Sweet weekend

Раньше Юнги редко позволял себе отдыхать. Не столько из-за большого количества работы — хотя это, безусловно, была весомая причина. Главным образом он редко куда-то ездил, потому что одному было неинтересно. Обычно довольствовался выходными в два дня. Но сейчас всё изменилось. Он сидит на мягком диване на палубе со стаканом минеральной воды в руках, и наблюдает за своей деткой, который встал на краю палубы и облокотился о борт круизного катера, который рассекает воды индийского океана. Ветер треплет его волосы, переливающиеся под солнцем розовым и золотистым. Свободная белая рубашка колышется, от нее тянет тем самым карамельным запахом. Она открывает вид на короткий топик, который Юнги, к своему сожалению, не может разглядеть, потому что Чимин повернулся к нему спиной. Но зато его взгляд цепляется за попу омеги, на которой надета короткая мини-юбка. Иногда она открывает вид на трусики, из-за чего альфа скользит глазами по сторонам, убеждаясь, что никто, кроме него, этого не видит. Сам Юнги одет в светлые брюки и рубашку-поло, на лице солнцезащитные очки. Он лениво откидывается на спинку сиденья и продолжает наблюдать за Чимином, пока тот не подбегает к нему и не просит сделать несколько фотографий. Альфа выполняет просьбу и сразу же пересылает себе несколько снимков. Вскоре вдали начинает вырисовываться горизонт — размытая линия, за которой уже угадываются очертания острова. Сначала показывается тонкая белая линия пляжа и верхушки пальм. Потом появляются песчаные косы; длинные пирсы, ведущие от берега вглубь лагуны; вдали бунгало с соломенными крышами, а за зеленью, тянущейся вдоль границы с пляжем, показываются гостевые домики. Катер замедляет ход, и капитан оборачивается, сообщая, что они прибыли. Юнги поднимается с дивана, подходит к Чимину и становится к нему со спины, отдергивая его юбку вниз. — Не хочу, чтобы на твою сладкую попку кто-то смотрел, — низко проговаривает он и отходит. Катер мягко тормозит у пристани, и мотор затихает, оставляя после себя только звук волн, шлепающих о борт, и приглушённый крик чаек где-то вдалеке. Юнги подхватывает валяющуюся сумку Чимина в руки и первым сходит по трапу на пирс, где их уже ожидают сотрудники курорта. Он протягивает руку омеге, чтобы тот аккуратно спустился, а потом пропускает работников на катер, чтобы они взяли их вещи. Они следуют по дороге, которая ведет к одиноким домикам, скрывающимся за кронами зелени, и через несколько минут оказываются около виллы, которую Юнги арендует не в первый раз. Большая, светлая, с крышей из тикового дерева и широкими панорамными окнами. Она почти у самого океана, расстояние до пляжа не больше сорока метров. Перед домом раскинулась терраса с бассейном, вода в котором сияет бирюзой, отражая небо. Вдоль бассейна стоят шезлонги, столик с плетеными креслами и большой зонт, отбрасывающий мягкую тень. Работники заносят вещи в дом и уходят. Юнги снимает обувь и проходит в комнату, а Чимин сразу направляется к террасе, распахнув стеклянные двери настежь. — Здесь хочешь позавтракать или пойдем на пляж? — интересуется альфа и подходит к омеге, рассматривая его розовые пряди. Он касается их и заделывает за ушко, в котором красуется серьга с таким же бриллиантом, как и пирсинг на пупке Чимина. Тот отвечает, что хочет на пляж, и бежит открывать свой чемодан. В нем лежат много разных купальников и легкой одежды. В итоге он выбирает раздельный купальник, который откровенно обнажает тело, поэтому сверху надевает прозрачную белую накидку. Юнги остается в чем был, решая пока не заходить в воду. Он берет нужные вещи для Чимина, и они покидают домик. Пляж утром почти пустой, только редкие отдыхающие прогуливаются вдоль кромки воды или занимают столики у небольшого ресторана. Здание с соломенной крышей и открытой террасой стоит прямо на песке, в тени огромных пальм, откуда открывается вид на океан. В воздухе пахнет жареными креветками, фруктами и кофе. Юнги идет за Чимином, который начал подниматься по короткой лестнице к ресторану. Пол из дерева, прохладный и гладкий, столики расставлены