Мой собственный выбор

Где-то там, далеко. Морфиз Мракс укачивал своего сына, думая как изменилась его жизнь за последнее время. Информация об оборотне в школе стала очень полезной для него. Он, как самый честный человек, пошёл к аврорам и, слегка изменив свои воспоминания, показал их. Авроры были в бешенстве, буквально на второй день каникул они явились в школу, требуя Дамблдора сдаться. Дамблдор исчез. Авроры искали его, и даже сумму за его голову назначили, но поиски на данный момент не давали результата. Морфиз не стал упускать возможность и растормошил Абракаса, а через него остальных попечителей. Сегодня ученики должны вернуться в школу и, начиная с этого дня, попечители будут ненавязчиво опрашивать их. Ученикам также предстояло вытерпеть опрос от авроров на тему Дамблдора. На Грифов надежды не было. А вот остальные три факультета расскажут аврорам о фанатичности Дамблдора по отношению к Грифам. Мало кто из взрослых любит, когда кто-то из учителей выбирает себе любимчиков. Например, как Дамблдор закрывал глаза на деяния Мародёров, некоторые из которых могли привести и к смерти. Это всё должно обеспечить ему приличный срок. От Аврора Кевина Кнова, полукровки. Он начал опрос первого курса Гриффиндора. Все, как один, утверждали, что Дамблдор ни в чем не виновен. А на его вопрос об оборотне наивные дети ответили, что все имеют право учиться. Он не отрицал, что все имеют право учиться, но Кевина мучила мысль, что этот оборотень мог напасть на жителей деревни Хогсмид. Что бы было тогда? Лишь гора трупов и покусанные дети. Содрогнувшись от этой мысли, Кевин решил опросить кого-нибудь постарше. На него почти влетела рыжая девушка, извинившись, она собиралась уйти, но он задержал её и поинтересовался: — Леди, могу я узнать ваше имя? Девушка представилась: — Я Лили Эванс, маглорожденная. Кивнув девушке, он сказал: — Я Кевин Кнова, полукровка, аврор. Могу я задать вам несколько вопросов? Лили кивнула, и Кевин спросил: — Как вы относитесь к Дамблдору? — Он безответственный человек, подвергающий учеников опасности. Кевин записал это и спросил: — Как вы думаете, история с оборотнем — правда? Лили кивнула и сказала: — Мой друг со Слизерина подозревал об этом с четвёртого курса. У него даже есть все доказательства того, что Люпин оборотень. Записав это, Кевин спросил: — Как вы относитесь к так называемым Мародёрам? Фыркнув, Лили ответила: —Единственный, кого я простила — это Блэк старший. Он не только прекратил издевательства, но и извинился перед Северусом, моим другом. А остальные продолжали издеваться над ним. Сириус пару раз даже спасал Северуса. Записав это, Кевин спросил: — В каких сейчас они отношениях? Лили думала: сказать о помолвке или нет. В конце концов, подумав, она ответила: — В дружеских. Он кивнул и ушёл. От Аврора Алана Карма, чистокровного. Он опрашивал третий курс Пуффендуя. Некоторые ученики, маглорожденные, жаловались на Дамблдора. Они утверждали, что много раз просили оставить их в школе на каникулы, но Дамблдор не позволял. Узнал он и о жестоком обращении дома с этими детьми, и о том, что Дамблдор, по словам детей, знал об этом. Он с позволения детей осмотрел их: трое из них были сильно избиты. У полукровки была сломана кость ноги, и мальчик рассказал, что его так избил отец. Алан поморщился. И после такого Дамблдора ещё называют светлым магом? От Аврора Фарн Авроры, маглорожденной. Она сидела среди второгодок с Когтеврана и, стараясь держать эмоции в себе, писала. Как? Ну как она могла считать Дамблдора едва ли не богом? Слушая этих детей, она понимала: Дамблдор был идеальным человеком только для Гриффиндора. Аврора несколько раз прокляла