Связанные болью

- Линч, в чем дело? - Джон повернулся к журналисту, натыкаясь на его непонимающий, слегка испуганный взгляд. Писатель слегка поморщился от своего вопроса. Он не хотел поднимать эту тему именно так, но если ранее это было вопросом времени, то спустя почти два месяца это стало проблемой. - Ты о чем? - непонимающе спросил Линч, повыше натягивая плед к груди. После успешно завершенного дела, они решили отметить вечерним просмотром фильма: разложили диван, чтобы было удобнее развалиться, выбрали фильм, заказали доставку, телевизор бубнел фоном, разбавляя их неловкий разговор. Джон глубоко вдохнул: - Ты не хочешь меня? Боже, они так и будут общаться вопросами? Писатель не жаловался на их отношения и то, как они проходят. Конечно не обходится без ссор, недопониманий или конфликтов, но они всегда приходят к мирному решению и обида живёт не более, чем до вечера. Перед сном в кровати, они мирятся, тискаются, нежатся и извиняются. Джон однажды в шутку назвал их ложе "кроватью примирения", что даже завели негласную традицию: если в течении дня происходила ссора, они ждали вечера, чтобы начать свои примирения именно там. Одно беспокоило Джона. Интимная жизнь стояла на паузе. Скорее была на тормозах и тормозил её именно Линч. За почти два месяца они не зашли дальше поцелуев и обжиманий, но стоило писателю слегка переступить черту: юркнуть рукой под футболку, пройдясь по животу, невзначай коснуться внутренней стороны бедра или поцелуями опуститься ниже шеи, как тело Линча становилось каменным и напряжённым, а активные действия по отношению к нему сходили на нет. Джон не торопил события, секс сексом, но в первую очередь ему было важно, что обе стороны не против подобных действий. Но тело и разум Линча было будто не в ладах со своими желаниями, писатель отчётливо чувствовал желание журналиста, не двусмысленно упирающуюся ему в бедро, но каждый раз он сводил все его поползновения на нет, переводя всё в шутку или резко меняя тему. Джон был готов ждать сколько угодно, но его расстраивал тот факт, что может быть проблема не в самом Егоре, а именно в нём. И вот сейчас, лежав под одним пледом, рука Джона рассеянно блуждала по телу Линча сквозь пижаму, пока не поддела футболку, касаясь оголённого бока, плавно переходя к груди. И именно в этот самый момент Линч надулся, будто рыба фугу, выброшенная на берег, расслабленное тело стало каменным изваянием. - С чего ты взял? - Стушевался Линч, отводя взгляд. "Достало!" Джон перехватил держащие плед руки Егора, сжимая их. - Линч... - Пауза. Мысли Джона судорожно выстраивались в ряд. - Я правда не хочу торопиться, меня прекрасно устраивает то, что происходит с нами сейчас, как развиваются наши отношения, но меня не покидает мысль, что твоя...реакция на мои действия не беспочвенны. Может есть причина, почему ты зажимаешься или дело во мне. Короче. В чем дело? - А. - просто сказал Линч. - Не, Джон, дело не в тебе, точно не в тебе, можешь не беспокоиться. - Линч. - с нажимом произнёс Джон. - Мы же договорились: никаких секретов. Я вижу тебя гложет эта тема, если ты не хочешь, мы подождём. - Нет-нет. - он замотал руками. - Я действительно, очень хочу. Просто...Я...боюсь. Джон непонимающе захлопал глазами. - Чего? - Сделать что-то не так, что тебе не понравится, что я не понравлюсь тебе. У меня не было опыта с мужчинами, поэтому... - Стоп-стоп. - остановил поток слов Джон. - Ты боишься, что ты мне не понравишься? О, Линч. - Джон засмеялся, нежно. - Ты для меня самый дорогой и близкий человек, другого такого и представить невозможно. Мне тоже страшно и волнительно, но тут точно дело не в тебе. Мне нравится в тебе всё, даже то, что я ещё не видел. Мы можем не торопиться, начать с взаимных ласк, помочь друг другу руками. - Звучит заманчиво, но...