В тишине умирать

За неделю он ощутил тяжесть выбора–решив все-таки отложить ту самую причину,Лололошка,кажется,сделал только хуже. Он плохо спал из-за натянутых отношений с Диланом,ему снились кошмары. И каждый раз,просыпаясь,он видел чужой взгляд синих глаз,которые просто испепеляли его изнутри. Сколько он не пытался заговорить с Диланом–не выходило. Он уже сдался и опустил руки..

***

Воспоминания..

Раннее утро,за окном солнце вставало,освещая поля и лес у общежития ярким светом,заливая им все,что только видело и на что мог пасть его взгляд. Туман медленно растекался в сторону,как только встречался с фатонами солнечных лучей и испарялся,как в каких-нибудь фильмах. В это время не спал один житель седьмого блока и проснулся от кошмара второй. Вы уже догадались,кто есть кто. — Дилан?.. Я.. Мне приснился страшный сон.. Пожалуйста,давай поговорим?.. — чужой голос дрожал,руки в шрамах прижимались к груди,пока в каком-то судорожно приступе не обняли себя,сжимая все больше и больше. Паническая атака. Молчание. В ответ гребанное молчание. Вся их тихая,светлая комната,в которую медленно падали лучи и освещали ее через окна,являя виду пыль,что успокаивала,начала затемняться. Круг обзора сужался до своих рук,до этих ужасных шрамов,до их дрожания,то слегка влажной из-за пота футболки.. «Дилан не поможет.. Он совсем со мной не хочет говорить..» Горячие слезы обожгли щеки,а зрение совсем расплылось,будто он смотрел на все чужим взглядом. В такие моменты всегда чувствуешь себя обдолбанным и самым несчастным человеком в мире. Было обидно,очень обидно,так,как,на его памяти,никогда не было. Темный комок обиды в груди стал больше,окончательно затягивая узел петли на его шее. Дилан же в это время всего-лишь лежал в постели,слушая музыку. Он одел наушники,чтобы уснуть–у него давно проблемы с засыпанием,и эти маленькие друзья служат ему отличными помощниками. С их помощью все звуки исчезают и тело сразу расслабляется от приятной и тихой музыки,доставляющей ему удовольствие. И он засыпает. Ему,конечно,смутно показалось,будто кто-то что-то говорил,но Ло ведь спит,верно?.. Да и он на этого придурка все еще обижается,пусть подумает над своим странным и грубым поведением с ничего–сколько можно приставать по утрам,когда он и так не спит? Еще и из-за какой-то чуши,не иначе.

Как же часто люди не слышат друг друга из-за обид.. И иногда эта глухота к ближнему видет к совсем нежелательным последствиям.

