Мой любимый босс

Утро началось как обычно. Нани проснулся в объятиях Ская, они позавтракали вместе, готовясь к рабочему дню. Но когда Нани пошел одеваться, его взгляд упал на рубашку, которую он купил несколько недель назад, но так и не надел. Белая, из тонкого материала. Он купил ее, не подумав о том, насколько она прозрачна. Но сейчас, глядя на нее, в голову пришла озорная мысль. Скай последние дни был таким собранным, таким контролирующим себя на работе. Конечно, дома он был нежным и страстным, но в офисе держал идеальную профессиональную маску. Нани было любопытно — насколько прочен этот контроль? Связь между ними стала сильнее за последние недели. Они научились немного приглушать поток эмоций, чтобы не отвлекаться постоянно, но все равно чувствовали друг друга фоном. Нани надел рубашку и посмотрел в зеркало. Материал действительно был полупрозрачным — линии его тела просматривались, особенно когда он двигался. Не откровенно, но... достаточно, чтобы привлечь внимание. Он добавил темные брюки и пиджак. С пиджаком все выглядело прилично. Но если снять пиджак... — Ты готов? — голос Ская донесся из гостиной. — Почти! — Нани накинул пиджак и вышел. Скай оглядел его и кивнул одобрительно: — Хорошо выглядишь. Новая рубашка? — Не совсем. Просто давно не носил, — Нани улыбнулся невинно. Они поехали на работу вместе, как обычно. В машине Нани держал пиджак застегнутым, и Скай ничего не заметил. *** В офисе Нани прошел на свой этаж, поздоровался с Китом и коллегами. Утро прошло спокойно — он работал над анализом, отвечал на письма. Около одиннадцати стало жарко. Кондиционер в их части офиса работал неважно, и Нани снял пиджак, повесив его на спинку кресла. Кит, проходивший мимо, остановился: — Э... Нани? Ты в курсе, что твоя рубашка... — Что с ней? — Нани посмотрел вниз, притворяясь удивленным. — О. Она прозрачная на свету, да? — Довольно заметно, — Кит откашлялся. — Может, стоит надеть пиджак обратно? — Но жарко же, — Нани улыбнулся. — К тому же, здесь все взрослые люди. Ничего страшного, правда? Кит посмотрел на него подозрительно: — Ты что-то задумал. — Я? Никогда, — Нани вернулся к работе, чувствуя удовлетворение. Через связь он ощутил легкий фон эмоций Ская — концентрация, деловитость. Альфа был на совещании наверху и ничего не подозревал. Нани продолжал работать, и постепенно заметил взгляды коллег. Ничего неприличного, просто любопытство. Некоторые смущались и отводили глаза. Другие, особенно беты, просто отмечали это как забавный факт. В полдень Нани получил сообщение от Ская: «Совещание закончилось раньше. Спускаюсь к тебе, нужно обсудить новый проект». «Хорошо, я за своим столом». Нани откинулся на спинку кресла, растягивая плечи. Рубашка натянулась на торсе, и он знал, что в таком положении она становилась еще более прозрачной. Он услышал шаги и повернул голову. Скай шел к нему с папкой документов, профессиональное выражение лица... И замер. Через связь ударила волна — резкая, горячая. Желание. Обладание. Альфа увидел своего помеченного омегу в этой рубашке, и инстинкты взбесились. Нани почувствовал, как его собственное тело откликнулось на эмоции альфы. Связь усиливала все — его желание подзавело Ская, желание Ская вернулось к нему волной. Скай подошел ближе, и его глаза потемнели. Он не смотрел на документы. Он смотрел на Нани. — Нани, — голос был низким, с предупреждающей ноткой. — Что это? — Что? — Нани изобразил невинность. — Рубашка? Просто жарко, снял пиджак. — Эта рубашка, — Скай наклонился ближе, понижая голос так, чтобы только Нани слышал, — практически прозрачная. — Правда? — Нани посмотрел вниз. — Ой. Не заметил. Через связь он почувствовал, как альфа борется с собой. Желание притянуть омегу ближе, увести куда-то, где они будут одни. Но также профессионализм, понимание, что они на работе, вокруг люди. — Нани, — Скай выпрямился, и его самоконтроль был впечатляющим. — Надень пиджак. Пожалуйста. — Но жарко... — Сейчас, — голос Ская стал тверже, и через связь прошла волна чистого альфийского требования. Нани почувствовал, как его омега инстинктивно хочет подчиниться. Но он сопротивлялся, наслаждаясь