День совсем не Святого Валентина

      На День Всех Влюблённых Чарли решила организовать для жителей отеля локальную вечеринку.       Вообще-то, обычно этот праздник не особо отмечался в Аду, особенно среди грешников: мало кого из живущих здесь демонов интересовала настоящая любовь. Одни были слишком заняты другими делами и вопросами; другие были навсегда разлучены со своими вторыми половинками, проводив их в Рай; третьи просто-напросто утратили веру в любовь после долгих лет жизни в Преисподней. Словом, День Святого Валентина был последним из празднеств, о котором здесь вспоминали.       Но юная принцесса Ада посчитала подобное мероприятие прекрасной идеей для сплочения коллектива и поднятия всеобщего духа — и остальные постояльцы её отеля не смогли с ней не согласиться. В конце концов, они заслужили немного веселья и отдыха, а повод был уже не так важен.       Как и положено организатору хорошей вечеринки, Чарли заранее объявила дресс-код: все посетители должны были одеться в красно-чёрную гамму. Свой выбор цветового сочетания принцесса никак не объяснила, но он пришёлся её друзьям по вкусу, поскольку многими из них был излюблен и часто использовался в их повседневных нарядах. Исключение составлял разве что никто иной как владыка Преисподней, имевший привычку облачаться в совершенно не подходящие адской мрачности светлые оттенки — но он не стал спорить с любимой дочерью и принял её идею с энтузиазмом.              Долгожданный праздник сопровождался приятной музыкой и непринуждённой обстановкой. Аластор, последний раз с довольным видом оглядев себя в зеркало, чуть поправил красную бабочку на шее и удовлетворённо кивнул. Всё-таки, в умении находить первоклассных портных ему не было равных! Элегантный чёрный фрак отлично подчёркивал статную фигуру, полосатые классические брюки идеально сидели на стройных ногах, а небольшие детали в виде пуговиц-сердечек и открытых шовчиков на рукавах прекрасным образом разбавляли строгость образа, придавая ему лёгкую нотку игривости.       Нотку, которую кое-кто конкретный наверняка сегодня высоко оценит.       Мотнув головой, чтобы прогнать столь неуместные сейчас мысли, демон спустился в холл, где остальные постояльцы уже вовсю оценивали наряды друг друга. Пройдя в общую зону, он оценивающим взглядом огляделся вокруг и… мысленно хлопнул ладонью по лицу.       Ну конечно, и чего он ожидал от Ада? Культурной сходки с дамами в пышных бальных платьях и господами в вечерних смокингах?       Словом, одежда всех остальных посетителей тусовки представляла собой настоящее торжество бесстыдства. Девушки, словно сговорившись, облачились в бельевые корсеты в сочетании с высокими чулками и полупрозрачными мини-юбками; от них недалеко ушёл и Энджел Даст, а Хаскер и вовсе решил по давней привычке не утруждать себя придумыванием какого-либо верха и просто натянул какие-то кожаные ремни на пушистый голый торс.       Не хватало пока лишь одного гостя, появления которого, если честно, Аластор ждал больше всех.       Быстро отведя взгляд от всего этого безобразия, демон постарался не сосредотачивать своё внимание ни на чьём одеянии и вместо этого с уверенностью направился к бару. На одном из стульев сидел звезда-паучок, почти неприкрыто заигрывая с барменом.       Подойдя к стойке, радиоведущий услышал присвистывание, отчего чуть раздражённо дёрнул ухом.       — Ого, да ты сегодня такой секси, улыбашка! — бесстыдно прокомментировал Энджел, отрываясь от беседы с Хаском и с интересом осматривая подошедшего. — Костюмчик что надо! Тебе идёт чёрный.       Он игриво подмигнул, а затем протянул свою ладонь Хаску, требовательно потирая пальцы. Тот хмыкнул и, почему-то тоже улыбаясь, вложил в чужую руку пару купюр.       — Что это значит? — ощутив, как слегка дрогнуло собственное веко, сухо спросил Аластор.       — Мы поспорили на твой костюм, — фыркнул бармен. — Я был уверен, что ты не станешь запариваться и придёшь как обычно. Твоё пальто ведь и так красное.       — А я говорил, что ты не упустишь возможность как-нибудь выпендриться — и оказался прав! — самодовольно протянул паучок. — Ну ещё бы, не так-то ведь просто привлечь внимание самого Л…       Хаск с силой пихнул своего спутника локтем, и тот осёкся, тут же прикрыв рот аж тремя ладонями. Вокруг Аластора на мгновение вспыхнула парочка Вуду-символов, и бармен напряжённо сглотнул.       — Побегу-ка я! — бросил Энджел, соскочив со стула и манерно отсалютовав. — Всем чао, котики.       