Wait For Me

23 июня, 2023. И вот он снова сидит – один-одинёшенек – всего в полуметре от проржавевших прутьев облезлого ограждения, которое будто специально создано, чтобы не дать свалиться вниз. Хотя сейчас, если честно, он бы не возражал. Иногда ему кажется, что сорваться вниз было бы проще, чем продолжать вот так сидеть и дышать. Но нет. Он не решится. Никогда. Как бы ни крутил это в голове, как бы ни представлял – всё равно не сможет. Да и толку? Упадёшь неудачно, останешься жив, искалеченный, никому не нужный. Сломаешься не телом – головой. Этого ещё не хватало. Ладно. Не об этом. – говорит себе. – Не сейчас. Но как не думать, если сидишь на том же месте, где всё когда-то началось? Он обещал. Сказал, что вернётся. Антон помнит это слишком ясно, чтобы назвать выдумкой. Скоро окончательно поеду крышей, – вспыхивает мысль, и он опускает тяжёлую голову на руки, плотно сжимая колени. С неба тянет тусклой серостью. Из него лениво осыпаются мелкие капли – холодные, прозрачные, равнодушные. Они разбиваются о кожу, оставляя липкие, неприятные следы. Похоже, небо и впрямь чувствует то же, что и он. Если бы его состояние передалось туда, дождь, наверное, стал бы кислотным – разъедающим всё, и снаружи, и внутри. Антон дёргано сжимает плечи, пытаясь обнять самого себя. И снова, не к месту, вспоминает то, что так долго и отчаянно пытался приглушить. – Посмотреть бы на себя сейчас со стороны… Мы бы тогда вдвоём, наверное, глупо поржали. А теперь вот я – тут, один, без тебя, прошу заметить. А ты… где ты? Не знаю. В том-то и дело – ты просто исчез. Интересно, это ты так вообще ушёл, или только от меня? ХХ июня, 2020. Вечер плавился на краях неба, растекаясь густыми полосами персика и серого. На крыше пятиэтажки пахло горячим железом и чем-то сладким – может, липой из соседнего двора. Саша сидел, болтая ногами над ободранным парапетом, а Антон лежал рядом, опершись на локти, и лениво следил, как облака ползут над домами. Время от времени его взгляд всё равно возвращался к Саше. – Ну и красотень! – выдохнул Саша, вдыхая полной грудью. Антон лениво поднял взгляд, улыбнулся одним краем губ, покачал головой. Атмосфера тут была какая-то особенная, непривычная. Ничего вроде не происходило, а внутри всё равно стояло какое-то лёгкое напряжение. Не то чтобы неуютно… скорее сдержанно, тревожно. Интересно, один я это чувствую, или Саша тоже? – мелькнуло у Антона. – И давно ты у нас экстремалом стал? – усмехнулся Саша. – По крышам лазишь, значит. Это вообще-то моя фишка – таскать нас по всяким дебрям. – Я про это место знал… всегда, – сказал Антон, чуть тише. – Просто одному ходить – не то. А теперь, с твоим появлением… ну, появилась возможность. Ты у меня, если честно, единственный. – Ха-ха… – добавил он, будто шутя, но сам чуть опустил глаза. – Это признание? – приподнял брови Саша. Антон промолчал. – Такая странная высота, – продолжил Саша после паузы, – будто свободная, но держит. Закат красивый. И мы тоже, между прочим, неплохие. Правда? Антон коротко хмыкнул и кивнул. – Надеюсь, ты будешь вспоминать это место только с хорошим чувством, – сказал Саша мягко, но уверенно. – Когда вдруг придёшь сюда один. И вспомнишь этот день. – А зачем приходить одному, если можно притащить тебя? – усмехнулся Антон. – Ааа, ну… да. Можно и так, – чуть растерянно сказал Саша. – Хотя… не всегда же получится. Но да, ты прав. – То есть уже морозишься? – Да нет же, Антош! – поспешно ответил он. – Клянусь, я не об этом. Я просто… Антон тихо перебил: – Однажды я пойму тебя. Саша посмотрел на него – взгляд получился немного растерянный и чуть печальный. Антон улыбнулся мягко, ласково, и постучал ладонью по бетону рядом с собой: – Иди сюда. … Голова Антона уже успела примоститься на плече Саши. Оба то смотрели вниз, то в медленно плывущее небо, то – случайно, – на друг друга. Саша возился в сумке, что-то тихо шаря внутри. Антон был уже на грани сна, но движение заставило его лениво приоткрыть глаза. Он сразу всё заметил. – Лежи, лежи, – спокойно сказал Саша, чуть наклоняясь ближе, будто предлагая плечо обратно. Антон, однако, отмахнулся, приподнялся и, опершись на низкие ржавые перила, уткнулся подбородком в руки. Закат бросал на его лицо мягкие оранжево-малиновые лучи, от которых веснушки казались ярче, волосы – чуть светлее. Вьющиеся пряди, длинные ресницы, уставший взгляд куда-то вдаль – в нём было что-то такое, что хотелось запомнить. Саша, держа в руках камеру, тихо присел на колени, поджал глаз, ловя ракурс. Пока Антон не заметил. Щёлк. – Ты чего делаешь? – тут же подался он. – Фото делаю. На память, – спокойно сказал Саша. – …Откуда у тебя вообще фотик? – Это полароид. – Не суть. – Нуу… – Саша вдруг поднёс палец к губам Антона, мягко прижимая. – Секрет. – Он сузил взгляд, стараясь не улыбнуться и не выдать