Цена — глоток ифритского огня

Б'рок нетерпеливо дёрнул крыльями, стряхивая с маховых перьев первые капли начинающегося дождя; на смену засушливому сезону на верхние уровни ада пришёл влажный, напитывая бесплодные земли кровавыми ливнями. Стоило перешагнуть порог всегда гостеприимно распахнутых дверей суккубского борделя, отодвинув тонкую полупрозрачную занавесь, как исчезли все посторонние звуки, поглощённые магией этого места — Б'рок почувствовал, как мягко паутина заклинания задрожала, обволакивая и беспрепятственно пропуская его внутрь. Тёплый, плотный, густой запах пряностей, благовоний и похоти подхватил и увлёк за собой, распадаясь на составляющие: кардамон и гвоздику, перец и шафран, смолу и драконий огонь, сандал, ифритский табак и мускус. Завёрнутая в едва прикрывающие грудь и бёдра шелка Ша'аррон, держа на вытянутой руке тонкую курильную трубку, поплыла навстречу, растягивая влажно блестящий рот в соблазнительной улыбке. — Давно ты не посещал это заведение, — свободной ладонью она отвела светлые, уложенные мягкими волнами волосы за спину, обнажая тонкое плечо, — я было подумала, что архидемон Б'рок, забравшись на жёрдочку повыше, забыл о старой подруге. — Могу то же сказать и о тебе, — отмахнулся он, ухмыляясь, — самый короткий путь от питомца до госпожи на моей памяти. — Приму за комплимент, — Ша'аррон хохотнула, обхватывая губами кончик курильной трубки и вдыхая цветной дым. Её ладонь по-хозяйски опустилась на его крепкое плечо, задевая длинными ногтями кроющие перья. — Так чего ты желаешь сегодня? Инкуба или пару джинири? Её голос стал ниже и соблазнительнее; Б'рок вырос в подобном месте среди суккубов, и научился улавливать тончайшие нити воздействия на разум, умело обрывая их и ощущая лишь лёгкий фантомный зуд при попытке его зачаровать. — А, может, предложить тебе нечто более редкое и интересное? — Ша'аррон увлекла его за собой во внутренние комнаты, уверенно пересекая их одну за другой, повела лабиринтами узких коридоров, заполненных шорохами и вздохами, к потайной лестнице, ведущей на подземный этаж. — Я не ценитель экзотики, Ша'аррон, кровососы и саламандры не в моём вкусе. — О, — она прильнула к нему, обжигая ухо влажным шёпотом и собираясь поделиться одним из своих многочисленных секретов, — у меня есть ангел. — Падший? — хмыкнул Б' рок, закатывая глаза. — Не такая и редкость, хотя обычно они выбирают иной путь. — Нет, настоящий ангел. Уже многажды осквернённый, так что, увы, первым тебе не стать, — Ша'аррон, загадочно улыбаясь, прижала раскрытую ладонь к массивной двери из тёмного дерева, и та под действием магического импульса легко распахнулась. Мебели в узкой комнатке почти не было, большую часть пространства занимала простая, без изысков в отделке широкая кровать и низкая полка рядом, на котором между свечей стояла чаша, до краёв заполненная душистым маслом. Ни туалетного столика, ни зеркала, ни мягкого пуфа, ни шкафа — Б'рок не увидел здесь ничего из перечисленного. В окружении голых стен ангел сидел поверх покрывала, свесив с кровати тощие костлявые ноги. Худой, кажущийся хрупким в не по размеру большой полупрозрачной рубахе (на инкубах такие едва скрывали бёдра, а небесному созданию подол доходил до самых колен), не слишком красивый по их демонским меркам, но с удивительно живыми, ясными глазами. — Где ты его взяла? — спросил Б'рок, разглядывая аккуратно сложенные белые крылья. Кое-где не хватало маховых перьев, местами их кончики были обожжены, но регенерация достаточно быстро справлялась с такими несерьёзными травмами. Регенерация, которую на нём подавлял широкий ошейник из редкого, ценного сплава, что был слишком дорогим аксессуаром для обычного ангела; Б'рок видел такие всего несколько раз, и его наличие на этой тонкой шее наталкивало на очень неприятные мысли — Ша'аррон обзавелась серьёзным покровителем, если смогла позволить содержание в своём борделе по меньшей мере архангела. — Его нашли в ледяном