос, подозрительно щурясь. Антон отодвинулся от него, кладя ладони на свои бедра. Арсений взял его потные руки в свои – как всегда – прохладные, сжимая. – Я же вижу, Арс, как ты с Сашей светишься, насколько у тебя горят глаза, – горько начал Антон, опуская голову. – Ты меня больше не любишь? Я стал неинтересен? Арсений покачал головой в отрицании, неожиданно убирая сцепленные руки в сторону, дабы устроиться головой на Антоновых бедрах, положить насильно медвежью ладонь на свои волосы. Антон понял – начал нежно перебирать прядки. – Шаст, у меня просто впервые появился тот самый друг, который меня ценит просто за то, что я есть. Не за что-то, не за знания, не за деньги, не за навыки, просто за что я существую, – улыбнулся Арсений, успокаивающе сжимая его плечо. – Тем более, у Саши есть девушка, которую он любит всем сердцем, я ему иногда помогаю с некоторыми вопросами по поводу отношений. Не ревнуй меня пожалуйста к нему, я просто наконец-то обрел своего настоящего лучшего друга, понимаешь? Сережка – это как брат мне, это совсем другое. Мы с тобой были друзьями, но это тоже было другое – ты мне сразу понравился, сразу приобрел к тебе симпатию. А Саша – тот самый настоящий друг. Антон запоздало кивает, поджимая губы от собственной неправоты и ревности. Как он сразу не догадался? Арсений же, ещё далеко в шестнадцатом году, признался, что хотел бы иметь настоящего друга, чтобы прям до старости, ведь за тридцать с хвостиком лет не получилось им обзавестись. Это у Антона же друзья со школы есть, друзья с времён «КВН», а Арсений большую часть жизни один был, ему не хватало таких прогулок, таких приколов, как надетые шапки с ушками, закрывающие все лицо почти. – Прости, Арс, прости пожалуйста, я дурак такой, – Антон с печальной гримасой наклонился к нему, поцеловал в лоб и начал укачивать, боясь, что тот обиделся и сейчас исчезнет. Арсений уткнулся носом в его живот, потираясь, вдыхая запах стирального порошка от одежды. – Не вини себя, Тош, главное, что мы спокойно все обсудили и до ссоры не дошло, – спокойно изъяснил Попов, заново сцепляя их руки и целуя замок. С того момента в сетях стали все чаще появляться совместные фотографии так называемых улыбающихся дурашливых «Артонов»... Или Шастунов? Без разницы. Стали появляться кружочки, где они сыпятся со смеху, что-то обсуждают. Стали появляться общие посты в аккаунтах в Инстаграмме: вчера у Арсения было чб фото в одном месте, на следующий день такое же чб фото у Антона в том самом же месте. Больше упоминаний в цитатах про голубоглазого красавца, очаровывающего всех. Больше упоминаний на подкастах близкого человека «он меня всегда поймет, он меня принимает таким, какой я есть, он человек-солнышко в моей лунной душе». Арсений стал все чаще давать поводы для совместных прогулок уже с Антоном, они гуляли по крышам Питера, где провели пикник под пленительно обворожительным закатом; ходили в рестораны, где Арсения фоткал кто-то высокий; на кухонном столе все чаще стал появляться любимый Антонов борщ, в личке все больше и больше разных высказанных «я тебя люблю и ценю», все больше тихих признаний на ушко перед моторами; все больше смеха и ладошек, подмигивающих упоминаний Антоновых персонажей на съёмки Шоу из Шоу: – Знаю я одного шикарного шеф-повара, но боюсь, он вас может... Словесно наказывать. – Вам бы, Идочка, так подошли черные очки, жаль, они сейчас находятся у одного умного ведущего. Мой любимый, кстати. – Ой, у тебя дети? Так обязательно зови в гости дядю Тошу, он такой хороший! Антон отпустил свою ревность, свою недоброжелательность к Александру, они даже однажды прогулялись втроём, пофоткались везде, говорили и шутили много, а однажды даже сходили на парное свидание в один ресторан с девушкой Александра, которую, по иронии, тоже звали Сашей. Но самое главное, что в Инстаграмме и в Телеграме Арсения было закреплено одно его фото с Антоном: «концерТЫ – любовь моя».