Он скрылся из виду быстрее, чем Аластор успел что-либо сказать, и демон, вздохнув, попросил налить ему виски. Несколько минут прошло в тишине, но спокойствие длилось недолго, поскольку вскоре к бару подошла Чарли.       — Привет, Ал! — радостно поздоровалась она, приобняв чужие плечи. — Чудесно выглядишь!       — Взаимно, дорогая, — Радиодемон сделал дежурный ответный комплимент, хотя подобное мнение было не до конца честным. — Как твоё настроение?       — Ох, просто отличное! Уже не терпится показать всё папе, — она присела на соседний стул. — Знаешь, я хотела попросить тебя кое о чём. Это очень важно.       — Конечно, дорогая. С радостью помогу тебе. Ты ведь знаешь, что можешь рассчитывать на меня в любом вопросе.       — Спасибо, Ал! — принцесса вся светилась изнутри. — Но в данный момент речь не совсем о помощи. Я просто хотела попросить тебя постараться не ссориться с моим папой в этот вечер. Я знаю, что вы не очень ладите, но попытайтесь хотя бы сегодня не нарушать дружелюбную обстановку, хорошо?       На мгновение демон замер, коротко скрипнув статикой. О, если бы только юная Морнингстар знала специфику их с её отцом взаимоотношений.       — Ну разумеется, — отмерев, кивнул ведущий. — У меня и в мыслях не было ругаться с твоим папочкой. К тому же…       Любые мысли вдруг резко вылетели из головы, и Аластор вновь застыл, будто в свете фар. Его немигающий взгляд устремился куда-то за плечо собеседницы, и та, обернувшись, восторженно всплеснула руками.       — О, папа, а вот и ты! Наконец-то! — она соскочила с места, чтобы обнять отца, и тот, весь светясь от гордости, наделил её ответными объятиями. — У тебя просто чудесный образ! Я так рада, что ты тоже поддержал мою задумку с дресс-кодом.       — Не мог не поддержать, яблочко моё! У тебя всегда чудесные идеи, — всё ещё прижимая дочь к себе, король метнул полный довольства взгляд на Аластора и коротко подмигнул.       Ох, чёрт.       Чёрт.       Твою-то мать.       Или у Дьявола нет матери? Неважно.       Люцифер явно хотел его убить.       Его одеяние, в отличие от всех остальных посетителей этого неоднозначного мероприятия, нельзя было назвать откровенно пошлым. Но и приличным охарактеризовать этот выход никак не поворачивался язык. Где-то проходила эта тонкая грань между отталкивающей эротикой — и сводящий с ума пикантностью, за которую демон-олень был готов прямо сейчас продать душу во второй раз. Он обожал владыку за это.       И, боги — Аластор был уверен, что Люциферу идут лишь светлые оттенки, но сегодня оказалось, что он идеален в любом цвете.       Ощутив, как собственное лицо предательски заливается краской, Радиодемон отвернулся к стойке и уткнулся взглядом в бокал.              Люцифер прекрасно знал, какой эффект его костюм произведёт на строптивого оленя. И реакция действительно стоила всех стараний.       Чарли упорхала куда-то в холл, громко выкрикивая имя своей возлюбленной, а король направился ближе к бару, имея наконец возможность более внимательно рассмотреть костюм управляющего, что столь не вовремя решил прервать зрительный контакт.       Правитель изящно приземлился за соседний стул и откровенно уставился на своего визави. Ох, Аластор. Как и обычно, скрыл от чужих глаз абсолютно всё, что можно было скрыть: каждый сантиметр его гладкой коричневой кожи был спрятан дорогой плотной тканью, даже воротничок прочно прилегал к шее, так и глася: «Я — неприступная стена, и любая попытка нарушить мои границы грозит мучительной смертью».       И как же это заводило. Лишь Люциферу одному было доступно худощавое, великолепное тело этого грешника. Лишь Люцифер имел право срывать эту пижонскую одежду ко всем чертям, не оставляя оленю никакого другого выбора, кроме как смириться с её печальной судьбой.       Аластор прекрасно понимал, в какую игру они оба играли. И сегодня он также прекрасно понимал, что король не сможет не обратить внимание на безупречный крой чёрного фрака, акцентуирующий внимание на всех восхитительных особенностях его худощавой фигуры.              — Извините, мистер. Вы один здесь отдыхаете? — глубокий голос владыки прозвучал над оленьим ухом, словно раскат грома средь ясного неба, отчего пушистый атрибут слегка дёргулся.       Банальнейшее начало диалога у бара, но, если честно, в данный момент Люциферу было абсолютно плевать.       Три минуты. Он ставил на три минуты и ни секундой больше — такого количества времени будет достаточно, чтобы один из них сорвался и перенёс обоих в их общую спальню.       Аластор негромко прочистил горло.       — Отдыхаю один и предпочел бы избежать общества всяких непристойных особ, — ответил демон слегка зажато.       Люцифер усмехнулся и, как ни в чём ни бывало, посмотрел по сторонам.       — Не вижу здесь таковых, — заключил он через пару секунд и придвинулся ближе.       Радиоведущий напряжённо сглотнул и непроизвольно попытался отстраниться, но внезапно ощутил хватку на своём запястье. И вновь чужое дыхание обожгло чувствительное ушко.       — Нам обязательно соблюдать формальность в виде праздной беседы у барной стойки? — прошептал владыка лукаво. — Или без лишних растрат времени перейдём к более интересной части?       Оленьи уши опустились к голове, и Аластор повернул голову вбок, прикрывая лицо ладонью.       — Перестань, — даже не пытаясь сохранять маску отстранённого безразличия, коротко буркнул демон. — Мы на глазах у всех. К тому же, праздник в самом разгаре. Мы не можем просто так уйти.       Люцифер несколько секунд что-то демонстративно обдумывал, а затем, ещё раз хмыкнув, склонил голову набок, сверкая лукавством в глазах.       — Что ж, в таком случае, мне придётся начать распаковывать тебя прямо здесь, — его шаловливые руки уже потянулись к чужому галстуку-бабочке.       Аластор напряжённо дёрнул ушками.       — Это ещё почему…? — кашлянув, он аккуратно обхватил запястья короля, отодвигая от себя. — Что ты делаешь?       — Я? — невинно переспросил искуситель. — Хочу освободить хотя бы маленький кусочек тебя от давящих оков одежды. Ты чересчур зачехлён, и как король Ада я обязан позаботиться о бедном грешнике и сделать всё, чтобы помочь!       Удовлетворённо ухмыльнувшись, он приподнял одну бровь.       — Так что выбор за тобой, — продолжил владыка уже более серьёзно. — Либо я снимаю с тебя половину твоей упаковки прямо здесь, либо мы делаем это в спальне.       — Речь ведь шла о маленьком кусочке, — пытался парировать Аластор. — Так уж и быть, вы можете расстегнуть на мне одну пуговицу, коль уж так угодно, Ваше Величество.       Люцифер покачал указательным пальцем.       — А-та-та. Я с грешниками не торгуюсь.       Владыка видел пожирающий взгляд, которым демон на него смотрел и который столь безуспешно пытался скрыть. Видел его вздрагивающие уши и тяжёлые сглатывания. Видел, как длинные коготки нервозно поправили галстук, несмотря на горделивую осанку, что неизменно оставалась при Аласторе.       Безусловно, демон умел держать лицо. Но сейчас маска самоуверенности и недоступности ювелирно рассыпалась прямо у Люцифера на глазах.       — Чёрт… Х-хорошо, — наконец выдохнул радиоведущий.       Владыка хищно улыбнулся.       Две минуты. Хватило двух минут.              С помощью портала он быстро и незаметно перенёс их в номер, который раньше был комнатой Люцифера, но с некоторых пор превратился в их негласную совместную обитель, полную неожиданных контрастов. Хаотично разбросанные по полу резиновые уточки оттенялись чопорно расставленными по полкам граммофонными пластинками и расположенными в алфавитном порядке книгами; светлое сочетание белого, светло-жёлтого и конфетно-розового цветов в интерьере разбавлялось насыщенно-бордовым велюровым креслом; а огромная кровать, заполненная кучей ярких декоративных подушек и мягких игрушек, была завешена тёмно-красным балдахином. Именно в эту чудесную кровать и телепортировался владыка Ада вместе с управляющим отеля.       Усевшись на краешек рядом с главным объектом внимания, Люцифер без лишних слов принялся раздевать своего чинного спутника, начав с галстука и воротничка. Аластор сидел молча, лишь слегка дёргая оленьим ушком, но король прекрасно слышал его бешено колотящееся сердце. Открыв взору элегантную шею, Люцифер тихо усмехнулся, заметив на серой коже парочку ещё не заживших до конца следов любви.       — Так вот почему ты так любишь эти свои дурацкие стоечки, — фыркнул владыка, проведя по одному из засосов подушечкой пальца.       Демон вздрогнул.       — Всего лишь не хочу показывать дурной пример нашей драгоценной Чарли.       Люцифер лишь рассмеялся.       — Она не ребёнок и живет в Аду. Думаешь, парочка скромных следов способна её смутить? — словно назло он потянулся ближе к этой шее, прислоняясь к ней губами, пока шаловливые руки уже стаскивали с худых плеч фрак.       Аластор издал поистине олений звук, когда чужие горячие губы втянули нежную кожу, пуская по ней жгучую волну удовольствия вперемешку с лёгкой болью. Довольный реакцией, Люцифер улыбнулся в поцелуй и чуть более резким движением потянул чужой пиджак, когда Аластор вдруг отстранился и посмотрел на короля с недовольством.       — Можно ли поаккуратнее? Это ручной пошив на заказ, очень кропотливая работа! — его щёки уже были залиты красным, но он всё ещё старался держать лицо.       Люцифер примирительно приподнял ладони.       — Ох, прошу прощения, моя вина.       О, это было настолько в его духе. Аластор всегда отбирал у Люцифера собственную спешно стянутую проворными ручками одежду, не позволяя бездумно раскидывать её вокруг кровати, вместо этого педантично складывая аккуратным квадратиком и оставляя на стуле. Что ж, стоило отдать дань уважения сегодняшнему наряду демона, поэтому король принялся с преувеличенной аккуратностью избавлять партнёра от оставшихся предметов гардероба, абсолютно никуда не спеша, иногда прерываясь, чтобы рассмотреть те или иные детали чужого костюма. Сначала были медленно отцеплены подтяжки с застёжками в виде сердечек, затем — расстёгнуты маленькие милые пуговицы, а чуть позже к отложенным в сторону вещам присоединились и брюки. Казалось, прошла вечность, прежде чем Радиодемон оказался полностью обнажён. Его пушистый хвостик нетерпеливо метался из стороны в сторону, а извечная улыбка в кои-то веке выглядела по-настоящему искренней.       Но на этом Дьявол не остановился. Сверкнув недоброй хитринкой в глазах, он собрал чужую одежду в кучку и, поднявшись с места, подошёл вместе с ней к стоящему чуть поодаль креслу. Задумчиво осмотрев велюровую обтяжку, он принялся демонстративно располагать предметы одежды на спинке, расправляя каждую складочку и в буквальном смысле сдувая пылинки. Лукавый взгляд золотистых глаз то и дело на мгновение метался к демону, проверяя его терпение.       — Люци, — не выдержал наконец радиоведущий.       — Что такое, Ал? — владыка невинно похлопал глазками. — На твоём чудесном костюме осталось ещё несколько ворсинок, их необходимо убрать!       Со спокойствием, которому мог бы позавидовать любой грешник, Люцифер вернул всё своё внимание злополучному пиджаку и продолжил скрупулёзно высматривать на чёрной ткани лишние объекты.       Тихо рыкнув, Аластор подорвался с кровати и в два широких шага оказался возле кресла. Схватив костюм, он с какой-то особенной обидой отшвырнул его в сторону, а затем толкнул в это кресло не успевшего ничего сообразить партнёра. И хотя в глазах Люцифера на секунду мелькнуло удивление, он ничуть не растерялся — чёртов искуситель только плюхнулся в объятия бархатной ткани, а на его лице уже играла почти хищная ухмылка, от которой все внутренности Аластора скручивались и пускались в неконтролируемую дрожь.       Полностью нагой демон, тяжело дыша, резко раздвинул колени короля и уселся на пол возле его ног, неотрывно пиля взглядом виднеющийся из-под ткани топа участок белоснежной кожи. Это было просто что-то невозможное: похабный вырез, демонстрирующий идеально-плоский живот владыки, так и кричал о кое-чьих намерениях напрочь свести Радиодемона с ума. И это, чёрт его дери, работало — хотелось облизать Люцифера с головы до ног, словно самый сладкий леденец. Никогда ещё Аластор не замечал в себе столь откровенных плотских желаний. Но, чем дольше он знал Люцифера, тем ярче с каждым днём осознавал, насколько же сильно хочет его. Целиком и полностью. Хочет его душу, обволакивающую своим удивительным и таким несвойственным для Ада теплом. Хочет его безграничную, искреннюю, кружащую голову и такую невероятную любовь. Хочет предметы его творений, начиная с милых резиновых уточек и заканчивая блинчиками, в которые тот специально для него добавлял кусочки сырого мяса. Хочет его тело, на котором столь идеально расцветали небольшие золотистые царапинки от острых демонических когтей. Хочет отдать ему во владение своё собственное тело, а заодно и душу.       И да. Хочет его член.       Иррациональное, неправильное желание для того, кто ещё совсем недавно считал себя незаинтересованным в подобных вещах. Что поделать: он повёлся с создателем первородного греха. Так что это вовсе не его вина, правда ведь? Во всём виноват совратитель Люцифер.       Демон припал губами к открытому животу, с упоением выцеловывая каждый доступный сантиметр, вырывая из партнёра одобрительный гортанный выдох. Аккуратные чмоки покрывали фарфоровую кожу, иногда сменяясь короткими полизываниями. Люцифер в абсолютном расслаблении развалился в кресле, явно никуда не торопясь, но у Аластора были другие планы.       С почти детским восторгом он потянулся к красному лакированному сапогу, мягко обхватывая его в области щиколотки и собираясь стянуть, когда чужая рука вдруг легла на его голову и с силой сжала волосы, одёргивая.       — Я останусь в этом, дорогой, — заявил король безаппеляционным тоном. — Я знаю, что ты тащишься от моего наряда.       Аластор нахмурился.       — Но как же я буду…       — Ох, придумай что-нибудь, ты ведь у нас сообразительный, — прервав вопрос, усмехнулся Люцифер.       Демон негромко пробурчал что-то недовольное, но больше не спорил, вместо этого спешно взявшись за пояс чужих кожаных брюк и слегка приспустив их. Его движения были полны нетерпения, но оставались заботливо-аккуратными, что заставило Люцифера безмолвно умилиться. Высвободив уже затвердевший орган партнёра, Аластор тут же обвил его длинным язычком, принявшись активно ласкать по всей длине. Обычно этот процесс мог затянуться у них на довольно длительное время, поскольку демон любил играть, дразнить и внимательно следить за реакцией короля — но, очевидно, на этот раз дела обстояли иначе, так как Аластор почти сразу сосредоточенно прикрыл глаза и полностью взял в рот. Конечно же, вслед за этим моментально последовали задыхающийся звук и неловкий кашель, на что Люцифер мягко обхватил чужую щёку и отстранил от себя.       — Приятно видеть, как твой ротик занят полезным делом, но к чему такая спешка? — он по-доброму усмехнулся. — Ты мне ещё живым нужен, знаешь ли.       В ответ Аластор лишь недовольно гортанно зарычал и с ещё бóльшим рвением взял уже сочащийся смазкой орган за щёку, словно назло проталкивая его в самое горло, на этот раз принимая уже на удивление беспрепятственно. Замерев так на несколько секунд, поднял взгляд на своего персонального искусителя, проверяя.       — Ммм, — владыка улыбался чересчур уж довольно, словно Чеширский кот. — Надо же, кто-то сегодня весьма инициативен!       — Помолчи хоть немного, — буркнул запыхавшийся демон, с хлюпающим звуком выпустив орган изо рта, а затем вобрав его по-новой.       Не теряя больше времени, он начал активно двигать головой, иногда едва слышно мыча от удовольствия и посапывая, отчего Люцифер не переставал одобрительно улыбаться и негромко стонать. Ах, его демон сегодня был столь голоден, что стоило бы наградить его своей самой лучшей реакцией — но всему своё время.       В уголках алых глаз образовались слезинки, но сам их обладатель не обратил на это ровным счётом никакого внимания, явно увлечённый своим занятием. Вновь усмехнувшись, Люцифер аккуратно стёр их подушечкой пальца, любуясь этой невероятной картиной перед собой. Тесная, влажная, горячая глубина идеально обволакивала чувствительную кожу, а сам Аластор выглядел до того увлечённым, что, казалось, будто весь мир в данный момент был сосредоточен лишь вокруг них двоих.       Когда Аластор остановился, позволив влажному члену с очередным пошлым хлюпом выскользнуть из своего рта, владыка даже прикусил губу, с жадностью рассматривая грешника. Расфокусированный взгляд, прилипшая ко лбу чёлка, тяжелое дыхание и слюна, обильно стекающая по подбородку вперемешку с естественной смазкой. Настоящий шедевр. Не хватало лишь чудесных звуков, которые способен был выдавать этот радиоэфир.       — Ты прекрасен, — наклонившись к пушистому оленьему ушку, тихо прошептал Люцифер. — Просто прекрасен, Ал.       Лицо демона залилось краской, и он спешно отвёл взгляд.       — Мрррх, я ведь уже говорил: замолчи… — пробормотал, поднимаясь с пола и вновь очаровательно прижимая ушки к голове.       Сохраняя всё ту же сосредоточенность в лице и почти не скрывая заметную дрожь в ногах, Аластор заполз на Люцифера сверху, уверенно устраиваясь на его бёдрах и опираясь одной рукой о спинку кресла. Лукаво улыбнувшись и неотрывно смотря в чужие блестящие от возбуждения глаза, демон потянулся второй рукой к своему далеко не невинному рту и… Ох, чёрт. Собрал тягучую каплю с подбородка прямо на свои пальцы, уверенно распределяя жидкость по их длине с помощью своего длинного языка. Вот ведь паршивец!       — И что же ты собираешься делать дальше? — приподняв одну бровь, с некотором вызовом спросил король.       Не может такого быть, чтобы его олень-недотрога был готов самостоятельно зайти настолько далеко.       Однако, Аластор явно не собирался отступать. Заведя руку назад, он наощупь поднёс пальцы к сжимающемуся от волнения колечку мышц и без раздумий ввёл внутрь сразу два пальца. Последовало дребезжание помех, наполнившее пространство белым шумом, а сам радиоведущий зажмурился и стиснул зубы, позволив себе издать сдавленный стон вперемешку с шипением.       — Блин, Ал, ты в порядке? — на всякий случай уточнил Люцифер, залипая на эту редкую и удивительную картину.       — Заткнись! — рявкнув, выпалил партнёр, с хлюпаньем проталкивая пальцы глубже и тут же вынимая их, чтобы толкнуть вновь. — Помолчи, Люци… Со мной всё в порядке, разве не видно? Я просто хочу сделать это.       Вторая фраза прозвучала нежнее, и выражение лица Радиодемона сменилось с напряжённого на более мягкое.       Порой маленький король был чересчур аккуратен, и это сбивало демона с толку. Но сейчас ничто не должно помешать Аластору причинить этому идиоту удовольствие. Чтобы отвлечь его от лишних мыслей, демон подцепил белоснежный подбородок пальцами свободной руки и наклонился ближе, утягивая Люцифера в чувственный, глубокий поцелуй. Тот сразу же увлёкся, моментально забирая первенство и игриво прикусывая скользкий язычок партнёра, наслаждаясь происходящим от и до.       Пока они целовались, а Аластор старательно трахал себя пальцами, владыка незаметно призвал баночку своего излюбленного лубриканта с ароматом яблок в карамели. Когда воздуха перестало хватать, запыхавшийся демон отстранился, а Люцифер вылил хорошее количество смазки себе на член, при этом ни на секунду не отрывая взгляда от лица Аластора. Тот оторвался от своего занятия, вынимая пальцы и слегка вздрагивая. Колечко мышц растерянно сжалось, то ли опасаясь продолжения, то ли, наоборот, требуя большего. Демон придвинулся бёдрами ещё ближе к королю, чтобы твёрдый влажный орган оказался прижат прямо ко входу.       — Ал, подожди! — Люцифер испуганно схватил его за талию, пытаясь остановить. — Этого недостаточно, куда ты так спешишь?       Ничего не ответив, Аластор упёрся руками в чужие плечи и размашисто опустился на член, вскрикнув от резких ощущений и прошибившей всё тело боли. На сероватой коже тут же появились мурашки, а вокруг кресла возникли светящиеся знаки Вуду — беспорядочно дрожащие, как и их хозяин. Тот начал скакать, словно сумасшедший, будто силой выбивая из самого себя любые сомнения и раздумья. Внутри было до одури узко, демон явно недостаточно себя подготовил — но в эти самые секунды разум покинул и короля, ведь он начал подмахивать бёдрами навстречу чужим движениям.       — Ты… Ах! — с губ владыки стали срываться жадные выдохи. — Ты абсолютный псих, и я обожаю тебя за это, ты ведь знаешь?       — Знаю, — тихо хныкнув, прохрипел тот. — Чёрт, Люци, просто не останавливайся, хорошо? Я… Нхх…       Он ненадолго прикрыл глаза, не переставая двигаться вверх-вниз в быстром, активном ритме. Цепкие руки демона держались за пиджак крепко, но всё ещё аккуратно, словно с каким-то благоговением.       — Что — ты? Ты не договорил, дорогой, — улыбаясь, заметил король.       Аластор окинул короля ненасытным взглядом, с силой прикусывая свою губу.       — Я просто очень хочу тебя, — произнёс он едва слышно, пока из уголка его рта стекала вязкая капелька слюны.       Не выдержав, Радиодемон одним коротким движением сорвал чужой ярко-красный галстук-бабочку и, пока владыка не успел ничего сообразить, оголил кусочек белоснежной кожи в области шеи. В глазах грешника вспыхнули огоньки, и он припал к шее партнёра губами, ни на секунду не переставая работать тазом. Внизу всё ещё тянуло болью, но она смешивалась с невероятным удовольствием.       Ох, Люцифер видел, прекрасно видел, как сильно олень хочет его сожрать. Не в буквальном смысле, но с теми же жадностью и азартом, которые присущи настоящему убийце или, скажем, каннибалу. Ах, повезло же королю Ада: его любимый являлся и тем и другим.       Вот только Аластор не смел пускать ему кровь. Как бы сильно обезумевшее обожание ни кружило грешнику голову — он никогда не пересекал эту грань. И Люцифер обожал его за это. Любовь научила Аластора контролировать свои порывы и заботиться. Поэтому всё ограничивалось либо лёгкими царапинами, либо поцелуями: частыми, бесконечно чувственными, удивительно невинными и одновременно нетерпеливыми. Конечно, если демона в этот момент не нагибали в коленно-локтевую, утыкая лицом в подушку… Но сейчас вся шея короля была в его распоряжении, и Аластор целовал каждый её миллиметр, пока Люцифер с блаженной улыбкой наслаждался ощущениями. Это было так горячо, так быстро и глубоко… Хотелось навечно раствориться в данном мгновении.       Тяжело пыхтя, Люцифер в очередной раз окинул прыгающего на нём любовника взглядом. Лицо короля находилось как раз где-то на уровне груди демона, поэтому он не упустил возможность игриво прикусить его сосок, вырвав из Аластора звук застигнутого врасплох оленя. Это заставило Люцифера умилительно захихикать, и он, схватившись за чужую талию, вдруг с силой насадил партнёра на себя, войдя по самое основание и замерев так на несколько секунд.       — Мммх… — крупно вздрогнув, Аластор уронил голову на чужое плечо, утыкаясь лбом.       Он пробурчал что-то неразборчивое, и Люцифер заинтересованно улыбнулся.       — Что ты сказал, дорогой? — приподняв лицо демона за подбородок и игриво боднув его щёку, король прошептал на самое ушко.       — Ещё… — так же тихо ответил тот, задыхаясь.       — М-м-м. Оленёнок хочет большего?       Зажмурившись от смущения, Аластор размашисто кивнул.       — Что ж, думаю, это можно устроить, — хитро улыбаясь, Люцифер кивнул в ответ.       Он помог ему приподняться, чтобы встать с кресла, чувствуя, как трясутся чужие ноги. Затем подвёл партнёра к кровати и бесцеремонно толкнул на неё.       — На четвереньки, дорогой, — приказал король безапелляционным тоном.       Аластор, слишком жаждущий и расслабленный, растерял всякое желание отыгрывать дерзость или сопротивление. Всё, чего хотелось сейчас — вновь почувствовать горячий член внутри. Почувствовать Люцифера. Доставить ему такое удовольствие, которое не способно подарить королю ни одно другое существо в целом мире. Поэтому Радиодемон послушно встал в коленно-локтевую, заигрывающе приподнимая хвостик и открывая вид на самые сокровенные места. И — о, владыка наслаждался этим видом по-полной.       Облизнувшись, он наконец стянул с себя мешающиеся брюки и медленно заполз на кровать следом. Тёплые пальцы огладили расслабленный блестящий от смазки вход, потёрлись о края чувствительных мышц, игриво толкаясь внутрь на одну фалангу.       — Знаешь, у меня есть потрясающая идея, — задумчиво хмыкнул король, и его хищный голос явно не обещал ничего хорошего. — Сейчас я хорошенько оттрахаю тебя, сладкий, но только если ты согласишься на одно моё условие.       Пыхтящий и поскуливающий от нетерпения Аластор перемялся с одного колена на другое и попытался обернуться, чтобы посмотреть на партнёра.       — Какое? — сипло спросил он.       Люцифер выглядел так, словно как минимум выиграл войну против Рая.       — Когда мы закончим, ты воспользуешься вот этой штучкой, — по щелчку пальцев перед демоном материализовалась средних размеров металлическая пробка с круглым чёрным кристалликом в виде сердца на ручке. — И будешь ходить с ней до конца вечеринки.       В конце этой торжественной речи не хватало разве что победного «Та-да»!       Уши Аластора прижались к голове.       — Ты совсем извращенец? — возмущённо воскликнул он, тяжело сглотнув.       Впрочем, в голосе демона не было ни нотки настоящего недовольства.       — Ты имеешь что-то против? — поиграв бровями, почти невинно поинтересовался Люцифер.       Несколько секунд Аластор боролся с собой, уткнувшись лицом в подушку и громко дыша.       — Чёрт… Хорошо, конечно, — вздрогнув, наконец прошептал демон. — Всё что угодно для тебя, маленький дьявол.       Что-то разлилось теплом в груди короля от этих слов, заставив ангельскую душу светиться изнутри. Но не время отвлекаться.       — Я не сомневался, дорогой.       Он с силой надавил на худощавую спину в области лопаток, заставив партнёра еще сильнее прогнуться и прижаться грудью к кровати. Схватился за пушистый хвостик и задрал его наверх, отчего Аластор несдержанно вскрикнул. Именно сейчас Люцифер наконец проживал победное чувство полного удовлетворения: этот дерзкий, строптивый демонюга был полностью в его руках. Пол вечера дразнил короля своим чёртовым костюмом, затем пытался брать контроль — чтобы в конечном счёте остаться полностью оголённым и отдаться без остатка.       Как же сильно он любил этого грешника.       Пристроившись сзади, Люцифер слегка потёрся о скользкую дырочку, а затем вошёл резко и глубоко, тут же задавая грубый темп, выбивающий из демона последние остатки рассудка на сегодня. Тот принялся скулить от каждого толчка, которые теперь ощущались ещё более ярко под новым углом проникновения. Трясущаяся рука оленёнка слегка неуверенно потянулась к изнывающему органу, пытаясь коснуться как можно более незаметно — и была ожидаемо перехвачена.       — А-та-та, — игриво пригрозил король. — Ты ведь знаешь, как я больше всего люблю, дорогой.       Он на секунду остановился и наклонился к ярко-красному ушку.       — Ты закончишь без помощи рук, — горячо прошептал глубокий, низкий голос. — Только от моего члена внутри тебя. Договорились?       