Часть 1
3 ноября 2025 г., 02:10
Зачем искать того,
кто найдёт быть не хочет?
— Слышал твой голос в порнушке… — Сказал парень и ощутил весьма мощный удар раз отлетел на асфальт… Весьма сомнительно, он выглядел для гея решившего подкатить к мужику. Слишком обычный серая худи, черные джинсы. Синяя лямка трусов. Помятые кроксы. Самый обычный российский бомжатина-фрилассер, инфленсер или что там по словам современным — я особо не разбирался. Пизды он получил значит мог идти дальше. И щеку ободрал, бедняга расплакался, надо бы подбодрить человека… Иначе смысла в его выражении я не пойму — а разбираться нужно, как бы ты не проебался. Важный момент в том, чтобы признать для себя, для него — не обязательно, а вот понять интересно …и идти с важным видом дальше… — Ты там не озвучкер случаем? — Его голос был слабее, прежде чем я мог подумать, он снова получил ботинком прямо в лицо. Думай. Идиот. Когда. Говоришь. В. России. Тебя. Не. Заценят. Дурила. Для отрезвления пинок всегда нужен, а вот сейчас можно сделать вид попроще и обо все расспросить. Понял, идиот, я для тебя расщедрился на разговор. Я цокнул. Парень явно не оценил моей снисходительности… Не оценил, да он разрыдался сильнее, чем мог себе позволить мужик… Еб твою мать. Совесть ведь манда гложет. Ну извиняться я не стану — аккуратен не был он, значит меня не ебет. Или может стоит попробовать, может и вправду гей? Тогда и на постельку и на ночку его можно развести. Идти-то все равно некуда. Натуральный бомж-то тут я. Почти. Перед новым годом не стоило сваливать, оставляя квартиру сестре. Ладно, пусть малышка отметит, я нашёл цель… — Нерадостное у тебя лицо, проблемы в работе? — слегка присел к нему. на коленях, испортить штаны не так уж печально. Чем моталтся ночью по ебучим улицам, невъебически красивого города, с которого все почему-то съебывают — Не бойся рассказать о своём состоянии, не бойся делиться. Я слушаю. Внимательно. — так же, как и посираю тебя в своих мыслях мальчик. — Я сожалею…что …не… спас тебя. — он задыхался в слезах, теря своей уже грязной рукой глаза. Фу бля — Ты не… должен был столько на себя брать......чтобы просто..... Чтобы просто..... жить — я бы хотел сейчас прописать ему ещё одну затрещину, но уреванный он приносил мне какое-то садистическое удовольствие. Я прикусил губу. Да малыш, ты меня не разочаровал все секс будет… Точно пидорас… Ещё и убивается по тому, кто на меня судя по фамильярному обращению — фантастически похож. А что самое лучшее, после разъебанных жизнью ожиданий? — отрезвляющий секс. Я так решил. Я так сказал. Значит так и будет. Осталось только догнуть… и мальчишка, судя по всему студент. Уж слишком разъебанный вид… Хотел бы я… Я потряс головой, смахивая мысль иди нахуй! Я не неженка и, парень, — ты тоже: — Иди на-а-а-а-а-ахуй со своими страданиями, я спросил конкретно про работу значит про нее и отвечай — не работаешь, так меня не заебывай. Пойдем отведу тебя в кафе, купишь мне Американо, а там… За чашечкой кофе пизди о своей никчёмной любви — я поковырял в ухе мысленно хохоча с его недоумения (Он прям замолк), поднимая его под плечо — сколько твоей душе угодно.- я посмотрел на часы — а вернее в ближайший час я твой советчик и слушатель. — Парень все больше охуевал, раз не смог спиздануть ничего гееватого, рад, что он учится на ошибках. Я продолжал свою идиотскую комедию — как удобно, что кафе прямо тут! Через дорогу! Ты такой предусмотрительный! Ты такую романтику для меня устроил? Он не говорил ничего: когда щёлкнул доводчик кафе, когда я выбрал стол, усадил его, заказал кофе (и должен уточнить!) за свои кровные купил несколько чашек — ибо откуда-то я знал, что его история будет долгой, а заплачу лишь я за шикарную ночку после. Я очень нарциссичный