Я хочу дойти до конца. Если ты не против. - Что так сразу? - развёл руками Джон. - Нет, не против конечно. Признаться, у меня самого не было опыта с мужчинами, но думаю разберёмся по ходу пьесы. Ну и я немного подготовился, почитал статьи, спросил у парочки знакомых, чтобы, так сказать, был готовым. Линч засмеялся. - Я тоже кое-что прочитал, чтобы понимать, как это происходит. Может... - он мягко схватил за плечи Джона, наваливаясь на него сверху, прижимая к дивану. От такой прыти у писателя перехватило дыхание. - попробуем прямо сейчас? Джон долго ждал подобных слов, но, наконец, услышав их от своего Соула, он полностью растерялся. Писатель уставился в изумрудные глаза Егора и отчётливо видел в них искорки желания. "Боже, он хочет меня!" - билась мысль загнанной птицей. - Эээ...хорошо, давай. Только давай сначала в душ. Кто первый? - Давай ты. - ответил Линч поднимаясь с Джона. - А и главный вопрос. - Джон остановился у прохода, Егор даже с этого расстояния заметил, как лицо его Соула впыхнул румянцем. - Кто будет...сверху и снизу? - Я снизу. - Сразу ответил Линч и перед ним предстала великолепная сцена: Джон покраснел ещё сильнее, румянец коснулся шеи и ушей, торчащих из вьющийхся волос. Он с шумом сглотнул, снял очки, нервно потирая линзу о край свитера. - Ты хотел бы быть снизу? - неловко спросил журналист. - Нет, то есть да! То есть...я имел в виду... - Джон прекратил наконец мучать очки, неуклюже возвращая их на нос. - Я думал...вау...это просто... - Да иди уже. - закатил глаза Линч. - Я сразу же за тобой. Когда Джон скрылся в коридоре, Егор тяжело выдохнул и опустился на диван. Он лежал, глядя в потолок, а по губам скользнула усталая, но теплая улыбка. Он был благодарен Джону, он сделал то, на что сам Линч, вероятно, не решился бы никогда: вынес молчание наружу, заставил его говорить. Зная свой непробиваемый характер и привычку держать всё в себе, он понимал, что без этого разговора они бы ещё долго кружили вокруг собственных страхов, боясь прикоснуться по-настоящему. А теперь, будто что-то внутри сдвинулось. Стало легче. Да, откровенность всё ещё оставляла привкус неловкости, лёгкое жжение под кожей, непривычно быть открытым, особенно перед тем, чьё мнение о тебе очень важно. Но он учился. Шаг за шагом Линч позволял себе то, чего всегда избегал: быть уязвимым, быть честным и быть увиденным. И, впервые за долгое время, он не боялся этого. Наконец в проёме показался Джон, в белой майке, клетчатых штанах, нагло взятые с шкафа, босиком, без очков, на плечах лежало полотенце. Линч поднялся с дивана, подходя ближе. - Жду тебя в спальне. - Коротко, но нежно произнёс писатель. Его рука потянулась к предплечью журналиста, перетекла на плечо, шею, щёку, чуть сжав, губы оставили на губах лёгкий поцелуй. Егор отсутствовал несколько дольше, за это время писатель застелил кровать, потом немного подумав всё-таки снял одеяло, сложив его на кресле. Разложил подушки, достал из шкафа пару маленьких, порылся в ящике, достал ленту с презервативами и тюбик смазки, закинув их в прикроватную тумбочку. Наконец, он сам упал на кровать, уставившись в потолок. Джон был очень удивлён решением Линча о распределении ролей, он даже думал, что по поводу этого возникнет спор, который он демократично придумал решить с помощью игры "камень-ножницы-бумага". Писатель уже качался на волнах дрёмы, когда кровать под ним прогнулась, а в поле зрения попало лицо Линча. - Привет. - прошептал он. - Привет. - ответил Джон, касаясь рукой его щеки. - Ты побрился? - Ага. Чтобы не колоться. - Хихикнул журналист, подвигаясь