Боль

      Презентация прошла успешно. Всё-таки пришлось поступиться своими принципами, а главное своим эго, и выкатить обновление с уступками Правительству. Разумовский поступил по совету Волкова, не спал пару ночей, чтобы всё успеть, и успел. Конечно недовольные были, но многие из инвесторов и тех, кто пытался Сергея уломать, считали, что это только первый шаг к изменениям. Поддерживали, желая и дальше двигаться в таком направлении. Сергей сделал по умному, мало того, что функция работала с ограничениями, так он ещё и намеренно допустил ошибку в коде, которая данные хоть и сохраняла, но лично ему и без доступа высшего администратора их не достать. Проблема в том, что такого доступа не существует в принципе.

***

— Сергей, я не прошу вас продавать чужие данные. Я прошу вас просто пойти на содействие и готов заплатить стоящую сумму за это — мужчина в тесном костюме очень уговаривал Разумовского, тот в свою очередь терял всякое терпение. — и ваша сумма идеально сходится с ценой данных на черном рынке. Вы пришли не к тому человеку, мне ли не знать о расценках за подобные вещи — такие встречи только выводили из себя. Заняли время, ещё и официальный визит нанесли, даже не скажешь, что работе мешают, так как залезли в личный график и выбили для себя место.       Волков напряженно наблюдал за обстановкой. Так уж вышло, что за последние пол года он стал частью этого дела. Теперь он не просто личный секьюрити, он ещё и советник на полставки. Ну и личный друг, если так можно выразится. Они всё делали ставки, когда же крупные компании по продаже данных пользователей объявятся и начнут просить выкупить хоть крупицы информации. У этого хватило наглости даже не прикрываться. Точнее, он как бы говорил, что это для государственного дела, но тут и дураку понятно, что это не так. Особенно, когда найти твои скрытые дела, имея доступ по всей сети, не так уж и сложно. Хватило пару часов, чтобы найти документы о сомнительного рода сделках. — в противном случае, я буду вынужден сообщить людям выше, что вы отказывайтесь сотрудничать. Тогда у вас будут проблемы на государственном уровне! — только сказать им не забудьте, они может хоть узнают куда половина вашего капитала тратится — всё-таки нужно учится у Олега иногда держать язык за зубами. Дядя в костюме аж покраснел, словно рак. Неясно, это из-за затянутого галстука или того, что Разумовский двадцать минут назад выключил кондиционер, чтоб он поскорее задохнулся. Таких гостей тут не жалуют. — это просто возмутительно! Ты даже понятия не имеешь, кому переходишь дорогу! — всякое уважение уже потеряло смысл. Разумовский тоже молчать не собирался, но Волков вовремя вклинился между ними. До этого он меланхолично сидел в кресле, даже не слушая о чем речь. По крайней мере, так казалось. Сначала вообще были против его присутствия, ведь свою охрану гость оставил за дверью. «Это не охрана, а мой близкий друг и, по совместительству, партнер» — ответил тогда Разумовский, закрыв тему о его присутствии. — я думаю, переговоры больше смысла не имеют. Господин Рокоссовский, будьте так любезны, избавьте нас от своего общества — этому Волков научился у Разумовского. Раз уж его представили просто другом, можно себе и такую наглость позволить. Сергей всё равно не против.       Мужчина сам вылетел из кабинета. Олег на самом деле хотел самолично его отправить, но тот ретировался быстрее. — эх, не дал мне даже про самое интересное сказать — театрально расстроился Разумовский. Ничего удивительного, что у него всё схвачено — Марго, останови запись. — хорошо, Сергей, сохранила в вашу папку. — ну и хорошо ведь, разнес бы потом по всему крысиному логову. — может хоть соваться бы перестали.