игрой: — А если нет? Глаза Ская вспыхнули золотом — признак того, что альфа очень близок к потере контроля: — Тогда я уведу тебя отсюда прямо сейчас. И все увидят, как я забираю своего омегу. Это то, чего ты хочешь? Волна обладания, собственничества через связь была настолько сильной, что у Нани перехватило дыхание. Он явно недооценил, насколько сильно Скай отреагирует. — Я... — Нани потянулся к пиджаку, но Скай остановил его. — Слишком поздно, — альфа взял его за руку. — Пойдем. Сейчас. — Куда? — Мой кабинет. Нам нужно поговорить. Наедине. Скай потянул его за собой, и Нани едва успел схватить пиджак. Они прошли через офис, и несколько коллег проводили их любопытными взглядами. В лифте, когда двери закрылись, Скай прижал Нани к стенке: — Ты специально это сделал. Это не был вопрос. — Может быть, — Нани улыбнулся. — Зачем? — Хотел посмотреть, насколько прочен твой контроль. — И? — Не очень, видимо. Скай наклонился ближе, их лица были в сантиметрах друг от друга: — Ты играешь с огнем, Нани. Я могу контролировать себя перед другими, но наедине... ты знаешь, что происходит. — Знаю, — Нани коснулся его щеки. — Но мы на работе. Ты же не сделаешь ничего неуместного, правда? Через связь прошла волна фрустрации, смешанной с восхищением: — Ты дразнишь меня. — Может быть. Лифт остановился на двадцатом этаже. Скай взял себя в руки и выпрямился, отпуская Нани. Они прошли к его кабинету, и Скай закрыл дверь за ними, повернув ключ. — Надень пиджак, — сказал он, отходя к окну и глядя на город. — Пожалуйста. Нани надел пиджак, застегивая пуговицы: — Извини. Я не думал, что ты так отреагируешь. — Я помеченный альфа, — Скай обернулся. — Видеть своего омегу в такой одежде, где его могут видеть другие... это сложно. Инстинкты требуют спрятать тебя, защитить, увести. — Я не думал об этом с этой стороны. Скай подошел к нему, взял за руки: — Я не злюсь. Просто... предупреждаю. Связь усиливает все. Когда ты возбуждаешь меня, я чувствую это в десять раз сильнее, чем обычный альфа. И я чувствую твое возбуждение тоже, что делает все еще интенсивнее. Нани покраснел, понимая, что Скай прав. Он чувствовал желание альфы через связь, и это заводило его самого. — Извини, — повторил он. — Больше не буду так дразнить на работе. — Дома можешь дразнить сколько угодно, — Скай поцеловал его в лоб. — Но здесь нам обоим нужно сохранять контроль. Договорились? — Договорились. Они постояли обнявшись, пока эмоции через связь не успокоились. Желание никуда не делось, но стало управляемым. — Вечером, — пообещал Скай, — я покажу тебе, что бывает, когда ты дразнишь альфу. — Это угроза? — Обещание. Волна предвкушения прошла через связь в обе стороны, и оба улыбнулись. — А пока, — Скай отстранился, — у меня действительно есть проект, который хотел обсудить. Новый клиент из Японии. Тебе будет интересно. Они провели следующий час, обсуждая деловые вопросы. Нани держал пиджак застегнутым, Скай сохранял профессиональную дистанцию. Но через связь постоянно пульсировало обещание того, что будет вечером. Когда Нани вернулся на свой этаж, Кит одарил его знающим взглядом: — Поговорили? — Да. — И? — И я усвоил урок о том, что не стоит дразнить помеченного альфу на рабочем месте. Кит засмеялся: — Хорошо, что усвоил быстро. Некоторым требуется несколько попыток. Остаток дня прошел спокойно. Нани работал, стараясь не думать о вечере. Но через связь постоянно чувствовал Ская — его концентрацию на работе и подспудное предвкушение. Когда они ехали домой, Скай держал руку на бедре Нани, и напряжение в машине можно было резать ножом. — Ты действительно думал, что я не замечу эту рубашку? — спросил Скай. — Хотел проверить твой самоконтроль. — И как, впечатлен? — Очень. Ты продержался дольше, чем я ожидал. Скай усмехнулся: — Я тридцать один год учился контролировать альфу. Но ты, Нани... ты единственный, кто может сломать этот контроль так легко. — Это плохо? — Нет, — Скай сжал его бедро. — Это идеально. Потому что это означает, что ты мой истинный. Единственный, кто может влиять на меня так сильно. Едва дверь их квартиры захлопнулась, отрезав внешний мир, Скай прижал Нани к