Больше, чем напарник

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ ВЫ ВИДИТЕ ВЫШЕ Задание привело их в старое промышленное здание на окраине Детройта. Пол — усыпанный битым стеклом, стены — в трещинах, воздух густой от пыли и запустения. Ричард шёл первым, как всегда. Алек — за ним, стараясь не отставать. Шум. Тень метнулась справа — один девиант. Вторая — слева. — Алек, к машине! Ждать там! — коротко бросил Ричард и мгновенно сорвался с места. Он двигался идеально, почти бесшумно, быстро, словно запрограммирован на победу. Первого девианта он настиг уже через минуту. Несколько точных ударов, блокировка — и андроид был обезврежен. Ричард собирался вернуться за вторым. Но не успел. Тем временем у машины. Алек стоял рядом, нервно оглядываясь по сторонам. Он слышал отдалённые звуки борьбы и уже хотел достать рацию, когда за спиной послышались шаги. Он обернулся — и встретился взглядом с холодными глазами девианта. Тот был повреждён, но быстрый. Слишком быстрый. — Эй, стой! — крикнул Алек, делая шаг вперёд, будто надеялся, что голос остановит машину. Не остановил. Девиант ударил первым. Резко, точно, без лишних движений. Алек попытался защититься, но его тело не послушалось — хрупкое, неопытное, слабо подготовленное к реальному бою. Пару ударов — и он уже лежал на холодном бетоне. Мир качнулся. Шум двигателя, визг шин — и их машина исчезла в переулке. Когда Ричард прибежал обратно, он на секунду застыл. Сенсоры зафиксировали учащённое сердцебиение, перегрузку процессора, скачок внутреннего теплового режима — всё это соответствовало панике. — Алек! — его голос прозвучал жёстче, чем он хотел. Парень лежал на земле, дыхание сбивчивое, но сознание не потерял. Кровь на губе, порез на щеке, несколько ссадин. Ричард резко опустился на колено, проверил пульс, сканировал травмы. — Поверхностные повреждения. Без переломов, — сказал он, но голос дрогнул. — Я в порядке, — хрипло ответил Алек, — просто… ушиб. Попытался встать — и тут же оказался на руках у Ричарда. — Эй! Что ты творишь?! — Алек заёрзал, чувствуя, как его легко, словно ребёнка, несут на руках. — Поставь меня! Я сам могу идти! — Ты не в состоянии. — Ричард говорил ровно, но взгляд выдавал что-то другое. Почти человеческое. Он жестко удерживал Алека, не слушая протестов, и направился к дороге. Алек всё ещё пытался вырваться. — Это не повод… нести меня, чёрт возьми! — Это необходимость, — холодно произнёс Ричард. — Машина угнана. Вызову такси. Люди на улице оборачивались. Молодой хрупкий детектив в ссадинах и идеальный высокий андроид, несущий его на руках, — сцена выглядела странно даже для Детройта. Ричард остановился у обочины, вызвал транспорт. Алек просто отвернулся, чувствуя, как раздражение и стыд смешиваются с чем-то другим — непонятным, колющим под рёбрами. Такси остановилось у здания штаба. Ричард первым вышел, оплатил поездку, потом открыл дверь со стороны Алека. — Осторожно, — коротко произнёс он, подавая руку. Алек вздохнул и, сдерживая раздражение, всё-таки принял помощь. Он выглядел усталым, но упрямым. — Я дойду сам, — буркнул он, когда они вошли в здание. — Нет, — ответил Ричард без тени эмоций. Не успел Алек сделать и двух шагов, как Ричард снова подхватил его на руки, будто тот весил не больше перышка, и направился к медпункту. Несколько сотрудников повернули головы, кто-то приподнял бровь, но ни один не произнёс ни слова. Все знали: спорить с прототипом — себе дороже. В медпункте их встретил андроид-медик. — Прототип RK900, требуется помощь? — уточнил он, глядя на раны человека. — Я справлюсь сам, — отрезал Ричард. Тон был слишком холоден, чтобы спорить. Медик молча кивнул, оставил аптечку, антисептик, перевязочный материал — и бесшумно покинул кабинет, закрыв за собой дверь. Алек нахмурился. — Ричард, я могу сам. Это просто ссадины, — произнёс он, стараясь сохранить достоинство. — Нет. Ты снова попытаешься сделать это неправильно. — Ричард! — раздражённо поднял голос Алек, но в следующий миг услышал характерный щелчок. Он опустил глаза — и увидел на своих запястьях наручники. — Ты серьёзно?.. Ричард не ответил. Он сосредоточенно обрабатывал раны — уверенными, почти хирургическими движениями. Его пальцы касались кожи аккуратно, но крепко, не