***

Стоя за уголом универа,Ло сейчас ждал Ди,чтобы поговорить с ним. Они соседи,должны ладить,тем более,что у них такого даже в первый день знакомства не было! Да и друзья они–извиниться ведь не сложно. За всеми этими переживаниями Лололошка начал снова курить. Забавно. Он думал расслабиться,тихонько покурить в стороне,но его нашел Ричард. — О,дарова чувак,ты че тут один стоишь? Сбежал значит,а я тебя искал! Так че мне Дилан в личку ворчал,что я тебе что-то подсыпал в морожку? И.. Эм,все в порядке? Ты плохо выглядишь. Ты говори,если что-то не так..– остановившись в метре,Рич переживающе уперся в него взглядом,как на какой-нибудь экспонат в музее. Бесит. Но он не будет срываться на Ричарде,он ведь не виноват в том,что у него все плохо с личной жизнью,со здоровьем и самочувствием.. — Да все окей,просто мы с ним.. Поспорили немного. И у меня тоже все окей,хорошо? Я в порядке. — его вымученная улыбка стала сигналом,что это не так,но прежде чем разозленный такой ложью одногруппник успел сказать что-либо,появилась блондинка из-за угла. Она лучезарно улыбалась,придерживая рукой сумку на плече и помахала им. Пока не сморщила свой носик от запаха и не уставилась со злостью на шатена. Тот на нее посмотрел с вопросом,хотя за очками не было видно,об этом скорее свидельствовала поднятая бровь. — Что? — "Что"!? Ты издеваешься,Ло!? Что это!? — она истерично,будто в припадке указала на сигару в его руке. Он тут же потушил ее о запястье,и начала очередь и Ричарда бледнеть. Оба его близких человека побледнели,смотря на такой жест,особенно на то,что ни один мускул не дрогнул в его лице. Глаза,конечно,прищурились от легкой боли,но не более,и этого они все равно не видели–очки отлично выполнил функцию щита. Прежде,чем кто-то успел пристать к нему хоть с чем-то,Ло сбежал к Дилану,который вышел из здания. Брюнет и блондинка остались на месте и переглянулись,начиная по-тихому говорить о том,что видели и,кажется,придумывали свой план. Но это неважно–все,что важно,это извиниться перед Ди. — Дил!.. Фух.. Еле догнал тебя.. — Дилан остановился,а Лололошка согнулся,уперевшись руками в колени. Тяжело,больно. Из горла вырывались не вдохи и выдохи,а жуткие хрипы,осадняя горло,но это неважно. Названный поднял одну бровь,холодно смотря на друга и соседа по совместительству. — Что? — Я.. Я хотел извиниться. Я повел себя тогда плохо. — биолог сбито начал говорить,отводя взгляд и смущаясь того,что дошёл до этого только сейчас. С наступлением учебы сил не осталось,но он долго придумывал извинения,продумывал каждый вариант ответа синеглазого. Но никак не ожидал следующих слов: — Поздно,Лололошка. Мне уже все равно,что ты хотел сказать. Ты серьезно извиняешься после недели игнора? После того,как толкался,когда мы выходили из комнаты,после того,как ты грубил мне во время поездок,не отвечал,вырубал мне комп во время каток и просто,блять,издевался? Нет. Я не хочу с тобой общаться. По крайней мере не сейчас. Дилан быстро развернулся и зашагал дальше,накинув наушники обратно на голову. Лололошка опешил,чувствуя,как его тщательно выстроенный мир рушится. Дилан стал первым его лучшим другом здесь,он стал первым,кого он полюбил,а теперь он слышит от него это?.. Он не чувствовал боли,не чувствовал обиды или злости от его слов,а только бросился,как песик,за парнем,пытаясь поговорить. — Эй-эй,ты чего?.. Я.. Я ж-же.. Я не хотел!.. Пожалуйста,давай поговорим.. — он хотел приостановить Дилана мягким жестом,как делал всегда до этого–взял его мягко под руку и чуть притормозил. И неожиданно программист дернулся и вырвался из его хватки,смотря с какой-то ослепленной яростью. — ОТ-Е-БИСЬ! Что не понятно в этом слове!? Че ты пристал!? — отряхнув любимую толстовку там,где касался его Лололошка,с отвращением,Ди кинул на него последний ледяной взгляд и ушел. Развернулся и покинул его. Оставил одного.

Он боится одиночества.

Ло застыл,не чувствуя холода от резко подувшего ветра. Он чувствовал только боль,ужас,не верил в то,что все это реально..

Он боится одиночества.

По его щекам скатывались слезы,падая на асфальт,а он с приоткрытым ртом смотрел в удаляющуюся черную толстовку.

Это конец?..

Конечно конец. Не помня себя,шатен развернулся и пошел куда-то по дорожке направо,совсем не к остановке. Куда-то,куда тянуло сердце,куда глаза глядели,куда разум лежал. Он не видел людей вокруг,не чувствовал наступившего дождя,не видел чужие обеспокоенные лица,не слышал вопросов о самочувствии–бывший мироходец просто плелся вперед,смотря под ноги пустыми глазами,все еще не веря в реальность.

***

На мосту было холодно,ветренно и ни единой души–то,что надо. Дома его никто уже не ждет,даже его лучший друг,стоявший всегда за него горой. Никому он больше не нужен. И сердце кровью обливается,рвется на части и болит,как если бы его выдернули из груди с противным хрустом и бросили на пол,начиная дубасить по нему молотком и на последок потоптав его. Больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно

За что?