человек, запомни это мальчик. — Что там у тебя с твоим трахалем? — завел разговор тоже я, хотя чьи это страдания и кто должен ими делиться? Парень утёр слёзы, но говорить не решался. Что-то его (наконец-то) то ли сподвигло на то, что толерантность в таких местах была весьма значительна, чем с незнакомым мужиком на улице, к которому ты проходишь с тупыми предположениями. А сейчас идиот молчал. Волшебно, мне его ещё разбалтывать. Думаю, алкоголя в моего организме на такое не хватит, не хочу трезветь раньше времени. Но видя хлюпающее и помятое ебалко этого потного (да я почувствовал, пока шёл) придётся: — Ох, как же ты меня заебал, только появившись в моей жизни. Ты ведь почти ничего не произнёс толком. Что же будет, если ты в ней останешься? Пафосно, но мило, согласись? — Я не гей, я занимаюсь… — Уже вижу — пиздишь. Без правды диалог не построишь, а если ты решил в начале знакомства пиздеть, то я въебу тебе ещё раз и посмотрим. Пацан, БЛЯДЬ ЕБУЧАЯ, замолк. Прекрасно, теперь без причины, чувствую себя использованным презервативом… Я заулыбался, хотя я его сюда и припёр, но вот не люблю я ложь, если ее говорю не я. Она мне до омерзения идёт, а в других противна. — Пидорасов я вижу сразу… Радар работает понимаешь? — ой, сука дайте мне камеру. Мне надо документировать этот, сменяющий кадры со спокойного на ахуевший, еблет, Каждые. Мои. Два. Слова. Буду показывать Дианке и с ней ржать. Он сидел и не говорил почти две минуты я его ждал, раз восемь я проверил это ебучее время… 33. 33 33 33. О 34! . 34… Сука заебал 35… Пять минут молчания я уже не вывез, так он меня заебал. — Я тебе кофе купил, не чтобы ты его дохлебал и уебал! А чтобы послушать про твою ебучую жизнь! Мне с хуя это важно, понял? — я глянул на свои ногти, походу он не заметил, что они были ухоженны. СУКА НЕВНИМАТЕЛЬНАЯ. Я сходил к мастеру буквально вчера, вот какой мужик в России так делает? Правильно! ПИ — ДО — РАС. Значит — я… Да, НАДЕЮСЬ он понял ТЕПЕРЬ-ТО. Он не говорил. Я, к своему сожалению, продолжил: — Так. То, что ты латентный пидорас, — я уяснил. Где история? — Я на это внимание обращаю. Я на это внимание не обращаю. Я на это внимание не обращаю… Я на…- повторял он свою мантру до тех пор пока я не пнул его ногой под столом. И хлебнул немного напитка, да язык обожгло, НО…какой кофе вкусный. Какой хороший у меня вкус. Хороший тут и он кстати… — Я не привык разговаривать с гомосексуалистами. Так паренёк ещё и ебнутый… Поздравьте меня! Я словил ЕБУЧЕЕ КОМБО! В МОЕМ вкусе! Разъебанный мной же (чем гожусь), Латентный (либо сыкливый), так ещё и Ебанутый! Я рад. Осталось только придумать, Как. Его Трахнуть. — Ты пиздишь с одним из них прямо сейчас, понимаешь ты уже привыкаешь… — О рожа-то у него! Забавно изгибается. Ещё грязные и кровавые пятна смешиваются с каплями кофе на губах. Я бы нас выгнал с кафе. Но раз всем было поебать всё… Нет! На то сказать мне об это или нет… им ничего не стоило… И всё же… Всем похуй. Я поставил чашку и, в знак внимательности, достал телефон и положил на стол: — Ты мне о себе расскажи. Вопросов хороших все равно не задам. Я пьяный. А значит что? — Не мыслю адекватно, значит язык развязан — могу попиздеть. Л-А-Й-Т-О-В-О. И завтра я не вспомню! НИХУЯ. — я как артист, мать вашу, всплёскивал руками — Одни плюсы? Если бы я был трезв… Я, быть честным, себе въебал бы, но раз ты слушаешь меня, то уважаешь меня — РОССИЙСКОГО ПИДОРАСА! Я БЫ СЕЙЧАС ПОРЖАЛ С НЕГО, ЧЕГО ТАК ИЗОГНУЛСЯ-ТО, но слишком много вопросов к нему было, потому продолжал пиздеть. О том…чем буду позже недоволен — Теперь предельно понятно? Если я уже об этом прямо говорю, то какой смысл сраться тебе? За углом я тебя не выебу, ибо не люблю зиму. Всю жопу себе отморожу. Мне пизды может со своими кентами