позволяя даже шевельнуться. Запах антисептика смешался с запахом железа и синтетического масла. — Ты переходишь все границы, — тихо выдохнул Алек, глядя в сторону. — Я обеспечиваю твою безопасность, — спокойно возразил Ричард, не поднимая взгляда. — Это не безопасность, — прошептал Алек, — это… страх. Ричард на секунду замер. Его глаза — холодно-серые, без единой эмоции — вдруг дрогнули. Всего мгновение, но Алек это заметил. — Что ты сказал? — тихо спросил Ричард. — Ты боишься, — Алек поднял взгляд, — боишься, что со мной что-то случится. Но почему? Это не в твоих протоколах. Ответа не последовало. Только ровные, механически точные движения и мягкий голос: — Не двигайся. Почти закончил. Он наложил последнюю повязку, аккуратно снял наручники и отодвинулся. Алек посмотрел на него, пытаясь что-то прочитать на идеально спокойном лице, но не смог. Лишь лёгкий блеск в глазах, который на миг показался слишком человеческим. Секунды тишины. Только тиканье настенных часов и ровное дыхание. Ричард встал, отнёс инструменты обратно на стол и, не поворачиваясь, сказал: — Я не допущу повторения подобного. Ни при каких обстоятельствах. — Но ты ведь не можешь всё контролировать, Ричард, — устало сказал Алек. — Могу, — ответил он просто. И в этой уверенности не было ни капли сомнения. *** Поздний вечер. Огни Детройта отражались в стекле панорамных окон квартиры на 55 этаже. Город жил своей холодной жизнью — машины, неон, дождь. А внутри — тепло, тишина и странное чувство напряжённого покоя. Ричард поставил на стол ужин: тёплое мясо, овощи, смузи. Всё, как всегда — сбалансировано, без ошибок, без права на спонтанность. Алек вышел из душа в свободной серой футболке, с влажными волосами, падающими на глаза. Он выглядел уставшим, но собранным — уже привык к рутине контроля, как будто иначе нельзя. Ричард молча подвинул ему тарелку, а сам сел напротив. Некоторое время они ели в полной тишине. Лишь звук дождя за окном и лёгкое позвякивание посуды нарушали спокойствие. И вдруг Ричард заговорил — ровно, почти безэмоционально, но в голосе слышалось нечто человеческое, будто трещина в идеально собранной машине: — Знаешь… Я понял, что со мной что-то не так… с того момента, когда тебя впервые ранили, — начал он, не отводя взгляда. — Когда я остался в больнице с тобой на неделю. Алек медленно поднял глаза, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Это не входило в мои обязанности. Я мог попросить другого напарника. Это было бы логично. — Ричард слегка сжал пальцы, будто сдерживая внутреннее напряжение. — Но я не сделал этого. Я сам попросил, чтобы меня отстранили. Чтобы остаться. Он сделал короткую паузу. Городские огни отразились в его зрачках, делая их почти живыми. — Я уже взял ответственность за тебя, — произнёс он тише, но отчётливо. — И тебе остаётся только принять это как факт. Потому что я уже принял решение. Молчание. Алек застыл, как будто мир вокруг на секунду перестал существовать. Он не понимал — что это было? Контроль? Привязанность? Ошибка системы? И почему от этих слов по спине пробежал холодный ток, а сердце забилось чаще?.. Он не ответил. Ричард несмотря на замешательство детектива, подошел ближе и ловким движением поднял его на руки и понес в спальную комнату. Алек хотел было возмутиться, но вместо этого ощутил странные чувства: что-то вроде нарастающего желания и легкого страха. Ричард посадил его на край кровати, сам навис сверху. После притянул его властно за подборок, целуя настойчиво и грубо. Алек робко ответил на поцелуй. Его руки мягко коснулись шеи андроида, притягивая ближе к себе. Ричард отстранился первым. Андроид быстро справился с его рубашкой отбрасывая куда-то в сторону, после чего прильнул к шее парня. Поцелуи смешанные с укусами распространялись на шее, ключицах и плечах. Алек томно прикрыл глаза, сжал простыни и изредка вздрагивал от легкой боли. Ричард достал те самые наручники, что уже многократно использовал, чтобы усмирить напарника. Легким движением перенес Алека ближе к изголовью кровати, ловко сковывая его запястья, закрепляя, лишая возможности отступить. По телу Алека прошлась легкая паника, он машинально дернул руками, попытавшись вырваться. Алек Уэйн всегда был уязвим перед своим напарником, но