Obey me

      Арена в форме звезды сияла рубиновыми огнями, а те в свою очередь били по глазам, неприятно отдаваясь болью в задней части затылка. Зрители ютились за непробиваемым стеклом по периметру, пытаясь разглядеть каждую деталь напряжённой игры между двумя командами. Перед глазами Джисона пролетел мяч, пылающий ярким золотом. За ним тут же метнулся миловидный парнишка в обтягивающем розовом рашгарде с цифрой три на спине. Вертикальные линии от ворота до подола сияли ослепительным перламутром. Его реактивные ботинки оставляли за собой сапфировые ленты, от которых ещё пару мгновений шёл жар. Через пару секунд, когда мяч держать стало невозможно, соперник пустил его в самую пустую часть поля. Чан из команды Джисона, что был таким же перехватчиком, что и этот миловидный парнишка Феликс, тут же попытался отобрать мяч, но его соперник резко развернулся и, перепрыгнув в воздухе через соперника, вновь ухватил обжигающий предмет и направился к огромным воротам в форме звезды, где его ждал вратарь. Джисон рванул вперёд, выруливая прямо перед парнем, уже готовый выхватить мяч. Он вытянул руки, сделал один шаг вперёд…       И в эту же секунду розовое пятно, едва заметное периферийным зрением в красном свете, вписалось прямо в его плечо. На мгновение Джисон потерял равновесие и рухнул вниз, успевая взять тело под контроль только почти у самой земли. Пламя от реактивных ботинок слегка подпалило толстый слой мягкого защитного материала на поле. С гневом сжав зубы, он вскинул голову, чтобы взглянуть в глаза тому, кто таким наглым образом обошёлся с ним.       И кто бы сомневался, что этим говнюком окажется никто иной, как Ли Минхо собственной персоной. Парень нахально сверлил его взглядом, растянув в ухмылке блестящие от слюны губы. Его глаза сияли кровавым азартом, рашгард аппетитно облипал верхнюю часть его тела, выделяя все изгибы сверкающими лентами. Мышцы массивных бёдер то и дело ходили под кожей, удерживая тело парня в равновесии. Феликс унёсся дальше с мячом, но, к великому счастью Джисона, Чан и Чанбин не давали ему приблизиться к воротам.       — Упс? Прости, малыш, не заметил. Зелёный цвет неприметный, даже когда освещается красным, ага? — Минхо сощурил подведённые чёрным карандашом глаза и насмешливо вздёрнул подбородок, уперев руку в бок. Уложенные назад специальным гелем угольные волосы дрожали на ветру. От подошв его реактивных ботинок струилось пламя, смешиваясь с дымом. Джисон цокнул языком и сжал челюсти. Серебристая прядь из собственной зализанной назад причёски упала на глаза.       — Заткнись, — процедил он сквозь зубы и рванул на помощь Чану и Чанбину, чтобы перехватить мяч и забить соперникам ещё один гол. Он надеялся, что Минхо станет на него всё равно, и он всё же обратит внимание на игру. Однако, его надеждам суждено было разбиться на осколки, когда парень поравнялся с ним, выдавливая наглую улыбку, которую хотелось стереть с чужого лица одним точным ударом руки по щеке.       — Грубиян. Совсем не думаешь о том, как это нравится нашим фанатам, — Минхо облизнулся и протянул пальцы, чтобы заправить выпавшую прядь волос обратно в причёску Джисона, но парень резко оттолкнул его руку, перехватывая мяч, что кинул ему Чан через всё поле. Минхо отпрыгнул и замер на мгновение, несколько раз недоумённо моргая, когда до него всё же дошло, что теперь превосходство было не на стороне его команды. Игривое выражение растворилось в чистой злобе.       — Соси, сучка, — едва слышно насмешливо прошипел Джисон, вырываясь вперёд, петляя между соперниками. Хёнджин и Феликс не были обладателями тяжёлых мускулов, как Чан и Чанбин, но при этом они были гораздо проворнее и пластичнее, из-за чего удержать мяч было практически невозможно.       Однако Джисон был тоже не пальцем деланный и считался восходящей звездой игры «Соллардэш». Он прекрасно знал, что делать в таких ситуациях. Единственным достойным ему соперником был только Ли Минхо, которого он ненавидел всей душой. Он пришёл в этот спорт на два года раньше Джисона и через уже несколько месяцев был одним из самых перспективных игроков за счёт своей пластичности, ошеломляющего чувства равновесия, силы и амбициозности. У него было всё, о чём другие спортсмены мечтали.       Тренера Джисона всегда ставили Минхо ему в пример. Говорили, что у него есть все шансы добиться того же, если он приложит больше усилий. И Джисон старался, но всё равно не дотягивал. Каждый раз получал вместо похвалы только упрёки, так ещё этот сучёныш регулярно играл на нервах.       Но как бы сильно Джисон не мог его терпеть, он так же сильно хотел его. Хотел грубо взять его за волосы и пригвоздить к матрасу. Хотел подчинить его и заставить выполнять все свои приказы.       Хотел почувствовать власть над тем, из-за кого пережил так много унижений от тренеров.       Арена взорвалась криками, когда Джисон закинул мяч в левый конец звезды прямо между рук Сынмина, вратаря соперников.