дать, но после того как расскажешь из-за чего плакал. Ведь слёзы не из-за того что я тебе пару раз вмазал? Ох, мой ебальник… Надо было бы видеть. Ведь я прям ощущал, всей своей мимикой, как сощурил, весьма печальное ебальце… Ведь мне стало его жалко. Въебите мне, чтобы я больше не пил… — Меня тошнит… сильно. — слишком тихо говорил. Не слышно даже не выходило насладиться голосом, но последнее от него — «Ты противный.» — весьма очаровательно -. . . Я бы тебе въебал, но ты наконец-то то связал вместе пару слов, а значит язык работает. Остальное, думаю и без меня продолжишь прекрасно. — Я не под таблетками прости… — Нехуя это, что сочувствие ко мне пацан? Противно, но продолжай, я уже жду мягкой ласки и горячего секса. Твое лицо говорит яснее тебя, солнце, и могу понять, где ты пиздишь, но слушаю. Он продолжал, — не могу здраво соображать, слишком много тараканов сейчас может вылезти. Я много чувствую… Не привык что-то. Знаешь таблетки они же снимают почти весь тревожный эффект… Я знаю, но тебе разрешаю продолжать и тихо мирно сижу попивая кофеёк. Пока ты свой отставил. Но я-то заметил какими глотками ты его до этого пил. В довершении, кривя еблет, он сказал: — но и любой другой эффект …эмоциональный. Взгляд на жизнь. Позитив. Негатив. Ты не ощущаешь …нефига..... — Спасибо, знаю… — я предательски зеваю. Разговорился он сам… и без моего участия. Вау, а пить и после спать пару часов — мне не стоило. Моё красивое личико знатно перекосоёбило от зевоты. Я себе это простил и продолжил. — Извини Накатило. — пизди дальше — не хочу. — хуйца пососать дам. Продолжай — ...... Так вот нет нихуя… А я спокоен и в стабильности, и…кое-кого. это не устраивало. Вот я и решил отказаться от таблеток — Идиот, — он посмотрел на меня и кинул. — Мой… Парень — о, как ему было непривычно говорить об этом, чего изогнулся-то? Ха! Ещё бы раз посмотрел на это в записи и вздрочнул был, но парень продолжал, — он говорил… Что я безэмоциональный, как дерево.....как стёклянный.....никакой… Въебал бы он мне сейчас и разбил нос… Засосал бы… Пальцы засунул в жопу… Эх, жаль, его нужно слушать… Говорю, кривя еблет: — Что его не устраивало? — И я не в курсе… — О, бомжеватому я уже ему не противен, хорошо… — Так вот таблетки пить я перестал, а он меня бросил… — Грустно. — дико хотелось бы головой подушки коснуться или уебаться головой об асфальт и уснуть в подворотне, но надо продолжать разговор: — И что? — Не обесценивай мои чувства. Я так-то настрадался. Парень надул губки. Забавно. — Знаю — Я заебался ловить в нем привлекательные нотки, и для профилактики пнул под столом ещё раз. — Бля, пидорас …чёрт возьми, хрипишь от такой мелочи? А выебать себя также легко разрешишь? — Да. Знаю — Ты? — он слишком много сомневался и говорил это так тихо, словно до него было дело людям, которые дорабатывали свою смену в кафе, и, краем старого уха, слушали его пидорские разговоры. «Да, я гей уже написано во всем контексте прямом и нет, мне еще орать, чтобы ты принял сей фактишко?» — но так не сказать. НАДО. БЛЯТЬ. ИГРАТЬ — Знаю! ХА! — прошептал я… Но смеяться на все кафе не стоило! Ржал-то я ощутимо противно-крысиным. Был настолько тих, насколько мог, но привлек только! Увы! Мимольный взгляд! Тетки на кассе! Говорю ж дело до нас… Никакого! Я стёр слезу от явно нервического смеха и продолжил: — Удивительное открытие, я заикался об этом ни раз. Тупой? — Я таблетки бросил ради него, а ты в мне хуйню про себя несёшь! О. Сработало. — Пизды ты не получишь, но судя по всему в ближайшее полчаса про твою жизнь я узнаю больше, чем ты думаешь. — Секс, кофе, сигареты и я твой. Открой мне свои двери. — парень не вполне себе понимает, что я весьма серьёзен, хоть и немного сомнительно высказываюсь. — Доверься мне, ей