За твою грязную душу.

Ноги сами отпружинили от земли,руки сами перекинули его через ограждение моста,слишком мелкое и жалкое,чтобы спасти хоть кого-то от падения–при желании можно упасть прямо с ним,так уж оно сильно скрипело и шаталось. Да и низкое было. Теперь он,сняв свой шарф и оставив его на ограждении моста,собрался с мыслями. Все говорят “Это легко! Все совершают это сразу,не думая,просто мгновенно,импульсивно бросаются это делать!”, но это так не работает. Он простоял так три минуты,прежде чем разжать свои,словно окостеневшие,руки,которые жутко бил тремор от страха. Смерть. Она снова его ждала,но в этот раз будет больнее и страшнее. Лишившись единственной опоры,державшей его тут,он начал падать спиной вниз. Его белая толстовка развивалась на ветру от огромной скорости,которую он развил,волосы лезли в лицо по той же причине. Решив на последок почувствовать себя вольной птицей хоть раз в жизни, он раскинул руки в разные стороны,как смог,и смотрел в небо над головой. Дождь едва успевал долететь до него,а небо пестрило сегодня красками неожиданно сильно–рыжие,розовые,фиолетовые,синий,голубые и красные краски. Солнце откуда-то сбоку лезло и мешало взору,словно пытаясь спасти его,но уже поздно–все было предрешено еще его перелезанием. Хрупкое тело ударилось о гладь воды с силой,принесшей ему боль. Грудь пробило болью–на мгновение весь воздух был выбит из груди,а после он начал тонуть в реке. Из-за глупого тела он начал пытаться отдышаться после падения,но только глотал и вдыхал воду,делая себе еще больнее. Из-за вышедшего и после вытесненного водой воздуха,на грудь начало оказываться сильное,очень сильное давление. Больно так,будто тебе ломают все ребра. Лололошка видел свет наверху,на самом верхнем слое толщи воды,но тут,дальше внизу,было темно и больно. Он попытался дотянуться до света рукой уже почти в беспамятстве–как по инстинкту. Бесполезно. Постепенно стало хорошо. Ни боли,не давления,все неожиданно затихло и стало жутко спокойно.. Ни звука вокруг,ни давления,ни боли,ни обид,ни страха.. Разве это не блаженная безмятежность?.. Ему оставалось только прикрыть свои темные глаза,сливающиеся с речным дном,и умолкнуть навсегда..

***

В новостях показали о чужой смерти. Это первое,что прислали Дилану куча людей,с которыми он общался исключительно ради Ло. Он бы написал им на эту новость «И что?»,но имя,мелькнувшее в заголовке напугало. Лололошка. Что с ним? Он уже успел помочь кому-то и влезть в очередную передрягу? Из интереса он открыл статью. И да,отсутствию соседа он не удивился–тот часто пропадал у Шэрон,больше не предупреждая его. То,что он вычитал в статье – убило его. Это не мог сделать его Лололошка. Не мог! Руки вспотели,задрожали,глаза судорожно забегали по строке,уже в который раз ее читая снова и снова. Не может быть. Просто не может. Резко выключив телефон,Дилан выкинул его на свою постель,вскакивая с нее. Он больше не может здесь быть. Не может!.. Все здесь напоминало о Лололошке и о его вине перед ним. Это ведь произошло из-за его слов,да!?.. Да!?..

От стресса он потерял сознание,а через два дня пришел на тот же мост,где нашли Ло. Внизу,на земле,все еще были следы засохшей крови с головы второкурсника,ударившегося о дно реки в самом конце падения. Шарф его он нашел выше,и забрал себе,нося его теперь на шее как трофей. Все в мире стало из розовых оттенков приобретать даже не серые,а черные цвета. Это конец. — Мы скоро встретимся,Ло.. Подожди только,любовь моя.. С этими словами Дилан аккуратно снял с себя шарф,целуя его на прощание и оставляя на берегу,рядом с засохшей кровью хозяина вещи. А сам отправился покорять борозды речного дна,за Лололошкой.

Туда,где им хорошо.

Туда,где они будут вместе.