Глупый клишированный роман.

И как же выглядит смерть? Чувствуют люди холод, а может где-то появится белый свет? И как же выглядит смерть? Чувствуют люди холод, а может где-то появится белый свет? Темнота. Флинс не ощущал ничего, была темнота схожа с бесконечным океаном. Не имея сил сопротивляться, парень просто решил утонуть в этом персональном аду. Кажется, это было наказанием за что-то, но тот даже и не был против. Прикрыв свои веки, он не почувствовал разницы, когда держал их открытыми. Сделав глубокий выдох, он падал медленно вниз. Падал в бесконечность и даже не надеялся на то, что его спина ощутит какую-то поверхность. Пока на его щеке вдруг не проступило тепло, будто кто-то нежно гладил его по щеке. Даже сначала показалось, что это могла быть мама, но она никогда не проявляла и капельки заботы. Он был ребенком мужчины, что бросил ее, узнав о беременности. Флинс стал прицепом, из-за которого женихи избегали его родительницу. И попадались только те, кого нормальные женщины обходили стороной. «Лучше бы ты не рождался». - Прости меня... - еле выдавливает он из себя и вдруг слышит же свой голос, во рту ощущался странный вкус, но от этой жидкости сознание пришло в себя. Разлепив свои веки с трудом, Флинс почувствовал сильное головокружение. Тихое мычание вырывается из его пересохших уст, на которых осталась странная жидкость. Ладонь резко опускается на лоб, где ощущалась пульсирующая боль, но по привычке он старался не издать ни звука. - Ты уже очнулся, Флинс? Я же тебе говорила не идти к этим охотникам на фей. Посмотри, твой огонь в фонаре чуть не погас. - ласковый голос вдруг прозвучал в ушах, буквально нежа кожу ушных раковин. Его позвали по фамилии, но при этом сказали про фей? Это казалось бредом, отчего тот резко поднял голову, чтобы посмотреть на владелицу этого голоска. Дар речи был успешно потерян студентом, увидев перед собой девуушку, у которой на голове красовались оленьи рога. Не понимая, что происходит, он откашлялся и после тихо решил задать вопрос. - Прошу прощения, кажется, я сильно ударился головой и потерял свою память, я совершенно не помню вашего имени и, честно признаться, я не помню, кто есть я. - парень опустил глаза на ее руку, которую та зажимала тряпочкой, и после осознал, что тот странный вкус во рту была ее кровь и та… не выглядела как обычная. Она была белая и даже имела необыкновенный отлив, отчего просто завораживал взгляд. - Я - Лаума, я и ты из альвийского рода, ну или грубо говоря феи. Ты спас меня от хозяина, что использовал мою кровь в корыстных целях и продавал ее как лекарство от всех болезней. Я пообещала, что буду идти всегда за тобой и отдала свое крыло тебе на хранение. - Начала рассказ девушка и встала со стула, чтобы после подойти к тумбочке и достать наконец бинты. Кажется ей было трудно перевязать свою руку, поэтому Кирилл поднялся с кровати и подошел к ней, поймав молча ее ладонь и начав накладывать повязку, аккуратно, стараясь не пережимать столь нежную кожу. А девушка продолжила рассказ. - Ты Флинс Кирилл Чудомирович, наш будущий король фей, освободитель и революционер. Ты наш спаситель…но нельзя же так жертвовать собой! Ты правда мог погибнуть. - Кажется моя память начала возвращаться. Я очень благодарен тебе за заботу, Лаума. Обещаю, что я отдохну, чтобы прийти в себя и подумаю немного о себе, ты можешь идти и сама отдохнуть, кажется ты отдала много крови, чтобы привести меня в чувства. - Закончив с перевязкой, Флинс отошел от девушки и тяжело выдохнул. Она кажется прошла очень тяжелый путь и продолжает его даже сменив своего хозяина. Чем он лучше? - Ты не просыпался две недели... Я не могла тебя оставить... - в ее глазах блеснула печаль, кажется, она очень переживала, отчего Флинс почувствовал укол совести. За него впервые беспокоились, если бы не наличие ее в комнате, если бы не ощущение под пальцами чужой кожи и не металлически-сладкий привкус на губах, он бы решил, что это все галлюцинации или вообще сон. Но как во сне может так болеть голова? Как во сне он может ощущать прохладу деревянной хижины, где они находились, и ощущать, как лучи солнца режут его глаза из окна. Лаума пристально смотрела на него, словно чего-то ожидая. Но ее король никак не мог понять, что ей нужно. Она кивнула