Лимоны

Пока Оскар всё ещё пылал от унижения, а в воздухе витал призрак насилия, Люмьер снова прильнул к Гедеону. Но теперь его жесты изменились. Он не пытался его успокоить или спровоцировать на новый взрыв. Вместо этого он прижался губами к его шее, чуть ниже линии челюсти — влажный, медленный поцелуй, полный интимного знания. — J'adore quand tu es comme ça... ¹ — прошептал он, его голос стал низким и бархатным, слова лились прямо в кожу. — Si en colère... si puissant. ² Его рука скользнула вниз, ладонь легла на низ живота Гедеона, прижимаясь с властной нежностью. — Je rêve du moment où tu vas enfin me déchirer, ³ — это прозвучало не как просьба, а как признание, как сокровенная фантазия. И затем, почти без паузы, его шепот стал ещё тише, ядовитее, предназначенным только для Гедеона: — Et Oscar... à côté... ⁴ Je parie qu'il est mignon comme tout, quand il gémit. ⁵ Это был последний, мастерский ход. Он не просто настраивал их друг против друга. Он вплетал Оскара в самую интимную ткань их динамики, превращая его из соперника в зрителя, в объект для сравнения, в инструмент для усиления их собственного, извращённого наслаждения. Он предлагал Гедеону не просто обладать им, а обладать им на глазах у того, чьё присутствие должно было сделать эту власть абсолютной, унизительной и для всех участников. В этом предложении была и отдача, и полное саморазрушение, и желание сжечь все мосты в огне самой тёмной страсти. --- Сноски: 1. "Я обожаю, когда ты такой..." (фр.) 2. "Такой злой... такой могущественный." (фр.) 3. "Я мечтаю о моменте, когда ты наконец разорвёшь меня." (фр.) 4. "А Оскар... рядом..." (фр.) 5. "Бьюсь об заклад, он такой милашка, когда стонет." (фр.)