Просветлённый

Гвен ​слегка ​приоткрыла ​рот. ​ ​Она ​с ​недоверием ​смотрела, ​как ​пыль, ​освещённая ​солнечным ​лучом, ​на ​мгновение ​застыла ​в ​воздухе, ​всё ​ещё ​идеально ​сохраняя ​форму ​боксёрской ​груши, ​а ​затем ​медленно ​рассеялась. ​ ​Хоук ​остался ​стоять ​на ​месте, ​медленно ​выдохнул ​и ​повернулся ​к ​ней. ​ ​В ​этот ​момент ​взгляд ​Гвен ​снова ​обратился ​к ​нему. ​ ​Их ​глаза ​встретились. ​ ​Глядя ​на ​него ​— ​лоб ​блестит ​от ​лёгкой ​испарины, ​одет ​в ​белую ​майку, ​подчёркивающую ​его ​мощное ​телосложение, ​руки ​обмотаны ​тейпами ​— ​Гвен ​ощутила ​странное, ​неописуемое ​чувство. ​ ​Хоук ​же, ​в ​свою ​очередь, ​просто ​удивился, ​увидев ​её ​здесь. ​ ​— ​Я ​могу ​тебе ​помочь? ​ ​— ​Нет. ​ ​Гвен ​покачала ​головой. ​Заложив ​руки ​за ​спину, ​она ​направилась ​к ​нему, ​осматривая ​старый ​спортзал, ​в ​котором ​не ​была ​с ​тех ​пор, ​как ​построили ​новый. ​ ​— ​В ​новом ​зале ​есть ​кондиционер. ​Почему ​ты ​не ​тренируешься ​там? ​ ​Хоук ​на ​мгновение ​задумался. ​ ​— ​Здесь ​тихо. ​ ​— ​Это ​да, ​— ​кивнула ​Гвен, ​принимая ​его ​объяснение. ​ ​Хоук ​смотрел, ​как ​она ​подошла ​к ​скамейке, ​где ​он ​оставил ​свой ​рюкзак, ​и ​села. ​На ​его ​лице ​отразилось ​недоумение. ​ ​— ​Ты ​уверена, ​что ​тебе ​ничего ​не ​нужно, ​Гвен? ​ ​— ​Уверена. ​ ​Гвен, ​оперевшись ​на ​руки, ​улыбнулась ​ему. ​ ​— ​У ​меня ​было ​немного ​свободного ​времени, ​вот ​я ​и ​решила ​прийти ​посмотреть, ​как ​тренируется ​мой ​друг. ​ ​Хоук ​поднял ​бровь. ​ ​Он ​посмотрел ​на ​её ​улыбающееся ​лицо ​и ​почувствовал, ​что ​за ​этим ​кроется ​нечто ​большее. ​ ​Но… ​ ​Какая ​разница. ​Тренировка ​важнее. ​ ​Он ​покачал ​головой, ​отвлёкся ​от ​Гвен ​и ​снова ​повернулся ​к ​боксёрской ​груше, ​готовый ​закончить ​свою ​ежедневную ​норму ​в ​десять ​тысяч ​ударов. ​ ​В ​конце ​концов, ​он ​почти ​закончил. ​ ​А ​потом ​вошла ​Гвен. ​ ​И ​теперь… ​ ​Придётся ​начинать ​всё ​сначала. ​ ​Хоук ​сделал ​глубокий ​вдох. ​Он ​не ​использовал ​свой ​Космо, ​полагаясь ​только ​на ​физическую ​силу ​для ​выполнения ​задачи. ​ ​А ​что ​до ​Гвен? ​ ​Если ​хочет ​смотреть ​— ​пусть ​смотрит. ​Это ​общественный ​спортзал. ​Он ​не ​мог ​просто ​так ​её ​выгнать. ​ ​Не ​имел ​права. ​ ​Вскоре. ​ ​Когда ​Хоук ​снова ​начал ​наносить ​удары, ​ритмичные, ​мощные ​звуки ​его ​кулаков ​вновь ​разнеслись ​по ​старому ​залу. ​ ​Однако ​на ​этот ​раз, ​желая ​закончить ​побыстрее, ​он ​подсознательно ​ускорил ​темп. ​ ​Один ​удар, ​затем ​другой, ​и ​ещё. ​ ​И ​тогда… ​ ​Появились ​остаточные ​изображения. ​ ​Сидя ​на ​скамейке, ​Гвен ​почувствовала, ​как ​у ​неё ​помутилось ​в ​глазах. ​Она ​ошеломлённо ​уставилась ​на ​шторм ​призрачных ​кулаков, ​материализовавшийся ​перед ​ней. ​ ​«Что ​происходит?» ​ ​«Я ​ведь ​даже ​не ​моргнула». ​ ​Она ​инстинктивно ​вытащила ​из ​кармана ​телефон ​и ​направила ​его ​на ​Хоука. ​ ​Хоук, ​всё ​ещё ​сосредоточенный ​на ​тренировке, ​краем ​глаза ​уловил ​это ​движение. ​ ​— ​Никаких ​видео. ​ ​— ​…Ох. ​ ​Гвен ​услышала ​его ​голос ​— ​спокойный ​и ​ровный, ​хотя ​он ​не ​остановился ​и ​даже ​не ​посмотрел ​в ​её ​сторону. ​Она ​моргнула, ​гадая, ​не ​показалось ​ли ​ей, ​но ​всё ​же ​опустила ​телефон. ​ ​Спустя ​некоторое ​время. ​ ​Шторм ​кулаков ​постепенно ​исчез, ​и ​движения ​Хоука ​прекратились. ​В ​старом ​спортзале ​снова ​воцарилась ​тишина. ​ ​Он ​отцепил ​боксёрскую ​грушу ​от ​цепи, ​взмахнул ​ею ​одной ​рукой ​и ​без ​усилий ​отбросил ​обратно ​в ​угол. ​Затем, ​под ​пристальным ​взглядом ​Гвен, ​подошёл ​к ​скамейке, ​вытащил ​полотенце ​из ​бокового ​кармана ​рюкзака ​и ​посмотрел ​на ​неё. ​ ​Он ​на ​секунду ​замешкался, ​а ​потом ​снова ​спросил: ​ ​— ​Ты ​уверена, ​что ​тебе ​ничего ​не ​нужно, ​Гвен? ​ ​Гвен ​кивнула. ​ ​— ​Не ​уверена. ​ ​— ​… ​ ​Уголок ​рта ​Хоука ​едва ​заметно ​дёрнулся. ​ ​Но ​Гвен ​это ​заметила. ​ ​Она ​улыбнулась. ​ ​Не ​желая ​больше ​его ​дразнить, ​она ​перешла ​прямо ​к ​делу. ​ ​— ​Сейчас ​составляют ​списки ​на ​выпускной ​бал ​в ​этом ​году. ​Ты ​идёшь? ​ ​Мидтаун-Тех, ​может, ​и ​была ​элитной ​частной ​школой, ​но ​в ​ней ​всё ​равно ​проводились ​все ​обычные ​танцы ​и ​вечеринки ​— ​бал ​в ​честь ​возвращения, ​маскарады ​и, ​конечно ​же, ​выпускной. ​ ​Гвен ​спрашивала ​его ​каждый ​год. ​ ​И ​каждый ​год ​Хоук ​отвечал ​«нет». ​ ​Он ​был ​волком-одиночкой. ​Предпочитал ​тишину. ​Ненавидел ​шумные, ​многолюдные ​места. ​ ​Это ​если ​говорить ​вежливо. ​ ​Настоящая ​причина ​была ​куда ​проще. ​ ​Он ​был ​на ​мели. ​У ​него ​не ​было ​денег ​на ​смокинг, ​не ​было ​машины ​и ​даже ​прав. ​Он ​же ​не ​мог ​проводить ​свою ​спутницу ​домой ​пешком ​после ​танцев. ​ ​И ​самое ​главное. ​ ​У ​него ​не ​было ​спутницы. ​ ​Зачем ​ему ​идти ​на ​выпускной ​одному? ​Чтобы ​смотреть, ​как ​целуются ​парочки, ​и ​чувствовать ​себя ​несчастным? ​ ​Этот ​год ​не ​стал ​исключением. ​ ​… ​ ​— ​Нет. ​ ​Хоук ​без ​малейшего ​колебания ​покачал ​головой. ​ ​Он ​скорее ​будет ​сидеть ​на ​своей ​крыше ​и ​смотреть ​на ​звёзды, ​чем ​пойдёт ​на ​какой-то ​дурацкий ​бал. ​ ​Там ​тихо. ​ ​И ​бесплатно. ​ ​Экономь, ​где ​можешь, ​трать, ​где ​должен. ​Теперь ​он ​был ​юридически ​независим, ​а ​значит, ​никакой ​федеральной ​помощи. ​Между ​арендой ​нового ​жилья ​и ​покупкой ​самого ​необходимого ​его ​сбережения ​на ​этой ​неделе ​серьёзно ​пострадали. ​ ​Он ​даже ​начал ​подумывать, ​что ​его ​идея ​купить ​машину ​была ​немного ​безрассудной. ​ ​Он ​уже ​отказался ​от ​этого ​плана. ​ ​Лучше ​отложить ​немного ​денег ​на ​случай ​непредвиденных ​обстоятельств. ​ ​К ​тому ​же, ​школьный ​автобус ​останавливался ​недалеко ​от ​парка ​Квинсбридж. ​Кому ​нужна ​машина? ​ ​У ​него ​даже ​прав ​не ​было. ​ ​Он ​не ​смог ​бы ​на ​ней ​ездить, ​даже ​если ​бы ​купил. ​ ​… ​ ​«Может, ​мне ​просто ​ограбить ​банк? ​В ​конце ​концов, ​мне ​нужны ​деньги, ​чтобы ​купить ​тот ​метеорит». ​ ​«Нет, ​погоди». ​ ​«Если ​я ​уже ​планирую ​что-то ​украсть, ​почему ​бы ​просто ​не ​украсть ​сам ​метеорит? ​Зачем ​утруждать ​себя ​ограблением ​банка?» ​ ​«Я ​же ​не ​собираюсь ​грабить ​банк ​только ​для ​того, ​чтобы ​на ​эти ​деньги ​купить ​у ​какого-то ​богача ​краденый ​метеорит». ​ ​«Это ​просто ​глупо». ​ ​Мысли ​Хоука ​начали ​блуждать. ​ ​Теперь ​он ​всерьёз ​обдумывал ​возможность ​просто ​украсть ​метеорит. ​ ​Вакандцы ​никогда ​добровольно ​не ​отдадут ​ему ​свой ​вибраниум. ​ ​Вероятно, ​его ​тоже ​придётся ​украсть. ​ ​Так ​что, ​если ​он ​украдёт ​вибраниум ​и ​украдёт ​метеорит… ​что ​изменит ​ещё ​одно ​ограбление ​банка? ​ ​Гвен ​наблюдала, ​как ​Хоук, ​отказавшись ​от ​выпускного, ​внезапно, ​казалось, ​ушёл ​в ​себя, ​его ​взгляд ​стал ​отсутствующим. ​Ей ​стало ​любопытно. ​ ​— ​О ​чём ​ты ​думаешь? ​ ​— ​Об ​ограблении ​банка. ​ ​— ​… ​ ​Бровь ​Гвен ​изогнулась. ​ ​Хоук ​очнулся ​и ​посмотрел ​на ​неё. ​ ​Их ​глаза ​встретились. ​ ​Мгновение ​спустя. ​ ​На ​лице ​Гвен ​появилось ​задумчивое, ​насмешливое ​выражение. ​ ​— ​Итак, ​какой ​банк ​ты ​планируешь ​ограбить? ​Я ​бы ​порекомендовала ​«Пасифик ​Стандарт» ​в ​19-м ​участке. ​ ​Хоук ​слегка ​нахмурился. ​ ​— ​Он ​что, ​лёгкая ​мишень? ​ ​— ​Нет. ​ ​Улыбка ​Гвен ​была ​лучезарной. ​ ​— ​Но ​мой ​отец ​— ​капитан ​19-го ​участка. ​ ​Хоук ​замолчал. ​ ​После ​долгой ​паузы. ​ ​Он ​посмотрел ​на ​Гвен ​с ​абсолютно ​серьёзным ​выражением ​лица. ​ ​— ​Я ​пошутил. ​ ​«Ладно, ​новый ​план. ​Если ​я ​когда-нибудь ​и ​ограблю ​банк, ​то ​буду ​держаться ​подальше ​от ​19-го ​участка». ​ ​Улыбка ​Гвен ​стала ​шире. ​Она ​встала ​со ​скамейки, ​но ​как ​только ​собралась ​что-то ​сказать, ​зазвонил ​её ​телефон. ​ ​— ​Миссис ​Сноу… ​ ​— ​Хоук? ​ ​— ​Хорошо. ​ ​— ​Я ​знаю, ​где ​он. ​ ​Мгновение ​спустя. ​ ​Гвен ​повесила ​трубку ​и ​посмотрела ​на ​Хоука. ​ ​— ​Пойдём. ​Тебя ​ищет ​миссис ​Сноу. ​ ​Хоук: ​«…»