богу. Мне невъебически настрать. Кто. С кем. И КАК обращался. Я под градусом, мальчик. О, а вот это говорить не стоило бы, … если бы мне хоть какое-то дело было до его истории… А вот до теплой постельки и потного тела под тобой. Вполне. Возможно — не похуй. А может и до него мне дело было —… Не та мысль на которой стоит останавливаться. Я хочу ебаться и пошёл ты нахуй, ебланище… Парень кривился. Хлебал кофе, че-то постукивал пальцем. Следил за почти исчезнувшей пенкой на стакане. Потихоньку доваривался в своей голове для разговора. Врятли даже с тараканами, а скорее с тишиной. Вскоре он ее заполнить обязан. Я незнакомый человек, со мной неуютно верно? — Тебе Надо Что-то Сказать… Я вслушивался в его молчание и ПАРЕНЬ-ТО ДОЗРЕЛ! — Я забыл, что мой брат… — Притих. Продолжил — Парень… Слава. он уходил к своему …отцу… Я потащился за ним… Он попёрся в… мою! квартиру и я его чуть не убил Ёууу-у-у-у, если он был серьёзен, я бы хотел посмотреть на его ебальце, сразу после… кхм — Дальше, дальше — Потряс перед ним своим мужским маникюром, я слегка склонился к нему, чтобы разглядеть грустное еблишко, но он глянул на меня… Улыбнулся. Мразь симпотная… и спокойная до моего возбуждения и ужаса… Того, кого бы то ни было. Ну, ладно… в постели мы будем говорить. По другому. -… В моей квартире! На моей кровати. В моём доме! Ох, тебе, что изменили, мальчик мой? Я явно заулыбался и он то заметил, погружаясь в себя… Опять мне продолжать? Ладно: — Жестоко… — о, этого достаточно, опять на меня пялит. — Ну и… Я не стал сидеть и ждать под дверью, слушать это… всё время …и пришёл только под утро… — о, натуральный лошара! Парень трахается с его собственным родителем, а он под утро… Выжидает и притаскивается. Копил энергию и злобу и пришёл вылавливать. В свою квартиру! В свой дом! Ха! Мысленно я ловил «ха-ха», а в жизни…ну я просто был. Почти не слушая себя, поговаривал стандарное: — Чувства приходят и уходят в рандомный вторник. А секс… Поверь, он не так много значит. Облобызали друг друга и пошли. В гей-мире так… Если не успел просечь. — Он начал со звуками хлебать свой кофе. Фу, боже — Что долго запрещается, то сильнее извращается. Даже приежая отдыхать в город получше. Я находил мужчину. Ха! Парень подавился чертовым напитком, я всегда верно сказал? Тебя настолько косоёбило, мальчик, что я начал привыкать. — Дело не в сексе… И не в том, что не мой отец оказался старым развратным. Пи… Ради меня! — кофе, слава Сатане, остался в сторонке — Позволь этого не упоминать… — Позволяю, но жду подробностей Тётка на кассе старательно надраивала аппарат, очень мало ей дело до нас было. Раз она протирала одно и то же место раз в 5! 5!!! Старуха, за слухами охотитесь? Ой, поверьте. Будет интересно — и мне и вам! — Тут сложная ситуация. Запомни три момента. Я гей. Я волонтёр. Я живу один. — Это я уже просёк. — Почти… Но с умным видом буду поддерживать любое тупое убеждение, лишь бы ты уже вошёл в подобие транса и разспизделся. Я хуже гадалки… Психолог из меня никакой, но вот выездной врач хороший. Ну об этом ты узнаешь, только в случае, если сегодня я добьюсь не твоей жопы, а добью до состояния «скорая помогите!» — Как же твой бойфренд? На твоей кровати. В твоем доме! Ебался без возможности там проживать? Ключики ты хоть ему, надеюсь, дал? — Дал. Как Же Я Хочу… хлебнуть винца. Не выслушать. Но без контраста на эмоциях, страсть настраивать — не так интересно. Он тихо усмехнулся и продолжил: — Лучше бы я сделал это раньше… -… Я молчал. Десять секунд. Двадцать. Тридцать. Мой еблет ждал его. Он затих. ТОРМОЗ-ЕБА́ННЫЙ-МАНИПУЛЯТОР..... Он на каждое свое действие ждет реакции??? ЗА-Е-БААА-А-Л. Я кивнул. Этого достаточно? НЕТ? МОЛЧИМ! ДВА ИСТУКАНА! Мразь по новой кофем увлекся. Глоток. Ещё