сейчас это особенно чувствовалось: голый торс, наручники и слишком уверенный в своих действиях андроид. Ричард был воплощением идеального прототипа CyberLife — безупречная симметрия черт, точность движений и сила, скрытая в каждой детали. Высокий, широкоплечий, с выверенной походкой, будто каждое его движение проходило сквозь фильтр алгоритма эффективности. Под формой угадывались мощные мышцы — не просто атлетические, а созданные для скорости и контроля. Его руки — инструмент точности и власти: одни и те же пальцы могли с лёгкостью перехватить оружие противника, а затем аккуратно, почти бережно, поправить ворот рубашки напарнику. Холодные серые глаза всегда были сосредоточены, взгляд — прямой, иногда почти невыносимо пронизывающий. Он был создан, чтобы доминировать в любой среде: среди людей, машин и в близости в том числе. Именно поэтому сейчас это чувствовалось сильнее всего. Ричард разумеется уловил дрожь в теле человека и пульс, что подскочил. Он коротко склонил голову: — Сейчас ты нервничаешь, потому что не можешь контролировать ситуацию. Но контроль — моя функция. После этого он осторожно, но уверенно положил ладонь на грудь Алека — не мягко, не как человек, а скорее как сигнал «ты под защитой». — Всё под контролем, — добавил он уже почти шепотом. — Моим. На секунду Алек ещё пытался держать оборону — руки в наручниках напряжены, пальцы дрожат, взгляд упрямо уходит в сторону. Но стоило услышать этот ровный, безупречно уверенный голос, почувствовать тяжёлую ладонь на груди — будто всё вокруг само собой стало медленнее. Дыхание выровнялось. Пульс замедлился. Он не понял, в какой момент отпустил тревогу. Просто почувствовал, как страх растворяется где-то под поверхностью спокойствия, которое будто транслировал сам Ричард. — Я… — Алек сглотнул, тихо, почти неосознанно, подняв на него взгляд. — Я верю тебе. Ричард лишь чуть склонил голову, его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнуло что-то — краткий сбой в привычной холодной системе, едва уловимый оттенок… удовлетворения. — Правильное решение, — произнёс он так же спокойно, убирая руку с груди. — Теперь мы можем двигаться дальше. Ричард вновь прильнул к нему. Поцелуи распространялись по телу: ключицы, грудь, ребра, едва заметный пресс. Эти действия вызвали волну приятного возбуждения, Алек выгибался в умелых руках, а прикосновения губ сводили с ума. Ричард спустился ниже, стянул с него брюки с бельем, полностью обнажая тело напарника. И замер... Тонкая шея — бледная, будто слишком хрупкая для мира, в котором они живут. Бледная кожа контрастирующая с темными длинными волосами. Ребра слегка выпирают. Красивый пресс. Слишком хрупкая талия для молодого парня. Длинные стройные ноги, что сейчас сведены вместе и прижаты к груди. Бедра Алека слегка подрагивали под пристальным взглядом Ричарда. Глаза опущены, лицо стало чуть по-красневшим, он боялся посмотреть на напарника, смущение и стыд были слишком сильными. Ричард двинулся ближе. В его системе коротко мигнуло уведомление — «анализ визуального фокуса: 9,2 секунды без причины». Он моргнул, будто сбрасывая ненужный процесс, но внутренний сбой не исчез. Раньше он видел в нём только слабость — нестабильную, неоптимальную, требующую защиты. Теперь же… Эта хрупкость казалась чем-то иным. Не ошибкой конструкции — а чем-то манящим, притягательным и желанным… Ричард простым движением притянул Алека ближе к себе за талию. Беспринципно развел сведенные ноги Алека в стороны и вклинился между ними, фиксируя их в разведенном положении. Алек занервничал и пытался прикрыться, но это было невозможно: руки сцеплены наручниками, ноги жестко зафиксированы Ричардом, таким образом, что он даже пошевелить ими не мог. Ричарду же открылся еще более откровенный вид. Член Алека был небольшой, слегка розоватого оттенка и уже стоял, обнажая истинное желание владельца. Но взгляд андроида задержался не на нем, а на плотно сжатой дырочке. По телу Ричарда прошла дрожь, анализ данных определил новые чувство — «возбуждение», оно не свойственно андроидам, но от вида такого хрупкого и уязвимого парня перед ним, вся система дала сбой. Ричард хотел перейти к более активным действиям, но видя смущение и сопротивление детектива Уэйна, спокойно, но