Мисс Конгениальность

Эмма Свон ненавидела каблуки. Особенно те, что выше десяти сантиметров, блестят, скрипят и ломают душу вместе с позвоночником. — Ты выглядишь как женщина, Эм, — раздался за спиной довольный голос Дэвида Нолана. Она бросила на него взгляд в зеркало и едва не закатила глаза. — Я и есть женщина. Просто не привыкла к перьям, блёсткам и вот этому... — она махнула рукой, задев локоном щёку. — ...кошмару на тему «Барби на задании». — Это операция национального уровня, — напомнил он, сдерживая улыбку. — Угроза касается финала конкурса. Кто-то готовит что-то масштабное. Мы не можем рисковать. — Конечно, — буркнула Эмма. — Поэтому ты решил, что лучший способ всё спасти — отправить меня соревноваться в купальнике. Дэвид только развёл руками. — Ты единственная, кто может слиться с окружением и при этом заметить опасность. Эмма скривилась. Слиться с окружением. То есть — улыбаться до боли в щеках, делать вид, что ей интересны советы визажистов и не убить стилиста, который уже двадцать минут обсуждает «тёплый подтон её кожи». Она снова посмотрела в зеркало. Оттуда на неё смотрела женщина с безупречным макияжем, идеальными локонами и ярко-красной помадой. Она выглядела... другой. Не агентом. Не собой. — Прекрасно, — пробормотала Эмма. — Ещё немного — и я забуду, как стрелять. Дэвид усмехнулся. — Постарайся хотя бы не стрелять в членов жюри. Особенно в Миллс. — Это кто такая? — Реджина Миллс. Бывшая Мисс Америка, ныне председатель жюри. И да, у неё связи повсюду. Если кто-то может заметить странности, кроме тебя, то это она. Эмма отстранилась от зеркала. — Бывшая королева красоты, говоришь? Великолепно. С кем угодно, только не с женщиной, которая знает, как правильно держать осанку. --- Вечер. Огромный зал, украшенный светом и цветами, пестрел блестящими платьями и улыбками. Эмма шагала по ковровой дорожке, стараясь не упасть — не столько из-за каблуков, сколько от мысли, что сейчас все эти люди видят в ней мисс «Мэн». Каждая улыбка казалась подозрительной. Каждое рукопожатие — потенциальной угрозой. Она привыкла к преступникам, не к конкурсанткам с безупречной кожей и страстью к благотворительности. И именно в этот момент она впервые увидела её. Реджина Миллс. Женщина стояла у стола жюри, в тёмно-вишнёвом платье, идеально сшитом по фигуре. Волосы уложены без единого изъяна, взгляд — уверенный, почти высокомерный. В её присутствии воздух словно становился гуще. Реджина говорила с Голдом, и её смех — тихий, чуть саркастичный — заставил Эмму почему-то напрячься. Не от опасности. От... чего-то другого. — Не смотри так, — тихо сказал Дэвид в наушник. — Она не подозревает. — Я и не смотрю, — отрезала Эмма. — Конечно. Ты просто залипла. Она выдохнула и отвернулась. --- Чуть позже, в гримерке, визажист распылял вокруг неё облако лака, а Эмма уже строила в голове план зала, отмечала возможные пути эвакуации и подозрительные лица. Она ненавидела такие места. Слишком много блеска, слишком мало правды. Когда дверь открылась, и внутрь вошла Реджина, Эмма чуть не уронила расчёску. — Мисс Мэн? — вежливо произнесла Реджина, скользнув по ней взглядом с головы до ног. — Интересный выбор туфель. Неудобные, но вызывают сочувствие. Эмма приподняла бровь. — Благодарю. Надеюсь, сочувствие пригодится, когда я упаду на сцене. Реджина чуть приподняла уголки губ. — Уверена, вы найдёте способ упасть красиво. На этом она развернулась и ушла — оставив за собой аромат яблока с корицей и лёгкое раздражение. Эмма смотрела ей вслед и неожиданно поймала себя на мысли: в этом конкурсе опасность — не только на сцене. --- После выступления Эмма пыталась разобраться в данных: координаты, имена, записи прослушек. Всё сводилось к одному — организатор конкурса, мистер Голд, играл в грязную игру. Но доказательств пока не было. Телефон завибрировал — сообщение от Дэвида: > "Будь начеку. Есть риск, что кто-то из жюри замешан." Эмма скосила взгляд на экран, потом — на сцену, где Реджина, наклонившись к ведущему, что-то обсуждала, слегка прикасаясь к микрофону. От её смеха у Эммы почему-то сжалось в груди. — Прекрасно, — пробормотала она. — Ещё этого не хватало. --- Вечером, когда большинство участниц уже ушли, Эмма задержалась — проверить камеры наблюдения. Она шла по пустому коридору, когда внезапно услышала тихий щелчок — как будто кто-то включил детонатор. Сердце ухнуло. — Чёрт… — Она бросилась к источнику звука. Но не успела — громкий хлопок, вспышка, и облако дыма заполнило комнату. Сигнализация взвыла. Кто-то схватил её за руку — крепко, решительно. — Сюда! — знакомый голос, низкий, властный. Реджина. Они выскочили в коридор, кашляя, и только тогда Эмма заметила, как их пальцы всё ещё переплетены. — Спасибо, — выдохнула она. — Не за что, мисс Мэн. Хотя, боюсь, вы теперь обязаны мне чашкой сидра. Реджина улыбнулась — и ушла, оставив за собой тот же аромат яблок с корицей. Эмма стояла, глядя ей вслед, и думала, что впервые за долгое время не уверена, кто из них прикрытие, а кто — опасность.