Сыграем в покки

Друзья после работы предложили поиграть в пеперо всем вместе в домике. Который, как выяснилось, они арендовали на сутки заранее. Условия были просты — те, кто остаются последними в камень-ножницы — играют друг с другом. Джисон до последнего молился всему, во что только верил, но словно на зло судьбе последними остались он и Минхо. Хан мечтал об этом и одновременно боялся такой возможности — остаться наедине с ним один на один. Они были хорошими коллегами и друзьями, и, по совместительству неудавшимися любовниками... Он до сих пор вспоминал тот злосчастный случай, когда они поцеловались по пьяни. Джисон плохо помнил, что ляпнул до того, как они прилипли к друг другу. Затуманенное сознание никак не хотело вспоминать, что было в прошлый вечер. Разговор — тем более. В памяти мелькали лишь отрывки и обрывки фраз. Интуиция подсказывала, что Хан явно ляпнул что-то неприличное или какой-то бред — одно из двух как минимум являлось правдой. Тепло чужих губ на собственных заставляло сердце сбить ритм, а все мысли смешивались в кашу от одних только отрывков воспоминаний. Произошедшее казалось неправильным из-за того, что он чего перешёл черту и делать этого не стоило. Джисон, испугавшись этой ситуации и своей импульсивности, извинился на следующий день.... — Минхо-я, Я... хотел бы извиниться за вчерашнее. — Я как раз хот... — Давай сделаем вид, что ничего не было? Я... — перебил он и стыдливо опустив взгляд, понизил голос: — м-мне... не стоило этого делать. — Ладно, если... если ты так хочешь, всё в порядке, — Минхо качнул головой и коснулся его плеча, успокаивая: — Не волнуйся зря, хорошо? Джисон, не глядя на Минхо, кивнул, чувствуя, как его накрывает стыд, а лицо покраснело до кончиков ушей. Минхо направился к лифту за кофе, а Джисон, стоя на месте, желал провалиться под землю...

***

И сейчас, попав в такую ситуацию в настоящем, Джисон ощутил себя проклятым. Проклятым потому что он попал в неё во второй раз, и именно с Минхо. Именно с тем, кому он сказал, что стоит сделать вид, что ничего не было. С тем, о ком тайно грезил, и корил самого себя за сказанный бред две недели назад. А теперь он здесь. Сидит один на один перед Минхо и смотрит прямо ему в глаза, разрываясь от желания убежать и остаться одновременно. Тело, словно ватное, не желало подниматься с дивана, а все конечности будто сковало невидимыми цепями. Сердце колотилось в груди как бешеное, отбиваясь звоном в ушах. Хёнджин с Феликсом, обменявшись взглядами, встали. — Ка-акая печаль, мы выбыли... Ну, походу не судьба, — грустно протянул Хёнджин, дуя нижнюю губу. — Ну, раз мы выбыли то конец игры. Вы тут развлекайтесь, а мы пойдём, чтобы не мешать, — Феликс, выходя следом за ним подмигнул, а после хлопнул дверью. Минхо поднял обеспокоенные глаза на мужчину, не зная, как начать. Слова не хотели складываться в предложения, а неловкость стала заполнять пространство. — Если не хочешь, то можешь отказаться, — Ли бегло облизал губы, опуская взгляд. — Нет! В том смысле, что я хочу... — неловко отозвался Хан. Джисон поднял на него глаза полные неловкости наперекор с серьёзностью. Минхо поджал губы, сдерживая улыбку. Уголки губ предательски растянулись в ухмылке. Он потянулся рукой к коробочке, вытягивая палочку поки, покрытую шоколадом. — Сейчас уже не отвертишься. В глазах Минхо плясали искорки азарта, заставляя всё внутри натянуться от волнения. Джисон кивнул сглатывая. Ли подсел ближе, оставляя между ними расстояние в считанные миллиметры, а их коленки коснулись друг друга. Минхо протянул палочку Джисону. Хан посмотрел на него с недоумением с пару секунд, но взял её, мимолетно соприкоснувшись с холодными пальцами. Джисон сжал палочку между губ и наклонился вперёд, и Минхо повторил его действие, надкусывая сладкое. Палочка становилась всё короче и короче, а лица мужчин приблизились настолько, что они чувствовали дыхание друг друга на коже. Минхо, обхватив шею Джисона, ощутимо надавил на неё большим пальцем, заставляя податься вперёд. Хан не стал сопротивляться. Ли поддел его подбородок большим пальцем и их нижние губы коснулись друг друга. Затем он притянул Хана, целуя по настоящему: жадно, со всей страстью, что копилась долгое время