ущелье, — заговорила она, и ангел словно отмер, только теперь обратив на них внимание, скользнул по Б'року колючим взглядом небесно-голубых глаз, мимолётно, словно не замечая на самом деле и мгновенно погружаясь обратно в свои мысли. — Думали, вмёрз намертво, но малыш оказался живучим. Кто знает, как долго он там проспал. — Он даже не в моём вкусе. Любовников, особенно разовых, Б'рок выбирал себе под стать, крупных, плечистых, чтобы мышцы соблазнительно перекатывались под кожей при каждом движении. И Ша'аррон знала об этом, как никто другой, оттого её предложение выглядело ещё более несуразным. Слишком широкий ворот соскальзывал, обнажая острое плечо и тонкую, словно птичья косточка, ключицу, готовую вот-вот прорвать бледную веснушчатую кожу. Б'рок помнил ангелов другими, они, даже падшие, внушали трепет своей мощью и размахом крыльев, но то были воины, умелые и ловкие, крепкие и тренированные. Этого, казалось, членом можно было разорвать пополам. — Изысканные блюда подаются только для ценителей, — хохотнула Ша'аррон, — он выносливый и строптивый, лезет в драку даже с заблокированной магией. Да и когда ещё ты трахнешь ангела. — Попросишь за него целое состояние? — О, я не продаю его за камни и артефакты. Но тебе есть, что мне предложить, — на её губах зазмеилась улыбка, не предвещающая ничего хорошего, на мгновение Б'року показалось, что он уже в хитроумной ловушке, дверца которой готова захлопнуться. — Я знаю, за что ты на самом деле получил венец архидемона. Если Ша'аррон не блефовала в попытке выудить у него ценные сведения, то дело и вправду принимало дурной оборот: стоило информации о демоне, обладающем ифритским огнём, попасть не в те руки, как за его шкурой выстроится целая очередь из желающих иметь в своей личной армии подобную силу. Венец архидемона уже сделал его цепным псом Верховного Совета, но он, по крайней мере, не сидел на цепи буквально, как этот ангел в борделе Ша'аррон. — Тогда ты знаешь, что отобрать его можно только убив меня. — Верно, — кивнула Ша'аррон так довольно, будто Б'рок уже согласился. На невольного свидетеля их разговора она не обращала должного внимания, для неё ангел был всё равно что неодушевлённый предмет, редкий товар, который она раз за разом меняла на желаемое. — Но ифритским огнём можно поделиться. Мне нужен всего то глоток. Ну, что тебе стоит. — Ты просишь слишком много за того, кого я даже не хочу. — О, я разве не сказала? — она театрально нахмурила брови, откровенно переигрывая и наслаждаясь тем, насколько сильно его это бесило. — На сдачу подкину тебе приглашение на закрытый аукцион. Среди прочего там заявлен один уникальный лот, который тебя точно заинтересует. — Плевать я хотел на древности и запрещённые артефакты. — Дре-евность, — задумчиво протянула Ша'аррон. — Какое точное описание для твоего железнорукого падшего. Он почти услышал воображаемый щелчок крысоловки, хлопнувшей его по носу. Расслабился и повёлся на белые крылья и злые глаза, почувствовал в них что-то болезненно знакомое, и совсем неудивительно, что Ша'аррон решила на этом сыграть. — Он сожжёт тебя изнутри, — предупредил Б'рок, сдаваясь. За возможность ещё раз увидеть падшего живым он отдал бы куда больше одного жалкого глотка, вычерпал бы ядро, ставшее его проклятием, до самого донышка, но суккубе знать об этом не стоило, в её хорошенькой головке и без того хватало опасной для его свободы информации. — О, я не стану его глотать, у меня есть подходящий сосуд. Она, казалось, прямо из воздуха извлекла обманчиво-хрупкий флакон, с улыбкой передавая его Б'року, снова затянулась из своей длинной трубки, наблюдая, как он медленно выдул пылающий сгусток живого огня, недовольно затрепетавший в плену закалённого в драконьем дыхании стекла. Ангел оживился, стараясь не выдать своего любопытства, но Б'рок краем глаза отметил его интерес к происходящему и про себя усмехнулся. — Что будешь с ним делать? — он быстро закупорил флакон плотно прилегающей