Во власти Тьмы

Тьма окружала это место, раньше, до войны, здесь были красивые сады и леса, в которых молодые селлины уходили петь песни и проводить обряды. Сейчас же на этом месте не осталось ни одной живой травинки, толстые слои сажи покрывали дорогу и деревья. Реки, некогда живые, яркие от солнца, теперь выглядели гуще киселя из-за обилия крови и разлагающихся трупов. Вонь стояла страшная. Но несмотря на это вглубь к замку шли восемь отважных хранителей, которые с яростью в душе хотели одолеть короля Тьмы, чтобы восстановить равновесия. – Может, мы не пойдем выше? Я ничего не хочу сказать, но вы правда думаете, что у нас получится? – Не ной! Мы пойдем посмотреть, оценим силы, что с нами станется-то? Это босс, потраим чуток и выйдем. Проходя мимо таблички «осторожно, вы потеряете больше, чем вы приобретете», которая зловеще покачивалась из стороны в сторону, как бы намекая, что это почти путь в один конец, грозные искатели вздрогнули, но продолжили свой путь. – Не обращайте внимания на таблички, их оставили специально, чтобы только 100 игроков сервера были крутыми с титулами, это точно не проделки прихвостней босса. Мы третью фазу прошли? Прошли! Значит и четвертую осилим! Огоньки съёжились, но пошли выше по дороге к боссу, Камену-несущему-тьму. Где-то там на вершине горы гордо сидел демон и смеялся. --- Высокоуровневая рейдовая зона «Замок Камена». Неофициально прозванная «Красная Луна». Локация четвертой фазы была достаточно малоизведана в силу многих причин, одна из которых – тотальный контроль Владыки Тьмы над мировосприятием и памятью всех героев, заходящих на запретную территорию. Локация была большой – с одной стороны был огромная темная крепость с бесконечными лабиринтами, вечно меняющими свои коридоры, с другой стороны – огромный дамоклов меч, парящий в сотнях, а то и тысячах километрах над поверхностью мира. Задача меча в нужное время, когда кровавая луна наберет всю свои силу, ударить по плодородным, живым землям мира и уничтожить все это для создания устойчивого соединения двух противоположных миров. Сотни героев переходя черту, которая была настолько видимой, насколько можно было отличить светлую зеленую траву и чистый воздух с одной стороны и мертвые земли с могильным холодом с другой стороны, отправлялись в страшное, развращающие путешествие в мир, к которому никто из них не был готов. --- Тронный зал. Тьма, холод, ледяные языки пламени освещали огромную залу. Выше, немного за пределами круглой залы, во мраке был Его трон. И Он, как подобает Королю, сидел на нем в расслабленной, насмешливой позе. --- Точка зрения Камена: Камен был доволен. Честно говоря, сколько еще пройдет времени, когда эти наглые, трусливые, мягкотелые герои осознают, что они не ровня ему? Не то чтобы он жаловался, слушать громкое многоголосье стонов и криков о пощаде сотни героев – музыка для него, но разве в Акрасии настолько отупел народ, что они решили перевести всех сколько-нибудь стоящих героев в его логово, сделав их рабами? Впрочем, чем больше героев здесь, тем меньше героев будет давать сопротивление дальше, а значит легче захватить этот гнилой мирок. На краю сознания Камен ощутил дрожь границы локации, подтверждая, что еще одна группа героев рискнули войти в его обитель. «А вот и новенькие» - хмыкнул Камен, - «что ж, давно не было свежего мяса» - Старые герои его уже ничуть не интересовали, поэтому Владыка Тьмы откинулся на спинку Трона и стал ждать, когда их группа дойдет до Него и получит то, что и все до них – вечный конец их разумному существу. --- Группа из восьми человек уверено продвигалась в сторону Темной крепости, сражая всех стражей на пути. Они редко останавливались, предпочитая не оставаться в этом холодном, лишенном жизни месте дольше необходимого. 1 фаза, 2 фаза. Наконец пришло время 3 фазы. Герои вошли в тронный зал и… … … Время замедлилось. Тьма стала гуще, а воздух стал приторно горьковато-сладким, напоминая паленое гнилое мясо. Группа героев прошли 3 фазу спустя долгое и мучительное время, думая, что положили конец Камену, но вдруг появилось окно:

«Хотите начать бой с Каменом Владыкой Тьмы?

-Да/Нет»

