Проклятый цикл: Пророчество

      Утро встретило пронзительно ярким лучом солнца. Кажется, после вчерашней пробы алкоголя Кацуми даже ничего и не снилось, но ночные впечатления оставили неприятный липкий след стыда.       “Я опять опозорилась перед Мегуми” – подумала девушка и побрела из комнаты на веранду.       Ребята собирали вещи, складывая их в машину. Сатору сидел за столиком, не спеша попивая чай. Брюнетка посмотрела на берег, который был затянут тиной и мусором. По пляжу уже бродили работники, занимающиеся уборкой. – А я думал, ты не проснешься, – пропел Годжо и отпил чай, его повязка на голове была слегка сдвинута – Выспалась? – Да... А почему не разбудили меня?.. – девушка неловко пригладила растрепанные черные волосы. – Ну, у тебя вчера был насыщенный день. И ночь, да? – он ослепительно улыбнулся. – … В смысле? – осторожно уточнила девушка, положив руку на деревянные поручни. – Ну, что там тебе почудилось? – Я просто… почувствовала запах гнили и испугалась, что на нас нападут, запаниковала, – увильнула, сжимая и разжимая перекладину. – Да я не против твоей отважности, Кацу, но мне что-то подсказывает... ты не все мне рассказала. Откуда такая паника из-за простого проклятия, которое еще даже не должно родиться? – Сатору наклонил голову на бок, и белая длинная челка слегка прикрыла его лоб. – Особенно, если мы убедились, что тут ничего нет.       Кацуми тяжело вздохнула, ей вдруг стало невыносимо жарко, слова застряли в горле. – После того случая в школе, я беспокоюсь о том, что эти двое снова придут, – пробормотала девушка. – А почему тебя вообще это беспокоит? Я ведь с вами. Если меня не было в доме, это не значит, что я не был рядом, – почти лениво констатировал Сатору не сводя глаз со студентки.       Кацуми сглотнула. Ну почему он будто видел ее насквозь? Притворяется шутом, а на деле… – Мне снился не только пляж и… водоросли. На берегу я видела две фигуры, которые… я не уверена, это просто мои страхи, но что если? – Вряд ли даже Гето может проникать в твои сны. Это сомнительно, но я думаю, что ты могла увидеть что-то связанное именно с ним, – Сатору подпер руку кулаком и задумался на секунду. – Почему не сказала сразу? – Вы даже не дали мне слово вставить, когда я сказала про пляж! – Сенджу попыталась найти жалкое оправдание. – Но у тебя была куча времени, чтобы рассказать об этом позже, – беловолосый встал и подошел ближе, положил руку на перила рядом с ней. – Я не вижу причин, чтобы не доверять мне, но если они есть, скажи.       “Ну что ж такое, почему они все говорят о доверии?” – мысленно взвыла брюнетка и отвела взгляд на ребят, которые грузили чемоданы. На мгновение она переглянулась с Фушигуро, вчерашний разговор всплыл в памяти уколом вины. – Я доверяю, клянусь, просто… – она прикусила губу, подбирая нужные слова, но потом рискнула быть честной. – Я не привыкла к тому, что доверяют мне и… мне всю жизнь приходилось обманывать, недоговаривать, чтобы выжить.       Сатору помолчал, размышляя над этой информацией и отошел, чтобы не давить. – Ты должна понять, что я не хочу тебе навредить, Кацуми. – Вы используете меня… – прошептала она куда-то в сторону.       