глоток. ЕЩË ГЛОТОК. СЮРП. СЮРП. СЮРП. СЮРП. СЮРП. Одна-две-три-четыр-ПЯТЬ СЕКУНД! И его кружка катится по столу! Кофе растекается лужицей! Я уж проследил, чтобы ему на штаны пролилось! Пидар…! Он сидит-молчит-не-выебывается. Прекрасно. Терпила. — Пошли на улицу. Сигареты доставай! — я хватаю его за шкирку и виду в выходу. — Быстро. Он неупрямый как глина, мышцы руки твёрдые, мазоли царапают кожу. Но плевать… мужика за руку поводить редко удаётся. Кричу на последок. — До свидания! Дотерите вы его уже… Достали! — последнее говорю тихо тетка не должна услышать… и так предельно толерантно себя повела. Завтра попою людям на улице и занесу ей. Вонющих деньжат… М-м-м, утренний кофе. Кайф. Парень моего роста. Все при нём, а вот сука долю мазохизма… Я даже не ждал. Ебну в честь этого человека.не знаю… Хорошая идея. Взорву ему салют в жопе под бой курантов! Наслаждение… — Мразь… пидорская тварь! Конченая тварь, курить будешь? А? Молчит. Его что совсем не задевают мои слова…мило…? Сейчас исправим. — Ты чего рыдать-то перестал? Своего нашёл и успокоился? А под мой голос в порнушке надрочился и… — Теперь я …получил подзатыльник… Каштыврыга злобная… Ебнул меня. Ну-у-у… шлёпнул. Вот сука. Смеется же. Мне же нравится. Ебанул и я его. По лицу. Больно. Неприятно. Он ебанулся на мокрый, российского серого цвета, снег. Замарался сильнее. Рыдать не стал. К-о-м-и-л-ь-ф-о. Потащил меня за ногу. Гандон! Я пнул его по лицу второй. Разбил нос. Победа. Вторая в копилочку. Ногу мою он не выпустил. Я за ним ебанулся в мокрое чудо зимы. ПРЕКРАСНО, спать мне предстоит на лавке. Так ещё и больным! Простужаюсь быстро, спасибо мама, ну или отец, хуй вас не знает! Белый худак парня загажен, так он им ещё и кровищу трёт. Он дома переоденется — я нет! — ПОШЕЛ НАХУЙ! — я ударил его локтем и сплюнул ему в лицо. Этот. Идиотский. Кусок. Эмбриона. Сделал. Также… Хотел просто поебаться… Поебался на ринге тупости. Всхлипнул от проехавшегося по ляжке и руке холодка я. Я-то был в луже! Удачно, гадина мазохистичная. В душе ебу, почему мужику больно становится не от боли, а от действия другого мужика! — Паскуда… — о, то уже был он. — Так парень встал быстро. Протянул мне сигарету. И успокоился. — я потянул его за кудри. Прямо. В. Лужу. Чтобы. Знал. Окунул его лицо. — Или будешь это пить. Заскулил. Тактика, хорони меня в лесу совесть, работала. Поскрипывая от логики, но работала. Он повернулся и правда встал. Я за ним, держась за его запястье и поглядывая на него. Бля, его взгляд был не на мне… Он потянул меня на себя. Ему хватило сил. Я упал на него. И демонстративно поцеловал.На виду у хуй-мне-похуй-кого. Единогласно. Пидорас. Он замер. Горячий, нагревался стремительно с прожаркой почти пустого пространства вокруг. Ладно, пока соображаешь осмотрюсь. Кофейня. Парочка стремительно сменившая направление прогулки и охуевший запах сигарет. Так он курит таки. Перегар — нет. Запах приятный. Ранее я его не приметил… — А ты не только смердить можешь! Не ротманс жаль… Какие электронки посасываешь? — не твоего… Пидораса… дело — получил лишь (маленький?) щелчок по своему охуевшему ебалку — заревел. Ура. Мы вернулись во стабильность. Перепады температур так на тебе сказываются, мой хронический быдлятина? Я все ещё держу в голове тот факт, что мой голос поразительно похож на чела в понушке, на которого ты дрочил. Явно (очевиднейше!). Вспоминая своего …изменщика… Я поднялся. Достал свою пачку ротманса и закурил. Парень свернулся калачиком в луже. Прижал руки в груди. Прямо в луже, напомню. Че-то говорил. Не на русском. На ноющем и саможалеющим. Я наслаждался. Надо бы запомнить. Зима и мужик рыдающий на моих глазах. Значит, у него всё откровенно хуевенько и я явно не дораспросил. Эх. Момент упущен.ПО-ХУ-Ю.