глубоко внутри. Джисон промычал в поцелуй, забираясь на его колени, а Минхо, обводя нижнюю губу, углубил поцелуй. Руки старшего забрались под рубашку, оглаживая рельефную спину, касаясь каждой мышцы — по коже пробежались мурашки от контраста холодных пальцев, скользивших по разгорячённой коже. Джисон выдохнул ему в губы, а Минхо, пользуясь возможностью проскользнул языком в чужой рот, вылизывая его и сталкиваясь с чужим. Джисон издал сдавленный стон и сжал его волосы на затылке, углубляя поцелуй. Они терзали губы друг друга, никак не желая отстраняться. Минхо игриво прикусил нижнюю Джисона и, кое-как разорвал поцелуй, тяжело дыша. Глаза обоих горели желанием, смешавшимся вместе с чувствами. Джисон бегло облизал губы, не зная, что стоит сказать — тот вечер мелькал в голове смазанными кадрами. — Я... плохо помню тот вечер. Поэтому и... Наговорил тебе тогда, чего не стоило, — Джисон вновь отвёл взгляд, сгорая от неловкости и переполняющего стыда. Минхо, взяв его за подбородок, приподнял. Светло-карие глаза Хана разглядывали его с трепетом и смущением одновременно, тёмно-карие глаза Ли же наоборот — с вожделением и искорками тепла: — Не проблема. Я помогу тебе всё вспомнить, — его губы растянулась в хитрой улыбке. — И как... Джисон не успел договорить, как его губы накрыл Минхо в поцелуе: более спокойном, неспешном. Минхо углубил поцелуй и вновь притянул его к себе, обнимая за талию. Джисон с охотой отвечал, прижимаясь ближе, и трогал всё его тело, почти не стесняясь. Минхо углубил поцелуй, посасывая то верхнюю, то нижнюю. Его руки, забравшись под одежду, очерчивали линии на теле Хана, выбивая из него последний воздух. Воспоминания стали мелькать в голове картинками, как и слова: «Во-от я-я тебе нравлюсь?», «Нравишься» «Знае-ешь ты мне, если честно, тоже...». И далее следует поцелуй, в котором неизвестно, кто из них начал первым. А потом стали мелькать отрывки из кабинки туалета — громкие стоны Джисона, Минхо стоящий на коленях — скорый оргазм и всё обрывается. Джисон разорвал поцелуй и заглянул Минхо в глаза: — То есть.. у нас... почти дошло. Минхо в ответ рассмеялся: — Не совсем. После того как мы целовались я отвёз тебя домой. Я не стал бы... заниматься с тобой этим в туалете, даже трезвым, — чуть запинаясь ответил Минхо: — А в остальном же... Минхо вздрогнул от того, что по нему ёрзает Джисон. Вернее, от того, как его задница ёрзает по возбуждению в штанах. — Я могу помочь. — Джисон, в тот раз я сделал это, потому что хотел. Тебе... Минхо не договорил — его голос сорвался на стон из-за Джисона, сжавшего головку. Он не дал ему и слова возразить, как оказался между его ног. Ремень вмиг очутился на полу, затем звон ширинки. Джисон провёл языком по члену через ткань боксеров и он дёрнулся. — Всё ещё думаешь, что помощь не нужна? — Сделай уже что-нибудь, а не убивай меня, — выдохнул сквозь сжатые зубы Минхо. — А волшебное слово? — Пожалуйста. Джисон улыбнулся кивая. Он стянул с мужчины белье и, увидев размер его члена, присвистнул. Хан растёр природную смазку по всей длине и, наполовину взяв его в рот, втянул щёки и стал вылизывать языком. Минхо сжал волосы на его затылке и громко простонал, изо всех сил стараясь не поддаваться возбуждению. — Бля-ять о-о боже... — Джисон поиграл глазами вверх вниз, намекая, что разрешает. Минхо нахмурился: — Ты уверен? Джисон два раза моргнул, имитируя «да». Минхо толкнулся в его рот, заставляя взять чуть ли не до глотки. Хан продолжал манипуляции, обводя каждую венку языком, и брал глубже и обратно. По телу Минхо пробежала лёгкая дрожь, знаменуя скорую разрядку. — Ха-а Джи... сон, продолжай... — с губ Минхо сорвался хриплый стон, и он толкнулся ему в рот ещё раз. Из глаз Джисона брызнули слезы, но он не мог не довести всё до конца. Он провёл языком вдоль по длине и обвёл головку, толкнувшись прямо навстречу самостоятельно. Оргазм Минхо не заставил себя долго ждать. Ли излился прямо на простынь и обмяк, а Джисон, устроившись рядом, разглядывал его красное лицо, довольно улыбаясь. — Ты... демон... во плоти... — тяжело дыша буркнул Минхо, смотря на него через пелёнку возбуждения. Джисон мило улыбнулся, пожимая плечами: — Я же сказал, что сделаю это. Я держу своё слово. Минхо, взяв