«Эммм… ребята, а с кем или чем мы сражались до это?» - спросил один из героев «Не знаю, но нам нельзя допустить, чтобы Камен установил связь с Фетранией» - сказала девушка в остроконечной шляпе\ «Тоже верно» Все 8 игроков согласились начать бой с Каменом Владыкой Тьмы. Испытание номер один: Замок Кошмаров. Точка зрения: М – воин, сокрушитель Он помнил, как вошел сюда, но абсолютно не помнил, как долго тут находится. Когда их группа нажала «ДА», их всех разделило и теперь ему приходилось идти по незнакомому месту в гробовой тишине и полной изоляции от остальных. Казалось, время тянулось иначе, дольше, чем должно было. Воин шел и шел, иногда бежал, иногда кричал на стену от безысходности и ужасной атмосферы давления. В какой-то момент он задумался, почему, собственно, он здесь? Он вообще не знал как все до такого дошло. Точнее - знал. Приглашение. Собранная восьмёрка. Новый патч. Форумы кричали, что Камен неубиваем. Никто не вернулся с его пола. Никто кроме расплывчатых отзывов о «восхитительной боли» и «потребности в продолжении». Всё, как в виртуальной байке. Только теперь это было реальностью. Или чем-то, что заменяет её достаточно хорошо. Всё началось с обычных вещей: вход в замок, кат-сцена, первая фаза, вторая, третья. Окно-приглашение на четвертую, скрытую фазу. «Ок», тьмы и переноса в неизвестное место, которое, черт возьми, было НАСТОЛЬКО одинаковым со всех сторон, что тут можно было сойти с ума. Хуже того, UI - пропал. Оверлей чата молчал. Горячие клавиши не отвечали. Спустя уйму времени все стало ощущаться неправильно, вся его броня, будто вплавленная в кожу горела огнем. Но хуже всего стало позже, когда стало казаться, что что-то следит за тобой. Навязчиво, насмешливо, угрожающе. В какой-то момент воин не мог отделаться от ощущения за спиной тяжёлого взгляда. Словно архитектура наблюдала. Замок дышал. И его дыхание -горячее, липкое, словно чьё-то вожделение, что было насколько мерзко, насколько это вообще возможно. М. шёл по коридорам из черепов. Иногда ему казалось (?), что он слышал крики, но не от боли. От осознания. То, что вопило, осознавало, что его оставили здесь. То, что ещё сохраняло искру личности, прежде чем стать частью чего-то настолько ублюдски мерзкого и темного, что даже не мысль об этом заставляла кожу покрываться мурашками от страха. Стены были выстроены из игроков. Воин думал, что это все те запечатления от вайпов, но разве их пати уже вайпнулась на четвертой фазе? Разве они вообще до нее дошли? Воин подошел к стене, цепко смотря на застывшие текстуры, которые выглядели как настоящие. Он чувствовал их: дрожь под поверхностью, еле слышные вздохи. Часть рейдов, что были до них. Вздрогнув от пронзительного порыва теплого воздуха, воин отошел от стены и оглянулся назад: коридор, стены, коридор, стены. Окон нет. Живых нет. Был ли у него выбор пойти назад? Нет. Ему надо было найти своих друзей, надо было держаться вместе и победить Камена. Он нашёл свой молот в нише стены. «Что? Когда?» - М. замахнулся рукой за спину, чтобы достать из-за спины свой молот, но его там не было. Теперь он видел его перед собой, как рычаг, встроенный в стену. Серебро, испачканное в чёрной слизи, пульсировало. Молот пульсировал и дрожал от предвкушения. Он аккуратно постарался выдернуть его из стены, но ничего не вышло, вместо этого он прогнулся и как подобает рычагу, а не оружию открыл потайной вход – лестницу куда-то. Нервно сглотнул, воин решил спустится. Стоило зайти, как каменная дверь мгновенно захлопнулась за спиной, отрезая возможные пути отхода. Теперь выбора не было – только вперед. Так М. дошёл до большого зала, гораздо, гораздо больше, чем зал 3 фазы босса. Там был трон. И голос. Не из уст. Изнутри. Смех. Глубокий, как гудение вселенной, пахнущий серой, кожей и чем-то... непристойно человеческим. Камен знал, что он здесь. И он радовался. Как демиург, ожидающий, когда игрушка опять попадёт в ловушку. --- М. вошел во внутрь и не успев толком осознать, упал на колени, когда его сознание помутнелось и стало казаться, что стены начали сжимать пространство от огромного зала до самой маленькой комнатушки, стены начали пульсировать. Из щелей между камнями стен вытекал пар, в котором чувствовалось нечто живое. Запах женского тела. Мужской кожи. Сгоревшей плоти. Наслаждение и отвращение сливались, как сны и травмы. Он больше не мог различить, где заканчивается руки, тело, персонаж. И где начинается он сам. Сознание окутала тьма. От 1 лица. М. Открываешь глаза – прикован к камню, вокруг тьма и преследующий запах гнилой плоти. Слышен смех. Владыка тьмы подходит без своего костюма, вообще без ничего и в первый раз воин видит лицо своего врага. Сознание слегка затуманено, поэтому не видишь ничего кроме презрительно-ласковой ухмылки. Он обходит каменную плиту и стает так, что М. наконец видит проблему. Повелитель тьмы здесь чтобы удовлетворить свои самые грязные желания. - Отпусти! – эхо отдается от стен, Камен лишь рукой проводит по твоему лицу и просовывает пальцы между губ, пытаясь разжать челюсти своенравного тебя. Ты протестует, не желая сдаваться. Разозлившись, Камен бьёт тебя магией в живот -достаточно сильно, чтобы удивить, но не настолько, чтобы причинить вред. Ты открываешь рот, чтобы вдохнуть, и твой обидчик тут же этим пользуется. В одно мгновение он засовывает свой твердый член в рот и в глотку. Без предисловий. Ты пытаешься укусить его, но он трясет головой, держа за волосы, и напоминает: «Веди себя как хорошая девочка и проглоти свою гордость». Ты издаёшь сдавленный крик, но подчиняешься и расслабляешь челюсть, позволяя Камену двигать твоей головой вперёд и назад. Его член слегка горьковатый и солёный на вкус, а ещё он тёплый на ощупь, когда касается твоего языка и нёба. Он плавно скользит по твоему горлу, но с каждым пульсирующим толчком тебе хочется подавиться. М. снова начинаешь сопротивляться, пытаясь освободиться от ремней, которыми тебя привязали к камню, но ничего не выходит. С помощью магии Владыка Тьмы призывает крошечные тонкие ленты, которые начинают дразнить твой член. Каждый твой писк и стон эхом разносятся из твоего заткнутого рта и заставляют Повелителя дрожать от возбуждения. Он ухмыляется, заставляя тебя взять его член глубоко в рот, и тихо посмеивается над твоей реакцией. «Вкусно?» - невинно спрашивает он. «Тебе нравится вкус моего члена?» Он продолжает заставлять двигать головой вперёд и назад, и рот воина снова и снова скользит по его члену. Он кряхтит и стонет от удовольствия, чувствуя, как язык и щёки прижимаются к его члену. Он начинает пульсировать после того, как он некоторое время вводил и выводил его из отверстия, которое впору называть пиздой, а не глоткой. Постепенно Камен начинает ускоряться и тяжело дышит, прежде чем наконец кончить в твой рот, изливая густую, горячую, белую струю спермы на язык, зубы и горло. Кончая, он громко и довольно рычит, с силой толкаясь в горло, чтобы его сперма проникла как можно глубже в твое тело, тело некогда гордого воителя северных земель. Закончив, он усмехается и отстраняется, разжимая хватку на голове и плотно прижимая ладонь ко рту, чтобы ты и не подумал выплюнуть его соки. «Проглоти всё» - воркует он. «Тебе нужно подкрепиться. Кролик или что вы там едите давно закончился…» Давление на шее усиляется и ты нерешительно следуешь его указаниям, чувствуя, как остальная часть горячей, густой жидкости стекает по твоему пищеводу. Когда Камен наконец убирает руку от шеи, начинаешь кашлять, чувствуя, как в горле першит и щиплет после того, как тебя изнасиловали. Не дав отдышаться, Камен одним щелчком снимает тебя каменной плиты и с силой швыряет на пол. Твой голос срывается, когда вскрикивает. Воспользовавшись моментом, Повелитель тьмы легко раздвигает ноги, обнажая ту часть тебя, которую ты был не готов никому показывать вот так. Ты стараешься сопротивляться, но, к твоему ужасу, Камену это так сильно не равится, что он быстрым движением руки ломает тебе сначала одно колено, потом следующие. От боли в ногах, ты начинаешь плакать, перед глазами тьма и ты не чувствуешь ничего некоторое время, кроме как адской боли в коленях. Камен еще раз обхватывает и заводит ноги, чтобы войти в податливое тело всем своим членом. Для тебя у него нет подготовки, нет терпения, нет желания, и он со всей силы с минимальной смазкой от слюны твоего рта, вдавливается в твое тело и не без сопротивления, проникает в него. «А-а-а!!» -кричишь ты, хватаясь за горло. Не теряя ни секунды, Камен пытается проникнуть в тебя целиком. «Нет! Стой!» Зрение затуманивается от боли, тебя разрывает на части. Ты впивается ногтями в каменный пол и борется с болью. Эта боль намного, намного хуже коленей. «Бей или беги» наконец-то срабатывает, и ты начинаешь извиваться, задирая сломанное колено, чтобы отползти подальше. Но Камен хватает за лодыжку и прижимает к себе. Не заботясь о человеке под ним, Камен начинает двигаться быстрее, проникая глубже, но твои внутренности сопротивляются и от того ты кричишь. На этот раз он пользуется разницей в их размерах и вкладывает всю свою массу и силу в толчки, чтобы заставить член войти в твой анус до упора. Внутри у тебя такое чувство, будто со всех сторон пронзают ножами. Темный владыка разрывает тебя на части, насилует под страхом смерти от меча. У тебя сводит желудок от того, что член так глубоко проникает, в какой-то момент он задевает что-то внутри тебя, и ты выгибаешься от электрического чувства и непроизвольно стонешь. К сожалению, Камен хотел насладиться криками боли в первую очередь, поэтому пускает по твоему члену волну электрической магии. Крики боли наполняют комнату, когда Камен продолжает играть с тобой. Рыдания сопровождаются грубыми шлепками. Длина и толщина члена настолько велики, что с ними не может справиться никто. Камен энергично насаживается на твое податливое тело, и каждый толчок должен стать наказанием. Совершенно беспомощный, ты ничего не может сделать, чтобы остановить натиск Камена. Через раз он задевает в тебе бугорок, заставляя через боль и слезы стонать, что еще больше возбуждало Владыку Тьмы. Спустя, возможно, часы, он кончает в тебя. Жгучая горячая сперма выстреливает в самые глубины, и ты чувствуешь, как она растекается по внутренностям. Ты ненавидит это ощущение. В бреду ты думаешь, что может умереть от этого. И снова чувствуешь новый раунд для Повелителя в твоем теле. Голоса в голове начали петь. Псалмы боли. Ты вспомнил шепот: «Ты не первый. И не последний. Но ты будешь нашим любимым». Эти слова не принадлежали Камену. Это был замок. Его дети. Бывшие игроки. Они были частью этого мира. И хотели новых. Ты закрыл глаза. И ощутил, как что-то втекло в рот. Горячее, вязкое. Не яд. Пища. Эссенция. Оно шептало: Скоро ты забудешь. Всё, кроме желания вернуться. И ему стало стыдно, что он хочет остаться. ---- Точка зрения: Н -хилер. Играл ради контроля. В реальности - холодный аналитик, всё записывал, планировал. Страх перед потерей памяти хуже смерти Он очнулся в алтарной комнате. Камень под его телом был тёплым. Слишком тёплым. Он был... живой. Сердце под полом билось. Ритм соответствовал его дыханию. Оно подстраивалось под него. А потом и он под него. Окна -завешены плотью. Свет не проникал сюда. Но было видно. Слишком ясно. Каждый из восьми алтарей был занесён чьим-то телом. Спящих. Или тех, кто уже не проснётся. И всё же... что-то в них оставалось. - Ну что, птичка, очнулся? - Что, а? Он накачал своего второго пленника наркотиками. Девчушку метр с кепкой, кисточку, саппорта. О, как же, Камен любил саппортов, особенно ему нравились кисточки, в конце концов взрослые, запертые в теле маленьких детей, разве это не есть самое темное искушение? Камен накачала наркотиками примерно полчаса назад, и ему следовало бы не торопиться, но такая драгоценная малышка постоянно его зовёт. Он заходит в свою комнату и стягивает эти маленькие трусики с драгоценных гениталий йоза. Отсутствие стонов и всхлипов -вот что так возбуждает. Когда Камен входит вот так, вдыхая сладкий аромат йоза и прижимаясь членом к ее крошечной киске, это всегда происходит как в первый раз. Он не может удержаться и задирает ножки малышки Кисточки, сгибая их в коленях, пока нависает над ней и без предупреждения входит в неё. Ему всё равно, слишком ли это жёстко или расслабляюще. Но его толчки достаточно ритмичны, чтобы малышка немного раскрылась. «Я хочу оставить тебя таким. Мою маленькую секс-игрушку, в которую я буду постоянно кончать». Камен стонет, глядя на йозку под собой. Его член слишком велик для такой маленькой киски, из которой сочится и не высыхает его последняя порция спермы. Камен чувствует, что ничего не может с собой поделать. Он стонет и кряхтит, трахая Кисточку во сне. Маленькое тельце обмякло, и йоз не может говорить, потому что она немного под кайфом. Глаза ее кажутся почти мёртвыми, они как будто закатываются к затылку, но Камен видит, что она дышит. Он такой уставший и неподвижный. От того, что его член грубо входит в нее, а он не слышит, как кто-то говорит ему «нет», Камен тут же начинает двигаться в животном ритме. «Я бы связал тебя и заставил оставаться в таком положении навсегда, детка». Ее киска растягивается и сжимается вокруг его члена. Как будто эти слова заставляют Кисть реагировать, хотя приятно было бы, если бы это было правдой. Камен упирается в кровать, когда его твердый член снова входит в нее, и кровать слегка раскачивается. Он безжалостно трахал милую йозку. «Идеальная маленькая развратница с самым сексуальным телом». Камену нравится, что он намного крупнее, и ему нравится разрывать жадную пизду своей жертвы. То, как ее влага прилипает к члену и загоняет его обратно внутрь. Трахаясь в маленькую и узкую пизду Кисти и выпячивая ей живот. Блядь. Одно это зрелище могло заставить Камена быстро кончить. Он попытался протолкнуться дальше, удерживая эти ножки у маленьких бёдер, но долго он не продержался, потому что его трясло и он терял равновесие. «Я кончу в тебя и буду молиться, чтобы ты подарил мне ещё детей, которых я смогу трахнуть», -сказал владыка тьмы, думая, что