То ли яд,то ли спасение/Нейротоксин

По пути домой они заехали в аптеку за назначенными антидепрессантами. Фармацевт подробно объяснила схему приёма, дала рекомендации и предупредила о возможных побочных эффектах. — Депрессия как побочка от антидепрессантов… звучит иронично, тебе не кажется, Чуя? — вздохнул Дазай, рассматривая упаковку. — Это бывает только при неправильном приёме, — спокойно ответил Чуя, аккуратно забирая таблетки из его рук. — К тому же мисс Шэротт дала чёткие рекомендации. Если будешь соблюдать всё, что она написала, есть шанс закончить лечение раньше, чем через полгода. — С искренней заботой в голосе Чуя завершил объяснение. По крайней мере, именно так это воспринималось со стороны: в его спокойных серо-голубых глазах Дазай видел только тёплое участие и внимательность — ничего лишнего, лишь тихую, уверенную поддержку. — О, я очень на это надеюсь, — с воодушевлением заявил Дазай, а затем спросил: — ты, кстати, звонил по поводу машины? — А? Да, я звонил, пока ты был на приёме, — ответил Чуя, беря Дазая за руку перед пешеходным переходом. — И что сказали? — Машина всё ещё в продаже. Мы договорились встретиться с продавцом через два дня, чтобы осмотреть её. Ты поедешь со мной? — Конечно, — с лёгкой улыбкой заверил его Дазай. Вернувшись домой, они решили провести остаток дня вместе по двум причинам. Во-первых, у Чуи был день рождения, и ему хотелось провести его рядом с тем, кого он любит. Во-вторых, Дазай и сам хотел спокойно побыть рядом с супругом и выдохнуть после непростого утра. Они и так жили вместе, виделись каждый день, но именно такие моменты — когда не они подстраиваются под мир, а мир будто бы замедляется ради них — казались особенно ценными. *** Дни текли своим чередом. Покупка машины состоялась, и Чуя с удовольствием гонял на своей чёрной Toyota Camry. Он отвозил Дазая на плановые осмотры, на приёмы к психотерапевту. Ему самому стало гораздо проще добираться в Бюро, когда возникали срочные дела или нужно было отвезти документы. Обязанности Дазая временно перешли к Куникиде — бывшему партнёру Дазая на протяжении четырёх лет, так что он был прекрасно осведомлён, как всё устроено. — Эй, Накахара! — окликнул Чую Куникида. — Мы сегодня с Рампо собирались навестить Дазая. Вы дома будете? — Вечером? — уточнил Чуя, и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Мы вообще-то хотели выехать к озеру. — Тогда давайте вместе, — предложил Куникида, поправляя очки. — Мы уже три недели с Дазаем ни говорили, ни виделись. Я переживаю, как он там. — Переживать не стоит, — резко ответил Чуя. — У него есть муж, который о нём заботится и волнуется. Если честно, твои слова звучат так, будто ты меня ни во что не ставишь, Куникида Доппо. Куникида заметно растерялся от резкости Чуи, его холодного взгляда и едва слышного раздражения в голосе. — Нет-нет, что ты… — поспешно отозвался он. — Мы просто коллеги, хотели узнать, как он себя чувствует. Ты же его новый номер нам так и не дал. Мы даже общаемся через тебя — и то когда удаётся. Чуя чуть приподнял подбородок. — Психотерапевт сказала, что Дазаю настоятельно рекомендовано держаться рядом со мной и избегать всего, что может его расстроить. А мне откуда знать, что вы ему скажете? — спокойно, но твёрдо произнёс он. — Осаму в порядке. Лечение ему помогает. Так что можешь не волноваться. — Ты… чересчур его опекаешь, не считаешь? — осторожно заметил Куникида. — Не считаю, — уверенно ответил Чуя. — Я просто следую рекомендациям врача, чтобы он быстрее восстановился. Я не желаю ему ничего плохого. Куникида вздохнул, поняв, что спорить бесполезно. — Ладно. Как скажешь. Пусть поправляется. С этими словами он развернулся и ушёл, оставив Чую стоять у выхода. *** Дазай сидел на балконе, листая книгу, которую Чуя подарил ему несколькими днями ранее. Май выдался жарким, но сегодняшний день был удивительно мягким: двадцать три градуса, лёгкий прохладный ветер — идеальные условия, чтобы спокойно читать на свежем воздухе. Вдруг входная дверь открылась, и тихий звук заставил Дазая поднять взгляд от страниц . — Милый, я дома, — сообщил Чуя из прихожей. Дазай отложил книгу и поднялся с кресла. Увидев Чую, он расплылся в искренней, тёплой улыбке. — Чуууууя! — радостно окликнул он, выходя ему навстречу. Дазай сразу же обнял своего