Сатору выпрямился, запустил длинные пальцы в волосы. – Знаешь, в жизни мало кого не используют, если уж на то пошло, но я не про это хочу сказать сейчас, – он присел на корточки чтобы взглянуть в ее глаза. – Твоя техника будет мучать тебя до конца жизни, пока ты действительно не сойдешь с ума. Но это только если ее не направлять в нужное русло.       Сатору был абсолютно серьезен. – К тому же, я не заметил, чтобы тебе не нравилась работа мага. На последней миссии ты, кажется, даже очень была вовлечена, не так ли?       Кацуми вспомнила задание с Нанами и тот внезапный азарт, который охватил ее, когда она шла по следу проклятия. – Или, если так хочешь, можешь вернуться к своей тете. Я не держу тебя насильно. Но разве тебе здесь плохо? – он кивнул в сторону ребят. – Я не хочу. Вряд ли она меня ждет. – Не ждет, Кацу. Нам даже не пришлось ее уговаривать, чтобы забрать тебя в наш “интернат”.       Кацуми сдержала всхлип. Что ж, раз уж на то пошло, она тоже почти не вспоминала о той, кто устроил ей “счастливое детство”. – Я… Простите меня, Годжо-сенсей. Я не буду больше ничего утаивать, обещаю, – промямлила желтоглазая, боясь посмотреть ему в лицо. – Не извиняйся, все мы люди, – он подмигнул, встал и потрепал по темным волосам. – Мне вот сегодня предстоит выдумывать, почему мы искупались за счет школы. – И за это простите… – Да ну, перестань, – беззаботно отмахнулся мужчина. – Эту миссию я включу в список своих самых любимых. Все, не раскисай, сегодня еще тренировки с новеньким арбалетом, не забыла?       “Я должна ценить все, что они для меня сделали”. – почти поклялась она себе в мыслях.       Поездку обратно девушка провела в своих мыслях. Годжо умел выбить почву из-под ног, чтобы на ее месте построить что-то свое. Слова о доверии и использовании, приправленные правдой, были жестокими, но освобождающими. ​      Кацуми больше не могла прикидываться жертвой. Ее не держат в плену, она сама сделала выбор остаться.       Как только маги вернулись, Годжо немедленно отправил студентов на полигон. Никаких обедов, наотдыхались уже.       Тренировка началась с жестоких изнурительных упражнений. Сначала Кацуми должна была бегать по кругу, используя только слух и инстинкт, уклоняясь от снарядов, которые бросал Юджи. Затем отработка приемов рукопашного боя с Нобарой, которая не знала жалости и пару раз едва не отправила Кацуми в нокаут. ​      К моменту, когда Сатору решил перейти к проклятому оружию, Сенджу была уже уставшей. Целью стал кусок старой мешковины, который висел на расстоянии двадцати метров и был пропитан крошечным количеством проклятия. – Смотри, – начал Годжо, а затем поправил себя. – Хотя, нет, не смотри. Чувствуй! Тебе нужно направить энергию в стрелу так, чтобы вы были одним целым. – Я никогда не стреляла, а тут еще и с закрытыми глазами… – пробормотала девушка, пытаясь сосредоточиться на пространстве вокруг. – О, поверь, с проклятой энергией это куда проще. Ты можешь управлять стрелой так, чтобы она попадала куда нужно, так что прицел не важен, – жестикулируя, объяснял сенсей. – Но для начала давай попробуем напитать кончик.       Он заставил ее сделать первый выстрел. Болт ушел влево и врезался в дерево. Сатору слегка хлопнул по ее спине ладонью, не грубо, по-учительски – Расслабься, ты слишком напряжена. Тебе не надо вкладывать физическую силу, помнишь?       