свое идеализирование Дамблдора. Трое детей подверглись издевательствам со стороны учеников Гриффиндора. Двое были сильно поколечаны собственными родителями. Одна девочка подверглась изнасилованию ещё до второго курса. Энни умоляла Дамблдора разрешить ей остаться на зимние каникулы в Хогвартсе, но этот старик чуть ли не силой отправил малышку домой к отцу-тирану. С трудом дописав, Аврора подошла к детям и начала петь колыбельную, пытаясь хоть как-то успокоить их. От Автора Калисо Мрай. Полукровка. Калисо опрашивала слизеренцев с четвёртого курса. Большая часть из них отзывались о Дамблдоре нейтрально. Некоторые жаловались, что Дамблдор буквально закрывает глаза на то, что Грифы издеваются над кем-то из других факультетов. А один мальчик рассказал, как он подшутил над Грифом в ответ, и ему назначили отработку с Филчем на месяц. А этому Грифу за шуточки был только словесный выговор. Калисо писала все и задавалась вопросом: кто же пал жертвой оборотня? Лорд Мракс показал воспоминания, но он скрыл личность пострадавшего. И как она полагала — это было не просто так. Возможно, того человека могли заставить дать Непреложный обет. А если так, то должен быть ещё один свидетель. Скорее всего человек с незарегистрированной анимагической формой. И раз Лорд Мракс скрывает личность свидетеля, значит, он не хочет, чтобы этот человек попал под подозрение. Закончив расспрос, она направилась дальше и случайно наткнулась на двух юношей: судя по форме — один из них был Гриффиндорец а второй — Слизеринец. Подойдя к ним, она поинтересовалась: — Могу я задать вам пару вопросов? Юноши переглянулись и кивнули, затем она спросила: — Как вас зовут? Юноши представились. Это были Сириус Блэк и Северус Снейп — юноши, о чьем перемирии ходили слухи. Записав имена, она поинтересовалась: — Мистер Снейп — это правда, что вы подвергались издевательствам со стороны так называемых Мародёров? Северус кивнул и сказал: — Издевательства продолжались вплоть до шестого курса, а на шестом Блэк затих. Я сначала думал, что он готовит очередную издёвку, но, на удивление, Блэк перестал общаться с друзьями и взялся за учёбу. Калисо записала и спросила: — Когда вы с Блэком стали ближе? Северус ответил: — В середине ноября Блэк спас мне жизнь и искренне извинился. Он даже дал клятву, что никогда не причинит мне вред. Калисо удивлённо взглянула на Блэка. Магическая клятва — серьезная вещь. Она начала подозревать, кто был жертвой оборотня, но в слух свои мысли не высказала. Поблагодарив юношей за уделённое время, она направилась дальше. Где-то там, далеко. Три дня понадобилось аврорам, чтобы опросить всех детей и учителей. Сведения были переданы министру, а тот поделился ими с Абракасом Малфоем, как с главой попечительского совета. Изучив сведения и скопировав их, Абракас поделился ими с Морфизом. Сведения были что надо — за голову Дамблдора увеличили сумму. Морфизу вдруг стало любопытно: связывался ли Альбус со своим братом? Поэтому он спросил у Абракаса. Тот, недолго думая, предложил отправить человека из внешнего круга к Аберфорту Дамблдору. Морфиз согласился и отправил трех мужчин, чтобы те сторожили «Кабанью голову» в течение недели. Как только Абракас ушёл, Морфиз вызвал домовика и поинтересовался: — Рипли, ты же можешь переместиться в Нурменгард — в камеру, где содержится Геллерт Гриндевальд ? Домовик ответил: — Хозяин, если на карте покажите, где это находится — я могу аппарировать. Морфиз кивнул, говоря: — Очень хорошо. Тогда принеси мне карты, я покажу тебе. Рипли с хлопком исчез и вернулся через пару секунд с картами. Морфиз посмотрел на карты и указал на Альпы в Австрии, и сказал: — Точное место