Может, мы встретимся вновь

Глава 2. Между гранью безумия Когда с разведкой было покончено, наша группа вернулась за стену. Приятный аромат леса до сих пор преследовал меня, и желание остаться не умолкало. Хотелось бы быть вдали от этого места, охотиться и связать свою жизнь с лесными жителями. Однако долг перед народом был куда важнее моих нелепых желаний. Интересно, что сделает отец с пленницей? Допросит сразу? Бросит за решётку? Нужно разузнать. Всё зависит от того, кто она. Хоть наш клан и не отличался добротой, долг перед предками обязывал нас не допускать бойни без ясной на то причины. После тренировки я сменила одежду и пошла прямиком к отцу. Мышцы немного болели от сильной нагрузки, а от удара моего драгоценного учителя, губа была разбита. Но здесь лишь я виновата. Нужно было быть внимательнее. Наша крепость была построена из обломков, а главная башня возвышалась на холме. Предки явно считали себя богами, раз решили так себя возвысить. И отныне все Главнокомандующие жили в ней. Преодолев около сотни ступенек, я наконец увидела отца. Его взгляд, как обычно, был сосредоточен, а в ножнах красовался острый клинок. Этот меч передавался от одного Главнокомандующего к другому. Всё, безусловно,зависело от того, кто победит на Кровавой бойне. Обычно это не были наследники Главнокомандующего. Всё по ситуации. Но отец желал увидеть на своём месте лишь меня. Не из-за сильной привязанности, безусловно, а лишь потому, что знал, что я лучше и умнее всех. — Тарин, дочь моя. В кои-то веки решила навестить родного отца, – холодно заметил он. Его чёрная борода достигала груди, а широкие плечи и грозный взор могли устрашить любого. — Хочу спросить, что будет с пленницей. — Почему тебя интересует её судьба? — Я её нашла, - по-прежнему холодно отвечала я. — Твой улов оказался великолепен. Она из сопротивления, - издевательская усмешка. Ненавижу. — Убить её было бы верным решением. — Ничему я тебя не научил, дочь. Он с притворной досадой опустил свой взор. — О чём ты? — Эта девушка может что-то знать. Возьми её под свою временную опеку. Разузнай что-нибудь. — Вместо того, чтобы действовать, ты посылаешь меня делать унизительную работу. Допрос – дело твоих людей. — Ты – мой человек. И пока не являешься Главнокомандующей, будешь исполнять мои приказы. Поняла? – он повысил голос, от чего я притихла. Но не от страха, а от нежелания продолжать этот диалог. — Да. Значит, я её надзиратель? — Именно. Выжми из неё все соки, докопайся до истины, а после убей. Легче лёгкого. Мне не впервой приходилось кого-то убивать. В десять лет мои руки уже были запятнаны кровью одного мальчишки. Тот был на три года старше, но казался совсем бесполезным куском дерьма. Даже его мать не пришла на сожжение тела. Зайдя в камеру, где лежала заключенная, я едва могла сдержать отвращение. Девушке на вид было лет девятнадцать, волосы всё так же запятнаны кровью, а руки в царапинах. Стоило их, конечно, перевязать, а то никакого допроса не получиться. — Вставай, - громко сказала я. Но та даже не пошевелилась. Тогда я подошла к блондинке и насильно подняла. В её глазах читалась ненависть, а в моих -презрение. Как же иначе, мы друг-друга уже терпеть не могли. Я усадила её на деревянную скамью и достала из кармана повязку. Девушка попыталась выдернуть руку, но я не позволила. Ещё чего удумала. — Хочешь выжить, тогда не дергайся. — Иди к черту. — Рада, что ты говорить умеешь, значит, информацию из тебя выбить получится. Неожиданно я почувствовала сильную боль и оказалась на полу. Блондинка ударила меня чем-то тяжелым по голове. Скорее всего, камнем, который был спрятан под одеждой (мои догадки). Тогда мне пришлось разговаривать с ней по-другому. Поднявшись, я сбила её с ног и повалила на каменныйпол. Глаза девушки горели адским пламенем, а руки пытались нанести мне удары, но я и их обезвредила. — Чтоб ты сдохла, - выпалила она. На что я лишь сильнее придавила её своим телом к полу. — Поверь, об этом многие мечтают. Ты не первая. Она не ответила, сдавшись. — Веди себя покорно. Иначе познаешь гнев отца. И мой. — Главнокомандующий мне не хозяин. — Он всем хозяин.