Слова между нами

— Что ж, — Алексей Михайлович смотрит сначала в монитор, а потом на них. — Справились вы оба на отлично. Дважды на отлично получается, потому что я ещё в январе был удивлён тому, что вы решили продлить эксперимент с подкастом. Так хотелось не сдавать в июне мой экзамен? Или популярность дала о себе знать? — Да нет, с чего вы взяли? Реально просто проект интересный, — пожимает плечами Антон, а сам косит взгляд на притихшего рядом улыбающегося Арсения. Проект вышел не просто интересным — судьбоносным. Если бы не эта затея и его желание меньше париться на сессии, в какой точке они с ним оказались бы прямо сейчас? Наверняка он бы всё также ходил мимо него слепым оленем, а тот думал, что ему это не нужно и боялся сделать первый шаг. Они оба хороши, но он больше. Не было бы как сейчас совместных вечеров и просмотров сериалов в обнимку, переплетенных под партой тайком пальцев и нежных поцелуев украдкой в пустых коридорах. Он бы не начал изучать историю Древней Греции, потому что Арсений любит слушать об этом подкасты, а тот не стал бы разбираться в футболе и ходить с ним на матчи. Если бы не идея с подкастом, он бы не узнал, как может замирать сердце при виде любимого человека. Как скручивается всё внизу живота, когда появляется возможность провести кончиком носа у него за ухом и услышать низкий довольный стон. Если бы не подкаст, он бы не узнал настоящего Арсения. — Ладно, давайте сюда зачётки, — Алексей Михайлович протягивает за ними руку и заинтересованно хмурится: — А можно только один вопрос? Мучает меня всё это время. Арсений кивает: — Конечно. Какой? — Вы за этот почти год говорили практически обо всём — темы и в правду подобраны классно. Но ни разу не затронули лежащую, казалось бы, на поверхности — про отношения. Почему? — мужчина склоняется к ним поближе и, переводя взгляд с одного на другого, переходит на шёпот: — Это принципиальная позиция не выносить личную жизнь напоказ? Просто любопытно. Антон снова переглядывается с Арсением и с улыбкой качает головой: — Можно и так сказать. Тот, кому есть что сказать, всегда молчит. Алексей Михайлович, судя по взгляду, ничего не понимает, но открывает их зачётки по очереди и ставит каждому отлично. Второй курс заканчивается на позитивной ноте. Они покидают экзаменационную аудиторию первыми — одногруппники продолжают сопеть над билетами и припрятанными в карманах шпаргалками. А перед тем, как выйти на освещенную солнцем улицу — Питер в начале июня пока баловал тёплой погодой, — ныряют в закоулок коридора, ведущий к библиотеке. Там обычно никого, на лестничных пролётах в полупустом вузе не слышится посторонних шагов, и Антон прижимает Арсения к стенке в углу и целует. У него тёплые губы с привкусом кофе, и только из-за этого одного он, ярый поклонник чая, его полюбил. Теперь они часто варят его по утрам. Ладони Арсения ложатся ему на талию, и еще через несколько секунд он отстраняется от него с улыбкой: — Нас запалят, Антон. Ты, конечно, помог обрести мне умиротворение в вопросе получения оценок, но вылетать из вуза за поцелуй в коридорах храма науки я пока не готов. — Ладно. Уговорил. Моя мама тоже вряд ли поймёт. Просто я соскучился. — Я весь последний час был с тобой, вообще-то. Ты что, не видел меня?! Он грозно хмурит брови и упирает руки в бока для пущей убедительности. Курсы актёрского мастерства уже к концу второго года обучения дают свои плоды. Может, он когда-то сыграет где-нибудь в самом настоящем театре? Антон смеётся, целуя его в залёгшую между бровей складку: — Я только тебя и вижу. Ну, ещё Матвиенко, который двадцать минут про свою новую пассию рассказывал. — Прости его — он просто впечатлительный. Плюс мы привыкли с ним секретничать о личном. А тут, ну, так получилось. — О личном? И обо мне вы тоже болтаете? Боюсь представить, что конкретно он обо мне знает. Арсений подталкивает его бедром обратно к лестнице и хитро ухмыляется: — А это уже тема для отдельного выпуска. «Сплетни с лучшим другом и что с этим делать партнёру». Ну, так что, мы куда-нибудь сейчас пойдём праздновать закрытие сессии? У меня просто есть одна идейка… Антон уже наперёд знает, что та сумасшедшая. Ему или придётся скакать за ним по заборам, или ползти полосу препятствий. За девять месяцев отношений — официальных чуть меньше, но он ведёт отсчёт с их первой встречи на записи подкаста — он успел понять, что от Арсения можно ждать чего угодно. И чем дольше они были вместе, чем чаще и откровеннее разговаривали друг с другом, тем больше вылазило его естественной чертовщинки. Той, что заставляла восхищенно смотреть на него и любить. А ещё влюбить в себя остальных — теперь от него балдели не только одногруппники, но и добрая половина вуза. Антон немного в тайне ревновал, но совсем чуть-чуть. Капельку. Больше гордился — запись подкаста не только сделала их популярными в институте и свела вместе, но и помогла решить много собственных внутренних проблем. И научила наперёд говорить друг с другом. Следуя за Арсением вниз по лестнице, и держа его за вытянутую назад руку, он думает о том, что если жизнь и даёт на что-то шанс, то нужно безоговорочно за него хвататься. Даже если изначально кажется, что это вряд ли к чему-то приведёт. Кто знает, что за награда ждёт за поворотом?