Кацуми попробовала размять каменные плечи, закрыла глаза, отсекая все визуальные раздражители. Она видела мишень, нарисовав в воображении картинку, словно в игре, ощущая мир исключительно органами чувств, рассчитала дальность, а потом… почувствовала цель. Сквозь аромат она провела линию, видимую только ей и нажала на спусковой крючок.       ​Свист разрезанного воздуха, затем шлепок. ​– Отлично! – воскликнул Годжо. – Ты попала, но все еще чуть-чуть левее центра. Теперь вкладывай энергию во всю стрелу.       ​Следующий час превратился в изнуряющий цикл попыток. Кацуми стиснула зубы, руки дрожали, каждый вдох становился мукой. Энергия истощалась, замещаясь гневом. ​– Я не могу! Это не работает! Не получается управлять этой дурацкой нитью! – крикнула она в отчаянии, бросив арбалет на землю.       Юджи и Нобара, стоявшие поодаль, настороженно притихли. Мегуми, наблюдавший за тренировкой, не изменил выражения лица, но его внимательный взгляд, казалось, прожигал насквозь.       Годжо не рассердился, снял повязку и нацепил ей на глаза, туго завязав. – Что вы делаете?! – ошарашенно спросила Кацуми. Она ожидала, что из-за ее реакции тренировка, наконец, закончится. – Даю тебе последнюю попытку, – улыбнулся Сатору. – Либо ты используешь свое обоняние, либо... я разочарован.       Он поднял арбалет и всучил ей, затем взял измученную выстрелами тряпку и бесшумно переместился в другое место на поле, держа ее как матадор перед быком.       Кацуми была в растерянности, все молчали и смотрели, нервы начинали играть. Снова падать в грязь лицом? Ну уж нет. Это действительно последняя попытка. Попытка избавиться от стыда.       Девушка сжала рукоятку и сосредоточилась на своей технике. Перед глазами появился полигон, она слышала, как дышат ребята, слышала дыхание Годжо, чувствовала каждый запах и каждый шорох травинки. Но отделила эти звуки на задний план, повернулась прямо в ту сторону, где стоял учитель. – А если промахнусь? – боязно спросила она, направляя арбалет в сторону мужчины. – Тогда это будет на твоей совести, представляешь, какое горе? – заплакал беловолосый. – Вы с ума сошли? Я не могу! – Стреляй уже, а? – простонал Сатору.       "Ненормальный!"       Кацуми сжала губы, глаза начало печь. Она напитала снаряд энергией, максимально сфокусировалась и сделала выстрел по той траектории, которую начертила.       Стрела просвистела точно мимо Сенсея, попадая в жалкую тряпочку, пригвоздив ее к деревянному ограждению с звонким стуком. Сатору завопил, изображая, будто ему безумно больно, притворяясь, что стрела угодила в него. – О БОЖЕ! А-А-А-А!       Кацуми похолодела, руки задрожали. – Цирк, – хмуро процедил Фушигуро, отворачиваясь от этой карикатуры.       Нобара и Юджи тоже не сильно улыбались. Явно перебор. – Боже, ну ты умеешь испортить момент, Мегуми, – закатил глаза сенсей.       Кацуми испытала и злость и радость одновременно, она нахмурилась, отворачиваясь от сенсея. – Это вообще не смешно. – Да. Ну прости, не мог удержаться. Но ты попала в яблочко! Даже скорректировала движение наконечника, и попала, Кацу, – тяжелая рука упала на хрупкое плечо. – Заводишься, когда провоцируют? Метод рабочий. – Что за идиотский метод? А если бы я промахнулась?! – Ерунда, – промурлыкал он, утаивая свою технику безграничности, намеренно или ради шутки. – Придумал! Давайте поиграем.       Девушка хотела уже стянуть с себя повязку, но Годжо остановил ее, натянув обратно. – Не-а, тебе пригодится. Сейчас будем играть в прятки.       “Прятки?”