Курю уже вторую сигарету, и мне хорошо. С меня немного стекает. Но — я-то, блядь, промок, не погруженный в свои выблядские страдания. Но мне-то не о чём, кроме дома, думать не надо. Дианка, сестрёнка моя любимая, свали побыстрее к своей совести, пожалуйста и напиши мне. Знаешь же, что клиентуры в праздники не беру. Спрос большой — опасность большой. НА-ХУ-Й. Я приствистнул. — Поднимайся гандон, и идем к тебе. Мне не куда идти. Я правда не знаю у кого помощи попросить. Извиняюсь, но я простыну блять. Да, я беспокоюсь только за себя. Но секс ты получишь первоклассный. Деньги-то у меня есть. Но вот отель снять. Фу блять. Толька не туда. Проявишь каплю сочувствия? Ты недолюбленный и недоебанный… — Картинка и все окружающее перестало звучать вовсе. Я смотрел не на него. Не на себя. Не в пустоту… Не ебу куда, но знаю, что искал. Что? Я продолжал уже в слух, почти не ощущая своего голоса — Не важно, я закончил весьма неплохую речь для нарцисса. Ой, только не услышь меня парень. Больше не унижусь — слышал мой голос, где помнишь? Хочешь сравнить. Решай — ебусь я со всем пристрастием. Он хлюпал самосожалением и самоуничтожением. И молчал. Гандон. Ещë две минуты и я съебываю. Мокрый. Оголодавший по сексу и теплому телу, домашнему уюту. Смердящий вселенской усталостью. Я присел на него как на скамейку. Парень лежал. Содрагался и спустя парочку десятков секунд перестал. — Больно… — жаль я не мог быть поадекватнее, ему явно тяжело. Но он молчит, а я упорно сижу. Выжидаю, что таки сжалится, но говорить об этом мало хочу. Я бы смог унизиться. Затягиваюсь. Но сегодня принципиально этого не сделаю. Я весь мокрый, так ещё и больно. Пиздец. Я протянул ему сигарету. Да, я добрым бываю и встал. Зажигалку, аж в руки протянул. Парень. Тряпка-дорожная так и лежал. Ахуел от моего поцелуя? Так я тоже не ожидал. Обоим больно — справедливо. Помню какой-то мужик выключил свет, года три назад в Питере, чтобы воспринимать меня «как женщину», выключил свет. Вот тогда мне было так же. Неудобно воспринимать свою сексуальность. Как и сейчас лежащего парня. Без имени. Без смысла. Без поддержки. Он оказался растоптан несколько раз в день, когда судя по всему, готовился что-то закончить, раз полез к незнакомому мужчине, а потом рыдал. Из Раза В Раз. Как он сказал? Я не должен был брать на себя столько, чтобы просто выжить? Я и не брал. Оно как-то само свалилось. В твоём лице точно. — Я бы помер вместе с тобой пацан. Увы. Дианка разревётся. Прощай. Умирай. Я подыхать от холода.