***

      Находится в переговорной стало просто невозможно. Разумовский в целом этот кабинет не любил. Всегда там душно и нудно. Олег его мнение разделял, поэтому оба поспешили покинуть место.       Стеклянный лифт поднимался ввысь. Сегодня Питер вновь не радовал погодой. Ни дождя, ни солнца. Серые тучи лишь сгущались, а настроение падало вместе с этим. Рыжий устало вздохнул, рассматривая серый пейзаж. Волков занимался тем же самым. — думаешь, он никуда не пойдет? — нарушает тишину Сергей. Он отвлекается от окна и смотрит на реакцию Олега. Когда ему вдруг так стало важно то, что он скажет? Раньше он наблюдал за ним с интересом, словно за насекомым в аквариуме, а теперь же хотел получить ответ и от него многое зависело, по крайней мере внутри. — не знаю. Палки в колеса повставляет точно. Я бы ничего не планировал крупного на ближайшее время — Волкову очень бы пошло быть гадалкой. Нагнетать и «каркать» он умеет отлично. Не смотря на то, что над своими решениями он почти не думает, то над Разумовским измывается конкретно. Надежды отрубает с корнем, а грандиозные и экстравагантные проекты сразу отправляет в мусорку. При том, он всегда говорит «делай как считаешь нужным, это ведь твое дело, а не мое», но заметно дуется, когда Сергей его осторожность критикует и не воспринимает всерьез.       Даже когда дело касается безопасности. Стоит сказать, что в это место идти лучше не стоит, так как там полно тех, кому Разумовский перекрыл дорогу, даже не перешел, Сергей отвечает «да брось, что ты нагнетаешь». Хуже всего, когда он говорит «твоя работа моей безопасностью заниматься, а не указывать что мне делать». Это обиднее всего. Да, Олег даже научился обижаться. Их отношения уже давно перешли все рамки приличия. Они скачут от «Олег, не лезь не в свое дело» до зажиманий по углам своего же кабинета. Такие эмоциональные качели Волкова никак не устраивали.       По хорошему, стоило поговорить об этом. Обсудить какие-то рамки и границы, расставить понятия дозволенного. С четкой инструкцией Олегу нравилось работать больше, Сергей же был прямом противоположностью: ни четкого графика работы, ни ясности в отношениях. Зато платил исправно. Только вот теперь эти деньги начинали смущать. Откровенно, начинаешь чувствовать себя проститукой. Позвонили — приедь, побудь либо грозным вышибалой, либо подставь плечо для очередного загона. И никогда не знаешь, когда придется совмещать два этих дела.       Разумовский промолчал, обдумывая вариант. Сегодня у него такое настроение, что может и прислушается к чужим советам. Но никто не отменяет того факта, что оно может поменяться в любой момент.

***

      Олегу надоело быть курткой для слез, поэтому он принял по настоящему мужское решение поговорить. Проблема была только в одном — нужно было решить для начала чего ты сам хочешь от этих «отношений». С одной стороны, он никогда ни о чем кроме работы не думал, но теперь всё это обременяется их странной дружбой. Не долго ждать часа, когда они начнут отношения без обязательств. Раньше Волков к такому нормально относился и даже участвовал пару раз, был инициатором, но его принципы изменились, теперь ему вообще отношения были не нужны, весь упор он делал на карьеру. Просто взять и всё оборвать он теперь тоже не может. Как никак, они уже больше полугода работают вместе бок о бок. Да и не в этом дело, он откровенно начинал привязываться.       Когда ты изначально не рассчитываешь на что-то, то тебе легче контролировать свои мысли и желания, ты знаешь чего делать не стоит, а что можно себе позволить. Тут картина другая. Сначала ты просто работал, затем начал сближаться с человеком, даже стал для него другом, какие-никакие человеческие чувства в связи с этим проснулись, появились обязательства. Начинаешь узнавать о нем много нового, сам делишься какими-то скелетами из шкафов. И тут резко, в эти дружеские отношения влетают совершенно не дружеские действия. Голова идет кругом и теперь важно решить — ты хочешь сохранить то, что у вас было до этого, доверие, внимание, какую-то легкую привязанность, или же ты хочешь чтобы вы вышли на новый уровень? Свалить это решение на одного Разумовского просто нельзя, это бесчеловечно, да и как ты можешь решить, если не знаешь что чувствуешь.       Теперь Олег перешел в новый режим. Он стал анализировать свои эмоции и чувства, о которых он уже давно позабыл и закрыл в дальнем ящике. Нужно было возвращаться к обычной человеческой жизни, где нет четких инструкций и руководителей, где решения нужно принимать самому. Это всегда сложно.       Он долго думал чего же ему хочется. Сергей парень-то правда неплохой. Но откровенно говоря, другом он уже быть просто не может. Для Волкова друг — это тот, с кем ты раз в неделю можешь встретится пива выпить, что-то рассказать и разойтись, ну и в трудную минуту придти на помощь разумеется. Сергей же отдельный случай. Он уже привык находится с ним в тесном контакте, привык разговаривать о личном, привык давать советы. Да и ему откровенно было интересно с ним находится рядом. У него особый взгляд, наверное, на все вещи в этом мире, он безумно талантлив и никогда не знаешь, когда он вспомнит о своем скрытом таланте в очередной раз. Он интересный собеседник, с ним можно расслабиться и в то же время, сидеть на иголках, не зная когда он спровоцирует конфликт. Разумовский — это бомба замедленного действия, он не провоцирует взрыв адреналина, он каждый раз выкидывает что-то новое, непривычное, нужно учится реагировать заново. От того никогда и не знаешь откуда прилетит и в кого. Для человека, привыкшего жить в стрессе, это золотая жила. Самому провоцировать проблемы не надо, их создает кто-то другой. В отношениях с таким человеком никогда не будет скучно, а это как раз таки то, что Олегу так нужно. Он не выносит однообразие.       Теперь стало ясно в какую сторону наклонилась чаша весов. В этом тоже есть проблема. Разумовскому отношения совершенно точно не нужны. Он сам об этом говорил. Да, Олег для него первый и самый близкий друг, но пусть там и остается. Правда если Волков всё-таки примет тот факт, что кажется влюбился, то по настоящему превратиться в зверя на поводке, будет носить в зубах тапочки и лаять на недоброжелателей. Унижаться до такого никак не хотелось. Только вот что делать иначе — непонятно. Всё стало лишь ещё труднее

