Педиатрическое отделение

      Яркие лучи солнца пробивались сквозь темные и полу-прозрачные шторы в холодную холостяцкую квартиру. Утро могло бы начаться красиво, но этого не случилось. Слух венеролога пронзил противный писк будильника. Черт…        Нехотя открыв глаза, рука машинально потянулась к телефону, выключая будильник и противный писк. Как только источник раздражителя был выключен, взгляд карих глаз зацепил один пропущенный. Пол третьего ночи,  от контакта «Андрюшенька». Вроде бы всего один пропущенный, но Купитману это не давало спокойствия. Конечно, может быть Быков случайно набрал,но не значит ли что он хотел кому-то позвонить чтобы.. чтобы что?       Всё утро у Вани прошло на автопилоте, ведь по большей части он витал у себя в мыслях, раздумывая, что могло случиться с Андреем. И каждая мысль была страшнее предыдущей. 

***

      За годы в общественных местах, в которые мы ходим каждый божий день, можно многому научиться. Купитман сжимал ремень своей сумки, переброшенная через голову. Быстро обходя людей, еврей глазами искал хоть кого-то из знакомых. Подходя к посту в терапии Ваня натянул привычную улыбку       "Доброе утро, Любонька. Ну как там ночное дежурство?"       "Доброе, Иван Натанович. Ой, даже не спрашивайте. Всю ночь слушала храп Лобанова из ординаторской"       "Понятно.. а скажи, Быков ещё не приходил?"       Пальцы венеролога отбивали рандомный ритм по поверхности сестринского поста, выжидая ответ на вопрос, который мучал его всё утро.       "Едрид Мадрид, я не пойму, вы сговорились что-ли? Приходил Андрей Евгеньевич, про вас, Иван Натанович, точно также спрашивал."       "Ага.. ну ясно. Ладно, я побегу."       Миловидно улыбнулся Купитман, уходя от поста и чувствуя подозрительный взгляд в спину.        Зайдя в 3-ю палату, Ваня увидел Андрюшу, который уже не так вяло валялся на кровати. Детские глаза было уткнуты в телефон, а пальцы бегали по экрану. Купитман тихо подошел к Ковалеву и уселся на койку напротив       "Я смотрю кому-то уже лучше, раз ему телефон привезли?"       Вопрос выдернул увлеченного мальчика из видео-игры. На памяти венеролога, Андрею за эту неделю ни разу не привезли телефон или какие-либо игрушки, поэтому Ковалев только и делал, что бесил мед-персонал. Особенно Быкова.        Глаза мальчонки округлились, явно не ожидав увидеть кого-то рядом с собой. А потом на лице появилась уже знакомая ехидная улыбка с оскалом и Андрей отбросил телефон на кровать и подскочил к своему лечащему врачу, обнимая за шею и тихо хохоча       "Да! Мне родители привезли за то, что я уже себя хорошо чувствую! И знаешь, что ещё?! Они забрали Вику с собой! Хаха!!!"       Радовался Ковалев, не отцепляясь от венеролога. Купитман слегка приобнял Андрея, но потом постарался отцепить цепкие детские ручонки       "Счастье-то какое, да? Ладно, давай проведем опро.."       Но Ковалев словно прилип к Ване.        "…Андрей. Я щас тебя на клизму поведу."       Пригрозил венеролог. Да, для кого-то это могло показаться странным, но понятное дело, что это пустая угроза.        "Ой ой!! Иван Натанович, не надо!!"       Занервничал мальчишка, отпустил шею венеролога и уселся на свою койку, опустил голову вниз, но жалобные глаза всё ещё сверлили Купитмана. Ковалев выглядел, как маленькая собачка, которая провинилась. Прокашлявшись в кулак, пальцы венеролога подцепили ручку и начали записывать опрос.

***

      Весь день прошел как в тумане. Все действия были уже давно спланированы. Было жалко готовить Ковалева к выписке. Всё таки, что-то было в этом мальчишке хорошее и милое..        Удивило венеролога то, что Быков не маячил перед глазами буквально каждый перерыв. Беспокойство за терапевта никуда не исчезало, ведь за весь день Ваня ни разу не увидел своего лучшего друга.       Ближе к вечеру, приехали родители Андрюши и забрали его. Но перед этим Ковалев начал ныть, что хочет попрощаться со своим лечащим врачом. Конечно, родители не смогли отказать такому чертенку.        Выйдя из процедурки, Купитман почувствовал, как его обняли за торс со спины. Обернувшись, карие глаза увидели Андрюшу.       "Ваня!! Я буду скучать…"       Жалостливо протянул мальчишка, прижимаясь к венерологу. Последний, в свою очередь, поначалу растерялся, но всё таки мягко улыбнулся и обнял своего маленького, уже бывшего, пациента.        "И я, Андрюш.."       После этого, женский строгий голос окрикнул Андрея и тот убежал, попутно попрощавшись с Купитманом.       Стало как-то пусто на душе.. Ваня понял, что работы у него в педиатрии больше не было, поэтому поплелся в знакомое ему отделение.