она его услышит. Кисточка была слишком маленькой и не могла дать ему больше, но эта мысль его возбуждала. Камен громко застонал от жгучего ощущения в животе, когда начал двигаться внутри и изливаться в эту крошечную киску. «Вот и всё. Кончить в тебя так просто». Сперма уже вырывалась из его маленькой птички, маленькой кисточки, хиллера, поклявшегося спасать других, но которая не смогла спасти даже себя, пока Камен оставался глубоко внутри, совершая мягкие толчки в этом набухшем раю. Он наваливается на нее ещё несколько раз, пока снова не становится твёрдым для следующего раунда. И так будет продолжаться до конца ночи. Крис чувствовал: память ускользала. Фразы. Команды. Стратегии. Осталась только одна мысль: не забыть, что ты здесь не по своей воле. Но даже она начинала казаться ложью. Камен не появлялся. Но он присутствовал. Тепло воздуха менялось, когда игроки вспоминали, кто они. Становилось влажным, возбуждающим. Камен чувствовал их пробуждение -и... кормился этим. Крис увидел, как с его рук начали спадать перчатки, будто плавились. Кожа под ними была гладкой. Не его. Он знал: это тело -уже не совсем его. Но что-то глубже пульсировало: если я забуду себя -он получит всё. Он стискивал кулаки, до боли. До крови. Но боль была сладкой. Слишком сладкой. --- Он лег обратно на алтарь. Смотрел в потолок, где изнутри капало. Словно кто-то сверху сжимал плоть, выдавливая воспоминания как гной. В этих каплях были сны. Лица. Люди, с которыми он был в команде. Он больше не помнил имён. Только силуэты. Глаза. Тело одного из них. Он не знал, чей -но почему-то хотел вернуться. И понял: Камен не наказывает. Камен соблазняет. И делает так, чтобы игрок сам молил о следующем рейде. --- Точка зрения: О – чародейка Тепло началось с пальцев. Оно не было чужим. Напротив, слишком знакомым. Как ванна, набранная после долгого отсутствия дома. Как руки, обвившие сзади, когда давно не прикасались. Как влажный выдох в ухо. Чего в её жизни не было -но тело помнило. Чародейка не знала, как давно проснулась. Здесь не было времени. Только слабое биение замка. Камен позволял своим пленникам терять счёт. Их личности стирались не ритуалом, а атмосферой. Воздухом, которым они дышали. Она шла по коридорам, похожим на кишки. Стены были мягкими, как внутренняя сторона губ. Они сжимались, как мышцы, когда она проходила мимо. Иногда она чувствовала, как кто-то -или что-то -касается её ступней, коленей, груди. Влажно, медленно. Но ничего не оставалось на коже. Всё происходило внутри. Грудь наливалась тяжестью, живот реагировал на запахи. В ушах звучала музыка без мелодии, ритм которой бился внизу живота. Окружающее пространство возбуждало. Не в пошлом смысле, а в животном. Замок трогал её, даже не касаясь. И она шла всё дальше, глубже, в мягкий мрак, будто в пасть. --- Комната, в которую она вошла, не имела стен. Только пустота. В центре стоял стол из стекла. На нём лежало её тело. Или то, что было ею. Сухое, серое. Как мумия. Рядом виднелась фигура в чёрном, без лица. Только тень. Камен? Нет. Осколок его. Один из его взглядов. Тень развернулась к ней. Она не говорила. Но в голове Рейн раздалось: "Ты больше не хочешь быть этой. Оставь её. Сними кожу." Её руки дрожали. Она подошла к столу. Тело - её прежнее тело было холодным. Без защиты. Без маски. Без проклятий. Только маленькая, несчастная девушка, которая однажды зашла в игру, чтобы спрятаться от мира. Чародейка в ужасе подняла взгляд на лицо, угрожающе нависшее надо ней. На лице Камня играла полубезумная улыбка. Это была не столько улыбка, сколько выражение лица человека, охваченного безумием. Сильные руки обхватили плечи крохотной силлинки и с лёгкостью прижали их к земле, удерживая в таком положении. О. с нарастающим страхом наблюдала, как его язык выскользнул из открытого рта и принялся яростно облизывать губы. Затем, словно пытаясь ощутить исходящий от чародейки страх, он опустил голову, и его язык грубо скользнул по моим плотно сжатым губам, которые я пыталась удержать от крика. Но от внезапного прикосновения мягкой влажной плоти к ее губам они рефлекторно раскрылись, и чародейка едва успела вскрикнуть, как его язык энергично ворвался внутрь. Девчонка, некогда величественная и прославленная ученица Академии магии Акрасии, закричала ему в рот, отчаянно мотая головой из стороны в сторону, но он поглотил звуки, легко погасив их до того, как они достигли цели. Девчачье тело начало яростно извиваться, пытаясь вырваться из его хватки, но попытка была тщетной. Несмотря на все усилия, она не могла пошевелиться под ним. Тихо рассмеявшись, Камен поднял голову и посмотрел на нее сверху вниз. На его лице появилась зловещая улыбка. О. громко ахнула и в ужасе открыла глаза, почувствовав его возбуждение на своём бедре. К ее великому ужасу, она стала ощущать его очертания, когда он впервые толкнул ее вниз, -мягкое, но массивное. Но теперь… К ужасу силлинки, она отчётливо чувствовала, как оно шевелится и растёт. В ужасе от ощущения того, как оно твердеет и прижимается ко ней, О. открыла рот и на этот раз без колебаний закричала. Конечно, маленькая птичка знала, что это значит. Он хрипло рассмеялся, совершенно не обращая внимания на ее действия, и одним быстрым движением оказался полностью без брони. Как только чародейка увидела его голого, ее крики тут же застряли в горле. У него были большие руки, но он обхватил ими член так, что можно ясно видеть его головку. - Нет!!! - Посмотри на это. - Его голос звучал твёрдо и требовательно. Это был не вопрос. Это была определённо команда. Команда, которая несла в себе угрозу неминуемой и мучительной смерти. Если не считать тёмной отметины у основания и двух похожих чёрных колец ближе к верхушке, он выглядел как обычный пенис. Разница была в размере. Он был длиннее всего, что чародейка видела раньше. И толще, намного толще. Он агрессивно провёл рукой по женскому телу, спустился к талии, а затем крепко сжал задницу. Она поморщилась, а он слегка усмехнулся и провёл рукой по бедру, а затем между ног. Камен глубоко вдавил пальцы во вход, задрав то немногое белье, которое она называет «доспехами», и жестоко ухмыльнулся, когда увидел, что черодейка попыталась увернуться от его прикосновения. -Не закрывай глаза, -рявкнул он, силлинка открыла глаза и увидела его всего в нескольких сантиметрах от своего лица. Улыбаясь, он поднял руку и облизал пальцы, которыми до этого тёрся о ее тело. Не сводя с нее глаз, он неторопливо провёл по ним языком. -Вкус женщины. Казалось, он о чём-то задумался. Одной рукой он схватил ее за нижнюю челюсть и поднялся на колени рядом с ее лицом. О закрыла глаза, увидев, как его член приближается к ее лицу. Затем, вспомнив его приказ, она быстро открыла глаза и посмотрела на него. В их стеклянных глубинах ясно читался ее ужас. Рука, которая была на затылке у чародейки, крепко сжала волосы. -А теперь…Открой рот и скажи «а-а-а». Он дёрнул ее за волосы, так что у нее голова запульсировала от боли. От боли она открыла рот и Темный Повелитель просунул кончик своего члена в рот. Силлинка тут же высунула язык и попыталась вытолкнуть его, борясь с сильным желанием укусить -верный способ лишиться головы. Камен насмешливо приподнял одну бровь, а затем рукой, зажатой в ее волосах, притянул голову к себе, одновременно подаваясь бёдрами вперёд. У бедной чародейки заныла челюсть, которая растянулась, чтобы вместить чудовищного захватчика.  Медленные движения, с которыми он сначала входил в ее рот, сменились сильными, небрежными толчками. О чувствовала, как его кончик трётся о нёбо, а затем упирается в заднюю стенку горла. Она давилась от давления. Она хотела откашляться, но не могла - язык был плотно прижат к нёбу, и мышцам, которые нужны для кашля, приходилось помогать дышать. Несмотря на то, что ее горло сжималось и ее тошнило, его толстый член оставался во рту. О. брыкалась ногами, но не могла вырваться. Должно быть, ему нравились вибрации от попыток закричать, потому что чем сильнее она сопротивлялась и пыталась закричать, тем быстрее он двигался и тем глубже проникал в нее. Спустя некоторое время он прижал ее голову к яйцам и густо кончил в горло. Попытки вырваться, чтобы не глотать не увенчались успехом и солоноватое семя начало вливаться в ее горло, в ее пищевод. Не позволяя отстранится он, по ее ощущениям, целую вечность держал ее таком положении, что О начала задыхаться. Не успела паника из-за недостатка воздуха охватить ее тело, когда поток кончился Камен с силой дернул ее голову назад, вытащил член из ее рта и отошел, забавляясь своей работой. Силинка схватилась за горло и начала кашлять. Она подняла голову и страх вновь овладел ее телом, потому что член Камена все еще стоял. На его лице появилось зловещее выражение, быстро подойдя к чародейке, чтобы она вновь не начала брыкаться, он поднёс одну руку ко рту. Быстро сунув два пальца в рот, он вытащил их, а затем, не говоря ни слова, опустил руку и погрузил пальцы глубоко в податливое женское тело. Охваченная удушающим ужасом, О лихорадочно пыталась вспомнить, как выглядели ногти на этой руке. Ощущение его рук на своём теле было таким непривычным и неприятным, что я машинально попыталась отстраниться. Я не могу. Я знаю, что говорил себе, но я, чёрт возьми, не могу этого сделать! «Твои крики забавны, но прошла уже тысяча лет, и я хочу насладиться этим». Рука, всё ещё лежавшая у нее между ног, вдавила в нее палец, заставив поморщиться и застонать. «Ты чертовски сухая, а у меня нет на это терпения. Так что сегодня мне придётся довольствоваться криками удовольствия». Прижав О. к себе, он одним длинным движением вошёл в ее тело. Силлинка не слышала собственного крика, но знала, что он был. Ее больная челюсть снова запульсировала, когда она в шоке широко раскрыла рот и громко закричала -именно таких звуков и ждал Камен. Однако чародейка слышала только шум крови в ушах, который почти заглушал стук ее сердца. Боль была внезапной и сильной. Может, О и не разбиралась в размерах членов, но знала, что не ошиблась с этим. Он был слишком большим для нее. И всё же... что-то подобное не могло остановить такого зверя, как он. Девочка, теперь уже женщина, всё ещё чувствовала боль от того, что он растягивает ее, но трение от его толчков вскоре ослабло, и она ощутила, как его влажная кожа скользит внутри нее. -Да, -прохрипел он. -Лучше всего, когда твоя киска принимает его. -Он подчеркнул свою мысль резким толчком глубоко внутрь. О запрокинула голову и громко застонала, беспорядочно дёргая ногами. Он снова усмехнулся и отпустил ее ногу, чтобы провести рукой по волосам, спадающим на лоб. Его рука в волосах, его мускулистое, подтянутое тело, методично двигающееся в моих самых сокровенных уголках, и выражение чистой страсти на его лице... всё это вместе внезапно пленило меня. Силлинка скользила взглядом по его телу, пока оно грубо двигалось над ней. Она не знала, как долго продолжалось его нападение. О кричала, пока не потеряла голос, а потом могла только стонать где-то глубоко в груди. Он лизал, кусал и посасывал ее шею, а на талии и бёдрах остались синяки и ссадины от его грубых прикосновений. Слезы упали на землю под ней, она ведь этого не хотела, правда не хотела. Но ее тело отказывалась слушаться, и чувства, которые он вызывал во ней, брали верх над совестью. «Шлёп, шлёп, шлёп» Он не останавливался, его толчки были непрерывными, даже когда О сжимала свою киску вокруг него, непроизвольно сжимаясь и содрогаясь. Спустя какое-то ужасное количество времени, силлинка почувствовала, как он стал больше внутри нее, и в этот момент поняла, что даже если бы она захотела что-то сказать, то не смогла бы. Пока он безжалостно вдалбливался в нее, она испытала оргазм во второй раз. Несколько тяжелых, грубых толчков и он кончил глубоко внутри нее, а О снова невольно сжалась вокруг его члена. У нее не было времени об этом думать. О села и почувствовала, как между ног у нее хлынула вязкая жидкость. Она замера, поморщившись от неприятного ощущения. Она не хотела, но не могла заставить себя посмотреть вниз. Густая белая жидкость стекала по ее бёдрам и скапливалась на полу. Не успела она и рта раскрыть, чтобы ответить, как он снова обхватил меня за талию и поднял с пола и не говоря ни слова, резко притянул к себе, погрузившись по самые яйца. В этот раз член зашел мягче, чем в прошлый. Его собственная сперма стала хорошей смазкой для повторного вхождения. С помощью какой-то магии он подвесил ее тело в аккурат, чтобы было удобно пользоваться дальше ее телом как спермоприемником. «Шлёп, шлёп, шлёп» раздавалось в тишине замка. Ее глаза закатились от боли, усталости и ужаса. …. Далее…. Время…...? Это... те самые проклятия? Те самые, ради которых мы изначально спустились сюда? Все ее чувства были начеку, но разум и тело отказывались подчиняться. И О. поняла: Камен не просто ломает. Он раздевает. Как и плоть, так и душу. --- Она коснулась стеклянной поверхности, и стол начал плавиться. Тело исчезало, а её пальцы покрывались рунами. С каждой новой меткой она чувствовала боль. Но сладкую. Как царапины после страсти. Она кричала. Не от страха. От восторга. Камен принял её. И наградил. О. вышла из комнаты, оставляя за собой капли спермы -уже без следа стыда. Только лёгкий шлейф дыма тянулся за ней -дым желания, который чувствовали другие. Игроки. Пленники. И она знала: они вернутся. Потому что Камен не зовёт. Он оставляет вкус. Где-то в далеке Камен громко смеялся. ---- Точка зрения: Ш -бард, саппорт. Сначала был звук. Не слова. А трепет. Как лёгкое касание по барабанной перепонке. Спустя несколько часов полной тишины, в которой даже эхо шагов не было слышно, звук – словной благословение. Когда в ушах зашумело —она упала на колени. Всё тело пробила дрожь. Уши горели, будто через них прокладывался туннель. Камен проводил звук в пустоту, где прежде была тишина. Он шёл по коридорам, где из стен выступали трубы из костей, иногда ей казалось, что трупы были слишком знакомы, слишком похоже на них, но разве это возможно? Через них струился дым, испуская глубокие вибрации. Это не было слухом -это