Как ушёл этот мир

Ты не спишь так долго, и взгляд твой обрёл необыкновенную глубину и ясность. Звëзды погасли навсегда, но пока остаются — твои глаза. В аметистовом тумане, на скале средь безбрежного простора слабо горит, печально светится последний огонь этого мира. Твой костёр. Ты видела, как за край моря навеки ушло Солнце — могучий всадник в золотом доспехе. Белоснежный конь умчал его в бездну, за рдяно-рыжей гривой летел шлейф искр, рассыпавшихся по горбатым спинкам волн. Туда же ты проводила Луну — величественную деву с сокрытым серебристой вуалью лицом. Перламутром отливали её длинные одежды, тонко и сладко звенели на запястьях браслеты. Громыхая металлом, скрежеча зубами, опрокинулся в ничто и никуда краснолицый Марс. Алый гребень на его шлеме напомнил тебе о зорях, которые ты встречала и провожала здесь столько веков и дней. Меркурий, лукав, переменчив, подвижен — и в том постоянен — жëлто-зелëными бликами оставался на ветрах и водах ещё какое-то время, пока не растаял, не исчез совсем. Юпитер шествовал, как царь, в пурпуре, и пустота с тишиной стали последними и самыми торжественными гимнами ему. Твоё сердце встревожилось, когда мимо проходила, роняя розы, Венера. Ни ароматов, ни красок жизни давно не было нигде, кроме как в ней, и всё забирала с собой — нежность нетронутых лепестков, свежесть яркой молодой зелени, раскрытость цветка и жадность страсти. Наконец, замыкая невидимую цепь, запирая неведомые замки, гигантскими шагами меряя рассеянное пространство, к пределу подошёл и скрылся за ним угрюмый старец Сатурн. Чëрный серп завис над миром, но, как сон, миновали оба. Бесслëзно оплакав уход правителей мира и судеб, ты протягиваешь руки к воде и огню. Долгожданный предрассветный сумрак гасит твой костёр. С новым и первым вздохом ты наконец закрываешь усталые глаза.