крышкой, любуясь на тонкий язычок, скользнувший вдоль горлышка — огню не нравилось быть заточённым. — А сам как думаешь? Выгодно продам. Ша'аррон потянулась навстречу, но он ловко отвёл руку в сторону, прикрывая кисть крылом. — Сперва приглашение. — Ах, этот горький привкус недоверия разбивает мне сердце, — узкий свиток появился в её ладони, извлечённый из магического кармана так же, как и сосуд для ифритского огня. — У суккубов нет сердца, — хмыкнул Б'рок, внимательно изучив его содержимое, прежде чем совершить обмен. — О, это правда, — Ша'аррон встряхнула флакон, несколько долгих мгновений любуясь переливами, а затем выскользнула за порог, оставляя лишь шлейф сладкого трубочного дыма. — Ангел твой до утра. Развлекайся, Б'рок. Он скинул с плеч куртку, аккуратно продевая крылья через специальные прорези на спине, поморщился от отсутствия даже простого стула, где можно было бы оставить одежду, и бросил её прямо на пол. Следующими Б'рок снял ботинки из саламандровой кожи, а после завалился на пустующую половину кровати, удобно закидывая руки за голову. — У тебя есть имя, белокрылый? — Не твоего ума дело, — огрызнулся ангел, поглядывая на него через плечо. Худая спина была напряжена, через тонкую ткань остро выделялись позвонки и просвечивались гематомы и свежие шрамы — ограниченная регенерация не затягивала их до конца, оставляя ноющие припухшие рубцы. Он был готов атаковать, стоило Б'року шелохнуться, понимал, что с такой разницей в комплекции, не говоря уже о магии, противопоставить демону ему нечего, но какое бы дерьмо не происходило с ангелом в этих стенах — сломить его не смогли, что в глазах Б'рока заслуживало уважения. — Языкастый, — ухмыльнулся он и, немного подумав, предложил, — могу снять блокатор. Не подумай, что я альтруист, просто хочется позлить эту сучку. — Как? — ангел нахмурился, между широких светлых бровей пролегла глубокая морщина, моментально делающая его серьёзней и старше. — Единственный ключ в магическом кармане Ша' аррон. — Расплавлю замок. Останется сильный ожог, но оно ведь того стоит, по глазам твоим вижу. — И что ты попросишь взамен? — ангел развернулся к нему всем корпусом, складывая руки на впалой груди, поджал губы в нервном ожидании. — Я уже купил тебя и трахну так или иначе, — Б'рок приподнялся на локтях, улыбнулся обольстительно, обнажая слегка заострённые клыки, — но ты можешь выбрать, как это будет. Я не садист, белокрылый, тебе понравится. Ангел задумался, так долго взвешивая варианты, что Б'рок уже было настроился на твёрдый отказ, когда услышал согласие. — Идёт. Сними с меня эту штуку, и я сам запрыгну на твой член. — Звучит горячо, — Б'рок потянулся, перемещаясь ближе, подхватил его, как пушинку, усаживая себе на бёдра и крепко удерживая. — Иди сюда. — Что ты делаешь? — возмутился ангел, упираясь узкими ладонями в крепкие грудные мышцы, подчёркнутые глубоким вырезом тёмной футболки. — Мне нужно направить тонкую нить огня прямо в замочную скважину, — он наклонился к тонкой шее, выдыхая слова прямо в нежную кожу у границы с металлом, — если ты, конечно, не хочешь, чтобы я прожёг тебе горло насквозь. Ангел поёрзал, отвлекая трением тугой маленькой задницы о пах; возбуждение мягкой волной омыло изнутри, и Б'рок недовольно рыкнул, сжимая тонкую талию сильнее. — Ты мешаешь сосредоточиться, белокрылый. — Стив, — зашептал ангел тихо, устраивая ладони на его тугих, жёстких плечах, — можешь звать меня Стив. — Ну да, самое время познакомиться, — Б'рок прикрыл глаза и прижался губами к прохладному металлу, чувствуя, как крошечная капля огня формируется на языке. Ангел — Стив — вздрогнул и болезненно зашипел, но не отстранился, вминая пальцы в его плоть с неожиданной для такого тщедушного тела силой. Б'рок успокаивающе погладил пушистый затылок, стараясь закончить поскорее; струйка раскалённого жидкого металла скользнула вниз по коже, оставляя за собой багровую дорожку. Ошейник, ставший теперь бесполезным куском мусора, был