Ты можешь сказать «нет»

— Вальд, я могу попросить тебя кое о чём? В их доме этот вопрос звучал не так уж и редко, но в этот раз что-то в нём было не так. Наверное, дело было в том, как Эграссель произнёс эти слова — неуверенно, как будто говорить вовсе и не хотел, но всё же заставил себя это сделать, с трудом проталкивая слова через ком волнения в горле. Вальдхар, до этого стоявший к эльфу спиной, обернулся и чуть наклонил голову набок. — Конечно… Всё нормально? — сразу уточнил Вальд, почувствовав напряжение в голосе Эграссы. Эграссель кивнул, отошёл от Вальдхара и медленно опустился на кровать, перебирая прядь своих длинных волос. Руки отпустили вьющуюся прядку, и Эграсса завёл их за спину, опираясь на них. — Да, всё в порядке, — дополнительно подтвердил Эграссель, не смотря на Вальдхара. — Просто моя просьба довольно… — мужчина задумчиво поднял взгляд к потолку и вздохнул, — неоднозначная. Даже не знаю, как бы выразиться, чтобы это не звучало слишком странно. — Да ладно тебе! — усмехнулся Вальдхар и тут же начал переубеждать Эграссу. — Я так хорошо тебя знаю, что никакая твоя просьба не покажется мне странной. Я готов ко всему, серьёзно! Эграссель какое-то время молча собирался с мыслями, беспокойно ёрзая и покусывая собственные губы. После он всё так же неспешно, словно оттягивая неминуемо приближающийся момент, когда ему придётся озвучить свои мысли, поднялся с кровати и, сделав размашистый шаг в сторону Вальда, прильнул к нему. — Хочу с тобой переспать, — коротко сказал Эграсса, по крайней мере, коротко на первый взгляд. Удивлённый Вальдхар уже собрался завалить Эграсселя вопросами о том, почему эта просьба вообще вызвала в нём столько волнения, почему он так долго тянул с таким обыденным предложением, но его прервало то, что Эграсса вдруг продолжил говорить. — Но если я начну сопротивляться или просить тебя остановиться, то я хочу, чтобы ты всё равно продолжал, — добавил Эграссель, теперь точно завершая свою просьбу. Вальдхару понятнее не стало. Точнее, нет, ему стало понятно, почему Эграссель не мог спокойно об этом попросить, но решённый вопрос сменился на новый — почему Эграссель вообще хотел этого? Вальд вовсе не думал, что Эграсса был каким-то невинным ангелом, незнакомым с какими-либо извращениями, дела скорее обстояли с точностью до наоборот, но подобные желания Эграссель изъявлял впервые. Вальдхар положил обе руки на плечи Эграссы и отцепил его от себя, чтобы поставить перед собой и посмотреть ему в лицо. — Зачем? — кратко спросил Вальд, но потом решил уточнить свой вопрос. — Зачем мне делать с тобой то, что тебе не нравится? Эграссель быстро замотал головой и начал торопливо объясняться, с трудом успевая выражать быстрый поток мыслей словами. — Извини, тебе необязательно соглашаться, если ты не хочешь, я просто подумал, что- — Эграсса, я не говорил, что не хочу, — перебил его Вальдхар. — Ты же знаешь, я в таких вещах, ну, редко когда бываю против. Просто ты меня удивил. И я просто хочу знать, что у тебя на уме. Объясни так, чтобы я понял. Настойчивое желание Вальдхара разобраться заставило Эграсселя немного успокоиться. Трудно волноваться о том, что тебя посчитают странным, когда человек делает всё возможное, чтобы понять твою странность. И, кажется, даже готов разделить её с тобой, когда поймёт. — Вальд, ты не будешь делать мне по-настоящему больно или неприятно, — начал объяснять Эграсса, уже более спокойно. — Я ведь сам прошу тебя об этом заранее, значит, я изначально не против. Мне просто хочется… Острых ощущений, назовём это так. В своём объяснении Эграссель чуточку приврал. Дело было не в острых ощущениях, совершенно не в них. Эграссе просто хотелось убедиться, что в нём вообще есть силы на сопротивление — не только физические. Убедиться, что спустя годы он может хотя бы попытаться дать отпор, пусть результата от этого и не будет. Он хотел знать, что может не только смиренно замирать, когда чувствует боль. Ему хотелось попробовать сказать «нет», а не покорно выполнять всё, что от него требуется, даже не