стене. Поцелуй был не просто страстным — он был голодным, почти яростным. В нем выплеснулось все напряжение дня, вся ярость инстинкта, сдерживаемая железной волой в офисе. — Ты... — Скай оторвался, чтобы перевести дыхание, его губы скользнули по челюсти Нани к шее, к тому самому месту, где лежала его метка. — Ты сегодня чуть не свел меня с ума. Нани мог только стонать в ответ, впиваясь пальцами в его плечи. Через их связь бил фонтан сырого, ничем не сдерживаемого желания. Он чувствовал, как горит сам Скай, и это заставляло гореть его самого. — Эта рубашка... — Скай оттянулся, чтобы сжечь его горящим взглядом. — Ты ходил в ней по офису. Все видели... видели очертания твоего тела. Одним резким движением он сорвал с Нани пиджак. Другой рукой расстегнул несколько пуговиц на его рубашке и просунул ладонь внутрь, прижимая горячую кожу к его грудке. — Скай... — попытался протестовать Нани, но это было слабо, больше для приличия. — Молчи, — приказал альфа низким, хриплым голосом, и Нани почувствовал, как его омежья сущность тут же подчиняется, сладостная дрожь пробежала по коже. — Сегодня ты играл в опасные игры. А за игры надо платить. Он не стал раздевать Нани дальше. Вместо этого он развернул его и снова прижал к стене, на этот раз спиной к своей груди. Одной рукой он крепко держал его за бедро, прижимая к себе, а другой скользнул в расстегнутую рубашку. — Я представлял это весь день, — прошептал Скай ему в ухо, его пальцы нашли сосок Нани и сжали его. — Представлял, как ты сидишь за своим столом... такой соблазнительный, такой мой... и все на тебя смотрят. Его рука поползла вниз, скользнула по животу и намертво вцепилась в ширинку его брюк. Нани ахнул, когда Скай расстегнул их и засунул руку внутрь, обхватив его возбуждение. — И все это время... ты был таким же твердым для меня? — его голос был полон темной, собственнической гордости. Нани мог только кивать, потеряв дар речи. Движения руки Ская были резкими, нетерпеливыми, почти грубыми. Это не была нежная ласка — это было утверждение власти, напоминание о том, кому он принадлежит. От этого осознания, от этого грубого прикосновения сквозь тонкую ткань рубашки Нани кончил быстрее, чем ожидал, с громким, сдавленным стоном, обмякнув в его объятиях. Но Скай не остановился. Он развернул Нани к себе, и в его глазах горело непройденное желание. — Это был только первый раз, — прошептал он, прижимаясь лбом к его лбу. — За один только вид тебя в этой рубашке... ты должен мне гораздо больше. Он подхватил Нани на руки и понес в спальню. Он не стал снимать с него ту самую белую рубашку, только спустил брюки до колен. И снова его рука нашла его, все еще чувствительного, и снова начала двигаться — то медленно и издевательски, то быстро и требовательно. — Скай... не могу... слишком... — бредил Нани, но его тело, ведомое альфой и их связью, уже снова отвечало на прикосновения. — Можешь, — рычал ему в ответ Скай, прижимаясь к его метке, заставляя Нани выгибаться от переизбытка ощущений. — Ты мой. Твое тело слушается меня. Всегда. В тот вечер белая рубашка так и не была снята. Она прилипла к потной коже Нани, став немым свидетелем того, как Скай доводил его до края и снова возвращал — сначала рукой, потом губами и языком, снова и снова, пока Нани не потерял счет времени и не перестал понимать, где заканчивается он и начинается Скай. Когда наконец наступила тишина, Нани лежал, разбитый и полностью опустошенный, прижавшись к груди альфы. Его тело гудело, а разум медленно возвращался из небытия. Скай нежно проводил пальцами по его спине через тонкую, теперь уже бесформенную и мяторубашку. — Выиграл ли ты свою игру, малыш? — тихо спросил он, и в его голосе слышалась и усталость, и удовлетворение. Нани слабо улыбнулся ему в грудь. —Нет. Но, кажется, я получил намного больше, чем ожидал. Скай рассмеялся — низко, счастливо. —Тогда в следующий раз, когда захочешь проверить мой контроль... будь готов к последствиям. Нани закрыл глаза, чувствуя, как по их связи течет глубокая, спокойная волна любви и абсолютного доверия. Он был дома. Он был любим. Он принадлежал. И никакие игры не могли изменить этого.