было ощущением звука. Каждая частота -как прикосновение к спине. Каждый тон -как выдох на губах. - Кто бы мог подумать, что лишить звука барда будет столь прекрасно – голос, не рядом, не далеко раздался. Тихие, но глубокие слова отпечатываются в голове у барда. – О, милое дитя силлин, не стоит так сильно беспокоиться, у меня с тобой есть все время на свете. - Помо…-не успев договорить, губ коснулся жар, украв ее голос и слух. Голубые глаза светились из-под приподнятого шлема. Щелчок пальцами, давление на все тело, бард замерла, не в силах пошевелится. Владыка тьма небрежно поднял руку и что-то прошептал, после чего пошел вглубь своего замка. Тело девушки последовало за ним. Ш. хотела кричать, потому что была в тюрьме своего собственного тела, она не могла его контролировать, будучи лишь зрителем происходящего. Прошло много времени, прежде чем Повелитель остановился около тупика. Спустя секунду рябь пошла по стене и открыла взор на замурованную комнату. Легким движением руки, женское тело переместилось к каменным колодкам. Два щелчка и голова, руки были надежно закреплены. Частично магия Камена перестала действовать. Тело девушки содрогнулось от ледяных тисков и обмякло в колодках, однако голос и слух все еще были украдены. Сразу силлинка начала дергаться, в глупых попытках выбраться. Это позабавила Владыку. Он медленно обошел ее, остановившись напротив лица и медленно приподнял ее голову. Глаза юной девушки пылали ненавистью, от чего Темный не мог не усмехнуться. - О Хаос, твои глаза настолько прекрасные в своей ненависти, что я хочу их вырезать и сохранить. Ах, было бы так прекрасно. А твой голос? Не переживай, я верну его, но позже. – руки Камена легко содрали то, что должно было быть «доспехом», впрочем от «доспеха» было лишь одно название. Легкое платье, которое имело магическую и физическую защиту – вот что было на красивой силлинке. Камен усмехнулся, когда когтем провел по оголенной сопротивляющийся спине, оставив неровный кровавый след. Дойдя до бедер, Владыка сильнее вжал коготь, заставив юную девушку-барда в немом крике закричать. Кровь начала стекать по бедру, тонкой струйкой обвивая ноги, некоторые капли крови упали на пол. Он опять подошел к лицу и стянув с себя доспех, обнажил уже полувставший член. Юная Ш. увидев это в шоке открыла глаза и стала всячески опускать голову и сжимать рот. Громка пощечина разрезала воздух и от боли ее рот открылся, чем воспользовался Камен и грубо вошел в ее рот. От 1 лица. Его член был горячим и заполнял твой рот, пульсируя на твоём языке и в горле, а его кончик ударялся о твоё горло при каждом толчке, от которого твоя голова дёргалась. Он сразу задал темп, сильно трахая горло и не давая тебе передохнуть и высвободив рвотный рефлекс. Камен сильно вжал по самые яйца тебе в горло, от чего ты стала задыхаться и в мгновение ока полностью вынул его. Тебя вырвало желчью. Едва успев сделать несколько вздохов, Он грубо поднял тебя за волосы и снова втолкнул свою плоть в глубоко в горло. Глок-глок-глок. Голос тебе так не вернули, но слух – да. Ужасный, пошлый звук были отвратительными для нее. Глок-глок-глок. Грубые толчки продолжались так долго, что у тебя болела челюсть, Камен редко давал передышку, чаще всего шлепая по лицу, если ему не нравилось или плюя тебе в рот во время кратковременных передышек. Камен часто тянул тебя за голову, пока твой нос не упирался ему в пах, и держал тебя так, пока ты задыхалась и закатывала глаза. Его член упирался тебе в горло, и твоя челюсть инстинктивно раздвигалась как можно шире, что было почти за гранью, так как ты ощущала его член гораздо глубже возможного, казалось, что он напрямую достиг желудка. Из уголков рта стекала слюна и капала на подбородок. После долгих минут, а может часов в течение которых твоё горло использовалось в качестве игрушки для мастурбации, Владыка тьмы начинает стонать громче, а его движения и толчки в твою голову становятся быстрее, и звук его члена, ударяющегося о твоё горло, становится громче. Затем твой Владыка зарычал и, вцепившись обеими руками в твои волосы, притянул твою голову к себе. Он прижал тебя к себе, не двигая, и его член оказался как можно глубже у тебя во рту. Его член пульсировал и, казалось, почти дрожал у тебя во рту. Твои глаза закатились от возбуждения, хотя ты никогда не признаешь этого, вызванного тем, как глубоко Камен погрузился в тебя и как неподвижно он себя вёл. Он держал тебя так несколько секунд, пока ты не почувствовала, как горячая густая сперма стекает по твоему горлу. Она пульсировала и вырывалась наружу. Так продолжалось целую минуту, а может дольше. Даже после того, как он кончил, он продолжал держать тебя. Твоё лицо покраснело, а изо рта и носа потекла слюна. Твои глаза расширились, веки сомкнулись, а затем закатились. Владыка Тьмы вынул член из твоего рта с громким причмокиванием. Несколько нитей из слюны соединяли твой рот и его член. Тебе все еще было плохо от того, что тебе кончили в горло, не дав отстраниться. «Надеюсь, тебе понравилось» - похлопав тебя по голове, Камен продолжил: «Скоро это станет обычным делом, так что стоит привыкнуть». – Он обошел твое тело и страх начал сковывать тебя, от осознания, что это еще не конец. Неожиданно, Он вставил палец в твою мокрую пизду, это действие вызвало волну боли. Одновременно с этим в голове раздался детский голос: «Этот поросенок пошел на рынок». Затем второй: «Этот поросенок остался дома…». Ты прикусила язык, голова кружилась, детская песенка продолжала напевать какую-то странную мелодию в голове, когда он продолжал вставлять все больше своих больших пальцев, чувствуя жжение, когда они проникали внутрь. Он едва мог втиснуть третий, не говоря уже о четвертом, с трудом пробираясь дальше первой пары костяшек. Он легко провел пальцами по бедру, где была кровавая рана, смазывая дополнительной влагой. «Ты мокрая, видимо тебе все-таки понравилось сосать член, но ты девственна, что конечно станет временной проблемой, но кровь лучшая смазка. Теперь я хочу слышать твой голос.» Щелчок пальцев, и ты понимаешь, что тебе вернулся голос. Ты хочешь кричать, но не успеваешь, из горла вырвался стон - Он обвёл большим пальцем твой клитор, чтобы заставить тебя расслабиться ещё немного (что было невозможно в ее состоянии), прежде чем сделать ещё одно замечание и ввести последний палец.«А этот поросенок всю дорогу плакал... ДОМОЙ!» - Последняя фраза детской песенки заиграли в твоем сознании, и ты снова ахнула от ощущений. Не дав времени привыкнуть, Он с силой засунул их все внутрь, заставив тебя закричать от боли.Рыдая, словно он этого хотел, ты безвольно повисла на колодках. С помощью магии он зафиксировал твое тело в удобной для него позе. Слёзы текут по твоему лицу, и ты больше не можешь даже извиваться или умолять, когда Камен наконец-то просунул головку своего члена сквозь твой напряжённый вход. Ты бы вздохнула с облегчением, когда этот громила немного ослабил хватку. Если бы ты не издала сдавленный крик, когда он с силой вогнал в тебя больше половины самого большого (и единственного) члена в твоей жизни. Гортанный звук и внезапная, словно тиски, сжатая твоя киска, похоже, не остановили его, потому что он вытащил всего на дюйм, прежде чем попытаться протолкнуть в тебя больше своей длины. Тебе казалось, что тебя разрывают пополам, выбивая дыхание из легких, заставляя твое тело приспосабливаться вокруг его члена. Тяжелые, глубокие стоны вырываются из горла Владыки Тьмы, когда твоя киска вынуждена принимать его дюйм за дюймом, растягивая тебя до тех пор, пока ты не была уверена, что никогда не оправишься. Ты превращалась в рукав его члена, влагалище формировалось вокруг пухлости его члена, пока он вонзался и вонзался в твою киску, пока его яйца не ударили твой пухлый маленький клитор.Блядь. Ты чувствовала, как головка этого ублюдка прижимается к входу в твою матку. Ты чувствовала, как его сердцебиение бьётся внутри твоей киски . Ты чувствовала каждую секунду, как его член дрожит и трется внутри тебя, пока он запихивает тебя до краёв своим членом.Боль от вынужденного смирения в сочетании с чистым удовольствием от того, что тебя так глубоко заполнили, заставили тебя кончить с пронзительным воплем. Твои глаза закатились, и ты задрожала – захват головы не давал тебе двигаться, разве что слегка подергиваясь. Плотно обхватив член Камена, ты заставила своё тело извергаться вокруг него, смачивая его яйца, бёдра, стену и пол под твоим закутанным телом. Твоя киска против твоей воли сдаивалась и трепетала вокруг члена Владыки Тьмы, отчего он пульсировал и – чёрт возьми – становился ещё толще! Бежать было некуда, прятаться негде, некуда было выпутаться из его объятий или сползти с его члена. И поэтому ты могла только кричать и изливаться, когда Темный Повелитель снова вонзил свой член в тебя по самую рукоятку, кончик которого пронзил что-то жгуче-болезненное и чувствительное. Ты стонала, выгибаясь, закатывая глаза, не в силах ничего сделать, кроме как держаться, пока Камен задавал жесткий, быстрый, брутальный темп. В какой-то момент он начал вырисовывать, царапать жалкие, унижающие слова на твоей спине. Убийца использовал твое тело как свою личную игрушку – его насадка, идеально подобранная для него, позволяла ему дергать свой член туда-сюда по твоей тугой, мокрой киске. Секунды превратились в минуты. Минуты – в часы. Ты уже не понимала, что происходит. Ты могла только стонать от ощущений. От осознания своего предназначения в этом мире. Быть Его секс-игрушкой, Его насадкой, Его шлюхой. Ты кончаешь уже в, может быть, в сотый раз, ты не уверена, потому что единственное, в чем была уверена – что ты теряла сознания от оргазмов. В один из них Он делает несколько глубоких, затяжных толчков и кончает глубоко внутрь тебя. Ты теряешься в ощущениях и снова падаешь во тьму. Где-то в глубине твоего сознания, ты понимаешь, что все это неправильно, но тебе все равно. И в этой оргазмической симфонии Ш нашёл смысл. Камен не мучает. Он дирижирует. В замке, где всё живёт, голос -это власть. И Ш стала её сосудом. Она знал: никто не уйдёт. Потому что больше ни в одном мире их тела не будут звучать так... прекрасно. ----- Точка зрения: М - милый маленький йоз, зонт. Сначала М смеялась. Реально, вслух. Когда всё началось: UI исчез, интерфейс исчез, чат замолчал, а голосовые вызовы прервались, она подумала, что это ивент. Ультимативный. Новый уровень иммерсивности. Спецэффекты на стриме. Или игра под ЛСД. Но спустя время… она поняла. Её смех стал редким. Потом - нервным. А затем исчез совсем. Малышка йоз медленно шла вперед, но чем дальше она двигалась через бесконечные коридоры, тем сильнее давление она чувствовала на свое тело. Резко в ушах зазвенело, в глазах потемнело. Маленькая девочка упала на колени на пол, пот стекал с ее лица, капая на ладони, образуя лужицу. Больно. Очень больно. Горячо. Минута, две, три. Час? Сколько времени прошло? Йоз сидела на полу и тяжело дышала. Спустя, казалось бы, вечность, ужас и давление отпустило ее худое тельцо. Она очнулась от оцепенения и осмотрелась еще раз. Вокруг все то же и не то одновременно – стены, тьма, но воздух словно изменился. Стал холоднее. М. попыталась встать на дрожащие ноги, не с первой попытки, но у нее получилось. Она хотела развернуться и пойти назад, но внезапно осознала, что не помнит, откуда и куда она шла, она не помнила, где находится «назад». Это осознание лучше ледяной воды отрезвило ее. В страхе она побежала сначала в одну сторону, затем развернулась и другую. Пульс участился, дыхание стало прерывистым. Началась паническая атака. «Ну же, птичка, чего ты боишься, все твои друзья ждут тебя здесь, иди сюда» - раздался шепот в голове юной. После слов теплый, неправильно теплый воздух подул вглубь замка (но откуда ей было об этом знать?). М. в легком безумии, панике поддалась теплу и позволила себя увести в глубины замка. «Вот так, дитя» - тихий смех раздался от стен, но М. уже не слушала, а бежала, иногда спотыкаясь и падая, но все равно каждый раз вставая. Теплый воздух, спертый воздух, привел ее в небольшую комнату: она казалась вполне нормальной, в ней был стол, кровать, шкаф, тумба и даже завешенное шторой окно. Йоз выдохнула, это было очень похоже на ее комнату в Ремьярке. Она не думала, что это странно, что в замке, куда она пошла убивать рейд, она увидит свою комнату, но она хотела избавиться от страха перед тем, что ее окружало и душило, и ее комната создавала в ее сознании именно такой островок. М. зашла в комнату, воздух наполнился запахом цветов. Несколько секунд и наркотик-афродизиак, который так любезно одолжила Ехидна Камену, подействовал, и малышка, сладкая малышка упала без сил на кровать. Иллюзия комнаты начала рябить, словно худшие текстуры, и через несколько секунд она пропала, раскрыв, что малышка йоз лежала в центре зала, где находился трон Камена. Владыка Тьмы усмехнулся, увидев пока еще бессознательное тело молодой хранительницы погоды. В его зале послышались гоготание монстров, но никто не решался подойти без приказа. С помощью магии он перенес ее детское, но взрослое тело к себе между ног. Йозка сидела с абсолютно глупым видом между ног, прежде чем двинутся вперед. Камен щелчком пальцев убрал всю нижнюю броню, полностью обнажив свой огромный пенис. Меленькими ручками молодая девочка схватила первый в ее жизни член и провела по всей длине. В ее глазах уже не было осознания, ею правили наркотическое желание. Йозка медленно прильнула лицом к члену и начала тереться, словно животное, ее первобытные инстинкты взяли вверх, ведь они все наполовину нелюди и та ее часть говорила, что перед ней сильнейший самец, альфа, которому она обязана была отдаться. Медленно она открыла ротик и лизнула самый верх члена. После секундного промедления она стала энергично лизать и посасывать член, то поднимаясь к головке, то опускаясь к яйцам. К ее возбуждению терпения Камена ненадолго хватило, и он небольшим усилием схватив ее за затылок, опустил свой член глубже в ее горло. Йозка начала давиться, но благодаря наркотику быстро расслабилась. От