2:3 в пользу команды Джисона.

      Парень ухмыльнулся и склонил голову набок, пытаясь отыскать Минхо на поле. Вместо игривых глаз он с удовольствием натолкнулся на совершенно противоположную картину. Соперник завис в воздухе: в его взгляде плескалась чистая ненависть, кулаки сжались, вероятно, до побелевших костяшек.       Джисон не знал, что больше будоражило его: отрыв вперёд или всё же этот беспомощный взгляд.       Побеждать Минхо всегда было приятно. Приятно было ставить на место эту суку, приятно было стирать ухмылку с чужих губ и, конечно, заставлять парня усомниться в собственных силах.       — Давай, Джисон! Продолжим в том же духе! — крикнул ему Чанбин, пролетая мимо и хлопая его по плечу.       — Ага, осталось ещё минут десять или пятнадцать до конца матча. Если мы в этом раунде победим, то выиграем. Надо держать этот отрыв, — добавил Чан, останавливаясь рядом, чтобы потрепать Джисона по волосам. Чан был самым старшим в команде. Он был трудолюбивым и умел работать постепенно, также, в отличие от Джисона, не обладал взрывным темпераментом и мог трезво оценить ситуацию. Именно по этой причине он и стал лидером. Чанбин пришёл в команду до Джисона. Сначала Джисон не мог понять, как такой неповоротливый и, казалось, бесталанный парень мог попасть в главный состав, но вскоре, когда они начали работать теснее, до него дошло, что Чанбин был незаменимым игроком. Он был в разы сильнее всех соперников, и мог удерживать горячий мяч в руках намного дольше, чем остальные. К тому же, чтобы вырвать предмет из его хватки, нужно было сильно постараться. Кроме того, парень очень серьёзно относился к игре и напарникам, умел сливаться в единое целое со своими ребятами, и это, пожалуй, было его главным преимуществом.       Джисон любил этих ребят, они стали ему гораздо ближе, чем просто напарниками. Но вместо того, чтобы как-то подбодрить их, порадоваться за счёт, он лишь отмахнулся и отлетел на свою позицию, прямо напротив Минхо, что сверлил его взглядом. Чужие глаза искрились злобой и желанием сравнять счёт, и Джисона это заводило. Хотелось и дальше наблюдать, как беспомощно парень перед ним плавился от гнева и злости.       Вот только когда игра продолжилась, Джисон понял, что всё было совсем не так просто, как он себе напридумывал. На последней минуте игры на табло сверху сиял итоговый счёт.

4:3 в пользу команды Минхо.

***

      — Сука! — выкрикнул Джисон и со всей силы пнул скамью в раздевалке. — Какая же он, чёрт возьми, сука! — Джисон стащил с себя потный рашгард и кинул его на пол, оголив поджарый торс с чётким прессом и ярко очерченной грудью. — Ненавижу. Как же меня бесит его надменная рожа каждый раз, когда он забивает. Так бы и въебал ему, — прошипел он, на что Чан, Чанбин и Чонин, их вратарь, усмехнулись и аккуратно сложили свои грязные вещи в сумки. Чонин чем-то напоминал Джисону Минхо. Тоже вечно ходил с такой же важной насмешливой ухмылкой, отпускал неприемлемые комментарии и вёл себя так, как будто планета принадлежала ему одному. Но, в отличие от Минхо, Чонин был в его команде, и не раздражал его только одной своей мордой.       — Удивительно, как можно было спутать «вдуть» и «въебать», — пробормотал вратарь, и Джисон тут же повернулся на него с выпученными глазами. Возможно, он всё же поторопился на его счёт. Чан фыркнул, но сразу же отвернулся, в то время как Чанбин открыто смеялся над лицом напарника.       — Это неправда, — угрюмо пробормотал Джисон с красными щеками, стараясь отбросить картинки, как горячо Минхо бы выглядел с его членом во рту, как бы сексуально выглядел на нём сверху или как бы сладко выгибался под ним. Джисон знал, что он хотел поставить Минхо на место своеобразным способом, но он не хотел, чтобы другие тоже об этом догадывались.       Это был его маленький секрет.       — Да ладно, Джисон. Посмотри запись матча. Вы с Минхо буквально пожираете друг друга взглядами. Иногда даже страшно, не дай Бог, накинетесь друг на друга прямо на поле, — Джисон скривился, но мысль не отбросил.       А что…       Если у Джисона всё же был шанс поставить Минхо на место?