ему и направилась к двери. Та с громким скрипом распахнулась, впуская свежий лесной воздух, запах дождя и пение птиц, прыгающих с ветки на ветку. Вдруг сзади раздался мужской голос: - Ты моя спасительница. Альвийка скрылась, но с улыбкой на лице. Она получила то, что так хотела, а Кирилл смог успеть разглядеть на ее спине одно крыло. Оно было небольшим, потому что представительница рода преобладала больше другими особенностями, но у всех мифических духов есть крылья, будто напоминание о том, что они принадлежат к одному роду. Синеволосый резко подошел к зеркалу, что было размером в полный рост. Наконец он видит себя. Это он. Точно он. Его синяки. Его золотые глаза. Бледная кожа и длинные волосы с пепельными концами. Развернувшись, он наконец увидел свои крылья. Они были небольшими, почти прозрачными, с узором, напоминающим ночное небо. Флинс знал: стоит ему активировать фонарь, как крылья вспыхнут синим пламенем. Его взгляд упал на сам фонарь, висевший на поясе. Он горел едва заметно, словно дремал. - И как это понимать? Я…попал в тот тупой роман, да еще и за злодея, что должен будет умереть от рук главного героя? Если боги существуют, то, кажется, им мое существование доставляет сильную потеху. - он закатывает глаза и выдыхает, будто уже устал от этой жизни и хочет снова вернуться в то забвение. Но он совсем недавно обещал Лауме, что отдохнет и придет в себя, а за это время у него будет шанс придумать способ, чтобы избежать своей второй кончины, и, может, попытаться спасти Рери. Чудомирович заметил в углу дома деревянную удочку и слегка улыбнулся. Улыбка была едва уловимой, но заставила его щеки непривычно напрячься. Он перестал бояться своих эмоций, но избавиться от глубоко укоренившегося страха было нелегко. Подойдя к рыболовным снастям, Чудомирович начал собирать их. Через тридцать минут он уже был у речушки. Наконец-то у него появилось время для себя. Рыбалка всегда успокаивала Кирилла. Здесь не нужно было никуда спешить. Он смотрел на воду и ждал, когда рыба клюнет на приманку и зацепится за крючок. В прошлой жизни Флинс любил приходить на пруд один. Там он поймал мелкую рыбешку, которую потом отпустил обратно. С тех пор он больше ничего не смог поймать, но этот единственный улов придавал ему сил. Сейчас все было иначе. Вода была чистой, без токсинов и мусора. Здесь не собирались подростки и не разбивали бутылки на берегу. Спокойствие и чистота окружали Кирилла, грея его душу. В этот раз он собирался поймать рыбу и приготовить ее для себя и Лаумы, чтобы поблагодарить ее за заботу. Уши Кирилла немного дергались. Они были похожи на эльфийские, но маленькие и свернутые раковиной вниз. Благодаря этому будущий король фей слышал намного лучше людей. Однако щебет птиц и стрекотание жуков быстро убаюкали его. Оказалось, что спать, когда никуда не нужно спешить и нет опасности, так приятно... Резкий всплеск вырвал Флинса из дремы, заставив начать оглядываться. Кто-то кричал о помощи, и он сразу же прыгнул в воду, толком не успев обдумать свои действия. Успел он только снять плащ и фонарь. Быстро подплыв к тонущему объекту, он подхватил ее и силком вытащил к берегу. Кирилл действовал очень быстро, и даже альвийские способности дали о себе знать. Золотые глаза пробежались по телу девушки с волосами лавандового цвета, и осознание пришло само по себе. Перед ним сидела та самая главная героиня романа и кашляла, пытаясь очистить свои легкие от воды, что успела туда ненароком попасть. В голове пронеслась мысль о том, что, может, нужно было бы ее закинуть обратно в воду, ведь сейчас был один из ключевых моментов, где прогулка на воде с Рери Каэнри’аха обернулась трагедией. Одна из слуг фей решила избавиться от травницы Ке Цин и толкнуть ее с борта. Сам же первый принц должен был кинуться за ней и спасти, а после жестоко расправиться с той самой феей. Резко вскочив и даже отойдя от девушки на пару шагов назад, Кирилл ощутил, как наткнулся на что-то твердое. Его лицо немного развернулось в сторону, и тот, кто стоял сзади, не поленился наклонить свою голову ниже, отчего их глаза встретились. Розовая радужка рассматривала золотистые глаза, но что-то было не так, он будто смотрел…с обожанием. Флинс не понимал, что именно означал этот взгляд, это не была