ближе. - Знаешь, что я подумал? - М? - Что мне очень повезло с тобой. Я каждый день благодарен Судьбе, что ты мой Соулмейт. Мой милый Соул. Джон больше не мог терпеть, приподнявшись на руках он силой впился в губы Егора, чуть не стукнувшись зубами. Языки переплелись в нежном танце, неспешно, медленно, им некуда было торопиться, до утра было ещё много времени. Губы перешли на шею, вырывая из Линча тихий вздох. Встретив препятствие в виде ворота футболки, Джон пальцами поддел края и снял её через голову. Линч слегка поежился от прохлады. - Извини... - прошептал Джон, касаясь языком шеи. Все ниже и ниже. - Ничего не могу с собой поделать. Все хорошо? - Спросил он, поднимая на журналиста глаза, заметив, как его тело слегка напряглось. - Не извиняйся. - Ответил Линч. - Все нормально, просто не привычно. Признаться, у меня давно не было. - Так. - Джон сел, не разрывая с Соулом зрительного контакта. - Давай договоримся: если нам что-то не нравится или мы понимаем, что что-то идёт не так, мы говорим сразу же. Идёт? - Идёт. - согласился Линч, откидываясь назад на локтях, маня за собой писателя. - Может уже продолжим? Джону не нужно говорить дважды, руки легли на грудь очерчивая линию ключиц, задерживаясь на шраме, спускаясь вниз к бокам, сжимая пальцами талию. Не сдержавшись, он приник правому соску, заключая его в кольцо губ. - Ох чёрт... - в губы отдалась вибрация голоса Линча. Немного поиграв с правым, он перешёл на левый, вырывая из Егора всё новые стоны. У Джона невольно промелькнула аналогия игры на музыкальном инструменте, вот только "инструмент" был его и только его и только от него зависит, насколько слажено он будет "петь". Он поднял взгляд на Линча, его глаза заволокла пелена желания, он приоткрыл губы, между которыми мелькнул кончик языка. - Теперь моя очередь. - Егор поднялся, хватая писателя за плечи, опрокидывая на кровать. Он подцепил зубами край футболки, приподнимая её, открывая себе доступ к телу, которое он тут же принялся покрывать поцелуями, все выше и выше, пока футболка не задралась почти до головы. Джон приподнялся, помогая Егору освободить его от одежды и тут же был захвачен страстным поцелуем в губы, от которого у него начала кружиться голова. Разорвав поцелуй, Линч лёг на спину и Джон воспользовался моментом, снова оседлал бедра журналиста, чувствуя его сильное желание. Он опять начал с шеи, перешёл на грудь, спустился к дорожке волос у пупка. Тело Линча дрожало от прикосновений, стало горячее, каждое движение Джона вызывало в нём то вздох, то стон, то тихое ругательство и это была лучшая музыка для ушей писателя. Руки остановились на резинке штанов и потянули вниз вместе с бельём, оставляя Линча абсолютно голым. Его лицо вспыхнуло смущением, которое он пытался спрятать в предплечье, тело снова напряглось. - Линч. Эй. - Джон убрал руку Егора, заглядывая ему в глаза. - Все хорошо, слышишь? Я говорил, что мне нравится всё в тебе. И моё мнение не поменялось. Если хочешь, мы можем... - Да ты с ума сошёл. - Простонал Егор. - Не смей останавливаться и хватит со мной носиться, как с деснеевской принцессой. - Понял тебя, белоснежка. - Серьёзно ответил Джон, отдав честь. - Дурак. - Выдохнул журналист и заткнул его губы поцелуем. Его руки перешли на бёдра, вцепились в штаны и потянули вниз. Избавившись от остатков одежды, они ненадолго остановились, взглядами изучая друг друга, словно узнавая заново. - Мне тоже нравится то, что я вижу Джон, можешь расслабиться. - Улыбнулся Линч. - Ты невероятно красив, мой милый Соул, просто знай об этом. Они прильнули друг к другу в крепких объятиях. Тело к телу, кожа к коже. Руки блужали по шее, груди, спине, животу, члены терлись между