***

– Юко-сан, я хочу поиграть… – девочка захныкала, опираясь на диван локтями, глядя на женщину с платиновыми волосами. – Мне некогда, Кацуми, – ответила она, не обращая внимания.       Малышка уткнулась носом в диван. – Тогда отпусти меня во двор к друзьям, мне скучно.       Резкий хлопок книги заставил Кацуми напрячься, но лицо она так и не подняла, вдыхая запах обивки. – Я уже говорила тебе о тех несносных мальчишках, они тебе не друзья. Зачем я покупала тебе книги? Ты хочешь вырасти никем, чтобы потом что?! – взорвалась Юко и буркнула уже тише. – Оставить после себя обузу на чужую шею.       Девочка поднялась, сжимая губки в тонкую ниточку. – Но мне не интересно читать твои книги, я хочу играть в прятки! – она отвернулась, в карих глазах появился легкий блеск, руки скрестились на груди в протестующе-детском жесте. – Хорошо, давай. Ты прячься, а я буду тебя искать, – равнодушно отмахнулась тетушка. – Только прячься надежно, чтобы я долго искала. – Правда? Правда-правда?! – Кацуми буквально запрыгала от радости. – Один, два…       Девочка тут же заметалась по дому, в поисках укромного местечка. Она забралась в самую глубину кладовки, спрятавшись между коробками со старыми вещами.       Прошло всего пять минут, но для ребенка шести лет это казалось вечностью. Чтобы скоротать время, она полезла в короб и достала пыльную маленькую книжечку в мягком переплете и прочитала шепотом по слогам. – Ми-цу-ка Сен-джу «Су-хие цве-ты» – Кацуми долго смотрела на портрет женщины, изображенной на обложке.       Там была ее мама: темноволосая, кареглазая, с прямой челкой и длинными ресницами. Невероятно красивая и меланхоличная. Ее фотографию она видела только на кладбище. Юко почему-то никогда не выставляла дома ничьи снимки кроме своих. Это был сборник мини-историй и девочка принялась изучать первую из них.       Когда малышка поняла, что в прятки с ней никто не собирался играть, уже наступил вечер. Она еще раз посмотрела на обложку сборника и засунула его под футболку, чтобы незаметно прошмыгнуть в комнату и спрятать книжку. За которую ее позже накажут.

***

      “А ведь когда-то мои глаза были карими… Что, если однажды я ослепну навсегда?..” – мысль не успела развиться и была прервана.

***

– Эй, ау! – Кацуми получила легкий толчок в плечо от Нобары, Юджи махал перед ее лицом ладонью, несмотря на то, что на ней повязка. – А… я задумалась, извините… – пробормотала Сенджу. – Детский сад, – скептически бросил Фушигуро, скрестив руки на груди. – Не детский сад, а игровая форма обучения, – выдал Годжо, с поднятым пальцем вверх, словно был педагогическим экспертом. Хотя, наверное, он был. – Все в порядке, просто… вспомнила кое-что … – безрадостно сказала брюнетка, поправляя маску. – Я готова. А что делать?.. – Повторяю еще раз, – поучительным голосом начал Сатору, – Ребята прячутся, ты ищешь по запаху. Начали.       Беловолосый хлопнул в ладоши, студенты кинулись врассыпную. – Я, кстати, тоже прячусь, удачи. И не забудь посчитать до десяти, Кацу, – прозвучал улыбающийся удаляющийся голос .       “Ладно, соберись. Они будут играть честно.” – стиснув зубы успокоила себя девушка, и принялась считать до десяти в мыслях.       Затем она навострила нос и уловила самый узнаваемый для себя запах. Мегуми. Это слишком легко. Кацуми постаралась выделить остальных. Тонкий, пряный и сладкий аромат, смешанный с запахом лака для волос, повел ее к скамейкам. Нобара, увидев угрозу, попыталась перепрятаться, но «Око скверны» уже заработало. – Даже не пытайся, я тебе засекла, – строго сказала Кацуми, тыча в нее пальцем. – Ага, а теперь попробуй поймать, красотка, – Нобара вдруг состроила ей смешную рожицу и пустилась наутек.       