Вэй Ина усыновил Хэ Сюань

Когда Лань Ванцзи добрался до лагеря, то увидел Хэ Ина — это был последний человек, которого парень ожидал там увидеть. И ровно тогда же Лань Ванцзи понял отношение к этому парню: сплетни, обвинения во всём подряд и нескрываемая ненависть. С Хэ Ином никто не общался, его отселили в порванную палатку на краю лагеря, кормили объедками, будто бы тот не воевал наравне с другими или даже намного успешнее, о чём тот услышал от Не Минцзюэ. Но даже глава компании считал, что Хэ Ина можно использовать, но только до победы, а после этого нужно будет его обезвредить. Лань Ванцзи помнил, как парень спас его от монстра. Молодой заклинатель считал этот метод опасным, но Хэ Ин не сделал ничего плохого, просто спас его, как и сейчас старался, делая всё для кампании. Лань Ванцзи думал, что даже несмотря на демоническое совершенствование, бродячий заклинатель не заслуживал подобного отношения. Поэтому он решил наведаться к Хэ Ину, но, придя туда, ему так и не удалось нормально начать разговор, а вырвалась только давно заученная фраза: — Демоническое совершенствование вредно. Хэ Ин ничего не ответил, видимо привыкнув к подобному отношению, но было видно, насколько парню больно это слышать. Сложности общения снова не дали Лань Ванцзи сказать то, что он хочет, — они всё портили. На следующий день Лань Ванцзи решил, что должен исправить ситуацию, а потому после ужина взял еду и понёс в палатку Хэ Ина — парню нужна была нормальная еда, было видно, что тот стал намного худее, чем в прошлую их встречу. На этот раз Лань Ванцзи сразу предложил еду, и это сработало: Хэ Ин улыбнулся и пригласил в палатку. — Спасибо, какая вкусная еда, — пытался изображать веселье Хэ Ин. — Не хватает только перца. — Знаешь, удивительно, что ты пришёл сюда. У тебя могут быть проблемы? — поинтересовался Хэ Ин. — Всё равно, — только и ответил Лань Ванцзи, всё ещё неуверенный, поймут ли его правильно. Хэ Ин понял, что подтверждали счастливые глаза напротив. Наверное, Лань Ванцзи был первым из тех, с кем Хэ Ин дружил до войны и кто такое ему сказал. — Значит, теперь мы друзья? — сказал Хэ Ин, но потом неуверенно запнулся. — Да, — только и сказал Лань Ванцзи. Хэ Ин ненадолго будто бы стал собой старым и обнял Лань Ванцзи. Это было странно: заклинатель никогда не любил физического контакта, но этот почему-то не был чем-то неприятным, а даже наоборот. На Лань Ванцзи все смотрели с удивлением: никто не ожидал, что вечно следующий правилам второй нефрит вдруг свяжется с демоническим заклинателем. Лань Ванцзи поселился с Хэ Ином, после чего им предоставили палатку получше, а также в боях участвовал тоже рядом со своим другом, оправдывая это тем, что с Хэ Ином поступают несправедливо и тому нужна помощь. Увидев, что тёмная энергия негативно влияет на характер и здоровье Хэ Ина, Лань Ванцзи начал думать, как он может помочь, и решил предложить музыкальное совершенствование, надеясь, что оно поможет. — Я буду играть тебе. — Хочешь избавить меня от моей силы?! — закричал Хэ Ин под влиянием тёмной ци. — Помочь, — почему-то эти слова хорошо подействовали на Хэ Ина, и тот согласился. Очищение хорошо влияло на Хэ Ина: тот лучше спал, чаще пребывал в хорошем настроении, и вспышки агрессии стали довольно редкими. Теперь Лань Ванцзи старался играть каждый день, по крайней мере когда была такая возможность. Они много разговаривали, пусть и говорил в основном Хэ Ин. — Мы с бабой жили на далёком маленьком острове посреди моря, но каждый год мы ездили на месяц погостить к шушу. Он жил в огромном городе, настолько оживлённом и весёлом, будто бы каждый день был праздник, — когда Хэ Ин вспоминал своё детство, то выглядел по-настоящему счастливым, оттого ситуация с тем, что он пожертвовал хорошей жизнью ради их войны, казалась ещё хуже. — Твой баба — хороший человек. — Да, самый лучший. Он меня спас от собак, а потом усыновил, но я не был хорошим сыном. То, что я ему сказал, когда уходил, — это было ужасно. Я его обидел, и мне кажется, я не заслужил такой хорошей семьи. — Лань Ванцзи было неприятно это слышать: даже несмотря на осуждаемые методы совершенствования, Хэ Ин был очень добрым человеком, и даже если он что-то не то сказал, то Лань Ванцзи был уверен, что сделал это не специально. — Не говори так о себе. Ты заслужил. — Лань Ванцзи, ты так хорошо умеешь поддержать, — сказал Хэ Ин, крепко обнимая друга. Эти объятия были дольше, чем другие, и Лань Ванцзи начал задумываться, насколько он чувствует себя в них комфортно и на своём месте. Хэ Ин не говорил о той ситуации, которая сложилась по отношению к нему в лагере, но иногда он всё же заговаривал на эту тему: — Раньше я считал Цзян Чэна и Не Хуайсана своими лучшими друзьями. Только один притворяется, будто мы даже не знакомы, а второй, как только я присоединился к войне, тоже не пытался связаться. Только ты. — Война близилась к концу, и Лань Ванцзи понимал, что тогда заклинатели могут задуматься о том, как избавиться от такой угрозы, как Хэ Ин. Они уже и сейчас об этом говорили. Единственным человеком на стороне Хэ Ина был Лань Ванцзи, и поэтому он всё больше и больше думал о том, что он может сделать. Привести Хэ Ина в Гусу, где тот будет защищён от других заклинателей, показался парню подходящим вариантом. — Пойдём со мной в Гусу. — Ты что, издеваешься? Ты такой же, как они? Решил наказать демонического заклинателя? Я думал, что ты мой друг! — Хэ Ин всё понял совсем не так, как нужно, а Лань Ванцзи не смог объяснить. С тех пор Хэ Ин избегал Лань Ванцзи, а все попытки второго нефрита наладить отношения почему-то начинались со слов: «Пойдём со мной в Гусу». С каждым днём, проведённым с Хэ Ином, Лань Ванцзи всё лучше понимал, что его чувства к демоническому заклинателю совсем не дружеские. Второй нефрит понимал, что ему не с кем обсудить эту ситуацию, так как Хэ Ин был не только мужчиной, но и демоническим заклинателем. Главная проблема была в том, что Лань Ванцзи сомневался — есть ли у Хэ Ина ответные чувства, а потому признание могло бы скорее навредить, как казалось Лань Ванцзи. Общался ли Хэ Ин с ним потому, что хотел, или потому, что больше не было с кем — вот в чём оставался основной вопрос.