От произнесённой в таком тоне фразы Аластор ощутил, как по спине пробежалась волна мурашек и всё внутри сжалось от трепета перед этим существом, которого он боготворил. К чёрту. Когда владыка разговаривает с ним вот так, демон сделает абсолютно всё, что только придёт в светловолосую голову.       Он вновь судорожно кивнул, и толчки тут же продолжились с новой силой, заставляя Аластора елозить по кровати туда-сюда от грубости и резкости движений. Пришлось сжать зубами подушку, чтобы не заскулить во весь голос, а когтями вцепиться в простыни. Это было больно, но Радиодемону нравилось. Не могло не нравиться. То, как по-хозяйски горячие руки партнёра сжимали его талию, иногда прерываясь на звонкие шлепки по ягодицам. То, как Люцифер полузадушенно пыхтел от наслаждения где-то позади. И то, как через несколько мгновений крепко схватился за его запястья и свёл их за спиной, не позволяя даже дёрнуться в попытке освобождения. Всё это сводило Аластора с ума.       — Ох, Ал… — прошептал правитель на выдохе, чувствуя приближение пика удовольствия. — Как можно быть настолько идеальным?       Неожиданный комплимент стал финальной точкой. Демон вздёрнулся и, громко вскрикнув, резко излился, конвульсивно дёргаясь под аккомпанемент из радиопомех и собственного почти жалобного воя.       Довольно усмехнувшись, Люцифер одобрительно похлопал партнёра по бедру, будто хорошего питомца, но… Не остановился. Владыка Ада всегда был несколько более стойким.       — Потерпишь ещё минутку, дорогой? — невинным тоном поинтересовался он. — Побудь хорошим для своего короля.       О, это явно был не вопрос. Это был приказ.       Послушно выгнувшись в пояснице, Аластор терпел. Один толчок, второй. Третий. Каждое движение ощущалось жаром глубоко-глубоко внутри и приятным жжением в области колечка мышц. Наконец рывки достигли своего максимума по скорости, и Люцифер гортанно зарычал, впиваясь когтями в кожу удерживаемых им запястий почти до крови.       Он закончил внутрь и замер так, тяжело дыша и не спеша выходить.       — Ахх… Какой хороший олень, — с легким смешком подытожил бывший ангел, совершенно не стесняясь совершённого только что греха. — Надеюсь, ты не забыл наш уговор?       Продолжая держать худые запястья одной рукой, а свободной потянувшись за пробкой, он осторожно выскользнул из чужого тела. Аластор ощутил неприятную пустоту, а также горячую вязкую каплю, стекающую из растраханной дырочки прямо вниз, по бёдрам. Колени тряслись.       Внезапно в его руку легло что-то прохладное, и король отстранился.       — Вперёд, ковбой! — задорно хихикнул тот.       — Я тебя ненавижу, — коротко процедил демон, пытаясь совладать с хриплостью в голосе и рассматривая врученное ему творение озабоченной человеческой фантазии.       Обречённо вздохнув, он вновь завёл руку назад и, зажмурившись, ввёл пробку в себя. Она скользнула быстро и легко благодаря расслабленности мышц и обилию тёплой жидкости, всё ещё остающейся внутри. Нутро обдало холодком от металла, но он быстро нагрелся. Выполнив задачу, Аластор наконец перевернулся на спину, чувствуя слабость во всём теле. Чёртов Люцифер так и не снял свой гадский пиджак. И даже сейчас, слегка потрёпанный и взмокший, он выглядел бодро и просто до умопомрачения сексуально.       — Что ж, время возвращаться на праздник, — как ни в чём ни бывало заметил король, поднимая свои брюки с пола и щелчком пальцев возвращая их на место. — Чарли наверняка нас ждёт.       Аластор откинул голову на подушку, уставившись в потолок и мысленно вопрошая все существующие силы о том, откуда в маленьком теле его партнёра столько неукротимой энергии.       — И как же я буду сидеть? — с притворным недовольством спросил радиоведущий.       — О, тебе не придётся, — махнули рукой в ответ.       — Это ещё почему?       Люцифер пожал плечами:       — Мы будем танцевать.       Послав пытающемуся собрать себя в кучу демону воздушный поцелуй, король направился к выходу, уточнив, что будет ждать Аластора внизу, когда тот приведёт себя в порядок. Демон знал, что это было — забота о личном пространстве. Владыка давал ему время, чтобы переварить произошедшее, и Аластор безумно это ценил.       — Люцифер! — он окликнул его, когда тот уже приоткрыл входную дверь.       Король обернулся, и ведущий слегка отвёл взгляд.       — Ты… Знаешь, что я хочу сказать, — чуть понизив громкость голоса, произнёс Аластор.       Люцифер мягко улыбнулся.       — Знаю, милый грешник, — он вышел в коридор и напоследок ещё раз заглянул в спальню. — Я тоже тебя люблю.