Я не схожу с ума

      Шэнь Цинцю открывает глаза. Будильник звенит в ту же самую секунду. Он выдыхает устало. Сегодня тоже не получилось уснуть.       Он тянется, пытаясь размять одеревеневшие мышцы. Трёт усталые глаза и поднимается, медленно плетясь в ванную. Душ, завтрак, бесконечная лента новостей в телефоне. Шэнь Цинцю хмурится, натыкаясь на информацию о краже данных в какой-то компании. Ему кажется, что он уже читал об этом на днях. Но он отбрасывает эту ненужную мысль — мало ли изданий может писать о подобном.       Закончив с завтраком, Шэнь Цинцю плетётся к гардеробу и замирает на пару десятков секунд, скользя взглядом по идеально отглаженным рубашкам.       «Кто их гладит?» — проносится на мгновение мысль, но тут же исчезает, словно стёртая ластиком.       Он быстро выбирает одежду и собирается. Берёт ключи от машины и бросает последний взгляд на квартиру — в сумеречном свете она выглядит как обычно. Словно вообще никогда не меняется.       Шэнь Цинцю выходит.

☆☆☆

      — Ты сегодня какой-то излишне задумчивый. Что-то случилось?       Шэнь Цинцю отрывает взгляд от монитора, в котором он, кажется, совсем ничего не видит. Краем глаза замечает время. 15:27. Лю Цинге смотрит на него озабоченно, как человек, который действительно волнуется.       — А что могло случиться?       — Вот уж не знаю. От тебя всего можно ожидать, — Лю Цинге едва заметно улыбается. Шэнь Цинцю пытается вспомнить, когда творил что-то такое неожиданное. На ум ничего не приходит.       — Тут неподалёку отрылся новый бар. Не хочешь сходить?       Почему-то внутри есть непонятная уверенность, что ему сегодня куда-то нужно, но он совершенно не может вспомнить куда.       — Почему бы и нет, — кивает он другу. — Только ненадолго.       — А ты куда-то торопишься? — спрашивает Лю Цинге с улыбкой, но Цинцю отворачивается назад к монитору. Он не хочет объяснять. Да и не знает, как объяснить это странное тянущее внутри чувство. Всё это наверняка от недостатка сна. Интересно сегодня получится поспать хотя бы пару часов?..

☆☆☆

      Вывеска бара игриво светится неоном и подмигивающим контуром красотки с длинными волосами и какой-то странной хренью на лбу. Шэнь Цинцю вздыхает, пытаясь понять, что это, но его быстро прерывает Лю Цинге, практически впихивая его в помещение.       Внутри царит полумрак, и играет тихая музыка. Что-то из классически китайского. Шэнь Цинцю удивлён, такое редко встретишь в барах, ориентированных больше на классическую британскую сдержанность, но ему нравится.       Они проходят прямо к барной стойке. Бармен — высокий мужчина с длинными тёмными волосами и резкими чертами лица — выглядит мрачным и отстранённым. Он бросает на них лишь мимолётный взгляд, но от него у Шэнь Цинцю мороз проходит по коже, и, кажется, что он видит всполохи синего пламени в глубине тёмных глаз, а ещё слышит звон.       — Нам виски, — лёгким тоном бросает Лю Цинге, словно совсем ничего не замечая. Шэнь Цинцю в который раз думает, что ему просто нужно поспать.       Бармен кивает и принимается за работу. Янтарная жидкость рикошетит от кубиков льда, медленно заполняя стаканы под лёгкий перезвон. Шэнь Цинцю следит за этим завороженно, но отчего-то понимает, что хочет чаю. Странно, он же не любит чай.       — За очередной юбилей твоей работы в компании! — провозглашает слишком громко Лю Цинге.       Шэнь Цинцю шикает на него, оглядываясь. В баре кроме них занято только два столика. За одним сидит молодая парочка: парень, сидящий к Шэнь Цинцю спиной, и милая девушка с нежным лицом, обрамлённым косами с оранжевыми лентами. За вторым — молодая и эффектная женщина с иссиня-чёрными волосами, заплетёнными в тонкие косички, сильно подведенными тушью глазами и ярко-алые губами. Эти трое, к счастью, не обращают никакого внимания на его слишком громкого коллегу.       — Хватит думать о других! Давай уже выпьем, — одергивает его Лю Цинге, практически всовывая стакан с виски ему в руку.       Шэнь Цинцю просто пьёт. У него нет желания спорить и уж тем более учить друга манерам. Они сидят какое-то время, разговаривая о работе, заключенных сделках и сестре Лю Цинге, которая опять связалась «не с тем парнем». Поначалу Шэнь Цинцю слушает внимательно, охотно поддерживает беседу, но постепенно настойчивый перезвон становится слишком громким. Голова начинает гудеть, виски давит, словно что-то сжимает его череп. Цинцю прикрывает глаза, стараясь сосредоточиться на словах друга, но звон будто становится громче. Он где-то уже слышал этот звук. Настойчивый звон... уведомлений?       — Ты сегодня какой-то излишне задумчивый. Что-то случилось? — Лю Цинге чуть трясёт его на плечо.       Шэнь Цинцю вздрагивает, словно освобождаясь от наваждения. Он смотрит на друга немного слезящимися глазами. Губы словно сами по себе шевелятся, проговаривая:       — А что могло случиться?       Он снова скользит взглядом по залу, остановившись на молодой женщине. На руках у неё множество серебряных браслетов, которые позвякивают при каждом движении.       «Так вот откуда этот звук», — думает Шэнь Цинцю с облегчением. Он быстро допивает виски, с удивлением понимая, что не чувствует вкуса.       — Мне пора, — поднимается он и под недовольным взглядом Лю Цинге уходит. Тот даже не пытается его остановить.