на приличном расстоянии, чтобы не мешать друг другу. Несколько гостей уже завтракают. Слышен лишь тихий звон посуды, приглушённые разговоры и легкая фоновая музыка. Их встречает официант и проводит к столику на террасе. Чимин занимает удобное кресло и сразу же делает пару снимков для соцсетей. Юнги садится напротив, и им подают меню. — Чего бы взять... — говорит Чимин себе под нос. Юнги отрывает взгляд от буклета с блюдами и с мягкой усмешкой наблюдает, как Чимин склоняется над своим меню, ведя пальчиком по бумаге. В тени его розовые волосы кажутся на оттенок теплее, а тонкая накидка едва колышется от морского бриза. — Возьми что-нибудь легкое, — спокойно советует Юнги, просматривая напитки. — Может, фрукты и блинчики? — поднимает взгляд Чимин. — Как хочешь, — отвечает мужчина и подает знак официанту, проговаривая заказ. Через несколько минут им приносят заказ: для Чимина свежие фрукты в ярких мисках, панкейки, политые кленовым сиропом, и латте с плотной пенкой, а для Юнги яичницу, тосты с авокадо и кофе. Альфа первым берет прибор, потому что омега, как всегда, взял телефон в руки, чтобы запечатлеть момент. Он аккуратно нарезает свой тост и подаёт кусочек Чимину. — Попробуй. Тот открывает рот и позволяет запихнуть в него ломтик тоста. — Ммм… вкусно! Юнги улыбается, возвращая прибор на свою тарелку. Они продолжают завтракать, наслаждаясь утренним солнцем и шумом прибоя. Когда тарелки становятся пусты и Чимин разрешает покинуть эту красивую зону, они спускаются с террасы и идут на пляж, выискивая свободные шезлонги. Чимин бежит чуть впереди, босиком, отдав свою обувь альфе и оставляя легкие следы на песке, а Юнги идет медленно, наблюдая за каждым его движением, будто боясь упустить. Вскоре они находят около воды два свободных, стоящих рядом шезлонга. Юнги бросает рядом вещи, достает полотенце и воду и ложится, отпивая прямо из бутылки. Чимин щурится от солнца и садится на край шезлонга, над которым находится тень от раскрытого зонта. Омега шевелит пальчиками на ножках. Потом наклоняется, берет пригоршню песка в ладони и пропускает между пальцев, наблюдая, как золотые крупинки осыпаются на землю. На солнце они блестят, будто пыльца. — Пойдешь в воду? — интересуется Юнги. — Да! Прямо сейчас хочу. Альфа кивает и достает из сумки солнцезащитный крем. Выдавливает на пальцы и просит Чимина пересесть поближе к нему. Он мажет кремом почти все открытые участки, чтобы его прелесть не обгорела, затем он надевает на его голову шляпку и отпускает. Юнги периодически отвлекается на телефон, но все равно старается наблюдать за Чимином, выискивая его розовую макушку среди людей, которых с каждым часом становится все больше. Внутри образовывается глухое рычание, когда он замечает, что к его детке подходят какие-то альфы, и собирается встать, пока не видит, что Чимин указывает на него. Тогда он снова откидывается на спинку лежака и расслабляет брови, сведенные к переносице. Весь день они проводят на пляже. Чимин купается, загорает на солнце, фотографирует местность, делает селфи, бегает по берегу, а Юнги спокойно лежит на лежаке, потягивает коктейль со льдом и иногда отвлекается на телефон, проверяя сообщения. После полудня они возвращаются в тот же ресторан, чтобы пообедать. Заказывают морепродукты и сок, Чимин щебечет без остановки, рассказывая о случайных мелочах, а Юнги слушает, иногда кивая и вставляя короткие фразы. Вечером солнце греет мягче, но на пляже прибавляется людей. Становится шумно, поэтому они решают вернуться на виллу. Юнги, наконец, решает освежиться и поплавать в бассейне, пока Чимин занимается своими омежьими делами в доме. Потом альфа вылезает из воды и, надев халат, садится на шезлонг с ноутбуком. В это время из дома выходит Чимин. Он снял мокрый купальник и, решив не наряжаться, надел лишь нижнее белье с длинной белой рубашкой, ткань которой просвечивает, показывая оттопырившиеся сосочки небольшой груди. Омега несет с собой охлажденную бутылку вина из мини-бара, тарелку фруктов и два бокала. Он подходит к Юнги и ставит все на невысокий столик, садясь на лежак около