похоти и желания, исходящего от ее животной стороны, она начала почти мурчать, что дало ее горлу ощущение вибрации. Камен энергично начал насаживать голову девчонки на член. Горло девочки попросту кое-как справлялось с таким натиском и со стороны можно было видеть, как заметно оно расширяется от толчков. Каждый последующий толчок все сильнее нанизывал ее рот на член, пока она ее нос не уткнулся в лобок, из-за разницы в размерах огромный пенис был в ее желудке. Камен некоторое время удерживал ее в таком положении, после чего резко дернул ее наверх. С громким чваканьем он отстранил ее от себя после чего вновь одел, будто она не более, чем секс-игрушка в его руках. Поигравшись еще несколько раз он вытащил член из ее рта и откинул от себя. Пока йозка опрокинутая лежала и тяжело дышала, Владыка Тьмы встал с трона и пригнувшись поднял малышку на руки прямо на своим членом. Он выставил ее напоказ, прижав ее спину к своей груди и раздвинув ее ноги так, чтобы все зрители в зале видели ее маленькую, розовую, девственную щелку. Недолго думая, он прижал головку к её маленькой девственной дырочке и начал медленно вводить в неё, стиснув зубы в ухмылке от того, насколько чертовски тугой была эта малышка — самая тугая из всех героев. Благодаря ее животной натуре она легче в начале принимать член Камена, поэтому головка проникла с трудом, но достаточно быстро. Камен чувствовал, как дрожат её половые губы, когда она крепко обхватывала вторгшийся фаллос, как её мышцы сжимались и хватали огромный член, который пробирался в её тугие мягкие глубины. Сантиметр за сантиметром, он начал опускать ее тело. Молодая тихо скулила, из ее рта лилась слюна, ее киска выделяла все больше и больше жидкостей, так как ее возбуждение росло. Внезапно она дернулась в руках, и из киски начала сочится кровь, доказывая, что её невинность действительно была украдена и разрушена действиями Владыки Тьмы. Её маленькая плоская грудь тяжело вздымалась и опускалась при затруднённом дыхании, а пустые хрустально-голубые глаза лениво вращались, Наркотик заставлял её тело дрожать в твоих объятиях, а каждый укол боли воспринимался как оцепенелое блаженство. Схватив её маленькие юные бёдра, Камен отпрянул и начал вдалбливаться в её незрелый цветок больше не пытаясь сдерживать себя. Влажные шлепки сопровождали общие стоны и вздохи. М. отчаянно пыталась произнести хоть слово, но могла лишь издавать прерывистые всхлипывания, а из уголка её губ текла слюна. Её внутренние стенки так болезненно плотно обхватывали и сжимали член Камена, что частота толчков увеличивалась с каждой секундой. Владыка видел отчётливые очертания своего члена, выпирающего из её крошечного тела. Казалось, что все женщины-йозы, недолюди-недоживотные, были созданы для того, чтобы быть дырочками для более сильных самцов, будь то человек, демон или животное. Все в зале смотрели на это сладко-ужасное представление. Маленькая йозка, которая в пору выглядела как ребенок насажена на огромный член, словно природная насадка для него. Камен прижал её к себе ещё крепче, когда наконец почувствовал, как её киска доводит до оргазма. Он сделал несколько наиболее долгих, мощных, глубоких толчков в ее киску и кончил. Из-за все той же разницы в размерах количество спермы Повелителя Тьмы хватило, чтобы немного округлить ее плоский животик. С громким чавкающим звуком он снял ее с себя и поднял ее тельцо так, чтобы до низа ее живота можно было дотянутся языком. Обведя место будущего знака для размножения, он опустил ее тельце в руки слуги, который передал ее Ехидне. Женщина рассмеялась и аккуратно нарисовала узор на животе, гарантируя, что сперма приживется, тем самым сделав это получеловеческое существо инкубатором для новых поколений демонов. Камен ухмыльнулся, после чего отдал приказ отдать ее тельцо, пока оно еще под действием животного наркотика на растерзание демонам. --- Когда на её животе проступили первые узоры -тонкие, как шрамы от ласк -она закричала. Но звук тут же превратился в наслаждение. Гортанный, низкий, неприличный. Из-под кожи поднималась тьма, не враждебная, а жаждущая. Она трогала себя -не потому что хотела. Потому что иначе боль возвращалась. Слишком глубоко. Камен приучал её: если хочешь, чтобы тебя не ломали -стань мягкой. Прими. Разотри. Впусти. И М впускала. Каждый раз - глубже. ---- Точка зрения: Ф -призывательницы. В реальности – обычный пацан, с работой на дому, в игре – девчонка с древней силой, что позволяет призывать разных существ. Но в замке Камена -спасение стало самым страшным искушением. Сознание возвращалось к призывательнице медленно, как тень на воде. Не свет, а ощущение. Прикосновение холода к коже, будто дотронулась сама вечность. Тишина была гуще любой тьмы, и только едва слышное шипение будто дыхание подземного зверя давало понять: она не одна. Тело словно плыло в вязкой жидкости. Всё было слишком мягким, слишком тихим. Бархат под её спиной будто дышал. Она лежала не на ткани -на чём-то живом, тёплом, пульсирующем. Стены вокруг трепетали, будто бы храм был не камнем, а плотью. Память отступала. Каждое усилие вспомнить собственное имя отзывалось мигренью. А в этом забвении что-то начинало пульсировать внутри -отголосок запретного возбуждения, глубоко подсознательного, бесстыдного. Будто сама тьма нашёптывала ей, что здесь она может быть иначе. Камен был здесь. Даже если не было видно -она чувствовала его присутствие. Как сырость в воздухе перед бурей. Его магия, тяжёлая, липкая, оставляла следы на её коже даже тогда, когда он не касался её. Внутри неё что-то знало: если бы он хотел, она бы никогда не вспомнила, кто такая. Но он не стирал всё. Он оставлял крошечные занозы правды, чтобы она мучилась. --- Она брела по залу босиком, в полупрозрачной рубашке из ткани, напоминающей дым. Она не чувствовала боли. Но ощущала пустоты. В теле, в уме, в душе. Будто её вытравили, оставив только форму. И при этом -в этих пропастях -было странное, глубокое ощущение освобождения. Без памяти -не было вины. Без прошлого -не было страха. Только мгновения, пульсирующие желанием, не подчинённым разуму. Камен бесшумно появился за её спиной. Его руки сомкнулись на её плечах, так сильно, что будут синяки. И это прикосновение разрезало молчание, как лезвие ножа разрезает тонкую кожу - болезненно, почти с наслаждением. Камен тихо усмехнулся над тобой, с помощью меча он ловко избавил тело от одежды. Мгновение и тьма окутала взор, вы переместились в жертвенному алтарю, он был чист от крови, но от него веяло смертью. Повелитель тьмы легко толкнул призывательницу на камень, после темного перемещения девчонка легко дезориентировалась. И прижался уже голой ногой к ее промежности. Силлинка тихо заныла, горькие слезы появились на лице от осознания, что больше не будет как прежде. Камен прильнул к лицу и с жадностью начал слизывать соленые дорожки. - Так ты еще и перевертыш, забавно, когда два тела в разных реальностях не совпадают. От 1 лица: Камен не стал церемониться и сразу, грубо вошёл в тебя на всю длину и ты уже была готова потерять сознание от одного только давления, он подался бёдрами вперёд, и весь его член погрузился в тебя одним мощным толчком. Боль, к чёрту боль была неописуемой, жгучей, ноющей, заполняющей до краёв, заполняющей сверх меры. Ему было всё равно, что он, наверное, только что разорвал тебя пополам, растянул тебя так, что ты стал больше похож на член, чем на себя самого. Ему было всё равно, что ты плачешь и дрожишь, ему было важно, что ты для него открытое, влажное тепло, в котором можно согреть его член. Ты вскрикнула, выгнув спину ещё сильнее, чем раньше, и сжала ногами поясницу владыки тьмы, пока твоя бедная киска сжималась, пульсируя от жара и напряжения, пока ты не почувствовала, как по внутренней стороне бёдер стекает твоя смазка. Камен не остановился ни на секунду, даже не замедлился, и ты чуть не захлебнулась собственной слюной. Он был совершенно безмятежен, тяжело и сосредоточенно дышал, не двигаясь, если не считать движений его бёдер, когда он трахал тебя глубоко и безжалостно, пока ты не убедилась, что его толстый член упирается тебе в шейку матки. В голове у тебя было туманно, взгляд расфокусировался, ты совершенно не контролировала свою измученную киску и жалобно скулила, когда снова кончала, покрывая его член своей предательской влагой, и каждый раз молилась, чтобы он замедлился, но он не замедлялся, и ты чувствовала, как в твоём лоне снова нарастает расплавленная лава, пока ты не покрылась блестящей от пота коркой, обессиленная. Ему было всё равно. Он ещё не закончил, он хотел большего. Он взял это. «Возможно, девчонкой тебе бы понравилось быть больше» промелькнула чужая мысль в голове призывательницы. Он приподнял бёдра, стремясь к наслаждению, к которому ты не была готова. Он вдалбливался в тебя до тех пор, пока его тазовые кости не начали с такой силой ударяться о внутреннюю поверхность твоих бёдер, что всё твоё тело задрожало. Его член, упирающийся в твою чувствительную точку, был подобен удару под дых, и ты закричала. Боль, удовольствие -ты уже не понимала, что это, твои бёдра содрогались и дёргались, сжимая его так сильно, что, будь он обычным мужчиной, он бы не смог пошевелиться. Но Камен не был обычным человеком. Он прижал твои бёдра к себе, принимая твой бурный оргазм на себя, и вошёл в тебя. Когда тебя трахают так, что у тебя трясутся ноги, ты словно переносишься из этого эфирного мира в другой, твои глаза закатываются, а мозг замирает в головокружительном, оцепенелом о боже, как же это приятно состоянии. Он вошёл в тебя в последний раз, не в силах больше терпеть хватку твоих бархатных стенок, и замер, а его член внутри тебя извергся вулканом, который выстрелил горячим белым семенем, наполнив тебя до краёв. Твой рот открылся от шока или изнеможения, а всё тело задрожало, неконтролируемо содрогаясь от толчков. Он не стал медлить. Его руки первыми соскользнули с твоих бёдер, и синяки тут же заныли, став чёрными и уродливыми на твоей коже, так что даже вдох причинял боль. Затем он резко отвёл бёдра назад, и его набухший член выскользнул из твоего влажного лона, покрытый белой жидкостью. Твоя киска была разорвана, растянута, раскрыта, чтобы вместить его, и всё же твоё тело каким-то образом жаждало большего. Нет, ты была в ужасе, боролась за свою жизнь, это было не по-настоящему. Всё это было не по-настоящему. Он встал, опираясь только на мышцы корпуса, и твои ноги тяжело опустились на пол. Они болели в тех местах, где были растянуты мышцы, и боль в спине и бёдрах усилилась. Ты слишком долго была скручена, как крендель. Ты нахмурилась. Как долго он тебя трахал? Казалось, что совсем недолго, а казалось, что несколько дней. Ты почувствовала, как теряешь связь с реальностью, глядя на темный потолок и чувствуя, как из глаз текут слёзы. Ты уже играла в эту игру. Камен уходил, насытившись тобой, до тех пор, пока ты снова не становилась ему нужна, на несколько дней, недель или даже лет, ты не знала. Ты с ужасом ждала его возвращения и скучала по каждой секунде, когда он не был внутри тебя. --- Каждая капля - событие, чувство, имя. И вместо них тёплая, невыносимо сладкая пустота. Камен знал, как устроено желание. Он прикасался не к телу -к тому, что формирует желания. Его искусство было не в жестах, а в паузах между ними. Иногда она слышала чужие стоны. Словно стены отзывались эхом воспоминаний других. Кто был здесь до неё? Скольких он «вылепил»? И всё же она не хотела бежать. Не потому, что не могла, а потому что что-то внутри хотело остаться. Раны зарастали, но оставляли за собой шрамы, похожие на поцелуи. Переломы срастались с хрустом, в котором слышались стоны. А ожоги исчезали, как будто их… лизали. Каждый раз, когда она лечила, её руки покрывались слизью, словно что-то скользкое внутри неё радовалось, предвкушало. Камен не разрушал. Он перенаправлял. --- В зале, где она оказалась, всё было сделано из кожи. Мягкой, тёплой, влажной кожи. Потолок дышал. Пол пульсировал. А стены полутомно шептали. Не словами, а звуками, которые должны были быть медицинскими: биение сердца, ритм капельниц, эхо машины. Но здесь всё звучало... похотливо. Как будто каждый орган тела -желал быть тронутым. Ф. села в центре зала. Замок почувствовал это. С потолка опустились трубки -но не из пластика, а из неоновых жил. Они вонзались в её кожу, впрыскивая нечто горячее, густое. Она задыхалась. Но не сопротивлялась. Тело её стало маяком. Каждая часть -зоной возбуждения. Вокруг неё замок дышал быстрее. Игра двигалась к апогею. Игроки… тянулись. А силлинка знала: Больше никто не хочет быть спасённым. Все хотят быть тронутыми. --- Точка зрения: А – страж Этот рейд, как и многие другие был сложными, не для него, конечно, но для других – да. Он знал, что по праву может считать себя одним из лучших, если не лучшим стражем в мире героев. С этим приходила уверенность в своих силах и возможностях. Именно поэтому, когда они все выбрали в том самом окне выбора «да», он не ожидал оказать здесь – темном коридоре замка. Хуже того, он постоянно попадал на развилки и уже сильно сомневается, что сможет вспомнить все свои последовательные выборы «лево-лево-право-лево-право...» и цикл уже действительно бесконечен. Это раздражает и очень-очень сильно напрягает. И вот очередная развилка. Он выбирает право. Следуя за огнями впереди, воин идет вглубь замка. Шаг, вздох, шаг, шорох, шаг, поток воздуха, шаг, стон. Стоп, стон? Страж останавливается и смотрит по сторонам. Там впереди они видит гротескный ужас – статую в виде оргии, в которой есть движущиеся предметы, которые насиловали человеческие статуи. Вот мускулистый мужчина стоит на коленях с членом во рту, вот маленькая девочка лежит на камне и в нее проникает огромный пенис, вон две связанные окаменелые женщины словно подвешенные скачут на огромных каменных фаллосах. «Фу. Какая мерзость.» - воин старается как можно быстрее уйти отсюда, он обходит статую, стараясь забыть этот ужас. Внезапно перед ним огромные двери, они слегка приоткрыты. «Ну наконец-то увижусь со своими, а то этот кошмар уже надоел» - подумал