его за руку, притянул ближе: — Намекаешь, что хочешь продолжить? — А кто сказал, что не хочу? — Джисон чмокнул его в губы, немного углубляя, и между поцелуем, ответил: — Я не хочу больше терять время. — Потом не говори мне забыть, — с уколом напомнил Минхо, кусая за нижнюю губу. — Вот уж нет, теперь не дождёшься, — хмыкнул Джисон, притягивая мужчину для очередного поцелуя. Их языки столкнулись вновь, сплетаясь с друг другом, а одежда летела на пол. Минхо стянул с него рубашку, а Джисон стянул с него пиджак вместе с несчастным галстуком. Вся одежда валялась в разных углах комнаты. Джисон и Минхо терзали губы друг друга, не в силах отстраниться. Хотелось целовать, целовать, и ещё раз целовать до посинения. Оба, кое-как отстранившись, обменялись улыбками. — Нужна смазка. — Посмотри в комоде в верхнем ящике. Минхо потянулся к нему и, на приятное удивление, нашёл нужные вещи были на месте. Он потряс баночкой в руке, а презервативы положил на тумбу, надавливая содержимое на пальцы. — Кто-то хорошо подготовился. — Я не знал, что там что-то есть, — Джисон глупо хлопал пушистыми ресницами: — Я... предположил. Минхо рассмеялся, качая головой: — Уже не так важно, ответ ясен. Говори только, если будет больно. Минхо положил подушку под его поясницу и вставил первый палец. Вошёл он, весьма легко — колечко мышц было растянутым хорошо, но недостаточно, чтобы войти без полной подготовки. — Кажется... — Минхо добавил второй палец, и продолжая, хмыкнул: —... кое-кто очень часто занимался подобным. Джисон прошипел, пряча голову в сложных руках: — Теперь будешь меня стыдиться эти.. Джисон громко простонал, ощутив, как пальцы прошлись по чувствительной точке. Минхо, наклонившись, поцеловал его в шею: — Вовсе нет. Просто хочу понаблюдать за твоей реакцией, раз ты согласился продолжить. — Злодей чёр... Минхо накрыл губы Джисона в страстном поцелуе, тут же углубляя его и сплетая свой язык с его. У Джисона звёзды в глазах засверкали, а с губ сорвался стон, когда пальцы прошлись по простаты вновь. Трёх теперь было недостаточно, но тот не заканчивал. Минхо намеренно дразнил, растягивая процесс. Он оставлял дорожки из поцелуев на теле, ставил засосы и кусал его, заставляя извиваться Хана, словно змею. Джисону уже хотелось выть от нетерпения. — Вставь уже.. хватит. — Что-что, Хани? — Я тебя умоляю, Минхо. Хватит мучать.. — Хорошо-хорошо, я услышал тебя, — промурлыкал Минхо, целуя его в висок: — Ваш каприз будет исполнен. Минхо вытащил из него пальцы и вытер их в салфетку. Он, открыв презерватив раскотал его по члену и приставил его к колечку мышц, касаясь входа головкой. Джисон было хотел сматериться, как Минхо вошёл в него полностью, ударяя прямо по простате. Хан выгнулся в позвоночнике, сбито выдыхая, и Ли толкнулся ещё раз. — Ха-а сильнее.. прошу.. — простонал Джисон, кусая губы. Минхо прикусил его мочку уха, и, выйдя наполовину, вновь вошёл во всю длинну: — Вот так? Ответом ему стал громкий стон Джисона, заставляя улыбнуться. Минхо опустился к его шее, оставляя мокрые поцелуи и продолжая делать методичные толчки. Шлепки кожи о кожу и скрип кровати заполняли комнату, в добавок со звуками поцелуев. Минхо перевернул Джисона и закинул его ноги себе на плечи, толкаясь глубже. Хан хрипло простонал, цепляясь за простынь. Минхо наклонился к нему, нежно целуя и ударяя прямо по простате. Джисон довольно простонал ему в губы, кончая себе на живот, а Минхо, секундой позже излился в презерватив. Они упали на кровать сбито дыша. Капли пота стекали по лицу и шее, щёки покраснели, а губы опухли от долгих поцелуев. Минхо выкинул презерватив в мусорку и почувствовал, как голова Джисона ложится на грудь. Он стал медленно гладить его по голове, перебирая волосы, а тот смотрел на него не мигающими глазами. Пару минут длилось молчание, нарушаемое тихим дыханием и работой часов. Оба думали, как начать разговор, но нужные слова не лезли в голову, а мысли путались. — Честно я... не думал, что ситуация закончится так. — Так — это как? — Ну знаешь, точно не тем, что я буду лежать у тебя на груди. Скорее, как я убегу и буду дома рефлексировать о том, какой я дебил и трус... Минхо щёлкнул его носу и мужчина сморщился: — Отставить рефлексию. Все