супруга. — Наконец-то ты вернулся, — воскликнул он, прижимая Чую к себе. — Я думал, с ума сойду. — Не приувеличивай, Осаму, — ответил Чуя с улыбкой. — Меня не было всего шесть часов. — Всего? — удивлённо протянул Дазай. — Знаешь, какие мучительные были эти шесть часов в одиночестве! — Ладно, ладно, я искуплю своё отсутствие, — сказал Чуя, слегка улыбаясь. — Как смотришь на вечер у озера? Ты, я и закат. Что скажешь? — К озеру? Только ты и я…? — переспросил Дазай с лёгкой растерянностью. — Может, ребят из Агентства пригласим? Давно не виделись… — Нет, — твёрдо ответил Чуя. — Но почему? — Дазай слегка нервно сжал губы. — Я три недели сидел здесь взаперти, выезжаю только с тобой к мисс Шэротт или на сдачу анализов… — Осаму, — строго перебил его Чуя. — Тебе врач сказала минимизировать стресс и проводить больше времени со мной. Кстати, ты таблетки принял? — Нет, не пил… — пробормотал Дазай, немного смущённо. — Чуя… Да, она сказала проводить с тобой больше времени, но это не значит, что я должен быть полностью отрезан от социума… — Осаму, милый… — Чуя смягчил голос, в нём звучала забота. — Я понимаю, но всё это для твоего скорейшего выздоровления. — Да я с ума сойду! — крикнул Дазай, его голос дрожал от напряжения и раздражения. — Таблетки, Осаму, — снова строго сказал Чуя, стараясь взять ситуацию под контроль. — Нет, не буду! — выдохнул Дазай. — Они только заставляют меня спать, как будто я уже не живой. — Осаму… — с лёгкой досадой, но мягко заметил Чуя, — ты ведёшь себя как капризный ребёнок. — А ты — как строгий папаша! — фыркнул Дазай, пытаясь разрядить напряжение. Чуя слегка раздражённо вздохнул. — Ладно. Как хочешь, — сказал он и молча удалился в комнату. Весь день они не обмолвились ни словом: Чуя — от обиды, что его заботу не ценят, а Дазай — от понимания, что обидел самого близкого человека. Он целый день мучился угрызениями совести и стыда. Дазай сидел в гостиной, смотря новости, когда Чуя зашёл и, без тени эмоций, бросил: — Ходи есть или голодовку объявишь? Дазай молча встал и последовал за ним на кухню. На столе уже стояли карри с рисом, такояки и свежий салат. — Карри? — вскинул бровь Дазай. — Мне же нельзя. — Вообще-то у тебя последние анализы были в норме, — сухо ответил Чуя. — Врач сказал, что можешь понемногу выходить из диеты. Карри не острое, всё в пределах дозволенного. — А… точно, — вспомнил Дазай. — Спасибо… любимый, — добавил он с лёгким стыдом. — Уже любимый, а не строгий папаша? — с лёгкой укоризной сказал Чуя. — Прости, я… — начал Дазай, но Чуя его перебил: — Нет, прости, что лезу со своей заботой. Я забываю, что ты не маленький. Тебе виднее, что для тебя лучше. — Нет! Чуя… твоя забота очень важна для меня. Это я просто эгоист… Прости меня, любовь моя. Дазай сделал паузу, собрался с мыслями и посмотрел Чуе в глаза. Он словно увидел там то, чего так боялся — разочарование. Разочарование из-за пренебрежительного отношения Дазая к его заботе. К горлу подступил ком, он сглотнул. — Прости, милый, прости! Я дурак… просто дурак. Мне очень нужен ты, твоя забота и всё, что связано с тобой. Без тебя я — не я, — выпалил Дазай, и на его глазах выступили слёзы. — Осаму… — у Чуи будто сработал переключатель. Место безэмоционального взгляда занялась целая гамма чувств, одним из которых было беспокойство. Он подошёл к Дазаю и обнял его. — Нет, Осаму. Это я дурак, — сказал Чуя твёрдо, но в его объятиях чувствовалась только любовь. — Я не должен был обижаться на тебя из-за такой мелочи. Меня предупреждали, что так может быть, но я оказался не готовым. Прости, что такой… плохой “заботливый” супруг. — Нет… Ты лучший, что есть на свете. А я — сплошная ходячая проблема, — пробормотал Дазай. — О нет, Осаму, не говори так, даже не думай, — Чуя взял его ладонями за лицо, заставляя посмотреть себе в глаза. — Милый, тебе нужно принять таблетки и успокоиться. Всё хорошо. Слышишь? Дазай молча кивнул, стирая слёзы. — Секунду, — сказал Чуя, подошёл к аптечке и достал нужный препарат, протянув Дазаю две таблетки. — Две? — удивился Дазай. — Да. Я звонил мисс Шэротт после нашей ссоры, она сказала удвоить дозу сегодня. Возможно, у тебя выработалась толерантность. Завтра я съезжу за рецептом на другой препарат, — уверил его Чуя. Дазай молча принял таблетки, и напряжение постепенно стало спадать.