дожидаясь реального принуждения. — А вдруг тебе реально станет неприятно? — спросил уже чуть более понимающий, но всё ещё беспокоившийся Вальдхар. — Ты же знаешь, если я не пойму и вовремя не остановлюсь, а тебе потом будет плохо — я себя не прощу! Вальдхар не мог позволить себе даже мысль о том, чтобы как-либо навредить Эграсселю — нарочно или случайно. Он знал Эграссу столько, сколько помнил себя, и все эти годы Вальд видел в себе защитника Эграсселя, того, кто огородит его от любых угроз и позаботится о том, чтобы Эграссе не приходилось терпеть боль, с которой он в своей жизни был вынужден сталкиваться уж слишком часто. В детстве Вальд называл себя верным рыцарем Эграссы, и, хотя с возрастом они перестали представлять себя героями сказки, в глубине души Вальдхар всё ещё воспринимал себя именно так — рыцарем, для которого навредить своему принцу стало бы судьбой хуже смерти. Но разве может рыцарь пойти против желаний своего лорда? Эграссель задумался о словах Вальда. Первой его мыслью было: «ты слишком сильно любишь меня, чтобы в самом деле сделать мне больно», но он понимал, что такой ответ Вальдхара вряд ли устроит, поэтому, немного поразмыслив, ответил иначе: — Давай договоримся, что если я скажу «стоп», то ты должен будешь остановиться. Тебе… будет спокойнее так? — Да, — Вальд кивнул. — Так будет лучше. Вальдхар тихо вздохнул и расправил плечи, разминая напряжённые мышцы. — Ну, раз уж тебе точно ничего не будет угрожать по-настоящему, и ты уверен, что всё будет в норме… У меня больше нет причин отказываться, — сказал он, улыбаясь Эграссе. Эграссель едва сдержал улыбку — он был рад, что Вальдхар всё же согласился, несмотря на своё изначальное удивление. Вальд всё ещё не до конца понимал, в чём смысл такого акта, но это непонимание полностью ушло на второй план. Это всё неважно. Главное, что это то, чего хочет Эграсса, и что ему ничего не угрожает. Поначалу неуверенно, Вальд взял Эграссу за талию и неторопливыми шагами повёл его спиной к кровати, неловко отводя взгляд. Да, это действительно ощущалось неловко — Вальдхар пытался сделать всё так, как от него требуется, и при этом немного терялся в инструкциях. Он должен вести себя как обычно, или ему стоит быть… Резче? Эграссель удивлённо вздохнул, оказавшись придавленным весом Вальдхара к коротко скрипнувшему матрасу. Не давая времени на размышления и вопросы, Вальд в спешке расстегнул рубашку Эграссы, но не снял — просто оставил распахнутой и тут же опустился ниже, по-хозяйски разбираясь с пуговицей брюк Эграсселя и так же беспардонно стягивая их с эльфа. — А ты быстро, — подначил его Эграсса и тихо засмеялся. — Мне это нравится, знаешь. — Нравится? — переспросил Вальд и прижался губами к шее лежащего под ним Эграсселя. Эграсса кивнул и поднял руки, до этого распластанные на простынях, чтобы положить их на спину Вальдхара, притянуть чуть ближе. Вытянутые пальцы проскользили по чужой спине, и Эграссель довольно улыбнулся, явно наслаждаясь возможностью пощупать своё самое любимое произведение искусства. Звук расстегнувшейся бляшки ремня побеспокоил тишину момента. Эграссель опустил взгляд, подняв брови в лёгком удивлении, и принялся молча наблюдать за тем, как Вальдхар (уже, кажется, без былого волнения) раздевался перед ним. Раздевался тоже лишь наполовину — свой торс Вальд также не стал оголять полностью, только лишь чуть задрал кофту, обтягивающую рельеф тела, от чего Эграсса испытал секундное разочарование. Разочарование быстро развеялось, стоило Вальдхару прикинуть, насколько ему будет жарко, и всё же снять с себя кофту, а Эграсселю переключить своё внимание на твёрдый член, пристроенный между собственных ног. Сердце, кажется, пропустило удар, прежде чем затрепетать в лёгком волнении. — Погоди, уже? — неуверенно спросил Эграсса. — Ну, я имею в виду, обычно мы… Вальдхар неторопливо, даже нарочито медлительно взял Эграсселя за руку только лишь для того, чтобы резко схватиться за вторую и, сцепив чужие запястья вместе, завести руки Эграссы за голову. Эграссель рвано вздохнул и