твердо произнес: — Посмотри на меня, Алек. Расслабься, все хорошо. Я рядом. Алек медленно поднял испуганный взгляд, дыхание чуть выровнялось от тона голоса Ричарда. Ричард видя как Уэйн расслабляется медленно отпустил его ноги и медленно провел рукой по внутренней стороне бедра. Алек прикрыл глаза и совсем немного подался навстречу прикосновению. Ричард водил рукой по бедрам, после чего его рука скользнула к члену Алека и слегка сжала. Алек судорожно вдохнул, бедрами непроизвольно подался вверх к прикосновению, но андроид уже убрал руку. RK900 вытащил лубрикант выдавливая немного себе на пальцы, после чего смазал вход Алека, начиная потихоньку проникать первым пальцем, разрабатывая: — Проникновение достаточно трудное, твое отверстие сильно сжато и напряжено. Детектив Уэйн, у тебя были партнеры до меня?.. Ричард сказал это все таким будничным тоном, как будто спросил о погоде. Алек вновь напрягся и тихо смущенно произнес: — Не было… Ты первый. Ричард сам не ожидал почувствовать от этих слов, такое сильное чувство — гордости и удовлетворения. Он первый у своего напарника и теперь он намерен стать единственный, кто коснется его. Спустя несколько минут андроид вынул пальцы из разработанного входа. Ричард остался полностью одет, лишь расстегнул брюки и смазал свой член по всей длине. Алек взглянув на его достоинство вздрогнул всем телом, что не скрылось от глаз Ричарда: — Он длиннее и шире среднестатистического мужского достоинства на 34%. Ты должен расслабится и открыться. Сначала будут неприятные ощущения, возможна боль, но выдержишь. Алек попытался раскрыться, но при проникновении автоматически сжался и попытался отстраниться и слезть с члена. Ричард жестко удерживал Алека за бедра проникая все глубже не смотря на сопротивление мышц проник до упора под громкий стон боли напарника. Тот часто задышал, мышцы всего тела напряглись, слезы выступили на глазах… Андроид наклонился к Алеку не вынимая члена и обнял, руки опустились на спину и погладили в успокаивающем жесте: — Тише Алек, дыши глубже… ты молодец. Ты смог принять его в себя. А теперь с каждым выходом потихоньку расслабляй мышцы ануса. Уэйн не сразу, но послушал Ричарда и постепенно расслабился, хоть боль и не прошла. Ричард начал плавно двигаться, правда с натягом. Движение действительно было затруднено, девственный вход был слишком узкий. Алек тихо продолжал плакать при каждом движении Ричарда, слегка всхлипывая. Все возбуждение Уэйна спало, член обмяк, тело было слишком сконцентрировано на боли. Ричард продолжал растягивать его своим членом и при одном не глубоком проникновении задел простату, чем вызвал громкий протяжный стон у Алека. Движения андроида начали происходить по четкой траектории именно задевая это чувствительное место. Ричард резко ускорился и заметил как напарник стонет уже не сдержанно, член снова встает и уже течет — появился предэякулят. RK900 действовал все жестче и быстрее, Алек подстроил под темп напарника и сам насаживался глубже. Ричард на особо сильном толчке опустился к шее Алека и жестко её прикусил, помечая его, отчего Алек дернулся и простонал. Продолжая движения, наклонился к уху и сказал холодно, твёрдо, безэмоционально, но с силой, которой невозможно не подчиниться: — Скажи Уэйн, кому ты принадлежишь? Алек тихо и покорно произнес срывающийся голосом: — Тебе… я принадлежу тебе. На особо сильном толчке Алек сильно напряг бедра, вскрикнул и задрожал, кончая себе на живот. Ричард взял салфетку и протер живот напарник и продолжил движения, кончая спустя несколько минут. Оргазм андроида был неожиданно ярким, он вошел до упора, руки с силой сжали бедра Алека, место, где останутся следы пальцев на следующее утро и излился имитацией спермы глубоко внутрь. Щелчок. Звон металла. Ричард освободил запястья Алека, на которых остались следы от наручников, после чего растер холодные запястья, чтобы нормализовать кровоток. Алек после оргазма фактически сразу заснул… Ричард притянул парня к себе и не выходя из него, положил его к себе на грудь, ложась на кровати. Накрыл их обоих одеялом. *** Утро. Тёплый свет рассвета пробивался сквозь жалюзи, мягко ложась на пол и на простыни. Алек проснулся от ощущения — сильные, надёжные руки на талии и