***

      В очередной раз Сергей задерживается на работе. Олег упорно ждал его на диване, он уже привык не влазить, когда другой занят делом. Правда усталый громкий вздох со стороны рабочего стола был своеобразным сигналом, что пора его от туда вытаскивать. Сам уже не справится.       Поцелуй прерывается Разумовским. Олег всё чаще становился их инициатором, а Сергей останавливал процесс. Мужчина смотрел с неподдельной надеждой, правда сам не знал на что. Разумовский ехидно улыбается. Он совершенно точно устал, это говорят слегка красные глаза и неразговорчивость, но шанс поюлить перед Олегом он никогда не упускает.       Сергей вновь первый прерывает их контакт, отходя и начиная собирать свои вещи со стола. Олег всё стоит на том же месте, словно тоскуя по минувшей близости. В последнее время он какой-то чересчур задумчивый и даже слегка грустный. Разумовский безусловно это видит, но ничего не говорит. Пока что. — пойдем — он опять прерывает чужие размышления.       Волков привык провожать начальника до машины и уходить. Обычно Сергей заранее решал кто-куда поедет, и зачастую после таких вечеров Олега отправляли домой. Он и не обижался раньше, но теперь зная свои чувства такие мелкие жесты всё больше его расстраивали. Как никак, а в сердце таилась призрачная надежда на то, что Сережа сам заметит внимание с его стороны и перестанет к нему относится как к работнику по вызову. Вот и сейчас дверца машины хлопает и она заводится. Волков, стоя в мраке парковки, не отходит от двери, словно ожидая, что сидящий внутр передумает.       Сергей сначала даже и не обратил внимание. Общая усталость не сразу дала понять, что Олег никуда не ушел. Парень опустил стекло, глядя на мужчину. — ты чего?       Разумовский безусловно заметил, что последнюю неделю Волков сам не свой, но говорить на эту тему он не собирался. Олег не маленький мальчик, да и к тому же куда его старше, сам разберется со своими проблемами, зачем туда лезть? Наверное, если эти проблемы провоцируешь ты, то залезть стоит.        — давай я тебя до дома отвезу — в этой просьбе ничего сверхъестественного не было. Сергей часто рисковал попасть в аварии, когда был невнимательным за рулем. А сегодня как раз именно такой день. Только так Олег ловко скрывал свои желания. Под видом простого беспокойства и безопасности, надеялся получить приглашение домой. Зачем ему это надо было, если там его ничего кроме молчания, а затем дивана в гостинной, не ждало — не ясно. свои какие-то закидоны.       Сергею такая опека часто не нравилась, он пререкался, но не сегодня. Он устало вздохнул и дал Олегу занять водительское кресло.       Дом встречал вновь холодностью и пустотой. В отличии от холостяцкой квартиры Олега, тут было совсем не уютно и не по домашнему, но воспоминания о здешних событиях украшали это место. Сергей Отправился в душ, Олег на кухню. В этот раз он зашел без спроса, но его никто и не выгонял, потому что хуже от его присутствия точно не будет. Ему безумно льстило то, что Сергей единственного его допускал до подобного, правда учесть от факт, что ему скорее было все равно, тоже стоит. Только картина тогда не совсем удачная вырисовывается. — что с тобой? — всё-таки рыжий нарушает тишину. Сегодня у него нет сил, чтобы даже сушить волосы, он сидит на стуле за столом, капли с мокрых прядей уже намочили всё вокруг от пола до стола. Олег поднимает глаза, будто не понимает о чем речь — последнее время сам не свой. Летаешь в каких-то мрачных тучах.       