Отцовские наставления

— О-о-о, да всё пройдёт прекрасно, не о чем волноваться. Вы ж меня знаете! — бодро взмахнул рукой Ханнес. Чета Йегер и дедушка Армина лишь озадаченно переглянулись. Ханнеса они действительно знали. Потому и волновались. — Ну что, шпана, готовы к строевой службе? — встал перед тремя ребятишками Ханнес, уперев руки в боки. — К строе… вой?.. — удивился и, кажется, немного испугался Армин. — Ну! К труду и этой, обороне. Вот вырастете, я вас и пристрою. — Но я хочу в Разведкорпус! — сжав кулаки, с вызовом взглянул на гарнизонного капитана Эрен. — Пф-ф-ф… — Ханнес запрокинул голову, отпивая из бутылки. — Вот дурень неугомонный. — Я не неугомонный! — возмутился Эрен. — Эрену нужен выход энергии за полезной работой, — своим типичным невыразительным тоном сказала Микаса. — Микаса, ты как враг, который заходит с тыла! — возмущённо обернулся к ней Эрен. — Вот-вот, работа — это полезно, — важно покивал Ханнес. — У меня для вас как раз есть… Нам тут мешков с провизией завезли, а разгрузить некому. Выходной же, парни разбрелись бухать да в шашки игр… я хотел сказать, в полном соответствии с солдатской ответственностью вышли на внеплановые патрули. И вот получается, некому теперь мешки таскать! Но я, для вашего исключительно блага, буду вас учить взрослой жизни, тасканию мешков. Вырастете — спасибо скажете, вам это ещё пригодится!

***

— Хо-хо, ну да, нагрузил я вас тогда, как рабочих лошадок, — хрипло рассмеялся Ханнес, прикладываясь к фляге, из которой попахивало спиртом. — Ни стыда, ни совести, — бесстрастно вынесла вердикт Микаса. — Ну ладно, что старое вспоминать… — поморщился капитан, потирая красный нос. — Дружно жили, и это главное!

***

— И чтобы никаких драк! — строго потребовала Карла Йегер. Её грозным взглядом досталось как сыну, так и Ханнесу. — Ну да что вы, ну когда я допускал там драки какие-то? — оскорбился Ханнес, прикладывая бутылку с сердцу. — У нас же дисц-ик!-лина. — Вот так, молодец, локоть сильнее согни! — подбадривал красноносый капитан Гарнизона, глядя, как Эрен кидается в драку на солдата, посмеявшегося над Разведкорпусом, как над «сборищем дураков-смертников». — Дядя Ханнес, вы должны это прекратить! — испуганно то ли попросил, то ли потребовал Армин. — Чего это?.. Не мешай мне из пацана растить настоящего мужчину. Мы ж не хотим, чтобы он рос соплёй какой-то. Пусть защищает и отстаивает свои убеждения крепким кулаком!

***

— А ведь это мне… помогло, — согласился Эрен, невольно улыбаясь воспоминаниям. — Да, ты так и остался безрассудным сорвиголовой, — бесстрастно и безжалостно заметила Микаса. — Хо-хо, это верно! — согласился Ханнес. — И всё же, посмотри на него. Как вымахал! Какой огонь в глазах! Какая несгибаемая воля! Помяни моё слово, далеко пойдёт! Весь мир содрогнёт!

***

— Армин, что случилось? — Ханнес почувствовал, как сердце пропустило удар, и присел рядом с плачущим светловолосым мальчишкой, прислонившимся к стене и обнимающим колени. Армин даже не смог ответить, лишь громко шмыгнув носом. — Опять побили? — догадался капитан, обратив внимание на синяки и кровоподтёки на лице мальчишки. Армин только всхлипнул и кивнул. — Вот же засранцы… ну ничего, я их достану ещё! Ремень свой сыму и так отстегаю, что неделю сидеть не смогут. А ты, пацан, не хныч попусту… — Я такой… такой слабый… — утирая лицо рукавом, сдавленным голосом ответил Армин. — Такой… ничтожный… — Ну-ну, — ободряюще похлопал его по макушке Ханнес. — Не говори ерунды. Мышцами не вышел, но ум-то на месте! А ум, он, знаешь… поважнее мышц иногда будет. Умные, они… дальше сильных заходят порой. Армин поднял на дядю удивлённые, заплаканные глаза. — Ну что смотришь-то? — с необычной для него ласковостью Ханнес протянул грубую ладонь и бережно вытер влажные щёки мальчишки. — Давай лучше домой тебя отведём. А потом я займусь поиском кое-каких любителей кулаки почесать, и сам… почешу о них кое-что. Взяв Армина за руку, Ханнес поднял его на ноги и повёл к дедушке.

***

— А правы вы были, — мягко и благодарно улыбнулся Арлерт. — Верно! — Эрен обхватил его за плечи. — Без твоего ума мы столько раз могли погибнуть! Ханнес усмехнулся и снова приложился к бутылке.

***

— Что ищешь, красавица? — заметив Микасу на рынке, подошёл к ней дядя Ханнес. — Я?.. — обычно спокойные глаза девчонки расширились в удивлении. «Красавица»?.. Смутившись, она отвела взгляд в сторону и, неловко кашлянув, ответила: — Эрен заболел, я за травами. — О-хо-хо, заботишься ты об этом паршивце, а?.. Микаса покраснела, опустила голову и слегка кивнула. — Ну это хорошо. Девчонка ты сильная, а всё же и тебе любовь не чужда, да? — подмигнул Ханнес. — Вот что, на, — он воткнул ей в волосы небольшой цветочек, заставив вздрогнуть. — Жене, вишь, цветы несу, она тоже переболела недавно… — А… да… спасибо… — для Микасы подобное обращение было непривычно, поэтому она стеснительно натянула шарф повыше, стараясь спрятать как можно большую часть лица.

***

— Да уж… А казалось, ещё вчера всё это было! — удивительно мягко хихикнул Ханнес, лениво и мечтательно окидывая взглядом равнины с высоты Стены. — Вы всегда были рядом, — Микаса тоже взглянула на капитана с удивительной нежностью, которой обычно удостаивала только Эрена. — Да! Прямо как… отец… — в порыве высказал Армин, а затем смущённо покраснел и отвёл взгляд. — Ох-хох, да какой из меня отец, ребятки! — пренебрежительно, но добродушно отмахнулся Ханнес. — Так… дядька непутёвый если только. — Как бы то ни было — спасибо тебе, — искренне и благодарно обратился к нему Эрен. — Да. Огромное, — энергично кивнул Армин. — За всё, — едва слышно прошептала Микаса. — Ну да что вы от меня хотите! — в притворном возмущении отшатнулся капитан Гарнизона. — Чтобы я, суровый старый солдат, тут при вас, шкетах, прослезился? Не, не бывать тому! — он гордо приложился к бутылке, после чего закашлялся. — Ух, крепкая… — вытер невольные слёзы рукавом. — И это у меня от крепости самогонки, а вовсе не из-за того, что я там расчувствовался или что-то в этом роде. Понятно вам? — с наигранной грозностью взглянул на ребят. — Ага, так точно, — посмеиваясь, ответили те. — Ну ладно, — хлопнул себя по коленям Ханнес. — Нам тут ещё… порядок наводить. Титаны сами себя не перебьют, как говорится… Видите, и я в это дело втянулся, на старости-то лет, о-хо-хой... — Не прибедняйся ты! — закатил глаза Эрен. — Не такой уж ты и старый... — А даже если старый — то не бесполезный, — высказала свои соображения Микаса. — Ну раз вы так говорите... то да, — был вынужден согласиться Ханнес.