неизвестно. Твоя задача — найти замок. Рипли с кивком исчез, а Морфиз направился в детскую. Альберто, увидев отца, подполз к нему, и Морфиз, взяв его на руки, сказал: — Доброе утро, Ал. Идем есть? Альберто в ответ произнёс: — А! Улыбнувшись ребёнку, Морфиз направился в гостиную. Домовик Рипли вернулся только к вечеру. Морфиз читал Алу сказку и, заметив домовика, прижал палец к губам, приказывая молчать. Закончив читать сказку и уложив сына спать, Морфиз спросил: — Ну? Домовик поклонился и ответил: — Хозяин, я нашел. — Молодец, а теперь перемести меня в замок Нурменгард. — Да, хозяин. Нурменгард, камера Геллерта Гриндевальда. Геллерт сидел в камере и откровенно скучал, когда к нему заявился домовик, а затем исчез. Кажется, у него намечаются гости, и это определённо не Альбус. Ждать пришлось недолго, всего минут двадцать. Послышался хлопок аппарации. И перед его взором появился тот домовик с мужчиной средних лет. Мужчина поклонился и произнёс: — Приветствую, я — Морфиз Марвело Мракс. Рад встретиться с вами, Лорд Гриндевальд. Геллерт махнул рукой, говоря: — Хватит пустой болтовни. Что привело вас сюда, Лорд Мракс? Морфиз вздохнул и спросил: — Вы достаточно хорошо знаете Альбуса Дамблдора? Альбус? Любопытно. Что этот старый чёрт снова сделал? Оглянувшись на лорда, Геллерт признался: — Мы были любовниками, и я смею заявить, что знал его довольно хорошо. Морфиз удивлён моргнул и сказал: — Дамблдор в бегах уже почти две недели. За его голову назначена хорошая сумма, но никто не знает, где он может прятаться. Геллерт с любопытством поинтересовался: — Что он натворил на этот раз? Морфиз ответил ему: — Много чего. Я ищу компромат на него, чтобы засудить. Недавно выяснилось про оборотня в школе и Дамблдор сбежал. Недавно Авроры опросили детей. Выяснилось очень многое, а также то, что Альбус попросту закрывал глаза на отвратительные поступки Гриффиндора. Геллерт, с присущей ему невозмутимостью, внимательно выслушал своего гостя. Он вспомнил, что Альбус навещал его пару лет назад. Вспомнил, как тот рассказывал об одном месте. Место, о котором ходили лишь слухи, легенды, на темных перекрестках. Место, где, как говорили, можно было обрести... бессмертие. Альбус тогда с едва заметной усмешкой признался Геллерту, что если его грандиозный и рискованный план пойдёт не так, если всё рухнет — он отправится именно туда, в это мифическое, уединённое место. И теперь, глядя на Морфиза, Геллерт почувствовал, как это воспоминание обретает актуальность. «Горы Карпат. Там, говорят, есть места, где время течет иначе, где можно укрыться от мира. Там пройдёт всего пару дней, а здесь и знать забудут обо мне». Геллерт, слегка кивнув воспоминаниям, обратился к Морфизу: — Я знаю место, о котором вы говорите, или, по крайней мере, предполагаю, — начал он, и рассказал гостю о горах Карпат. Он рассказал и о планах Альбуса. О том, что старый маг искал там не просто уединение, а некий артефакт, который способен заморозить в этих горах время. Морфиз слушал, не перебивая. Закончив свой рассказ, Геллерт с любопытством взглянул на гостя. — Я благодарен вам, Геллерт, — произнес Морфиз, и в его голосе звучала искренняя признательность. Сказав эти слова, Морфиз совершил аппарацию. Оказавшись в своем кабинете, Морфиз не терял ни секунды. Он немедленно связался с несколькими людьми из своего внешнего круга. Надёжные, преданные, имеющие свои собственные, немалые ресурсы. Он дал им четкие инструкции. Поиски должны были начаться немедленно. Они должны были сосредоточить свои силы в пределах Карпатских гор. Ведь теперь, когда был указан путь, Морфиз был готов сделать все, чтобы пройти его и найти Альбуса.