Рано или поздно этот разговор состоялся бы и судьба решила, что раз Олег медлит, то она сама к ниму придет. — кхм, да вроде всё в порядке — он как-то поправился на месте, словно почувствовал себя неуютно в своем же теле. Сергей ловко замечает подобные детали, это и дает ему преимущество в манипуляциях. Даже усталость не помеха. — я думаю, что нет. Если не хочешь говорить, то так и скажи — Разумовский довольно быстро сдал позиции. Ему не совсем хотелось сегодня копаться в чужой голове и уж тем более заставлять кого-то и убеждать поговорить. — да просто не быстрое это дело, да и рано ещё о таком говорить — уволиться хочешь? — конечно в их разговорах не обошлось и без планов о будущем. Олег поделился своим желанием, на что Сергей отреагировал неоднозначно. Он очень ревностно посмотрел на него тогда и даже помолчал несколько секунд, а затем спросил будет ли он на него работать дальше. Тем не менее, он сказал, что по долгу дружбу поможет устроится, и денег может дать и промо обеспечить. — а? нет-нет, не в этом дело.       Разумовский просто смотрел на него, давая понять, что ему нужны конкретика. Либо «отвали», либо уж конкретная причина такого поведения. — просто.на личном фронте проблемы — Волков решил отбиваться максимально обобщенными фразами. Не может же он прямо сказать, да и правда пока нен время. как минимум, сейчас не походящие.       Разумовского больно кольнуло в самое сердце. Так, будто изнутри прорастала огромная глыба льда, подавляющее все живое на своем пути. Внешне он никак не изменился. Лишь фальшиво вскинув брови, и опустив глаза в тарелку, ответил: — ясно.       С чего вообще он мог на что-то надеяться. Для его героя изначально не была прописана ни любовная ветка, ни друзья рядом. В один миг он вновь лишился и того и другого. Судьба, как программный код, её не обманешь. Если тебе суждено быть одному, то все связи будут рушится сами собой, как бы ты себя не вел. На языке заязвило неприятное чувство измены. То есть пока они тут ворковали, у него там на каком-то личном фронте были другие дела.       Ненависть к Олегу очень быстро сменилась ненавистью к самому себе. Ну вот что с ним не так, раз его никогда не выбирают в приоритет. Единственный шанс на нормальную жизнь был растоптан. Только кажется теперь в голове созрела больная и неприятная мысль. Они ведь друг другу не просто друзья, не просто знакомые. Даже если их социальная связь прервется останется кое-что, что связывает их — боль. Этим острым чувством их связала судьба. Как хочешь не отделаешься, даже уезжай на другой континент, они всегда будут связаны.       Волков так самозабвенно верит в какого-то там, что неделю уже не может места себе найти. А найдет ли он себе место, когда поймет, что его возлюбленная не та? Когда ей перережут глотку? Самое забавное, и отчасти даже обидное, то что Сергей не хотел навредить Олегу, он хотел навредить другому человеку. Хотелось той переменной, что мешается в этом вычислении, показать, что она зря тратила время и зря отняла у кого-то попытку на счастливую жизнь.       Эти влажные мечты никуда дальше мокрой рыжей головы не укатились. Сергей всё также сидел на кухне, только с уже более безучастным видом. — и кто она? — разговор напоминал больше драму семейной пары, где один нашел себе любовницу и теперь признается, что хочет уйти. Второй же, приняв всю ситуацию, безэмоционально пытается отпустить своего партнера. Не тут-то было. — с чего такая уверенность, что это девушка? — тебя никто больше не привлекает — не смотря на желание скрывать свои чувства и планы, Разумовский не может удержаться от язвительного комментария. Мол посмотри, запомни мои слова, меня ты всегда отвергал, но я знаю то, чего не знаешь ты! - ну, я бы так громко не выражался - будто прочитав чужие мысли и намеренья, отвечает Олег. Он быстро стал понимать, что Сергей думает о каком-то третьем лице и нужно было как-то мягко подвести к тому же, их всё также двое. - а знаешь, ты прав. Сейчас не время. Мне вообще не должно быть дела до личности этого человека - резко меняет свою позицию Сергей. Он бы ещё токсично добавил "совет вам да любовь", но не стал. Решил помолчать. Полезно иногда.       В таком настроении они разошлись спать. Правда оба в эту ночь глаз так и не сомкнули.