бассейна. — Работаешь? — Чимин почти уверен в ответе, но решается все же уточнить. — Немного осталось, — отвечает альфа, не поднимая взгляда. Омежка спокойно кивает и вытягивает ноги. Он открывает бутылку и разливает вино по бокалам. Потом достает телефон и включает что-то смешное. Звонкий смех Чимина разлетается по террасе, смешиваясь с шелестом ветра в листьях пальм. Через некоторое время Юнги закрывает ноутбук, откидывается на спинку лежака и наблюдает за Чимином. Тот уже слегка расслаблен после выпитого бокала. Теперь он спокойно лежит и поедает виноград. Солнце уже почти село, небо раскрашено в нежно-оранжевые цвета и по нему уже не летают гогочущие птицы, погружая виллу в тишину. Терраса постепенно начинает освещаться фонариками, свет от которых отражается в воде бассейна и хрустальных бокалах. Юнги протягивает руку, чтобы взять свой бокал, и отпить немного вина. Жидкость терпко скатывается по пищеводу и заставляет расслабиться. Альфа съезжает со спинки шезлонга и размещает руки на подлокотниках, раздвинув ноги. Чимин замечает, что мужчина освободился, и откидывает телефон на столик. — Ты все? Юнги кивает. Омега встает с лежака, берет с собой тарелку винограда и подходит к альфе, присаживаясь на его колени. — Хочу завтра на яхте покататься, — говорит Чимин. — Как скажешь. Юнги не против. Он сделает все, что захочет его детка. Мужчина ведет широкой ладонью по тонкой талии омежки и мурчит, когда чувствует его руку у себя в волосах. Чимин тем временем отрывает виноградинку от грозди и подносит ко рту Юнги. Тот с удовольствием принимает угощение, а после целует губы напротив. Они великолепные: пухлые, мягкие, с чуть ощутимым сладким привкусом вина. Юнги перемещает руки к пуговицам рубашки, решив ее расстегнуть. Грудь совсем скоро оголяется, показывая розовые ореолы и соски. — Так лучше, — рокочет альфа. Он не сдерживается и кладет одну ладонь на возвышенность. Мнет ее, отодвигая край рубашки, чтобы не мешался. Юнги чувствует слабое движение вперед со стороны Чимина, поэтому перемещает руку на другую грудь. Он массирует, водит пальцами вокруг сосков и цепляет их. Слышит, как прелесть мычит, и чувствует влагу на кончиках пальцев. Чимин роняет тарелку с виноградом, та бьется о землю и ягоды рассыпаются в разные стороны, цепляется за халат мужчины и елозит на его коленях. Потом он перекидывает ногу через бедра альфы и садится почти на его пах. Двигает попой и хочет подняться выше. Мокрые трусики, на самом деле, причиняют большой дискомфорт. Юнги все прекрасно чувствует, но не дает ему сделать это, хватая за ягодицы. — Детка, — низко проговаривает он, — опустись вниз и поласкай меня ротиком. Я так хочу твои губки на члене. Чимин послушно слезает с чужих ног и устраивается между ними. Альфа помогает ему развязать халат и раскинуть края в стороны. У него довольно светлая кожа, подтянутый живот и узкие бедра, за которые омежка хватается пальчиками. На Юнги только шорты. Чимин слегка тянет вниз штанины, а альфа приподнимает таз и помогает целиком снять с себя шорты. Он замечает, как омега слегка открывает рот, когда видит полностью обнаженный пах. Член большой, с широким узлом и крупными яйцами. Чимин это прекрасно знал. Он его не в первый раз видит, и даже не в первый раз будет сосать. Но всегда любит рассматривать. Весь лобок покрыт волосами. Омега подносит ладонь и трогает их пальчиками, вспоминая, как зарывается в них, когда альфа проталкивает свой член в глотку. Чимин трогает мошонку, которая поджимается от прикосновений, а потом кладет руку на ствол. Обхватывает член, но пальчики не получается сомкнуть полностью. Затем он делает рваное движение вверх. Юнги тяжело выдыхает. Изо рта выходит глухой стон, а омега продолжает свои манипуляции и проводит по всей длине еще несколько раз. Альфе безумно нравится ощущать ручки своей детки, но больше ему нравится чувствовать на этом месте горячий рот. Юнги толкается бедрами вверх. Головка уже влажная из-за выступившего предэякулята. Будто призывает коснуться ее наконец и слизать жидкость. Чимин устраивается поудобнее на своих коленях