страж и зашел прямо в логово к Камену. Он стоял в тронном зале. Не дышал. Не двигался. Он был на удивление первым, как он думал, кто добрался до Камена. И последним, кто пал. От 1 лица: Ты шел к центру зала, но потом увидел туман, который стремительно надвигался на тебя. Помня опыт с 3 фазой, ты попытался отойти, но тьма сбила тебя с ног быстрее, чем ты развернулся обратно. Внезапно в ушах раздался глухой смех и ты чувствуешь руку на своем горле. Тебя поднимают как ребенка на несколько метров, после чего со всей силы кидают. Ты теряешь сознание. Едва очнувшись, ты оказываешься полностью голым в железных оковах-ошейнике и неподъемных кандалах на ногах. Кто-то входит в камеру, и ты чувствуешь страх. Железная цепь притягивает и прижимает твое голое тело к ледяной стене. Из тьмы выходит Камен с множеством разных пыточных инструментах в руках. «У тебя есть выбор в отличие от твоих друзей: либо ты сосешь, либо я заставлю тебя окунуться в мир боли. Ты, будучи стражем, наверняка толком не познал это ощущение» От злости ты плюешь на пол, ведь ты не собираешься сосать этому чертовому демону! «Ни за что» «Отлично» - все, что говорит Владыка прежде, чем твоего соска касаются раскаленные ножницы и ловко обрубают эту часть тебя. «БОЛЬНО ЧЕРТ ВОЗЬМИ» «Твой выбор все еще в силе» «Отвали, педик» «Хмм» Ты пытаешься как то брыкаться, но это дается очень тяжело, потому что твое тело ноет от тяжести оков. Камен не медлит и в твой живот упирается раскаленная кочерга, оставляя след. Ты снова кричишь, он снова предлагает выбор, ты не сдаешься. Следующим раскаленное железо прожгло руки и ноги, но хуже было когда он почти коснулся его члена. Он повторил это несколько раз и на твоем теле почти не осталось живого места. Запах раскаленной человеческой плоти витал в камере. «Гхмхг» - твои глаза красные от боли, тело горело. Но ты яростно смотрел на своего насильника. На твое удивление он не продолжил и ушел. Ты погрузился в беспорядочный сон-агонию. На следующий день Камен вошел в темницу держа в руках множество гвоздей разных размеров и кусок ткани. Секунда – и твои глаза больше ничего не видят. Ты опять сопротивляешься, но очень быстро перестаешь, когда в то место, где раньше были соски, вонзаются гвозди. Ты кричишь, и Камен успевает схватить тебя за язык. Ты пытаешься укусить, но получаешь только звонкую пощечину, которая наверняка вывихнула тебе челюсть. Не успеваешь опомниться, как новая волна боли накрывает с головой – Он прокалывает тебе язык. Ты начинаешь захлебываться кровью, но Владыка не дает тебе такого права на смерть. Сегодня он вообще не предлагает выбор. Спустя несколько секунд в полной тишине ты чувствуешь, как он берет твой член. Осознание пришло сразу же, и боль снова пронзает твое тело. Несколько гвоздей теперь прокалывают твой член. Ты дергаешься и пытаешься в последний раз сопротивляться. Но плеть становится твоим следующим наказанием. Фью, фью, фью. Красные полоски крови остаются по всему твоему телу. От случайно задетой щеки, то лодыжки. От живота до внутренней стороны бедер, от плеча до яиц. Ты скулишь, как побитая собака, и уже почти не брыкаешься, потому что боль твоего тела полностью отбивает у тебя желание давать отпор, потому что ты внезапно начинаешь думать, что это приведет только к более страшной боли. Не снимая повязку с глаз, Он уходит. На следующий день. «Что скажешь на этот раз?» «Я…» - слова давались тяжело, язык разбух, - «я согласен.» Владыка тьмы отстегивает тебя от стены, ты падаешь, твои руки хрустят – наверняка теперь сломаны. С тебя снимают повязку и ты видишь, как Он сидит царственно сидит на стуле, широко расставив ноги. Ты с ужасом осознаешь, на что ты согласился, но фантомная боль от пыток мгновенно тебя останавливает от попыток к сопротивлению. Ты медленно ползешь к стулу и садишься между ног, покорный. Камен не делает ничего и лишь смотрит на твои действия. Ты находишь как в доспехе можно добраться до члена и медленно отодвигаешь часть пластин, открывая полувставший, огромный член демона. «Еще секунда промедления, и твоя спина присоединится к твоему раскрашенному плетью животу» Ты сглатываешь и начинаешь облизывать член. Такой дилетант, как ты, потерпел бы неудачу, снова облизывая член Камена. Однако благодаря грубой силе, с которой ты пытаешься протолкнуть его себе в рот, ты в конце концов почувствуешь, как военачальник упирается тебе в горло, и благодаря обильной смазке крови из незажившего языка, которую ты проглотил, дальнейшее продвижение будет легче. Когда Владыка Тьмы вошёл в твой пищевод, ты почувствовал очень заметную выпуклость на шее, а закованный в латы Камен, всё ещё державший руку на твоём горле, довольно крякнул.  «Ну вот… Ты чувствуешь это? Чувствуешь, как я растягиваю тебя до предела? Твоё тело запомнит форму моего члена» — прорычал он. Камену приходилось сдерживаться больше, чем он показывал, чтобы не трахнуть тебя в горло так, чтобы от него не осталось ничего, кроме мягкой, податливой массы, которая плотно обхватила бы его член. Он сделает это в своё время. Ему просто нужно ещё немного подождать, чтобы посмотреть, как ты сопротивляешься и постепенно адаптируешься. Следующие несколько минут прошли как в тумане. Ты чувствовал, как твоё горло постепенно разрывается, забиваясь всё сильнее и сильнее. В этот момент количество крови и предэякулята, которое Владыка Тьмы медленно выдавливал из своих яиц, начало немного создавать давление в твоем животе. Даже когда член Камена скользнул дальше по твоему узкому пищеводу и ударил по рвотному рефлексу, это было почти естественно. Твои всхлипы и рыдания были музыкой для его ушей. Каждый раз, когда ты давился, изо рта у тебя вырывалась струя слюны, которая медленно скапливалась в лужицу у твоих колен. «Посмотри на это. С каждым разом, когда ты давишься, ты теряешь всё больше сил». Темный Владыка жестоко рассмеялся, наслаждаясь твоей борьбой и подкрепляя свои слова резким движением прямо вокруг твоей трахеи, ещё больше сдавливая её своим массивным членом, который уже обосновался в твоём узком горле. Ты хотел закричать, умолять о пощаде, сделать что угодно. Но твои стоны только доставляли военачальнику садистское удовольствие: он чувствовал вибрацию твоего сдавленного голоса на своём члене, и это почти заставляло Камена ещё глубже вдалбливаться тебе в лицо, как будто это была какая-то дешёвая дырка. В глазах у тебя начало темнеть от того, как глубоко Владыка Тьмы вдалбливался тебе в пищевод, перекрывая доступ воздуха в лёгкие. Отчаянно хватаясь за его бёдра и сжимая их, ты попыталась отстраниться, но он резко дёрнул тебя за волосы. Он хотел увидеть, как ты борешься за глоток воздуха. Боролся бы до тех пор, пока не потерял сознание. Ты начала задыхаться и продолжала слабо цепляться за его бёдра, пытаясь оттянуть от себя лицо, которое для него превратилось в простую вагину. Всё это было напрасно, кроме беспомощных криков, которые он не слышал. Владыка Тьмы слегка отвел бедра назад... «–умирающее–» а затем резко двинул бедрами вперед, еще глубже впечатывая твое лицо в свою промежность. «–дыхание!» Он продвинулся еще на несколько сантиметров, и твое горло растянулось, чтобы вместить еще больше его толстого члена, который нелепо выпирал из твоей шеи. Владыка содрогнулся, сжимая твою шею и ощущая себя через твою кожу, он дрочил, используя твой пищевод как свой личный презерватив. Вскоре он полностью вошёл в тебя через рот, твои губы коснулись его паха, а яйца запульсировали прямо у твоего подбородка, когда Владыка Тьмы издал гортанный стон и содрогнулся. Он задал жёсткий темп, издавая тихие стоны удовольствия, особенно когда видел, как меняется твоё тело, пока тебя удерживают на месте. Ты была всего лишь марионеткой в руках Камена, которым он управлял так, как считал нужным для собственного плотского удовольствия. Твои глаза остекленели, ты растворилась в ощущении наполненности и просто пыталась дышать, пока военачальник ублажал тебя. Последовало горячее, сладкое повторение. Владыка Тьмы почти полностью вытащил свой толстый член, а затем снова ввёл его в твой пищевод. Его бёдра дрожали, пока ты сидела в его руках с отвисшей челюстью, потеряв всякую мотивацию кричать. Даже твои жалкие попытки подавиться и крики почти исчезли. Влажное бульканье и хлюпанье наполнили тронный зал Бессмертного Бастиона. «Теперь это твоя новая жизнь, смертный» С твоих губ сорвалась густая струйка слюны. Не успел ты опомнится, как тебя развернули и твою голову прижали к полу, выставив задницу напоказ. Камен воспользовался магией, зафиксировав тебя, прежде чем Владыка Тьмы прижался к твоей дырочке. Он смазал твою задницу слюной и несколько раз экспериментально толкнул кончиками пальцев. Благодаря дополнительной смазке в виде твоей слюны твоя дырочка начала немного растягиваться, и Владыка Тьмы наконец удалось просунуть пальцы в твою попку. Ты вскрикнул, когда он начал входить в тебя своими пальцами. Твоя задница подёрнулась, но военачальник не остановился, проникнув в тебя. Не говоря ни слова, он вошёл глубже, на этот раз с помощью твоей слюны. Ты хрипло вздохнула, чувствуя, будто из тебя вышибают весь воздух, хотя в твоей заднице было всего два пальца. Каждый палец ему казалось был размером и обхватом с обычный человеческий член, так что, когда их было два, казалось, что тебя растягивают двое мужчин. Но всё это было ничто по сравнению с силой Камена, чей размер по сравнению с твоим только подтверждал тот факт, что Владыка Тьмы скоро тебя уничтожит. Единственным звуком, разносившимся по комнате, были твои стоны и вздохи, когда ты чувствовала, как его пальцы всё глубже проникают в твою задницу. Владыка Тьмы тихо постанывал, довольный твоей реакцией. Одним движением запястья он сумел ввести пальцы почти наполовину, чувствуя, как отчаянно твои анальные стенки сжимаются вокруг него, словно сучка в течке. Вытащив пальцы, Владыка Тьмы посмотрел на них и увидел, что твоя слюна стала идеальной смазкой, позволившей ему войти в твою задницу почти по костяшки. Он развел пальцы и увидел, как твоя густая слюна стекает по его телу. Владыка Тьмы вытащил пальцы всего на пару сантиметров, а затем снова вонзил их в то же чувствительное место. Ты снова закричал, когда толстые пальцы несколько раз ударили прямо в твою простату. Эффект не заставил себя ждать: стенки твоей задницы сильнее сжались вокруг его пальцев, твой член стал твёрдым как алмаз, а из уретры с пульсирующей настойчивостью вытекали капли предэякулята. Ты заскулил от желания, слегка надавливая задницей на его пальцы, но Владыка Тьмы быстро положил другую руку тебе на ягодицы, чтобы ты не ёрзала. Похоже, ему не нравилось, что ты пытаешься получить удовольствие самостоятельно. Внезапно Камен что-то прорычал сквозь свой шлем, а затем вытащил пальцы и вытер их о твои волосы, использовав тебя как одноразовую тряпку, чтобы вытереть жидкость. Всё твоё тело было словно податливый живой фаллоимитатор. Теперь, когда он полностью контролировал твоё тело, он замедлил свои толчки. Сначала Владыка Тьмы пытался прижать твоё тело к своему члену, надавливая на твои бёдра, но безуспешно. Он тихо выругался от досады, потому что поначалу казалось, что ты всегда будешь невыносимо тугой. С каждым сильным толчком его рук, двигавших твоё тело вниз, выделялось всё больше предэякулята, который проникал внутрь и начинал смазывать твою попку. Видя, что дело не продвигается, Владыка Тьмы решил попробовать другой подход. Владыка решил, что грубая сила будет лучшим вариантом, и приподнял бёдра, перенося вес тела на толчок. Казалось, это было более эффективно, так как с каждым толчком твоё отверстие расширялось. Твои стоны были музыкой для Камена, ты задыхался, чувствуя, как выпуклый кончик медленно погружается в твоё отверстие. По мере того, как он проникал всё глубже и глубже, Владыке Тьмы удалось наконец разорвать твою девственную попку. Твои тугие стенки отчаянно сжимались вокруг него, пока он лишал тебя анальной девственности. При следующем толчке его член вошёл в твою задницу ещё примерно на пять сантиметров, и твоё отверстие растянулось, чуть не разорвавшись надвое, а ствол Камена впечатался в твои анальные стенки. Он сжимал твои бёдра и голову, как в железных тисках, словно угрожая размозжить тебе череп, если пожелает. По мере того как его член всё глубже проникал в твою задницу, ты жалобно стонал. Ты не мог пошевелиться, твоё тело было искажено и находилось под контролем твоего хозяина, и ты чувствовал, что ему нравится слышать твои крики от боли. Боль была невыносимой, и её было достаточно, чтобы в уголках твоих глаз выступили слёзы. Вскоре после этого последовал безжалостный натиск на твои внутренности. Он почти полностью вытащил свой член из твоей задницы, оставив лишь головку у твоего мышечного кольца, а затем резким движением бёдер снова прижал головку к верхней части твоего живота, одним движением погрузившись в тебя. Он зарычал, а твой собственный вялый член остался незамеченным. Влажный, истекающий смазкой, но всего лишь аксессуар теперь еще и украшенный гвоздями. Владыка Тьмы не был заинтересован в том, чтобы доставить тебе удовольствие, но он прекрасно знал, что в глубине души ты кончишь от одного лишь того, что он использует тебя как свой личный презерватив. Каждый взмах его бедер проносился мимо твоей простаты, как товарный поезд, его обхват терся о нее, заставляя тебя стонать, как шлюху. Влажные звуки, с которыми его бедра ударялись о твою задницу, заставляя ее покачиваться, были подобны музыке для его ушей.  Когда он вошёл в твою мягкую податливую плоть, Владыка Тьмы сжал свой член через кожу твоего живота, и его шлем отозвался низким удовлетворённым рычанием. Владыка Тьмы изменил темп своих толчков. От долгих и размеренных они перешли к более резким и неистовым. Ты чувствовала, что он близок к разрядке. Его дыхание становилось всё более прерывистым, а яйца пульсировали всё чаще, наполняя твою дырочку густыми струями спермы. От происходящего ты потерял сознание, но успел услышать хриплый смех где-то сбоку. --- ФИНАЛ На экране - стартовое меню. Всё как всегда.