Девушка растерялась, не ожидая такой подставы. Кажется, это было совсем не по правилам, но раззадорило. Брюнетка рванула за рыжей, полностью визуализируя движения подруги в воображении. Сатору, наблюдавший за ними с дерева, похихикал, но не вмешался.       Догнать Кугисаки было тяжело, она была в отличной физической форме, в отличие от Сенджу. Но, либо Нобара поддалась, либо просчиталась, брюнетка все же смогла ее осалить, интуитивно предсказав движения.       Следующая цель была близко, Юджи спрятался на крыше оружейного склада. Кацуми подняла голову, четко ощущая его сверху. – Я знаю, что ты там, сдавайся, – потребовала желтоглазая запыхавшимся голосом. – А ты сначала достань, – дразнился Итадори.       Кацуми тихо зарычала, но деваться было некуда. Тренировки Годжо были изнурительными и безумными, но всегда эффективными. Девушка нащупала каменную стену и полезла наверх, цепляясь пальцами за крышу. Нога оступилась, царапая коленку, но отступать почему-то не хотелось. Девушка подтянулась, на дрожащих локтях забираясь на крышу, но запах исчез. – Блядь, ты издеваешься, Итадори! – выругалась она и спрыгнула за ним, в пятки ударил ток, но это было неважно. – Вперед, Кацуми! – Нобара, как преданный зритель кричала с трибун.       Догнать Юджи было невозможно, и он, кажется, не собирался уступать вообще. Сенджу схватила по пути свой арбалет и побежала за парнем через весь полигон. Униформа уже прилипла к груди и спине, черные волосы, выбивались из хвоста, а в горле жгло. – Стой, иначе я буду стрелять! – А ты попади, слепая! – рассмеялся светловолосый.       Кацуми нахмурилась. Парень испытывал ее и она ощутила не просто азарт, а жажду победы, смешанную с гневом.       “Надеюсь, он знает, что делает. В любом случае, Годжо бы уже вмешался.” – подумала Сенджу и направила арбалет в сторону резвящегося на поле Итадори. – Я же выстрелю! – предупредила она, уже выстраивая траекторию в своем личном пространстве так, чтобы задеть только одежду.       “Лишь бы не промахнуться… Это безумие! Что я делаю?” – Ты блефуешь! Я знаю слабачку Кацуми, она бы никогда не осме… – свист заставил парня заткнуться. Крупное тело с грохотом оказалось прибитым к земле.       Чистый выстрел, почти идеальное попадание. За исключением того, что стрела попала в самый край униформы и этот дикий зверь сейчас вырвется. Кацуми бросила оружие и ринулась к Итадори, спотыкаясь об него, перед тем, как тот вырвался. Она кубарем прокатилась по земле, но осалила парня. – Афигеть, Сенджу, ну ты психованная! – восторженно крикнула Нобара.       Девушка, на ослабших руках приподнялась, вытирая пот со лба, сбито выдыхая. – Сама в шоке… – она повернула лицо в сторону Юджи. – Не ранила?.. Прости. – Нет, полный порядок! И за что извиняться? Это было так круто и неожиданно! Я чуть в штаны не наложил! – Кто еще из нас псих… – иронично пробормотала брюнетка и принялась цеплять носом воздух, чтобы унюхать самого сложного для нее “игрока”.       Она поняла, что Сатору нужно было искать первым, чтобы не перенапрягать себя, но этот тактический просчет тоже стал частью обучения. Годжо скрывался. Уловив слабый, едва ощутимый запах, отдаленно напоминающий грозу, девушка, словно поисковая собака, прошла мимо развалившегося на траве Итадори.       Сенсорные чувства так напрягались, что картинка плыла перед глазами радужными бликами. Она, ковыляя, прошла сначала к забору, но поняла, что там старый отпечаток, двинулась к дереву, но и там след простыл. Девушка нахмурилась.       “Он меняет места…” – уверенно подумала она.       