и опускает голову к члену. Он держит кольцо из пальцев на основании, открывает рот и сразу погружает в него головку. Омега крепко обхватывает губами вокруг головки и начинает посасывать, словно это леденец. Бывает, что член действительно похож на сладкую конфету, когда альфа выпивает перед этим фруктовый сок. Если, конечно, в планах на вечер присутствует минет, но иногда это случается спонтанно, и Чимину приходится довольствоваться тем, что есть. Не сказать, что он против. Ему нравится ощущать естественный вкус своего папочки, но сейчас на языке чувствуется приятная сахарная сладость. Юнги явно планировал вечер и подготовился, чтобы его детке было приятнее. Омежка играется с головкой. Вынимает из ротика, легонько дует, а потом возвращает обратно. Водит языком по кругу, уделяя особое внимание уретре. Чимин слышит мычание сверху, видит, как альфа втягивает живот от наслаждения, и решает взять глубже. Он постепенно погружает член в рот, растягивая губы по поверхности. Чимин хорошо умеет брать, — папочка научил, — но пока останавливается на половине. Он двигает головой вверх, а затем вниз, размазывая по органу вязкую слюну. Продолжает сжимать у основания, пока Юнги не подается тазом наверх. Альфа глухо стонет, слегка жмурит глаза и наблюдает. Омежка восхитительно смотрится между его ног. Он готов полсостояния отдать, чтобы каждый день видеть, как эти до чертиков пухлые губы вбирают в рот его большой член. Юнги сжимает пальцами края подлокотников шезлонга. Нетерпеливо перемещает ладонь на голову Чимина, вплетая в волосы, и нажимает, заставляя опуститься на всю длину. Омежка не сопротивляется. Он расслабляет рот, но из глаз все равно текут от напряжения слезинки. Но ему это безумно нравится. Член утыкается прямо в стенку горла. У Чимина не получилось протолкнуть его глубже, но рука альфы, державшаяся за макушку, умело ему помогает, заставляя вобрать орган полностью, до самых яиц. Чимин чуть не задыхается, но не думает отстраняться. Размеренно втягивая воздух через нос, он начинает двигаться. Пытается спрятать зубы, чтобы случайно ими не задеть; крепче сжимает губу вокруг члена, из-за чего слышит гортанные стоны сверху. Юнги запрокидывает голову — кадык судорожно дёргается. Он двигает бедрами вверх, вызывая у Чимина нечленораздельные звуки. Как же глубоко он берет. И восхитительно. Даже ни разу не отстранился. Хорошая детка. Делает все так, как хочет папочка. Юнги снова кладет руку на розовую макушку и вплетает пальцы в волосы. Он больше не дает Чимину действовать самостоятельно, начиная контролировать процесс сам. Мужчина опускает голову своей прелести, погружая член полностью в горло, затем поднимает, давая омежке возможность отдышаться. Он делает размеренные движения, а потом невольно ускоряется. Начинает буквально трахать рот омежки. По щекам Чимина текут слезы, его губы уже красные, но он послушно принимает член альфы, держится пальцами за его бедра, а нос постоянно утыкается в пах. Омежка подносит руку, зарывается в курчавые волосы и легонько сжимает их. Чимин умело расслабляет горло и подавляет рвотные рефлексы. За все время он хорошо научился это делать. Теперь он может брать в ротик не только дома. В ресторане или машине. Его излюбленное место — это офис Юнги, особенно когда в кабинете кто-то присутствует и ему приходится прятаться под столом, а альфе сдерживаться, чтобы не застонать и не засадить глубже. Чимину очень нравится ласкать своего папочку язычком. Ему нравится брать этот большой член в рот. Нравится ощущать чужую руку в своих волосах, как та подчиняет себе. Нравится, когда альфа кончает прямо ему на лицо. Нравится, как потом размазывает сперму по коже. Но не меньше ему нравится доводить Юнги до оргазма так, чтобы тот удерживал его на члене, изливаясь глубоко в горло. Юнги продолжает трахать омежку в ротик, пока не чувствует, что уже наготове. Он делает последние движение рукой, держит Чимина и бурно изливается в него. Сперма течет по пищеводу. У омеги плывут глаза от наслаждения, когда альфа мажет членом по его губам. Потом голову Чимина поднимают и