инстинктивно попытался вырваться из чужой хватки — не вышло. Вальдхар держался на удивление крепко. Он усмехнулся и положил свободную руку на бедро эльфа. — Не переживай, Эграсса. Я же знаю, что ты справишься, — заверил Вальд. Попытка Эграсселя объясниться прервалась сдавленным стоном, вырвавшимся из него — Вальдхар вошёл без предупреждения, от чего по всему телу прошла короткая, напоминающая электрический импульс дрожь, приятная и не очень одновременно. — Вальд, подожди! — дрожащим голосом запротестовал Эграсса. — Я не уверен, что… готов… Ещё один толчок, уже более нетерпеливый и глубокий, и Эграссель снова вздрогнул и сжал руки в крепкие кулаки, оставляя на собственных ладонях красноватые вмятины от ногтей. Хотелось хотя бы ухватиться за Вальда, чтобы немного успокоить нервы, но вторая попытка высвободить запястья не увенчалась успехом. Эграсса даже удивился тому, насколько у Вальда сильные руки. Вальдхар в это время продолжал задуманное, окончательно забыв об изначальной неуверенности в том, что это хорошая идея. Член легко скользил внутри быстро намокшего влагалища, и Вальд мог позволить себе ускорить темп, вынуждая Эграсселя выгибаться в спине и жмуриться от перевозбуждения, пока с его губ слетали какие-то бессвязные обрывки фраз. — Вальд… Не… — бормочет Эграсса, глотая воздух между словами. — Тише, всё хорошо, — ответил ему Вальдхар, не думающий останавливаться. Эграссель едва ли мог думать. Мысли роились в голове, как пчёлы в улье, в панике ударяясь о стенки черепа. Он снова ничего не контролирует, он сам отказался брать всё в свои руки… нет, всё не так. Тело не было предательски слабым и неуправляемым, как бывало тогда. Эграсса вырвал свои запястья из ослабевшей хватки Вальдхара и вцепился в его плечи, оставляя на коже едва заметные царапины. — Хватит! — хрипло крикнул Эграссель и укусил Вальда за плечо, выражая протест и заодно заглушая свой полувсхлип-полустон. На секунду Эграссу охватила паника. Он, наверное, не должен был… нет, не имел права делать Вальдхару больно в ответ. Вальд разозлится. А если он разозлится по-настоящему? Тогда будет очень больно и страшно, и Эграссель не сможет ничего сделать, потому что он слабый, хлюпкий трус, который скорее позволит любимому человеку уничтожить его, нежели сможет его остановить. Вальдхар втянул воздух сквозь стиснутые зубы, почувствовав, как не особо сильная, но всё равно не самая приятная боль разлилась по плечу. Он, конечно, не злился на Эграсселя за это — в этой ситуации это было бы попросту глупо. Ответом Вальдхара на укус стал немного небрежный, но вовсе не грубый поцелуй в шею, и хотя для перевозбуждённого Эграссы это должно было ощущаться как что-то едва заметное, он тихо вздохнул и чуть откинул голову назад, прежде чем снова жалобно всхлипнуть. Но это было не больно. Точно не походило на доказательство того, что Вальдхар искренне хочет ему навредить. Это просто игра. Всё тело Эграсселя подрагивало, всё более и более охотно подчиняясь чужой воле каждый раз, когда Вальдхар проталкивал себя внутрь него. Но Эграссе не было стыдно, уж точно не было отвратительно, и он не ощущал себя жалким и униженным. Он подал голос. Да что уж голос, он даже дал что-то вроде физического отпора, а значит назвать его слабым просто не повернётся язык. И Вальд позволял ему это делать. Он не затыкал Эграссу ни физически, ни словесно, хотя вполне мог бы развернуть эльфа и уткнуть носом в подушку, чтобы не слушать его возражения. Мог бы делать больнее каждый раз, когда Эграссель говорит что-то против, показывать, что за неподчинением следует наказание… но наказания не будет. Теперь уже точно. Никогда. — Вальд, ну всё, пожалуйста… — скулит Эграсса, снова впиваясь ногтями в чужую спину. Изрядно запыхавшийся Вальдхар вошёл до упора, снова выбивая крупную дрожь из обнимающих его ног Эграсселя. Он прижал тело Эграссы к себе — тот не стал сопротивляться, только неразборчиво промычал что-то в чужое плечо, уже не царапаясь, а просто крепко держась за Вальда. — Не двигайся, — пробормотал Эграссель, тяжело