телами, посылая разряды удовольствия. Губы горели от поцелуев, в комнате стало жарко, несмотря на их наготу. Удобнее устроив журналиста на спине, Джон потянулся у тумбочке и достал все необходимое. - С анестезирующим эффектом? - Хохотнул Линч, рассматривая тюбик. - Не знал, что есть такое. - Сам удивлён. - Согласился Джон. - Так будет легче, первую очередь тебе и чтобы нас ничего не отвлекало. Линч широко улыбнулся и притянул Джона в глубокий поцелуй. Боже, сколько у них было их за сегодня? Тело Егора едва дрожало от волнения и предвкушения. - Действуй, Джон. - прошепал он на ухо. Писатель открыл крышку, выдавливая немного смазки на свои слегка подрагивающие пальцы. - Все будет хорошо. Мне уже не терпится почувствовать тебя внутри. От этих слов Джон слегка завис, но тряхнув головой, серьёзно произнес: - Если будет больно или надо будет взять передышку, говори. Хорошо? Линч молча кивнул, притягивая писателя за затылок, убирая выбившуюся прядь, накрывая его губы поцелуем. Он почувствовал как скользкие пальцы, коснулись его, размазывая прохладную смазку и мягко надавили средним пальцем, проникая внутрь. Голова Линча запрокинулась, из горла вырвался не то стон, не то вздох, бедра сжались, зажимая руку. - Линч? - по телу Джона пробежались мурашки, кровь застучала в висках. Он смотрел на журналиста, считывая каждую эмоцию на его лице и прислушиваясь к связи. - Нормально, просто...непривычно. Все нормально. - И в подтверждении своих слов, он положил ладонь на щёку писателя, оставляя лёгкий поцелуй. - Продолжай. Я скажу, если что. Джон кивнул и продолжил вводить палец внутрь, когда он стал двигаться более свободно, он добавил второй, встретив более явное сопротивление. Линч тяжело выдохнул в поцелуй. Нащупав внутри плотный бугорок, Джон осторожно надавил на него и слегка потёр. - Ох блять... - Линч оторвался от губ писателя, издав протяжный стон, тело мелко задрожало. - Нашёл. - Самодовольно произнёс Джон, снова касаясь заветной точки, скрывая с губ Егора новые стоны. Довольно улыбнувшись, он прильнул к шее журналиста выцеловывая на ней замысловатые узоры. Он кусал, лизал, проходил носом, чувствуя вибрацию стонов, мелодию, которая откликась в его сердце. Линч почти полностью расслабился и уже плавно покачивал бёдрами в такт движению пальцев. Джон добавил третий, почти не встретив сопротивление. В голове промелькнула идея довести Егора до оргазма одними пальцами и от этой мысли его собственное возбуждение прокатилось волной по всему телу. - Так, стоп. - Линч перехватил руку Джона, вынимая пальцы из себя. - Если ты не прекратишь, я сейчас кончу, а я хочу сделать это с твоим членом. В который раз Джон завис, переваривая слова Соула, перед глазами замаячила упаковка презерватива, выводящая из ступора. - Позволишь? - Спросил Линч. - Я как раз хотел, чтобы ты это сделал. - Лукаво улыбнулся Джон, подвигаясь ближе. Егор хитро посмотрел на писателя, откусывая уголок. Достав из упаковки, он распределил презерватив, задерживаясь пальцами, размазывая смазку по всей длине. - Если ты не прекратишь, то кончу уже я. - пробормотал Джон, пытаясь совладать с эмоциями. Видя, как рука Линча держит его член, одна только эта мысль едва не толкала его к краю. Хихикнув, журналист потянул писателя на себя, ложась на спину. Джон схватил маленькую подушку и подложил ему под поясницу. Нависнув сверху, он устроился между ног Линча, уперев руки по обе стороны от его головы. - Ты готов? Линч нервно кивнул, волнение снова вернулось. Джон нежно поцеловал того в губы и перенёс вес на одну руку, второй взяв свой член. Сначала он распределил смазку, затем погрузил самый кончик к раслабленому входу, медленно проникая. Пытаясь