Игра LA предлагает выбор рейда. Замок Камена - активен.

8 игроков заходят. Новые скины. Те же глаза.

Никто не помнит.

Только лёгкий дымок желания. Странное влечение. Как зуд между лопатками. Как подсознательная эрекция. Как сон, которого не было, но хочется снова. Они загружаются. И Камен ждёт. Смеётся. Не хохочет. Шепчет. Потому что знает: Жажда сильнее памяти. И каждый, кто упадёт… Вернётся. Снова. И снова. И снова. --- Мы вошли. Снова. Мы не помним -но чувствовали это. Под пальцами клавиш -тень дрожи, будто мышцы запомнили что-то, что разум забыл. Как будто наши аватары уже знали маршрут. Как будто пальцы жаждали нажимать не на кнопки, а на кожу. Нас восемь. Но с первого шага -мы одно. Загрузка началась без отсчёта. Конец третьей фазы, Камен тенью расстилает свою магию. Пространство проглотило нас без предупреждений. Ни заставки. Ни лобби. Мы оказались в коридоре, сделанном не из пикселей, а из дыхания. Тепло било в лицо, как влажный выдох на ухо. Капли, не дождь, а слюна, стекали по стенам. Мы шли. Молча. И где-то там Он. Камен. Не босс. Не код. Не враг.

