Вместе

Узнав, что его будущее оказалось пустым, Джон погрузился в бездну отчаяния. Единственным утешением стали успокоительные, но через год их призрачная сила иссякла, оставив лишь горечь разочарования. В ту роковую ночь, когда отчаяние достигло своего пика, Джон решился ступить на запретную тропу, ища забвения в мире наркотиков. С первыми лучами рассвета он встретился с дилером, и этот миг стал началом конца. Впервые ощутив на языке чужеродный привкус, Джон почувствовал, как мир вокруг него искажается, зрачки сужаются, а реальность начинает плыть. Начальная тошнота и отвращение вскоре сменились блаженным спокойствием, которого он не испытывал уже много месяцев. Казалось, мир остановился, а вместе с ним – и его боль. Но вскоре пришла сонливость, движения стали замедленными, взгляд потух, отражая лишь пустоту. Дни превращались в недели, недели – в месяцы. Наркотики стали его единственной реальностью, стирая границы между ним и окружающим миром. Джон, некогда полный жизни, превратился в тень, замкнутую в себе. Бледная кожа, исхудавшее тело – эти перемены не могли не тревожить Линча, его единственного друга. Егор, полный заботы, каждый день пытался достучаться до Джона, спрашивая о его самочувствии, о том, когда он в последний раз ел. Но сообщения оставались без ответа, утопая в безразличии. Терпение Егора иссякло. Однажды, охваченный тревогой, он решил навестить Джона. Дверь, как и следовало ожидать, осталась глухо закрытой. Линч, охваченный паникой, вспомнил о спрятанном под ковриком запасном ключе. С дрожащими руками он открыл дверь и вошел в квартиру, где воздух был тяжелым от душного запаха лекарств. – Джон, ты здесь? – голос Егора прозвучал в мертвой тишине. Отсутствие ответа лишь усилило тревогу. Он прошел на кухню, но там никого не было. В комнате Джона, возле кровати, он заметил старую упаковку от успокоительных – это напрягло его еще сильнее. Оставалась только ванная… Джон сидел на кровати, уставившись в стену. Его взгляд был пустым, руки слабо дрожали, а зрачки, все еще суженные, отражали лишь остатки вещества. Когда действие наркотика начало отступать, тело охватила дрожь, зрачки медленно возвращались к норме, а голова разрывалась от боли. С трудом поднявшись, опираясь на стену, Джон, словно на ватных ногах, добрался до ванной. Там, достав заветный пакетик, он снова ощутил, как тело охватывает волна наркотического блаженства. Медленно сползая по стене, он подобрал ноги, обхватил колени руками и уставился в пол. В этот момент Линч дернул ручку двери ванной. Она оказалась не заперта. Он медленно открыл дверь и замер, увидев своего друга в таком состоянии. Ужас охватил его. Егор бросился к Джону, осторожно положив руку ему на плечо. – Джон, приятель, что с тобой? – спросил Линч, его голос дрожал от волнения. Видеть друга в таком трансе, в таком состоянии – это было непостижимо. Егор легонько потряс Джона. Тот резко дернулся, огляделся по сторонам. Увидев Линча, он распахнул руки для объятий. Егор мгновенно обнял его, тихо рыдая ему в плечо. Теперь все будет хорошо. Пока они вместе, все будет хорошо.