ненависть, не было злостью, если бы не бинты, то, возможно, губы были бы в позиции ухмылки. Он будто читал фею, как открытую книгу. Его мокрые волосы, да и одежда, говорили о том, что он только вышел из воды. Значит, он все-таки прыгнул за героиней. От этого у Кирилла защемило что-то в груди. Он не мог понять этого чувства, но, наконец собравшись с мыслями, тот наконец отпрянул от мужчины. А второй не успел его поймать, взмахнув рукой по воздуху. Девушка, что недавно кашляла и приходила в себя, теперь смотрела на них очень странно, будто у нее уводят то, что изначально было только ее. Но это лицо было только до того момента, пока Кирилл на нее не посмотрел. - Вы мой спаситель! Боже, я думала, что умру! - вдруг она залепетала и подбежала к синеволосому, хватая его за руки и пытаясь посмотреть в его очи, но тот не выражал ни одной эмоции. Внутри он чувствовал к ней отвращение, но ему нельзя было это показывать, ведь главный фанатик стоит прямо рядом и будто прожигает в нем дыру. От этого взгляда аж мурашки бегали по коже, но нужно было делать вид, что ему все равно и это никак не пугает. Но кое-что странное все-таки Флинс заметил, так это то, что взор Лунного мстителя стал грубее и даже злее, когда он увидел, что девушка трогает руки Кирилла. - Ах, все в порядке, я не мог оставить даму в беде. Это работа джентльмена — спасать прекрасных леди, но лучше бы вам заняться плаванием, ведь прыгать в воду и не уметь справляться с ней очень опрометчиво, ну если вы только не желали встретиться с Посейдоном. - спокойно отвечает на благодарность парень и аккуратно выуживает свои ладони из чужих, чтобы спрятать руки за спиной. И вдруг его ушки услышали тихий мужской смешок. Кирилл повернул медленно голову в сторону звука, пытаясь не показаться странным, ведь такой звук явно обычный человек не услышит, особенно с заложенными ушами от воды. И тут спаситель видит, что его злодей смотрит в сторону, будто он тут не при чем. Это очень озадачило парня, ведь он ожидал то, что его сейчас ударят или прогонят, но тот стоял как проказник и пытался не выделяться. - Я НЕ САМА ПРЫГНУЛА! Меня… столкнули… только я не видела кто… - произнесла девушка, сначала вскрикнув, но после ее голос стал тише, будто она не понимала, кто и почему желает ей смерти. Но это отличалось от оригинала истории, так как она точно описала фею, что проходила мимо и случайно ее толкнула. Такая маленькая несостыковка заставила Кирилла слегка нахмурить брови, ведь он верил в эффект «бабочки». Но после главная героиня, опустив голову, вдруг промолвила. - Возможно, это была девушка-слуга, что нам с Рери приносила бокалы с вином. Чувствуя явную странность от ситуации, хотелось уже было просто уйти, как тут стража притащила ту самую служанку-фею, у которой в глазах читался страх. - ПОЖАЛУЙСТА! Я НЕ ДЕЛАЛА ЭТОГО! Я НЕ ДЕЛАЛА! Сердце застучало быстрее от этого вида. Фея будто не врала, она кричала и плакала, выкручивая свои руки, которые крепко держала стража. Тут наконец любимый персонаж Флинса решил присоединиться к этому спектаклю. Его медленные, но при этом широкие шаги прозвучали довольно громко в ушах Чудомировича. Сейчас будет сцена, где Рери убьет обидчицу и тем самым оттолкнет Ке Цин от себя, ведь герои на то и герои, чтобы всегда прощать своих ненавистников. Нельзя было допустить этого. Если беловолосый не убьет слугу, то, возможно, главная героиня выберет его, а не Варку. - Вот она тебя толкнула, Ке Цин? - спросил тот спокойно, будто предвкушая что-то интересное, но его взгляд падает снова не на пострадавшую, а на спасителя, который скрывал под маской безразличия свою дрожь. Почему принц спросил ее об этом, ведь в оригинале он сразу вырвал фее сердце и преподнес травнице на руке, желая показать, что всех ждет такая участь, кто пожелает ее обидеть. - Да, кажется, она… - неуверенно говорит та и отворачивает голову в сторону, будто сомневаясь в своих словах. Но этого было достаточно, чтобы услышать хруст и чавкающий звук. Не было криков, она даже не поняла, что ее грудная клетка резко опустела. Служанка наклонила свою голову в ужасе и видит, как ее сердце билось в руках своего господина, а из дыры в груди выливалась кровь, пачкая платье горничной. После орган был кинут под ноги девушки, которая успела