***

      Изначально он думал отбросить эту мысль, не решаясь постучать в дверь номера. Парень чувствовал себя глупо, стоя напротив с бутылкой дорогого вина. Боже, Минхо наверняка подумает, что он идиот. На что он надеялся? Что его главный враг, ничего не заподозрив, пригласит его в номер? А потом разрешит себя трахнуть?       Бред.       Джисон устало вздохнул, склонив голову набок. Это был двадцать пятый этаж люксового отеля, в который заселили обе команды по «Соллардэшу», просто на разные этажи. Коридор тянулся в почти устрашающей манере: стены словно пульсировали, хотя это был просто томный рубиновый свет, что слегка тускнел время от времени. Пол выложен специальной плиткой, запоминающей каждый шаг для улучшенной безопасности.       Джисон запрокинул голову, зачёсывая свободной рукой светлые волосы назад. Пряди уже так отросли, что закрывали всю заднюю часть шеи. Нервно поправив обтягивающую белую футболку, он всё же занёс руку над дверью. Пара секунд замешательства, и раздались негромкие постукивания костяшками по металлу.       Через несколько мгновений дверь распахнулась, и Джисона встретил удивлённый Минхо в угольной майке и домашних штанах. Его волосы на концах всё ещё были слегка влажными после душа, но уже завивались в колечки у висков. Широко распахнутыми глазами он осматривал Джисона: футболка облипала его тело, и как серые спортивные штаны огибали бёдра. Его взгляд тут же задержался на бутылке вина.       — Ты ошибься дверью. Хер знает, с кем ты договорился встретиться, но точно не здесь, — пробормотал он с лёгким раздражением в голосе, опираясь о дверной косяк. Джисон выгнул бровь и неловко фыркнул от неверия.       — Странно. Я ведь вижу того, к кому пришёл, — небрежно пожал плечами он, ещё раз поправляя волосы и закатывая глаза. Минхо сначала нахмурился, а после точно в такой же манере выгнул бровь. Пара секунд тишины, которая была прервана громким смехом Минхо. От веселья на чужих глазах выступили крупные слёзы. Он больно ткнул Джисона в грудь пальцем и залился ещё громче.       — Идиот? — истерично спросил он, проводя пальцем по нижнему ряду ресниц, чтобы смахнуть влагу. — Да ты меня чуть не сожрал на арене! Откуда я знаю, что ты мне не подмешал ничего? А вдруг ты хочешь меня убить? — Минхо игриво обхватил себя руками, на что Джисон закатил глаза и протиснулся мимо парня в его номер, с громким стуком ставя бутылку на стеклянный кофейный столик в зале. Вид из окна выходил на чарующее беспокойное море и набережные скалы. Свет в номере был тусклым и таким же красным, как арена или коридор отеля. Честно, Джисон уже не выносил этот отвратительный цвет, но почему-то всё в этом городе, где проходили игры, подсвечивалось только таким. Как тут ещё никто не ослеп?       — Это не я нагло толкнул соперника в воздухе. А вдруг я бы сломал шею? — спросил монотонно Джисон, поворачиваясь к нему, на что Минхо растянул губы в широкой улыбке и захлопнул дверь.       — Было бы печально, не так ли? Восходящая звезда и погибла бы такой глупой и позорной смертью, — усмехнулся Минхо, мягко взяв Джисона за подбородок большим и указательным пальцами. Его глаза искрились неподдельным интересом, и Джисону было тяжело признать, что его вело от того, как близко к нему находился парень. С такого расстояния он мог разглядеть каждую трещинку на чужих блестящих пухлых губах, мог разглядеть каждую мелкую родинку под тяжёлым алым светом, мог даже посчитать каждую ресничку.       — Именно. Ведь тогда бы я не пришёл к тебе с вином, — прошептал Джисон, заставив Минхо усмехнуться. Парень резко выставил руку вперёд, толкнув его на диван. Джисон приземлился на мягкие подушки, запрокинув голову с шипением. Локоть неприятно стукнулся о подлокотник.       — Хватит игр, — строго сказал Минхо. Его черты ожесточились, но, как бы не было тяжело это признавать, он всё ещё выглядел чудесно. Джисон хотел подчинить его и отобрать волю. Хотел уничтожить его, чтобы на языке парня, как на заевшей пластинке, вертелось только одно слово — его имя. — Что ты здесь делаешь, Хан Джисон? Я никогда в жизни не поверю, что ты притащил сюда свой зад только для того, чтобы в дружеской обстановке распить вина. Ты считаешь меня настолько тупым, словно я поверю в этот бред? — фыркнул Минхо, закатывая глаза. Джисон пожал плечами и легко развалился на диване, слегка раздвигая ноги. Колено стукнулось о колено Минхо.       — Естественно, о какой дружеской обстановке может идти речь? Я принёс это вино, чтобы мы выпили, а потом потрахались, вот и всё, — усмехнулся Джисон, смахивая невидимую пылинку со своих штанов. Минхо хотел что-то сказать, когда до него дошёл смысл сказанных слов. Его глаза шокированно распахнулись, теряя ожесточённость; рот, обрамлённый блестящими губами, приоткрылся в неверии, а краска залила всё его лицо.       — Чего? — прошипел он, удивлённо хлопая ресницами. Джисон запрокинул голову и выдохнул.       Сам наворотил херни, теперь расхлёбывать. Не надо было слушать этих идиотов. Чанбин буквально боялся взглянуть на Хёнджина, Чан трахался только с теми, кто на него вешался первым, а Чонину вообще было по барабану на секс. Им откуда было знать о том, хотел ли Минхо его или нет?       Но ничего не попишешь. Слов не вернуть. Джисон сел на диване ещё более уверенно и с вызовом взглянул в глаза Минхо.       — Не строй из себя дурочку, а? Мы оба привлекаем друг друга, разве это не очевидно? Думаешь, я не знаю, как именно ты смотришь на меня? — на самом деле Джисон и вправду не знал, лишь опирался на слова друзей, но что ещё ему оставалось делать? Если он сейчас уйдёт, то будет неловко. Минхо будет насмехаться над ним! А так он хотя бы покажет какой он уверенный в себе.       — Сука, тебе Хёнджин всё рассказал? Я убью эту сволочь! Зря я с ним ссорился. Знал же, что он обиженка. Надо же, тут же распиздел все секреты, — выдохнул Минхо, раздражённо зачёсывая волосы назад. Пряди равномерно спадали каскадом чуть ниже последнего шейного позвонка, обрамляя точёную форму лица парня в стиле лесенки.       Джисон замер.       Неужели…       Это была правда?!       Шок быстро сменился самодовольной улыбкой. Он уверенно растёкся по дивану, опираясь локтём о спинку. Минхо смотрел на него с недоверием и тревогой, и Джисон чувствовал, как возбуждение начало закипать внизу живота. Сердце застучало в груди, а кровь ударила в пах и лицо.       — Нет. Я просто знаю, что ты хочешь меня. И раз это взаимно, то почему бы и нет? — ухмыльнулся он, склонив голову набок. Минхо нервно прикусил губу и неуверенно окинул его взглядом ещё раз.       — Слушай, да ты долбаёб, — сказал неожиданно он и поправил волосы назад. Джисон закатил глаза и скривился. Естественно, что ещё можно было ожидать от Минхо? Что он согласится? — Надо было тащить что-то покрепче, а не вино. Но ладно, сойдёт. В целом, что от тебя ещё можно было ожидать, — продолжил он, проходя за кухонную стойку, чтобы открыть ящик и достать из него штопор. Джисон удивлённо следил за его руками со своего места на диване, не в силах поверить, что этот глупый план сработал, да ещё и так легко.       Минхо действительно хотел его в ответ?       Кто бы мог догадаться?       Чан, Чанбин, Чонин. Хёнджин ещё. И фанаты, конечно.       То есть… выходит, достаточно много людей.       Догадались все, кроме них самих.       Интересно, как они с Минхо дожили до своих лет с такой проницательностью?       Раздался хлопок, и бутылка вина оказалась открытой. Минхо лёгким движением руки достал два бокала из шкафчика и поставил их на кофейный стол, наполняя бордовой жидкостью.       — А ты легко согласился, — пробормотал Джисон, принимая бокал из чужих рук, пальцами обхватывая ёмкость. Минхо фыркнул и сел прямо ему на колени, приникая губами к ободку бокала. Алая жидкость начала стекать по его языку прямо в горло. Кадык дёргался вверх при каждом жадном глотке, и Джисон не мог отвести от этого зрелища взгляд, чуть ли не кусая губы до крови.       — В любом случае ты пришёл первым, — пожал плечами он, отставив бокал на столик.       Минхо был прав. Джисон первым раскололся, первым признался, но он сделал это уверенно и добился своего, а значит именно он оказался в выигрыше. Младший сделал большой глоток вина и отставил полупустой бокал к бокалу Минхо, после чего откинулся на спинку дивана и мягко провёл руками по чужой талии, сжимая её пальцами.       — И я не жалею. Хочешь расскажу, о чём я думаю каждый раз, когда вижу тебя? — Минхо убрал мешающую прядь волос за ухо, поворачиваясь на него с интересом. Его глаза сияли рубином, словно он был инкубом, а губы блестели от слюны. Джисону хотелось прильнуть к ним и прикусить, чтобы услышать, как с них срывались стоны. Ключицы сияли в тусклом алом свете, и парень отчётливо мог представить на них свои укусы и засосы. Его пальцы нетерпеливо сжались на чужой талии. — Каждый раз я думаю, как сильно я хочу поставить тебя на место. Тебе к лицу наглость, но иногда нужно быть покладистее, — прошептал Джисон в губы Минхо, притягивая его ближе к себе. Одна рука скользнула на чужое бедро, мягко вырисовывая круги большим пальцем по ткани штанов. — Хочу взять тебя за твои волосы, — вторая рука, что покоилась на талии, взлетела к чужой макушке, чтобы схватить прядь волос в охапку и оттянуть назад. С блестящих губ Минхо сорвался томный стон. Парень послушно запрокинул голову, и Джисон тут же прильнул к чужой шее, покрывая её лёгкими поцелуями. Дорожка потянулась выше, когда всё же оборвалась под самой мочкой уха, — и трахнуть твой рот. Чтобы на следующий день ты даже слово сказать не мог и не раздражал меня своей глупой болтовнёй. Хочу трахнуть тебя на этом диване так, чтобы ты даже имя своё не помнил, — Минхо сжал руки на коленях и прижался спиной к груди Джисона, тяжело дыша. Младший протянул руку чуть ниже к внутренней стороне бедра и мягко ущипнул самую мясистую часть, вслушиваясь в чужие стоны. — Хочу подчинить тебя. Чтобы ты даже не думал ни о чём и ни о ком другом, пока здесь я.       — Думаешь, у тебя получится? Ты вечно проигрываешь мне на арене. Так с чего ты взял, что у тебя что-то получится здесь? — пробормотал Минхо, цепляясь пальцами за подлокотник. Джисон потянул парня за волосы ещё сильнее, стягивая его со своих колен на диван, чтобы встать и лениво потянуться. Он так и знал, что услышит от него нечто подобное. Кто бы сомневался. Вот только на сколько его хватит? Как долго Минхо готов сопротивляться? С глухим стоном, отскакивающим от стен, парень упал на диван. Майка задралась, оголяя слегка пухленький животик. Налитый возбуждением небольшой член слегка выпирал под тканью домашних штанов. Джисон ухмыльнулся и провёл ладонью по паху Минхо, сдавливая головку пальцами. Парень выгнулся и плаксиво простонал. Его волосы распластались по диванной подушке, чёлка упала на всё ещё слегка подведённые карандашом глаза. Губы распахнулись и между ними растянулась тонкая нить слюны.       — Мне не нужно думать. Я вижу, — прошептал Джисон ему в самое ухо, прежде чем ещё раз сдавить головку его члена и вновь осмотреть. — Я возьму презервативы и смазку и вернусь. Не трогай себя, ага? — почти мило улыбнулся он, прежде чем свернуть в сторону ванной комнаты. Минхо недовольно простонал, но оставил руки за головой, пальцами сжимая подлокотник. Джисон зашёл в уборную и открыл над раковиной точно такой же ящик-зеркало, как в его собственном номере. На верхней полке стояли разные шампуни и бальзамы для волос вперемешку с зубными пастами и щётками, а вот на нижней лежали коробочка нераспакованных презервативов и маленький тюбик смазки, в которой не было одной трети содержимого.       Джисон усмехнулся, и взял вещи в руки, возвращаясь обратно к лежащему на диване Минхо. Он кинул всё прямо рядом с ним, прежде чем показать ему бутылёк со смазкой.       — Мы въехали сюда только этим утром. Не хочешь же ты сказать мне, что работники отеля не доглядели и не заменили эту смазку на новую? — Минхо залился краской, хоть этого было почти и не видно в алом свете, и неловко закрыл лицо предплечьем, отворачиваясь. — Ну же, малышка. Чего ты стесняешься? — насмешливо прошептал Джисон, отбрасывая смазку в угол дивана. Его руки проскользнули под майку, оглаживая мягкий животик Минхо. Пальцы нащупали бусины сосков, пуская по телу старшего дрожь. Чужой член в штанах дёрнулся на едва ощутимую стимуляцию.       — Заткнись, — тихо пролепетал Минхо, хмуря брови. Джисон фыркнул и больно дёрнул парня за сосок, заставив его ахнуть и выгнуться.       — Я прям-таки вижу тебя в душе, — продолжил Джисон, не обращая внимания на поведение старшего. — Как смазка стекает по твоим пальцам перед тем, как они оказываются внутри тебя, — Минхо плаксиво выдохнул, ёрзая под руками Джисона. — Наверняка это было приятно, не так ли? На арене ты звезда, в руках которой власть над всей игрой, но кто ты за кулисами, а? Просто куколка, которая хочет, чтобы ей управляли, не так ли? — Джисон бормотал словно в трансе. Каждый неровный вдох Минхо проходил вибрацией по его пальцам, каждый его стон отдавался эхом в ушах, каждая слезинка на ресницах ослепляла не хуже солнца.       — Нет. Я главный, — прошипел Минхо, недовольно надув губки. Джисон равнодушно поднял брови, после чего перевернул Минхо на живот одним резким движением, выбивая из груди парня удивлённый вздох. Старший простонал в подушки и ещё крепче ухватился за подлокотник над головой. Его пальцы дрожали от возбуждения, как и его тело.       — Уверен? — Джисон провёл пальцами по вибрирующему позвоночнику Минхо, медленно опускаясь к его ягодицам. Одно плавное движение, и чужие штаны вместе с боксерами оказались стянуты вниз по бёдрам. На удивление Джисона, парень был гладко выбрит, без единого волоска на теле. Он ухмыльнулся и с размаху шлёпнул Минхо по ягодице, вырвав из него стон. — Для кого же ты такой аккуратненький, м? — парень тяжело дышал и упрямо молчал, как партизан, но Джисону и не нужен был ответ. Он схватил бутылёк со смазкой и открыл её со звонким щелчком, выдавливая себе на пальцы небольшое количество лубриканта.       Джисон слегка резко обхватил Минхо за талию и поставил его на колени. Парень неловко опустил взгляд в диван, скрываясь за каскадом волос. Однако Джисон видел, что даже его плечи были несвойственного коже алого цвета. Он счастливо растянул губы в ухмылке, радуясь, что старшему было неловко, что он был полностью в его власти. Он даже не сопротивлялся, ждал, когда Джисон приступит, вставит в него пальцы, растянет, а после трахнет его.       Джисон сглотнул вязкую слюну, после чего отвёл чужую ягодицу в сторону, наблюдая, как колечко мышц едва сократилось. Он поднёс влажный от смазки указательный палец к дырочке и чуть на неё надавил, заставив Минхо выдохнуть через рот. Мягко помассировав колечко мышц, он всё же ввёл палец внутрь, заставив Минхо выгнуться в пояснице и простонать от удовольствия, разводя ноги ещё шире. Джисон с восторгом наблюдал, как фаланга за фалангой исчезали внутри тела его главного соперника.       Того самого, позади которого Джисон оказывался всю свою карьеру в «Соллардэше», того самого, который доводил его до белого каления. Сейчас этот соперник жадно сжимался вокруг его пальца и плаксиво стонал от удовольствия, как будто бы получил то, чего желал всю жизнь.       Джисон более небрежно и резко ввёл второй палец, от чего руки Минхо подогнулись и он навалился на диван с громким стоном, заглушаемым только глухим ударом о мебель. Джисон усмехнулся и глубже ввёл пальцы, стукаясь костяшками о ягодицы Минхо, что закусил ребро ладони, чтобы держать себя под контролем.       Младший согнул пальцы, и подушечки тут же ударились о комочек нервов внутри. Минхо вздрогнул со всхлипом, запрокинув голову назад, капля слюны брызнула на диванные подушки. Джисон недолго думая, схватил его за волосы свободной рукой, и оттянул его голову назад ещё сильнее. Всхлипы стали более хриплыми и ещё более отчаянными. Джисон развёл пальцы, чтобы поместить между ними третий палец.       — Чёрт, Джисон! — простонал Минхо, ухватившись за подлокотник как за спасательный круг, пока парень наращивал скорость и вбивался пальцами в его нутро, массируя простату старшего, каждый раз пуская по чужому телу молнии удовольствия.       Дырочка Минхо блестела в алом свете. Каждый раз, когда Джисон почти вынимал пальцы, она сжималась вокруг фаланг, засасывая их обратно. Смазка хлюпала, и эти звуки отскакивали от стен пошлым чавканьем, смешиваясь с громкими стонами Минхо.       Четвёртый палец вошёл так же легко, как и три предыдущих. Джисон специально расставил их, чтобы посмотреть, как хорошо он растянул наглого старшего, который только пару часов назад радовался своей победе на арене.       А сейчас Минхо едва держал задницу кверху, пока Джисон трахал его пальцами и оттягивал его голову назад за волосы. Его глаза закатывались к небу от возбуждения, слюна стекала по подбородку на подушки, а пот блестел у линии роста волос и на висках.       Когда стоны Минхо стали ещё громче и отчаяннее, Джисон вынул из него пальцы, и старший обессилено завалился на диван, тяжело дыша в подлокотник. Его бёдра подрагивали от каждого движения, а багровый член истекал смазкой от возбуждения.       Джисон стянул спортивные штаны, и глаза Минхо расширились, когда он увидел силуэт его большого члена под боксерами. Алая голова слегка выглядывала из-под резинки и явно выглядела внушительно. Минхо тяжело сглотнул и отвернулся со стоном.       — Нравится, малышка? Представь, он растянет тебя куда лучше, чем мои пальцы, — пробормотал Джисон, спуская боксеры к коленям и открывая презерватив. Минхо всхлипнул, и его дырочка сократилась, выплёвывая смазку, стекающую по бёдрам. Джисон раскатал латекс по члену и приставил крупную головку к жадному колечку мышц, Минхо вздрогнул и задышал чаще. Дырочка сжалась и разжалась, уже готовая взять всё, что ей дают, но Джисон не торопился входить.       Он мягко сжал длинные тёмные пряди волос в своей руке, и оттянул его голову назад, чтобы увидеть выражение чужого лица, когда он окажется внутри. Вторая ладонь сжалась на ягодице, отводя её в сторону для лучшего обзора.       Пару секунд он просто наслаждался видом и превосходством над Минхо, после чего опустил его на диван полностью, чуть расставляя его ноги в сторону, чтобы уместиться над ним и приставить член к жаждущей дырочке.       Минхо сжал ткань на диванных подушках, и именно в этот момент Джисон резко и без предупреждения вошёл в его нутро, растягивая колечко мышц. Головка исчезла внутри, затем ствол, и раздался шлепок тела Джисона о ягодицы Минхо. Старший выгнулся и громко простонал. Его губы, покусанные и красные, горели в рубиновом свете, из закатившихся к небу глаз брызнули слёзы. Он плаксиво скулил и дрожал, пока Джисон наращивал амплитуду, двигаясь быстро и мощно. Ягодицы подрагивали от каждого толчка, а дырочка усиленно сжималась вокруг члена. Джисон медленно отвёл бёдра назад, цепляясь головкой за ободок. Колечко мышц отчаянно сжалось и разжалось, пока Минхо стонал ещё слезливее и громче.       — Нравится? Чувствуешь каждую венку на моём члене, как головка трётся о твою простату каждый раз, когда я толкаюсь в тебя по новой, — прошептал Джисон, грубее входя внутрь, от чего Минхо задрожал всем телом и сжался вокруг Джисона ещё более остервенело. Только через десяток секунд до парня дошло, что Минхо кончил почти сразу же, как он вошёл. — Серьёзно? Так быстро, малышка? Я же ещё не закончил с тобой, ты это знаешь? Я даже ещё не близко, — фыркнул Джисон и шлёпнул Минхо по ягодице, заставив того сжаться вокруг него и вздрогнуть со стоном. — Оседлаешь меня, сладкая. Ты же главная, не так ли? — Минхо повернул голову на него и жалобно выгнул брови.       — Ты издеваешься надо мной? — пролепетал он, на что Джисон мило улыбнулся и пригнулся к его уху, чтобы болезненно укусить за хрящик и кивнуть.       — И что? Ты же всё равно подчинишься и сделаешь всё, что я скажу, верно? — Минхо нахмурился, но всё же поднялся на трясущихся коленях. Джисон удовлетворённо промычал и сел на диван, опираясь о его спинку. Минхо медленно перебрался к нему на колени, его живот был измазан в сперме, член слегка обмяк, но головка всё ещё была красной и налитой. Он аккуратно взял член Джисона в руку, едва обхватывая его, после чего приставил к своему колечку мышц, опускаясь на всю длину. Его губы распахнулись со стоном, глаза зажмурились, а тело задрожало.       Джисон мягко оттолкнулся стопами от пола, вбиваясь в тело Минхо, что вцепился в его плечи и громко простонал, закусывая губы. Его бёдра очертили волну, плавнее насаживаясь на член Джисона, и когда он выдохнул весь воздух разом, на мгновение внизу живота можно было разглядеть, как головка члена упиралась изнутри.       Джисон не мог поверить, что на нём сверху сейчас был никто иной, как Ли Минхо, что так жадно сжимался вокруг его члена и плаксиво стонал ему на ухо. Младший протянул руки между его ягодиц и проскользил пальцем внутрь, заставив парня тяжело задышать ему на ухо. Ноги начали заикаться, но он всё равно насадился на член и палец Джисона вновь.       — Стоит ли нам заснять видео для фанатов? Может, ты хочешь их, как обычно, порадовать? — усмехнулся Джисон, грубо проталкивая второй палец в Минхо, вырывая из него громкий стон.       — Нет. Не надо, — пробормотал он, медленно поднимаясь только для того, чтобы вновь опуститься на член и пальцы Джисона. Младший низко рассмеялся и с силой шлёпнул парня по ягодице, заставив того ещё раз высоко простонать.       — М? А почему? — наигранно спросил он. — Ты же так хотел показать им то, что они хотят увидеть. Я уверен, многие бы с радостью посмотрели на то, как ты стонешь на моём члене, как отчаянная сучка, — прошептал Джисон ему на ухо, растягивая колечко мышц двумя пальцами так, чтобы между ними можно было уместить третий. Минхо тяжело дышал ему в шею, его бёдра дрожали, а с губ слетал только плаксивый скулёж. Он мог опуститься самостоятельно на всю длину, но после этого поднимался только с приложенными усилиями и дробью сбитых стонов.       — Нет. Я не хочу, чтобы они видели это, — пробормотал он, и Джисон с удовольствием улыбнулся и подался бёдрами вверх, прямо в нутро Минхо. Звонкий шлепок смешался с таким же стоном старшего.       — Вот так! Не останавливайся, умоляю, — отчаянно пробормотал Минхо, и кем бы стал Джисон, если бы отказал ему? Он мягко оттолкнулся и вошёл глубже. Затем ещё раз и ещё. Бёдра Минхо под его ладонями дрожали, а хлюпанья смазки отдавались эхом от стен. Через пару таких движений, Минхо опять кончил себе на живот, падая на Джисона, который даже не был близок к оргазму. Его тяжёлое дыхание жгло ушную раковину младшего, что грубо сжимал чужое бедро в своей руке, оставляя на нём красные отпечатки.       — Я ожидал от тебя большего, — пробормотал Джисон и стащил Минхо с себя, усаживая на пол. Тот устало поднял на него глаза, щурясь из-под чёлки.       — Я тоже много что ожидаю, особенно на арене, но ты, почему-то, не можешь играть так же, как трахать, — прошипел парень, и Джисон тут же низко рассмеялся. Его большой и указательный пальцы зацепились за подбородок Минхо и резко вздёрнули его на себя. Глаза сощурились, а губы сжались в тонкую полоску.       — Много болтаешь для уставшей сучки. Не находишь? — Минхо закатил глаза и покачал головой. Джисон хмыкнул и притянул парня к себе за волосы, сорвав с чужих губ очередной плаксивый стон. — Заткни свой рот и сделай уже хоть что-то полезное, м? — он аккуратно подцепил презерватив и сорвал его с члена, завязывая кончик и откидывая латекс за спину на пол. Минхо медленно проследил за ним, после чего выгнул бровь и положил щёку на бедро Джисона.       — И что же я могу сделать? — его горячее дыхание опалило ствол Джисона, что прошипел и сжал руку в чужих волосах.       — Даже не знаю. Поработать ртом? — Минхо ухмыльнулся, после чего разомкнул губы, чтобы накрыть ими алую головку и провести языком по уретре. Джисона передёрнуло, и старший с удовольствием зажмурился, скользя губами ниже, выцеловывая пульсирующие венки. Его пальцы аккуратно сжались у основания члена, медленно двигаясь к яичкам. В момент, Минхо всё же опять вернулся к головке, но теперь он пропустил её глубже в свой рот и остановился только тогда, когда нос стукнулся о лобок Джисона.       В чужом рту было влажно, жарко и узко. Минхо специально втягивал щёки, и Джисон только и мог, что шипеть сквозь зубы. Его рука грубо надавила на затылок старшего, заставив его опуститься ещё ниже. Чужое горло бесконтрольно сократилось, и только после этого Джисон его отпустил. Минхо отстранился, кашляя. Слюна текла по подбородку, слёзы струились по щекам.       — Совсем конченный? Ты ж меня задушить мог, — прохрипел Минхо, когда откашлялся, но Джисон на это лишь неоднозначно махнул рукой, и вновь надавил ладонью на чужой затылок, пригибая голову старшего над своим членом.       — Слушай, да ты хоть что-то умеешь? Два раза кончил на моём члене, и даже ртом ничего сделать нормально не можешь. Меньше болтовни — больше дела, — Минхо нахмурился, но спорить не стал. Взял головку в рот и опять опустился на всю длину. Джисон откинулся на спинку дивана, сжимая чужие волосы в кулаке. Вибрация от стона Минхо отдалась по его члену, от чего он сам не удержался и низко прошипел. Парень, видимо понял, что ему нравится, и продолжил стонать, пуская слюни по стволу.       Джисон не выдержал и толкнулся в чужое горло, опять заставив горло Минхо сжаться на долю секунды.       Но в этот раз старший не отстранился, а лишь усерднее продолжил отсасывать, пока бёдра Джисона не задрожали в предоргазме. Младший хотел сказать ему, что он на грани, и Минхо лучше отстраниться, но тот не обратил внимания на все его несчастные попытки.       Секунда, и сперма Джисона выстрелила прямо в горло Минхо. Парень сглотнул семя вместе со слюной и довольно улыбнулся.       — Ну что? Умею ли я работать ртом? — Джисон только склонил голову и уже было начал говорить, когда вдруг в стену начали стучать.       — Уведомляю вас, что стены в этом отеле тоньше картона, — прозвучал недовольный голос Хёнджина из соседнего номера. Минхо и Джисон переглянулись, после чего засмеялись в голос. — И я не трепло, Минхо. Так тебе и надо хуй за щеку за такое мышление!

***