дыша и обнимая Вальда, сковывая его в движениях. Конечно, он понимал, что Вальдхар сделает всё наоборот, как и было приказано самим Эграссой. И, конечно, на это Эграсса и рассчитывал в своей просьбе остановиться. Он мог бы этого не говорить, но любое выпущенное из груди возражение ощущалось как глоток воздуха, как доза свободы внутривенно. Эграссель, наверное, как жертва голода, никогда в своей жизни больше не насытится — но это не лишало его удовольствия от каждого куска контроля. И когда этот кусок с усилием вырывался зубами, он казался ещё слаще. — Не могу, — кратко ответил Вальдхар, едва заметно улыбаясь. Вопреки просьбе эльфа, он продолжил, хотя его собственные движения уже были торопливыми, а в чертах лица читалось напряжение — продержаться сильно дольше он вряд ли сможет. Как и Эграссель. — Потерпи ещё немного, — выдохнул Вальдхар и бережно прижался губами к щеке ёрзающего под ним Эграсселя. — Ладно? Эграсса ничего не ответил, только стиснул зубы и сжал Вальда в своих объятиях крепче, однако более даже не пытался его сдержать. Несмотря на всю силу желания продолжать отыгрывать непокорность, желание приблизить окончание в этот момент было сильнее. Вальдхар продолжал быстро, но ритмично толкаться внутрь, а его спина вздымалась с каждым шумным вздохом — практически в такт тому, как поднималась грудь тяжело дышащего Эграссы. Под видом напускного противоборства всё это время они оба хотели одного, и это было даже не сексуальное удовлетворение, точнее в основном не оно. Они оба хотели, чтобы Эграссель получил то, в чём так отчаянно нуждался. С глухим стоном Вальдхар вошёл до упора, вдавливая уже охотно принимающее его тело Эграссы в матрас, и, содрогнувшись, кончил внутрь. Эграсса сначала зажмурился и закусил губу, но практически сразу передумал сдерживаться и устало, но довольно простонал, проходясь рукой вдоль позвоночника Вальда и останавливаясь на его шее. Пару мгновений они просто молчали, отчаянно пытаясь отдышаться, и просто смотрели друг на друга из-под вяло прикрытых век. «Как ты?» — одновременно спросили оба, и оба промолчали, не решаясь ненароком перебить другого. — Как ты? — повторил Вальдхар. — Всё нормально, я не перегнул? — Нет, — замотал головой Эграсса. — Вообще нет. Я бы даже сказал… что ты всё сделал идеально. Меня больше волнует то, в порядке ли ты? Ты ведь… сомневался по поводу этого всего. Надеюсь, тебе не приходилось заставлять себя что-то делать. — Ну… — задумчиво протянул Вальдхар, ложась на спину рядом с Эграсселем. — Вообще да, в порядке. Блин, прозвучит так себе, наверное, но это оказалось не так морально тяжело, как я ожидал. Ну, то есть… я же знал, что всё нормально и ты сам об этом попросил. Так что я довольно быстро, типа, вошёл во вкус. Эграссель улыбнулся от слов Вальдхара и пристроился ближе к нему. — Извини, что кусался и царапался. Больно было, наверное, — слегка смущённо продолжил эльф. — Не смеши, — отмахнулся Вальдхар, приобнимая Эграссу. — Считай, не почувствовал даже. Если ты реально думаешь, что мне не по силам такое стерпеть, то я на тебя обижусь, понял? — Понял, понял, — тихо усмехнулся Эграссель. — Больше не буду ставить твою способность превозмогать боль под сомнение. Окончательно избавляясь от расстояния между собой и Вальдом, Эграсса кладёт голову Вальду на грудь, и чужие руки моментально, словно рефлекторно начинают перебирать длинные светлые локоны. — Эграсс, а… Ты получил то, что хотел? Ну, то есть, ты доволен? — спросил Вальдхар. — Да, Вальд. Я бы даже сказал, что… — Эграсса улыбается снова, шире, чем прежде. — Я стал лучшего мнения о себе. Так что спасибо тебе. В этот раз Эграссель говорил чистую правду. Вальдхар действительно позволил ему убедиться в том, что он лучше, чем ему кажется уже долгие годы. И даже если когда-то в прошлом его действительно можно было назвать слабым, запуганным, неспособным постоять за себя, то сейчас всё иначе. Может, потому что бояться больше попросту нечего… А может и потому, что Эграсса действительно стал сильнее. Не без помощи Вальдхара, конечно.