отскочить за спину Флинса. - Кажется у вас тут свои заботы, извольте я покину вашу вечеринку разбитых сердец и пойду дальше по своим делам, надеюсь вы дальше справитесь без моих спасений. - проговорил парень и резко развернулся, чтобы уйти скорее из этой гнетущей обстановки. Его буквально все пугало. Что-то было не так и нужно было понять что именно было изменено. - В следующий раз не сбежишь так просто. Уже знакомый голос прозвучал в голове. Король фей успел уже уйти далеко от места. Скрываясь от пронзительных взглядов. Вся эта ситуация вызывала мурашки по коже. Рери следил за ним, за каждым движением и эта фраза, что прозвучала его голосом в голове. Почему все происходит так? Та девушка служанка говорила правду. Флинс в ее голосе не чувствовал ни капли лжи, а значит врали люди. Ке Цин скинула вину на служанку, хотя не была уверена. Она боялась показаться глупой? Или почему она решила подставить невинную душу. И поведение антогониста… Флинс только дошел до места, где он рыбачил и хотел собрать свои вещи, как в голове проявился взгляд Лунного мстителя. То как он пожирал его. Желая будто подчинить и присвоить именно альвийца. Неожиданно для себя внизу сильно потянуло. Дыхание участилось, а по телу прошелся жар. Кирилл ощутил дикое возбуждение и не мог противостоять. На его белой коже проступил румянец, окрасив не только щеки, но и ушки. - Почему... ты так смотрел на меня? - вырывается из уст Флинса, пока его рука тянется к члену. Он стоял так крепко, что буквально ломало парня, заставляя стонать просто от прикосновений к нему. Нужно было успокоить себя. Нужно было снять напряжение, что яркими импульсами бежало по телу. Кирилл считал себя асексуалом до этого момента, он и не знал, что может так возбудиться от простого взгляда любимого персонажа. Он даже и не думал, что грань, когда персонаж и тебе симпатизирует, и влюбленности в него такая тонкая. Он чувствовал чуть ли не его дыхание в тот момент. Если бы он не ускользнул тогда, то что бы сделала та рука? Обняла бы или, может, схватила за шею, чтобы сдавить ее крепче до самого хруста. Движение кисти вперед-назад, будто заставляли вспоминать каждую секунду о ситуации, о том, что Каэнри’аха вдруг охладел к своей первой любви. Усевшись на землю рядом с удочкой, Кирилл только и прикрылся плащом, скрывая свое рукоблудие от нежелательных зрителей в лесу. Конечно, он бы никогда бы не стал дрочить посреди дня в лесу. Но он не мог просто воздержаться, так болело, так хотелось. И как обычно говорят, никогда не говори никогда! Нежная кожа под ладонью послушно натягивалась, доходя до головки, где пальцы рефлекторно сжимаются крепче, чем у самого основания, стимулируя ее. Флинс вдруг кончает, вспоминая ту фразу из головы, неизбежно пачкая ладонь и дергая ушками. Прикусив губу, сдерживая свои эмоции и стоны, чтобы никто не заметил «извращенца», что только что фапал на персонажа из книги. Заправив орган обратно и поправив брюки более аккуратно, тот наконец выдохнул с облегчением. На нем все еще была одежда сырая после внезапных водных процедур, поэтому нужно было бы скорее вернуться домой и переодеться во что-то сухое и чистое. Свое семя Флинс вытер платком, который хотел забрать с собой, но отвлекся на удочку, где клевала рыбка. Платок выпал из кармана, в который был небрежно запихнут, и притаился на траве, пока владелец счастливый вытягивал из речки свой хороший улов. Рыбка попалась очень даже большой, а это означало, что он сможет хорошо поужинать с Лаумой. ____ Луна в эту ночь светила по-особенному ярко. Птицы уже не пели, и только сверчки исполняли свою арию брачного сезона, разрушая тишину этой прекрасной картины. Местечко, где когда-то ловил рыбу Флинс, уже пустовало. Оно было прибрано так, что даже было трудно понять, что тут кто-то был, кроме одного «но». Беловолосый мужчина наклонился к неприметному куску ткани и аккуратно ее поднял пальцами. Она была еще немного влажной, и слишком много мозгов не требовалось иметь, чтобы понять, что именно вытирали этим платком. Горловой рокот вырывается из уст мужчины, когда он поднес платок прямо к себе под нос, жадно вдыхая запах, будто он наткнулся на самый дорогой парфюм с феромонами и пленил внимание принца. - Как мило, что ты оставил для меня подарок, Кирилл…