Втянув носом воздух, она пошла через полигон. Юджи и Нобара, затаив дыхание, следили за тем, как однокурсница мечется из стороны в сторону, и за тем, как учитель с ехидной ухмылкой телепортируется туда-сюда.       Игра в кошки-мышки выжимала все соки и, наконец, девушка четко ощутила его присутствие и из последних сил ринулась на мужчину, боясь, что он исчезнет. Влетела в него так, что могла бы сбить с ног, если бы не его безграничность. – Аккуратнее, а то нос расшибешь, – посмеялся Годжо, и придержал ее плечи. – Ну что, самое сладенькое на потом оставила?       Кацуми едва стояла, коленки дрожали, мышцы изнывали, а глазные яблоки ощущались как стекло под веками. Она игнорировала его дразнилки. Было не до шуток. – Эй, может, хватит? Ты и так очень хорошо поработала сегодня. – Я доиграю, – заявила она с неожиданной даже для себя мрачной решимостью и отошла от мужчины, чувствуя четкий запах бергамота и древесины.       Нет, не только потому, что она хотела что-то доказать им всем, и не чтобы проявить себя. Просто впервые в жизни для нее игра в прятки была настоящей. Можно было это назвать исполнением детской мечты. Самоповреждающим, но желанным исполнением.       Тело, ведомое обонянием, повело ее в дальний угол, где громоздились старые деревянные ящики и поддоны. Голова разрывалась от реальности и воображения, но Фушигуро был здесь, и он ждал. Кацуми остановилась, чтобы перевести прерывистое дыхание. – Мегуми, – голос был хриплым от усталости. ​– Я здесь.       ​Никакой насмешки, никакого снисхождения. Просто факт и своеобразная форма уважения к ее технике. ​– Сдавайся. ​– Ты должна меня поймать, Кацуми. Правило. – Не было такого правила! – Но ты всех осалила, а я чем хуже? – Мегуми говорил так спокойно, что разжигал ее огонь еще сильнее.              “Ладно. Хочешь чтобы я тебя потрогала? Хорошо.” – разгневанно подумала брюнетка.              Это было последнее испытание, и она знала, что он не даст ей просто дотронуться до себя. Кацуми втянула ноздрями воздух, отчаянно пытаясь уловить малейшее движение. Она вспомнила, как однажды уже предсказывала движения проклятий по траектории проклятой энергии, но ее бы просто не хватило на этот маневр. Слишком сильно истощила свои запасы.       Сенджу почувствовала, как Мегуми напрягся и приготовился к минимальному, но невероятно быстрому уклонению. Он собирался сделать шаг в сторону, который она не услышит и не увидит, поэтому нужно было работать на опережение.       Адреналина больше не было, Кацуми работала на нервном, выжигающем мозг и глаза упрямстве, на желании выиграть свою первую игру.       Девушка сделала резкий выпад влево – Мегуми вильнул вправо. Кацуми поддалась вперед не только ради тактики. Ноги уже и правда не держали. Она неминуемо летела лицом в землю, и Фушигуро, как бы сильно ни сопротивлялся, все же подхватил. Ее пальцы скользнули по его плечу, касание, легкое и слабое, как перышко. – Осален, – прошептала она. ​      И в ту же секунду, когда игра была закончена, ее тело, работающее на пределе, отключилось. Голова повисла на его предплечье, повязка соскользнула с глаз, открывая пустые, непонимающие зрачки. – Это… грязный трюк, – прошипел Фушигуро.       ​Нобара и Юджи побежали к ним с криками, а Годжо, с легкой полуулыбкой, тут же исчез, чтобы появиться рядом. Мегуми, держа в объятиях обмякшую Кацуми, выглядел ошарашенным и злым одновременно. ​– Эй! Кацуми! – Юджи подскочил. – Во дает! Она в порядке? – Нобара глянула на абсолютно довольного сенсея. ​– Отличный финал! – прокомментировал Сатору, довольный зрелищем и скомандовал. – Мегуми, не стой столбом, неси ее в медпункт.       ​Мегуми, хмурясь, нежно, насколько это было возможно, подхватил ее под колени и спину и быстро, не сказав ни слова, направился прочь с полигона. На его лице читалась смесь беспокойства, недовольства и смущения.       Кацуми пришла в себя быстро, благодаря особым методам Секо. Но голова трещала, а зрение отсутствовало полностью. Иэйри осмотрела ее, проворчав что-то о “безумном наставнике” и дала ей капли, от которых глаза начинало слегка щипать.       ​Когда она вышла из кабинета, в коридоре ее ждал только Мегуми. Он стоял у окна, руки в карманах. Он тут же обернулся, глядя так, будто сейчас же прикончит ее на месте за безрассудство. – Ты в порядке? – неожиданный вопрос совершенно не сочетался с его выражением лица, хотя Сенджу, все равно бы не увидела. – Да, почти… – она попыталась ощутить пространство, вновь машинально применяя технику, но в голову ударила острая боль. – Ммм…       Кацуми схватилась за висок. – Глупо доводить себя до обморока из-за игры. У тебя что, тормозов нет? – Мегуми схватил ее за плечо и повел по коридору. – Еще и смухлевала. А если бы я тебя не поймал? – Я доверилась, – пояснила она, вслушиваясь в его реакцию. Примет ли он эти извинения за вчерашний разговор на пляже?       Но Мегуми не отвечал, он сжал губы, чтобы не ляпнуть что-нибудь о чем потом пожалеет. – И это не игра, а тренировка. Ты сам-то, до изнеможения тренируешься… – Нашла с кого пример брать, – фыркнул брюнет. – Я – это я. А ты… – А я – тоже я, – вырвалось из нее, прежде чем она поняла, что это абсурд. Спорить с Мегуми было все равно, что биться головой о стену. – Я просто хотела закончить. Это были мои первые прятки.       Мегуми покосился на нее. Взгляд вдруг был полон понимания. Ему тоже пришлось рано повзрослеть. Но парень отбросил сантименты. – Так себе опыт. – А мне понравилось, было даже весело, – с теплотой сказала Сенджу и, выдержав паузу, виновато добавила. – Прости, что тебе все время приходится меня таскать…       Фушигуро лишь ускорил шаг, чтобы побыстрее избавиться от источника необъяснимого дискомфорта, который слишком много болтал.       По приходу в общежитие, Кацуми ощутила присутствие кучи людей в общей комнате. – …поэтому завтра всем быть в строю, – закончил Сатору и обратил внимание на дверь. – О, а вот и наша звезда! – Лосось! – Инумаки махнул рукой в знак приветствия. – Я тоже хочу поиграть! – раздался низкий голос Панды. – Я бы посмотрела, как она найдет меня, – хмыкнула Маки.       Сенджу захотелось забиться в угол, она не видела, но буквально чувствовала на себе эти взгляды. – Эй, это наша Ищейка, так что обломитесь, – Нобара закинула ногу на ногу, и высунула язык. – Кацу, у тебя тут очередь из желающих, – Сатору подошел поближе, вглядываясь в ее белесые зрачки. – Ты как? – Все болит, но.. Ходить могу, – тихо ответила девушка, глядя мимо сенсея. – Вот и молодец. Думаю тебе лучше передохнуть пару дней. – А как же субботник? – неуверенно спросила она, чувствуя неожиданное разочарование вместо облегчения.       В комнате послышались смешки. Кажется, это название носило сугубо юмористический характер, брюнетка замялась. – Профилактическая инспекция периметра! Запомни, иначе директор Масамичи будет в бешенстве, если ты назовешь плановую операцию “субботником.” – посмеялся сенсей и сжал кончик ее носа, заставив вздрогнуть. – ПИП. Сокращенно. Это чтобы точно запомнила.       Сатору не обратил никакого внимания на ее ошарашенное выражение лица и выпрямился. – Если ты так жаждешь кромсать проклятия... – мужчина оценивающе глянул на ее состояние, но ему нравилось то, что она проявляла инициативу. – Завтра решим, ты мне живая нужна!