совладать с эмоциями, Джон пылко прильнул к губам Линча, стараясь сконцентрироваться на своих движениях, считывая дыхания своего Соула, чтобы сразу понять, что он делает не так. В момент продвижения, у Линча только раз сбилось дыхание, но снова стало глубоким и размеренным. Егор старался максимально расслабиться, ощущения были необычные: чувство распирания и лишь немного боли, но достаточно комфортной, чтобы продолжать дальше. - Подожди немного. - пробормотал Линч, цепляясь рукой за плечо Джона. Он тут же остановился, с тревогой глядя на журналиста. - Все хорошо? - Да. Просто дай мне...немного привыкнуть. Ты не маленький. - Линч нежно улыбнулся, вызвав ответную реакцию у своего Соула. Он глубоко и с шумом выдохнул, уже почти привыкнув к новым ощущениям и молча кивнул, призывая продолжать. Поддавшись вперёд, Джон продолжил входить глубже, внимательно наблюдая за Егором. Тот вцепился рукой в его в плечо, а второй комкал угол подушки. Линч дышал тяжело и размеренно, слегка поскуливая, но не прося остановиться. Далёкое эхо боли волнами проходило по телу писателя, немного снимая возбуждение, но помогая сконцентрироваться на ощущениях своего партнёра. Войдя до самого донца, Джон уткнулся в шею Егора. - Я внутри...целиком. - Восхищенно выдохнул он, оставляя поцелуй на изгибе. - Ты как, Линч? - Я даже не знаю, что сказать. - Голос Линча отдался вибрацией по лицу, на голову легли руки, взъерошивая мокрые волосы на затылке. - Чувствать тебя внутри это...охренительно. Давай чуть так полежим. Волны возбуждения немного затихли, сосредоточившись узлом внизу живота. От ощущения плотно сжатого члена, губы Джона расплылись в глупой улыбке. Встретившись взглядом с Линчем, он плавно качнул бёдрами, прижимаясь к его, с замиранием сердца наблюдая, как журналист томно вздохнул, приоткрыв рот. Он двинул тазом увереннее. А потом ещё раз, и ещё... Вздохи плавно переходили на стоны, откровенные, громкие, развратные. Глаза Линча закатились, спина выгибалась от каждого толчка, руки блуждали по телу Джона, поглаживая плечи, сжимая волосы на затылке, царапая спину. Писатель склонился к лицу Егора, увлекая в поцелуй, плавно качая бёдрами, стараясь не сбиваться с темпа. Низ живота приятно тянуло, сжатый стенками член с каждым разом легче двигался внутри, но при этом по-прежнему было приятно туго. Они жарко целовались, не в силах оторваться друг от друга, тела плотно сомкнулись, зажимая собою пульсирующую плоть журналиста. Сделав особенно глубокое движение тазом, Джон сорвал с губ Линча особенный стон: громкий, мелодичный и до не приличия эротичный, что писатель удивился вокальным возможностям своего Соула и не сдержавшись собственных чувств, вторил его стону. - Давай немного сменим позу? - Спросил Джон. - Уверен тебе понравится. - Я не против. - Игриво ответил Линч. - Что делать? Писатель перекинул руки Егора себе на плечи и рывком поднялся на колени, усаживая партнёра себе на бедра. Он резкой смены положения, Линч слегка вскрикнул, но его возглас утонул с громком стоне: угол вхождения изменился, член вошёл особенно глубоко, посылая чуть ли не электрические рязряды по всему телу. Ещё рывок и Егор силой оказался прижатым спиной в изголовью кровати, благо оно было мягким. Руки Линча перешли с плеч на голову и шею, судорожно сжав волосы на затылке, когда Джон продолжил движения бёдрами, а ноги сомкнулись на талии, давя пятками на поясницу. Губы вновь захватили в плен, покусывая, вылизывая, чувствуя вибрации сладостных стонов. Изнывающий без ласок член обхватила сильная рука, делая поступательные движения, размазывая предэкулят по всей длине. Линчу казалось, что еще немного и он полностью растворится в Джоне: он