целуют в опухшие губы. В этот момент Чимин понимает, что сам уже промок насквозь. Юнги усаживает его на свои бедра. Он гладит грудь омеги и бока, а потом спускается ладонями вниз. Залазит под трусики и сжимает ягодицы. — Детка уже вся мокренькая, — усмехается Юнги. Он раздвигает половинки и чувствует, что вся промежность Чимина мокрая. Безымянный и средний пальцы нащупывают отверстие и начинают с ним играть. Омежка хватается за халат мужчины, когда чувствует его пальцы внизу. Они слегка массируют, кружат по краям, но не думают проникать внутрь. Чимин стонет и извивается в руках Юнги. Тот рвет трусики и приподнимает его попку, размещая над снова вставшим членом. Пристраивает головку ко входу и опускает омегу на себя. Прелесть, как всегда, хорошо растягивается и прекрасно принимает член. Юнги нравится входить полностью, без задержек, и он может себе это позволить. Удовлетворенно мычит и шепчет, какой же Чимин чудесный для своего папочки. Альфа не убирает ладони с попки, продолжая держать и контролировать движения. Он держит Чимина на себе, будто греет свой член внутри него. Там так тепло и узко. Юнги не выдерживает — приподнимает омегу, затем снова опуская на себя. — Давай, детка. Попрыгай на мне. Руки мужчины скользят вверх, по талии, и достигают грудей, сжимая их. Чимин стонет. Его грудь всегда была эрогенной зоной, и он мог потечь просто от обычного взаимодействия с ней. Он так любит чувствовать руки Юнги на ней. И тот прекрасно знает об этом. Знает, что может заставить кончить свою детку, даже не дотрагиваясь его трусиков. Мнет небольшие округлости, сосет вставшие соски, каждый раз вызывая у Чимина визг. Но омега все же чуть больше любит чувствовать альфу в своей попке. Он опирается руками о торс Юнги и начинает делать несложные движения, поднимаясь с члена и резко возвращаясь обратно. У него не болят бедра от напряжения, потому что те уже привыкли к такому. Чимин ускоряется и начинает подпрыгивать на бедрах Юнги. Альфа запрокидывает голову и стонет. Он убирает свои ладони с талии омеги и снова опускает их на ягодицы, сжимая до белых костяшек. Юнги сам делает толчок вверх. Затем еще один. Он грубо входит, с силой насаживая омежку на себя, и рычит. Притягивает его за шею и оставляет там яркие засосы. Хочет, чтобы его детка была помечена не только внутри, но и снаружи. Чимин опадает на грудь Юнги. Тот держит его за спину и поясницу, не прекращая двигать тазом вверх. С каждым разом омежка подпрыгивает, хватаясь за халат альфы. — П-папочка... Из глаз Чимина текут слезы. Он хнычет. Чувствует едва заметную боль, но она такая приятная, вперемешку с удушающим чувством члена альфы внутри себя, который попадает аккурат в нужную точку, вызывая крики, которые, наверное, слышны за территорией виллы. Ну и пусть будут слышны. Пусть все слышат, что тот альфа, на которого Чимин показывал пальцем на пляже, умело вдалбливает в него свой член. И не все эти бессовестные альфы, которые подходили к его детке, имеют такой агрегат, а если и имеют, то точно не умеют им пользоваться. Им очень далеко до Юнги. Юнги слышит, как Чимин зовет его, свалившись головой на его плечо. Альфа слизывает слезы с его щек, не прекращая двигаться, а потом снова концентрируется на главном. Мужчина чувствует, как дрожит омега и совсем скоро пачкает в теплом семени его живот. Юнги продолжает доводить себя, чувствуя, как Чимин стиснул его внизу сильнее. Альфа делает еще несколько толчков и выходит, кончая прямо на промежность Чимина. Теперь он помечен абсолютно везде. Юнги утробно мурчит от удовольствия, а потом заглядывает в заплаканное лицо. Он целует губы Чимина, его подбородок и щеки. Вытирает солоноватую жидкость и поправляет розовые волосы. — Чем еще прелесть хочет заняться завтра? — Хочу поплавать, когда кататься на яхте будем. — Одного тебя я туда не отпущу. — Значит, со мной будешь ты. Юнги усмехается и кивает. Они обязательно покатаются на яхте, поплавают в океане, попьют освежающие коктейли, а потом Юнги обязательно оттрахает свою детку в одной из кают. Он улыбается самому себе и снова целует Чимина в губы.