что хочешь спрашивай у меня, а не мысленно. — Я давно тебе... ну... нравлюсь? — С первого дня. — Как... с первого? — С того, как ты появился в коллективе. — Серьёзно..? Минхо кивнул, расплываясь в ностальгической улыбке: — Чистая правда. Я глаз от тебя отвести не мог. До сих пор помню, как ты боялся спросить, на каком этаже кафейня... — Я боялся показаться глупым, — буркнул Джисон, отводя взгляд. — Я посчитал тебя милым, — парировал честностью Минхо. Джисон завис, глупо моргая, а он коснулся его щеки, нежно поглаживая большим пальцем. Минхо смотрел на него настолько тёплым взглядом, что сердце в грудной клетке плавилось. — Почему ты... ещё тогда не предложил? — Я хотел, но потом... смелости поубавилась, мы начали общаться как друзья. И случился тот корпоратив, дальше ты знаешь. — Мне не стоило столько пить… — Нет ну, если так подумать, если бы не тот случай - ты тут бы не был. Или был, но.. позже, усилиями Хёнджина и Феликса. — Тоже правда... — Во-от. К слову, получается ты отшил меня потому что ничего не помнил, а не потому что я... — Да, — мягко прервал его тираду Джисон, целуя в лоб: — Просто я... испугался и ляпнул ерунду с дуру. Ты давно мне нравился, а сейчас это чувство так не назовёшь. Минхо покачал головой, целуя его руку: — Ничего. Главное, что мы всё прояснили. Как ты тогда-а... — он ненадолго замолчал, выдерживая паузу: —... можешь назвать это чувство? — Ну как как... любовью, — краснея ответил Джисон. Минхо расплылся в ещё более довольной улыбке: — Нашёл чего смущаться после такого. Джисон фыркнул, отводя взгляд: — Легко сказать, когда перед тобой тот, из-за кого сердце заходится. Естественно я смущаюсь! А ты будто не сму... — буркнул он, дуя губы. Ли чмокнул Хана нос, а его глаза прищурились от широкой улыбки: — Смущаюсь, и ещё как. Просто это кажется не таким заметным. Джисон нахмурил брови, не понимая, но как только его взгляд упал на уши Минхо, всё сразу стало ясно. Ли обнял его за талию и посмотрел на мужчину вопросительно. — Что? — Люблю тебя. Когда ты понял, что полюбил меня? Хан опешил от произнесённого «люблю» из его уст и завис, не вникая вопрос. — Что... понял...? — заторможенно переспросил Джисон, уловив лишь часть. — Когда ты осознал, что любишь меня? — Минхо наклонил голову набок, словно кот. Джисон нахмурился, вспоминая: — Думаю... когда мы праздновали новый год всей компанией. Ты тогда смотрел на салют, а я — в твои глаза, в которых он отражался. Уши Минхо покраснели ещё сильнее и он поднял взгляд на Джисона. Ли прислонился своим лбом к Хану, а в его глазах отразилась. нежность. — Я долго тянул, но ожидание тебя явно стоило настоящего момента. Сердце Джисона замерло, а затем забилось с новой силой. Хан потянулся к нему, накрывая губы Ли своими. Этот поцелуй отличался от предыдущих: наполненный теплом, нежностью, и всеми теми чувствами, что оба скрывали в сердцах так долго. Минхо углубил поцелуй и обнял Джисона за шею, а после отпустил. Оба смотрели друг на друга с неприкрытой нежностью и любовью. Её теперь не приходилось прятать, потому что больше нет необходимости, ведь их чувства взаимны. Минхо переплёл свои пальцы с Джисоном: — Люблю тебя. — Я... тоже тебя люблю, — с неловко улыбкой произнёс Джисон. — Слушай. А хочешь сходить на свидание? — К-когда это? — Можно было бы и сейчас, но... лучше завтра. — Если будут силы, — фыркнул Джисон. — Не волнуйся, — Минхо чмокнул его в щёку: — Понесу тебя на руках, если устанешь. — Сдурел совсем? Может ещё в душ отне... Ли не дослушал. Он встал с кровати с Джисоном на руках и открыл дверь, направляясь в ванную. — Я же сказал, что понесу. — Совсем уже... я же пошутил. — А я держу своё слово. — Ты ненормальный, Ли Минхо. Джисон, неловко посмеиваясь, уткнулся ему в плечо, смущаясь, а Минхо поцеловал его в макушку. Один не лёгкий путь для них пройден, ведь всё решили откровения и, конечно же друзья, давшие им пинка. В дальнейшем Джисону и Минхо будет проще. И даже если недопонимания будут — они обязательно всё обсудят. Ведь опыт учит, и оба теперь знают, к чему приводят недоговорки. Самое главное не умалчивать свои чувства и говорить, потому что молчание — враг. А разговоры — первый путь к решению и сохранению любви между двумя людьми.