☆☆☆

      Шэнь Цинцю ловит такси. Водитель кажется знакомым, но он не помнит, где его видел. В салоне пахнет лесом. Не еловым химозным запахом освежителя для машины, а настоящим лесом. Цинцю неожиданно понимает, что скучал по этому запаху. Но когда он вообще последний раз был в лесу?       Машина плавно скользит по ночному городу мимо совершенно незнакомых зданий. Мысли его текут медленно словно патока. Всегда ли здесь был этот парк и эти кофейни? Шэнь Цинцю не помнит. Он устал. Голова всё ещё болит, и глаза слезятся. Он прикрывает веки, стараясь расслабиться под равномерный шум двигателя. Ему чертовски душно, рука машинально тянется к поясу, но там ничего нет. Что он пытался найти?       Пространство вокруг вдруг вытягивается и замедляется, а он зависает в нём без возможности пошевелиться. Без возможности сказать что-то. Он вообще называл водителю свой адрес?       Прежде чем потерять сознание, Шэнь Цинцю видит часы на приборной доске такси. 03.27. Разве уже было так поздно? Но он не успевает обдумать эту мысль. Его накрывает темнота.

☆☆☆

      Шэнь Цинцю открывает глаза. Будильник звенит в ту же самую секунду. Он выдыхает устало. Сегодня тоже не получилось уснуть.       Он тянется, пытаясь размять одеревеневшие мышцы. Трёт усталые глаза и поднимается, медленно плетясь в ванную. Душ, завтрак, бесконечная лента новостей в телефоне. Шэнь Цинцю пробегает глазами по очередной новости о краже данных из какого-то сервера, а потом удивленно замирает. Прямо на него из телефона смотрит вчерашняя девушка из бара. Пронзительный взгляд и ярко подведённые глаза. Цинцю быстро пролистывает фото и читает статью, скорее краткую сводку.       Вчера ночью в городе напали на девушку, грабитель отделался переломом и сотрясением мозга. Ша Хуалин, как знали девушку, решила не подавать в суд.       Голову пронзает резкая боль, и Шэнь Цинцю выпускает телефон из вмиг ослабевших пальцев. Он глубоко дышит, пытаясь справиться с приступом. Дрожащей рукой тянется к телефону, лежащему на полу экраном вниз. Поднимает его и переворачивает. Сквозь мелкую сетку трещин на него смотрит отражение. Вот только выглядит оно совсем иначе. Лицо более утончённое, волосы длинные и лежат идеально в отличие от его непослушных прядей. А ещё он одет в традиционную одежду, словно вышел из какого исторического фильма про заклинателей.       Новый приступ боли скручивает Шэнь Цинцю, и он съёживается, на миг прикрывая глаза. Когда боль немного отступает, и он снова смотрит на телефон, его бледное взъерошенное лицо отражается в совершенно ровной поверхности экрана.       «Какого чёрта?!»       Эта мысль возникает, и её тут же пытается унести сознанием, но Шэнь Цинцю вцепляется в неё мёртвой хваткой. Хватит. С ним точно происходит что-то ненормальное. И он должен выяснить, что это за чертовщина.