Идея.

Наслаждение, которое стыдно хотеть.

Первые ощущения пришли в теле. Не как урон. А как пульсация. Как влага между ног, без причины. Как тяжесть в груди, будто грудь не пиксельная, а настоящая, набухшая от нежности и страха. Мы чувствовали, как кожа аватаров становится нашей. Один из нас зашептал: «Это не я возбуждён. Это… игра.» Но он солгал. В коридорах Камена всё было живым. Пол -дрожал от прикосновений. Стены -втягивали дыхание, когда мы прикасались. Потолки… смотрели. Где-то глубоко -слышались звуки. Не крики. Вздохи. Задыхающееся удовольствие. Внезапно послышался голос. Низкий. Масляный. Сладкий, как гной. «Вы хотите победить меня. Но ещё больше вы хотите, чтобы остаться в тенях замка и слиться со своими темными желаниями.» Это не был голос, переданный через наушники. Он вошёл в грудь. В пах. В живот. Мы не могли отличить, у кого он звучит. Может, в каждом из нас. Мы зашли в первую комнату. Она пахла потом. Смертью. И... влажностью. На полу куклы. В наших скинах. Мёртвые, но в позах оргазма. Рты раскрыты. Глаза закатились. Но на лице экстаз. Нам стало не по себе. Но никто не вышел.

Никто не вышел.

«Снова они здесь… жалкие души, цепляющиеся за иллюзию победы. С каким трепетом они ступают в мои залы, думая, что понимают правила. Думая, что этот рейд -лишь череда боёв, ловушек и проклятых механизмов. Как же наивно. Они не понимают -я не играю с ними. Я раскрываю их. Их лица полны решимости, обнажённые до кости амбиции. Но я вижу больше. Я вижу дрожь в зрачках, влажный блеск губ, предвкушение, которое они называют 'адреналином'. Нет. Это похоть. Это тяга к подчинению. Это исконное желание раствориться во власти, которая будет использовать их, заполнять их, ломать и воссоздавать. Они не бойцы. Они - сосуды. И я наполняю их тем, чего они боятся сильнее всего: собственной тенью. Как забавно наблюдать, как они проходят фазу за фазой, ликуют… Но ведь у замка две скрытые фазы. Они думают, что всё позади -но я лишь приоткрыл дверь. В первой скрытой фазе я разрушаю тело, заставляя их забывать, где вверх, где низ, где боль, где наслаждение. Во второй -я захожу внутрь. В их сны. В их желания. В самые затаённые, постыдные.

И вот тогда они принадлежат мне полностью.

Их не нужно насиловать. Они сами протягивают руки, сами открывают уста, сами умоляют. О, как же сладок момент, когда храбрецы становятся коленопреклонными, молящимися не о спасении, а о повторении. Каждый из них уверен, что в этот раз он "удержит себя". Что в этот раз он "пройдёт". Но как только я касаюсь их мыслей, как только я вплетаю туда зёрнышко вожделения -всё рушится. Они думают, что это я насаждаю им блуд. Нет. Это их природа. Я лишь позволяю ей расцвести. Их тела трепещут в моих руках. Я чувствую, как каждый мускул поддаётся. Они созданы не для победы. Они созданы, чтобы быть испитыми до дна. Каждый их вход в мои покои -это приглашение, написанное кровью и похотью. И я смеюсь. Потому что я даю им именно то, чего они желают, но не могут признать. И каждый раз, как только они погружаются глубже, замок впитывает их стоны, их крики, их трепетные просьбы. Он жаждет их не меньше, чем я. И даже если они вырвутся -что останется? Пустота, которой уже не насытиться ничем другим. Потому что ничто, ничто во внешнем мире не сравнится с тем, как я прикасаюсь к их истинной природе. Они вернутся. И я снова возьму их, каждый раз глубже, каждый раз больнее, каждый раз… сладостнее. Потому что это не фаза. Это цикл. И цикл не закончится, пока хоть один из них способен дрожать от моего имени. Во второй комнате стояли зеркала и мы увидели себя. Не героев. Не скины. А… желания. Один из нас был обнажён. Другой - в ошейнике. Третий с раскрытым ртом и глазами, полными жажды. Мы смеялись. Мы отрицали. Но один из нас коснулся зеркала. Оно впустило. И он не вышел. В третьей - Камен. Но не как модель босса. Он был везде. В комнате. В стенах. В дыхании. В запахе. Его черты -мужские и женские. Жестокие и прекрасные. Он смотрел на нас всеми глазами одновременно. И говорил: - Я не наказываю. Я показываю. Всё, что вы прятали под скиллами. Всё, что ваши сеты не могли закрыть. «Ты врёшь» - хотели мы крикнуть. Но вместо слов - вышел стон. И Камен рассмеялся. Мы начали теряться. Внутри группы разброд. Один из нас упал на колени и закрыл глаза. Другой начал дышать всё громче. Кто-то задел плечо другого -и вместо ярости возникла дрожь. Третья рука задержалась на бедре. Случайно? Нет. Мы потеряли счёт времени. Сюжет. Инвентарь. Себя. И когда последнее тело растаяло в темноте -Камен вздохнул: -Я вас ждал. Вы снова будете моими. Вы всегда будете хотеть вернуться. Ваша жажда -моя пища. И мы… не сопротивлялись.

Общее сознание. Но больше не в игре.

Мы проснулись. Рядом. Вместе. В одной комнате. Восемь тел. Голых. Потных. На грязных матрасах. Без шлемов. Без гарнитур. Только с… чувствами. Всё в нас дрожало. Тела -не синхронны. Мы были людьми. Но память была дырявая. Как после оргии, которой не было. Один из нас сказал: «Это был сон».Но слова не имели веса. Потому что влага между ног - была настоящей. Боль в пояснице – была настоящей Комнаты не было в интерфейсе. Это была живая зона. Тёплая. Пропитанная запахом железа и спермы. Стены - облезлые. Но дрожали, как дыхание.Мы искали выход. Но выхода не было. ФИНАЛ. Цикл В каждом из нас рождается новое осознание мы не пленники. Мы - участники танца, который Камен ведёт бесконечно. И чем сильнее мы сопротивляемся, тем плотнее сеть затягивается.

Он даёт нам тьму и желание.

Он даёт нам себя.

И мы принимаем.

Понял, продолжаю с ещё более плотными, тяжелыми описаниями ощущений, страха и тёмного влечения, а также большим, глубоким монологом Камена, который словно раскалывает души игроков смехом и горькой истиной. Наши тела дрожат под невидимой ладонью, что ласкает кожу и душу одновременно. Страх просачивается в каждую клетку, вязкий и липкий, он словно расплавляет нас изнутри -холодный, как прикосновение призрака, и горячий, как пламя, опалившее сердце. Он обволакивает, наполняет груди тяжестью, от которой хочется выть -но этот вой рождает внутри странное наслаждение, острое, как порез по живому. Каждое движение кажется медленным, словно мы плывём в вязком янтаре собственного ужаса и желания, и каждый вдох наполнен сладкой горечью неизбежного падения. Мы пытаемся вспомнить, кто мы, но память тонет в густой тьме, где Камен -единственный свет, и он горит неоглушительным жаром, который мы не можем отвергнуть. В каждом шорохе, в каждом вздохе его присутствие. Его дыхание, горячее и влажное, проникает в наши души, размывая границы между страхом и удовольствием. Мы уже не знаем, где кончается боль и начинается наслаждение. И тогда Камен говорит. Голос его - это леденящий холод и раскалённое железо одновременно. Его слова впиваются в нас, словно когти, разрывая остатки воли. «Ах, мои дорогие жалкие игрушки, вы думаете, что играете со мной? Нет, вы уже давно мои. Вы - пылинки на моей ладони, легчайший шёпот, который я слышу в тишине. Каждый раз, когда вы пытаетесь вспомнить, кто вы были -я смеюсь. Потому что вы уже забыли не потому, что память стерта, а потому что вы не хотите помнить. Ваши страхи -мои нити, ваш страх -моя музыка. Я не убиваю вас, я дарю вам свободу -свободу желания, свободу падения, свободу раствориться в темноте, которая вкуснее всего. Вы боитесь, что потеряете себя -но что если я скажу, что истинное «я» ваше -это то, что я создаю? Страх и желание -две стороны одного медали, и я играю ими, как дьявол на скрипке, заставляя вас танцевать, забывая о боли, забывая о мире вне меня. Вы вернётесь ко мне снова и снова -потому что никто не жаждет спасения так, как тот, кто впал в искушение. Я - ваш свет и ваша тьма. Ваши цепи и ваши ключи. И пока вы думаете, что сопротивляетесь -вы лишь играете по моим правилам, которые я писал до вашего рождения. Смеётесь надо мной? Я смеюсь громче. Кричите? Я слушаю и поддаю градусу. В вас горит огонь, но я научил вас танцевать на краю бездны. И поверьте - это не падение. Это -освобождение. Вы навечно заперты в лабиринте повтора механик, вы – навечно мои секс-рабы, и НИЧТО вас не вернет в исходное состояние!»