смущения. – Ты чего?.. – Антон чуть смутился, щёки предательски порозовели. – Покажи хоть фото. «– Ну и идиот я… как ненавижу», – подсознательно ругал себя Саша, отвешивая воображаемую гору подзатыльников. Саша терпеливо вытянул снимок и протянул ему, сам украдкой глядя сбоку. – Неплохо, – сказал Антон, рассматривая. – Это всё потому, что там ты, – ответил Саша с лёгкой улыбкой. – Ты ракурс подбирал – ты и молодец. Саша промолчал, только улыбнулся краешком губ. – Давай вместе, – вдруг сказал Антон. – М? – не понял Саша, пока чудо-техника уже оказалась в руках друга. Пытаясь понять, как там фоткать, Антону всё-таки удалось сделать снимок. Немного размытый – ладно. Главное, какой. На фото: Антон с высунутым языком и спокойно-усталым взглядом, и Саша, имитируя поцелуй в щёку, придерживающий его за подбородок. Сбоку, как и на первом фото, была аккуратно написана дата маленькими цифрами. Но во внимание тогда она им не бросилась. – Ха-ха, ну и дебилы! – рассмеялся Антон, ожидая, пока фото проявится. Саша улыбнулся, тихо хихикая в ответ. – Забирай его себе, а я твоё оставлю у себя. – Моё? – удивился Антон. – И зачем тебе моё фото? – Да не то, что ты подумал. – А что я думаю… Попался! – Ха-ха, нет! – улыбнулся Саша. – Просто оставлю на память. Говорил же. Кстати, у меня не одна твоя фотка есть. – Ладно, поверю. Они тихо обменялись фотографиями, снова присев на корточки. – Эх, Антон… как ты… как я тебя… – Что? Договаривай. – Это мысли вслух! – Да ты блин издеваешься. – Ну, Тошенька… – ласково сказал Саша, обнимая Антона за талию и утыкаясь носом в тёплую худи на предплечье. Антон вздрогнул, но отталкивать не стал. Легко коснулся его в ответ. … – Ты же догадываешься, да? – шепнул Саша, их мизинцы слегка касались друг друга, слегка соприкасаясь. – О чём? – Ну, пойми меня… Вдруг между ними повисла долгая, неловкая пауза. – …Саша, я ничего тебе сейчас не скажу… Понимаешь, это всё очень нелегко… – Я понимаю. Саша не плакал. Ему хотелось. Он держался как мог. С каждой паузой становилось всё тяжелее – понимание того, что может наступить конец, кружило голову. – …Нельзя. Прости. Прости. Саша медленно поднялся, слегка встряхиваясь, предварительно заглянув в глаза Антону в почти полной темноте. Он, наверное, тогда не чувствовал ничего. И это было самым ужасным – ничего не чувствовать. – Уже поздно. Мне нужно идти. Спустишься со мной? – голос Саши дрожал, но он пытался этого не показывать, смотря в пол. Антон просто пошёл за ним вслед. Казалось, он тоже ничего не чувствовал. Прости. И ты меня прости. … С того дня Саша будто исчез. С тех слов, с того момента, с того вечера, когда они разошлись по домам. Как бы ни искал его Антон – всё было тщетно. Антону очень хорошо запомнились последние слова Саши: – Я вернусь назад, обещаю. Я постараюсь. Тогда Антон непонимающе поднял бровь, даже не представляя… «Я постараюсь…» 23 июня, 2023. Тусклые тучи постепенно расходились, оставляя после себя едва заметную влажную серость. Дождь, кажется, давно закончился. Глаза Антона – заплаканные, красные и слегка припухлые – с трудом осматривали всё вокруг, выискивая знакомое, но не находя ничего. Лёгкий лучик света. Точно такой же, как в тот день, пойманный и запечатлённый на его лице. Только теперь совсем другой. Чужой. Антон потянулся к своей сумке, осторожно доставая из закрытого на молнию кармана… фотографию. На снимке были два человека, которые казались знакомыми и одновременно чужими, будто это совсем не они. Рука непроизвольно сжалась вокруг снимка. Хотелось порвать его, разорвать навсегда, стереть воспоминание. Слёзы снова подступили, капли падали на мятый лист, растекаясь по бумаге, размазывая изображение. Антон смотрел мутными глазами, перебирая взглядом каждую деталь, в последний раз осматривая их лица. И только теперь заметил маленькие цифры внизу справа. Число стерто. Просто протёрто. Видно лишь «2020». Но это почти и не важно. Потому что память хранит совсем другое. Оно останется в памяти, свет, смех и взгляды, которых уже нет. … – Где бы ты ни был, надеюсь, моё фото всё ещё с тобой, – сказал Антон тихо, почти себе под нос. – Хранится где-то глубоко в сердце, туда почти невозможно достать, но так легко ранить. Он посмотрел на мокрый бетон под ногами. Фото, которое ещё совсем недавно было живым, полным воспоминаний, теперь лежало смятое, почти полностью промокшее. Антон медленно отступил от ржавого ограждения, ветер трепал волосы, а воздух пах дождём и чем-то сладковато-пряным – может, всё той же липой с соседнего двора. Подойдя к лестнице, ведущей вниз, он замер на мгновение, пытаясь запомнить этот момент. Он оглянулся на город, серый и размытый в последнем остатке света. Вдали крыши сливались с небом, а мысли метались туда и обратно, между «что было» и «что ещё может быть». – Ты вернёшься. И я всё ещё жду.