***

      Проходя мимо очередных палат, Натанович пребывал где-то у себя в мыслях. И чаще всего мысли были о Быкове, хоть Купитман и пытался их ставить на последнее место.        Из раздумий венеролога выдернул голос Кисегач, которая подошла к нему со спины и уже минуту пыталась достучаться до Иван Натановича.       "Купитман! Ты слышишь меня вообще?"       "А? Кхм.. прости, Настя. Задумался.."       "Я заметила, что задумался. Ходишь у Быкова по отделению, как завороженный, словно в первый раз тут, ей-богу!"       А что оставалось Иван Натановичу? Правильно, только отводить взгляд, делая виноватый вид.       "Я что пришла-то.. Могу тебя поздравить! Ремонт в твоем любимом отделении закончился! И со следующей недели ты можешь вернуться на пост заведующего"       Купитман аж выпрямился, а глаза засияли. Наконец-то..        "Потрясающе.."       "Да. А ты как там, в педиатрии?"       "..всё хорошо."       Они вдвоём медленно пошли по коридорам терапии. Глаза венеролога невольно выискивали заведующего отделения. Купитман слушал Кисегач в пол уха, ведь та рассказывала о пользе работы в педиатрии, особенно для Купитмана, у которого ничего святого нету.       Разошлись они тогда, когда глав.врачу позвонила её секретарь и попросила срочно подойти. Дружелюбно улыбнувшись напоследок Насте, Ваня тяжело вздохнул. Мысли были об одной картавой ящерице. Проклятье, ей-богу…

***

      Каждая зима в Москве была не то, чтобы сказочной. Грязный снег, холод до розовых щек.. Странно, в вечер пятницы Купитману никуда не хотелось. Даже к любимым женщинам.. К коньяку..        Медленно шагая от больницы, карие глаза разглядывали ночное небо. В зимнюю пору солнце всегда садилось рано, так что чаще всего возвращаться приходилось в особую темень.        На ресницы падали белые искры. В лицо дул не очень приятный морозный ветер, заставляя щеки заливаться светло-красным цветом.       Снег тихо хрустел под ногами. Всё та же пустота заполняла душу.. скучно..грустно..       Купитман даже не сразу услышал, что кто-то бежит к нему со спины. Этого «кто-то» выдавал громко хрустящий снег.       Иван Натанович чуть носом в снег не уткнулся, еле устояв на ногах, когда на него кто-то прыгнул со спины, крепко обняв за шею.       "Что, пудель кучерявый?! Думал удрать от меня, пока я не вижу! Да фигульки на рогульки тебе!"       Послышался почти родной картавый и язвительный голос. Повернув голову в сторону своего плеча, Ваня увидел самодовольную рожу Андрея. Подбородок терапевта уперся в плечо венеролога.       "И тебе привет, Андрюша."       "Ой, ну хватит дуться уже! Ковалев выписался, а я не могу видеть твою кислую еврейскую морду! Всё, я понял свою ошибку."       "И какая же твоя ошибка?"       "А вот тебе так и скажи, бабулька еврейская!"       Конечно, Быков не признается в ревности к маленькому ребёнку. Может быть к любым другим людям или вообще предметам, но точно не к ребёнку. Это же глупо!        Купитман тихо фыркнул, из за чего из носа повалил дым.        "Так.. пошли, алкашня моя! Ночная Москва и МКАД выветрит из тебя всю обидчивость!"       Мягкая улыбка сошла с лица еврея, сменившись удивлением. Что значит «МКАД»?.. Купитман медленно повернул голову в сторону Быкова, который улыбался как Чеширский кот.        Только венеролог раскрыл рот, чтобы запротестовать, как терапевт потянулся, чтобы поцеловать его в щеку, но промахнулся и случайно поцеловал в губы. Лёгкий, мягкий поцелуй.. От Быкова.. кому расскажешь — не поверят.       Медленно отстранившись, Андрей удивленно уставился на своего лучшего друга, на что получил тот же возмущенный взгляд. На губах чувствовался привкус кофе и непривычное для зимней улицы тепло, которое кололо губы.       "..Головой вертеть меньше надо!"       Выкрутился Быков, опять самодовольно заулыбавшись, словно ничего сейчас не произошло. Вот как у него это выходит?!..       Купитман поверит не мог, что такой гомофоб, Как Андрей, так спокойно отреагировал на эту случайность.       "Пошли уже! Изольда ждать не будет!"       "И..Изольда?!"       Только Ваня опомнился. В разгар зимы, холода и льда на дорогах, ехать с Быковым на мотоцикле — почти самоубийство, ей-богу!        Теплые губы прижались к щеке венеролога снова, а потом ткнулись в уголок губ, заставая Иван Натановича врасплох. И пока Натанович стоял в ступоре, Андрей схватил его за руку и повёл за собой на подземную парковку больницы       "Быков, нет!! Мне ещё дорога жизнь!! Андрей!!"       Упирался венеролог, но терапевт настоял на своём.       Долго они будут помнить этот вечер. Вопли Купитмана под хохот Быкова, пока они неслись на красотке Изольде по Московским заснеженным дорогам.. и горький привкус кофе на губах.