чувствовал его пульсирующий член внутри себя, каменные плечи, мягкие локоны волос, сильные толчки, жаркое тело и сладостные губы, слышал его низкие, утробные стоны, ощущал его запах, терпкий, тёплый, такой родной. И от осознавания того, что все это, весь Джон, его и только его, хотелось чуть ли не плакать. - Ты мой... - Шептал, словно в бреду Линч, в короткие перерывы между поцелуями. Низ живота томительно, почти болезненно потянуло, сжатая до предела пружина готова была выстрелить. Словно почувствовав наступающую развязку своего Соула, Джон сделал несколько глубоких поступательных движений тазом, сихронизируя их со своей рукой, губы переместились на шею и язык широким движением прошёлся от ключицы, по изгибу, до самого уха, прикусывая зубами мочку. Вздрогнув всем телом и с силой сжав ногами талию, Линч протяжно и громко застонал, изливаясь Джону в ладонь. Совсем на мгновение Егору показалось, что между их телами промелькнула, едва светясь, золотая нить, тут же тая в темноте спальни, словно наваждение, мираж. Всё его тело, от кончиков пальцев до макушки, вновь охватила и сладко сжала тянущая истома. Она нарастала, подобно волнами цунами и взорвалась маленькой сверхновой в самом сердце в тот момент, когда Джон, сделал пару мощных движений, сорвался на утробный рык, переходящий на протяжный стон. Тяжело дыша, Джон обхватил Линча за талию и, едва не теряя ориентацию в пространстве, перекатился на спину, прижимая Егора к своему боку, а его голову - на грудь. Дыхание обоих смешалось, горячее, сбивчивое. Кожу обжигало прикосновение, пульс гулко отдавался в ушах. - Это было… - хрипло выдохнул Линч, с трудом находя слова. - Просто… ахренительно. - Согласен. - выдохнул Джон, все ещё борясь с дыханием. - Ты тоже это почувствовал? - Егор приподнялся на локте, вглядываясь в его лицо. - Я думал, что у меня случился… двойной оргазм, но потом понял, это не совсем моё. Такое вообще бывает? Джон хрипло рассмеялся. - Понятия не имею. - он покачал головой. - У меня в голове из-за этого возник диссонанс, я вроде бы не всё, но при этом такие ощущения. Я чуть позже понял, что это был твой. - Надеюсь мы не остановимся на одном разе? - Лукаво спросил Линч, невзначай касаясь груди Джона пальцами. - Мне было мало...даже сильнее захотелось. - Вообще я планировал не выпускать тебя. - Серьёзно ответил писатель, но в его глазах плясали смешинки. - Хочу доводить тебя до пика наслаждения раз за разом, слушать твои стоны до самого утра, а потом принять душ и завалисься спать до вечера. - Звучит, как план. - Хохотнул Линч. - Это и есть план. Линч улыбнулся, глядя на него и в этот миг Джон словно увидел его заново. Эти изумрудные глаза, обычно насмешливые, теперь светились чем-то другим, глубоким, безоговорочным. В них было столько света, столько любви, что сердце Джона на мгновение просто отказалось биться. Он хотел запомнить это выражение навсегда, выжечь его на подкорке мозга, записать на память до конца своей жизни. Он поднял руку и провёл ладонью по щеке Линча, чувствуя, как тот невольно потянулся к теплу его пальцев, прижимаясь ближе. - Я люблю тебя, Линч, - прошептал Джон, голос сорвался, стал почти не слышен, будто каждое слово проходило через боль. - Даже не представляешь, как сильно я тебя люблю. В груди вспыхнуло солнце, горячее, яркое, обжигающее. Сердце дернулось, дыхание перехватило, в горле защекотало от переполняющих чувств. Глаза Линча на миг расширились в удивлении, но сразу же в них отразилась безграничная нежность. Он прикрыл веки, накрыв ладонь Джона своей рукой и прижался к ней губами. - Представляю, Джон, - тихо ответил он, касаясь кожи шепотом. - Я тоже люблю тебя, мой милый Соул. И это навсегда.