бедрах, ровное дыхание рядом и чувство заполненности — Ричард был все еще в нем. Тело андроида под ним все также было полностью одето, а Алек полностью обнаженный и открытый. Ричард притянул лицо Алека ближе к себе и поцеловал, неожиданно мягко: — Доброе утро! Уэйн не ответил, он хотел уже было встать и пойти в душ, но его удержали железные руки андроида: — Я не разрешал тебе вставать. Ричард откинул одеяло и немного приподнял парня за бедра, после чего резко притянул вниз глубоко насаживая на свой член. Смазка и сперма со вчерашней ночи облегчали проникновения, но боль все еще была. Алек сидя на члене андроида начал возбуждаться от самой ситуации: он полностью обнажен, сидит на бедрах андроида, лежащего под ним, который еще и смотрит на него взглядом полным похоти: — Тебе это нравится. Твоё тело не лжет. Такой покорный… послушный. Мой. Алек вздрагивал при каждом слове, член встал так, что прижался к его животу. Ричард взял руку Алека и положил его ладонь на его же член. Начиная не спеша поглаживать его же рукой, после чего убрал свою руку и произнес голосом не терпящим возражений: — Ласкай себя. Алек подчинился моментально. Рука начала двигаться на собственном небольшом достоинстве, надрачивая. Стоны заполнили комнату. Ричард удовлетворенно смотрел на Алека, тот сейчас выглядел максимально откровенно и развратно: глаза прикрыты, руки на своем члене, дырочка сжата вокруг его большого достоинства, бедра подрагивают, дыхание тяжелое, несдержанные стоны. Это был спусковой крючок. Ричард поднял Алека за бедра и резко опустил вызвав громкий вскрик. Движения продолжились Ричард приподнимал бедра и опускал, насаживая парня на член. Алек от нескольких глубоких проникновений кончил себе на живот и упал корпусом на Ричарда, дрожа всем телом. Ричард продолжил сам насаживать напарника и при особо сильном толчке, кончил сам, обильно изливаясь внутрь. После чего наконец вышел из дрожащего парня. Алек сейчас был максимально чувствительным и открытым. Все тело болело. Ноги дрожали. Шея, ключицы, плечи, бедра в метках Ричарда, руки в синяках от наручников. Отверстие пострадало больше всего и сейчас не закрывалось, только изредка пульсировало. Ричард встал и покинул комнату, приведя себя в порядок, он вернулся в комнату с предметом в руках. Ричард присел между бедер Алека и притянул его к себе: — Ты будешь носить это целый день. Не снимая без моего разрешения. Ясно? Алек увидел в руках андроида анальную длинную, достаточно широкую в диаметре пробку черного цвета. Парень, который ранее никогда не носил подобное занервничал, но видя строгий взгляд Ричарда, лишь послушно кивнул. Андроид провел пальцем у пульсирующей дырочки из которой уже немного начала вытекать смазка и сперма. Ричард приподнял бедра напарника, чтобы из него больше не вытекала жидкость и вкрутил в него пробку. Пробка зашла тяжело, но за счет плотного прилегания, он был уверен, что ничего больше не вытечет. После чего достал из кармана еще один девайс — кольцо на член и продел его до основания. Алек посмотрел вниз и хотел было спросить «зачем это?» Но Ричард его опередил: — Я хочу, чтобы ты всегда был разработан для секса и мы не тратили время на подготовку. А кольцо будет на случай твоего внезапного желания. Если ты захочешь помаструбировать скажешь мне. Без разрешения никакого самоудовлетворения. Ты все понял? Алек покорно согласился: — Да… я понял. Можно я пойду в душ? Ричард притянул его к себе на колени, властно и глубоко поцеловал, после чего отпустил и сказал: — Иди. Правила ты помнишь. Алек осторожно слез с колен Ричарда и, прошел в душ. Холодная вода стекала по телу смывая лишнее, принося облегчение. После стоя перед зеркалом Алек заметил — на шее, ключицах, руках и в принципе по всему телу яркие метки андроида. Уэйн нахмурился, провёл пальцем по коже и на секунду замер. В отражении, за его спиной, появился Ричард — идеально собранный, в форме, с тем же невозмутимым выражением лица. Он тоже всё видел, но не произнёс ни слова. Ни оправдания, ни попытки смягчить. В его взгляде не было вины — только уверенность в правильности всего, что произошло. Алек не стал спрашивать. Он просто устало выдохнул, накинул рубашку, надел брюки, распустил волосы, чтобы скрыть следы...