отброшен прочь, и Стив, тяжело дыша, отстранился. — Ты как? — Б'рок, находясь в такой близости, разглядел теперь и чётко очерченный контур рта, и россыпь родинок на подвижном лице, и тёмную кайму вокруг яркой, голубой радужки. — Терпимо, — Стив скользнул языком по верхней губе, собирая выступившую над ней испарину. Он медленно приходил в себя, бледная, давно не видевшая дневного света кожа окрашивалась деликатным румянцем и нежным золотом, словно подсвечиваемая изнутри. — Я знаю, на что отвлечься. — На что же? — Б'рок игриво, с намёком повёл бёдрами, опуская сухие горячие ладони с хрупкой талии на тощую ангельскую задницу. — Ты обещал, что мне понравится, демон, — Стив потянулся к его губам сам, неожиданно властно толкаясь языком в приоткрытый в удивлении рот и на мгновение заставляя забыть, каким обманчиво беззащитным он казался всё это время. Б'рок подцепил собравшийся складками подол белой рубахи, обнажая дюйм за дюймом худое, нескладное тело, на котором постепенно выцветали синяки и сглаживались шрамы — слишком быстро даже для архангела. Стив качнулся навстречу, с любопытством ощупывая его через футболку, дёрнул затрещавщую ткань слишком резко, словно не смог рассчитать своих сил. — С тобой сплошные сюрпризы, — Б'рок торопливо щёлкнул пряжкой ремня, ширинка неприятно давила на влажную чувствительную головку, и, высвободив член, он ощутил мимолётное облегчение, сменившееся острой, расплавляющей жаждой первого соприкосновения обнажённой плоти. — Так и будешь языком чесать или сделаешь уже что-то сам? — огрызнулся Стив, жарко выдыхая ему в ухо. Он длинно простонал, стоило Б'року сдавить между пальцев нежный розовый сосок и медленно, дразняще прокрутить. Потенциально язвительный ответ так и остался лишь лёгким вздохом, запечатанный новым голодным поцелуем. К чаше с маслом они потянулись одновременно; Б'рок обильно смочил в ней пальцы, и Стив приподнялся, ложась на него грудью и выламываясь в спине, распахнул крылья, окутывая ими обоих, словно желая Б'рока спрятать и удержать. Со стороны, должно быть, выглядело красиво, угольно-бордовые перья смешались с сияюще-белыми, нежные светлые ягодицы раскрылись под лаской смуглых пальцев, и дрожащий от возбуждения, сладко стонущий ангел насаживался на них сам. Он то ли и в самом деле понемногу раздавался в плечах и тяжелел, то ли виной всему была игра света, но Б'року в этот момент стало откровенно плевать. Он вытащил скользкие пальцы, тщательно смазывая и себя тоже, обхватил член, направляя пульсирующую головку в подготовленную тесную дырку и плавно, неспешно задвинул до самого корня, пока Стив не вцепился в его шею зубами, заглушая громкий всхлип. Б'рок хотел его до пробирающей вдоль позвоночника мурашечной дрожи, до слепящих белых пятен перед глазами, хотел отчаянно и зло, но дразнить его, выскальзывая почти до конца после пары фрикций и вынуждая алчно толкаться навстречу, было удовольствием не меньшим. Б'рок зачарованно смотрел, как смазывались и менялись черты лица, становясь гармоничнее, чувствовал под ладонями вместо тонких, птичьих костей перекаты тугих, упругих мышц. Ему нравилось, как на каждом глубоком толчке трепетали длинные, влажные ресницы, и как приоткрывался рот, показывая нежный розовый кончик языка. Стив — огромный, мощный, настоящий Стив — восхитительно сжимался, самозабвенно тёрся горячим членом о твёрдый живот и сладко вздыхал, подставляя под колючие жадные поцелуи мягкие губы. Он кончил первым, задыхаясь и заливая живым, осязаемым светом, струящимся изо рта и глаз узкую комнатку, отведённую ему Ша'аррон. Б'рок зажмурился, чтобы не ослепнуть, вздрогнул, услышав громкий хруст, и почувствовал, как их накрыло ещё одной парой тяжёлых крыльев. Ифритский огонь заинтересованно загудел внутри, потянулся вслед за чужой силой, заполняя собой кости и сухожилия, выплеснулся вовне, скручивая почти болезненным оргазмом. Б'рок откинулся на подушки, медленно приходя в себя, приятная тёплая тяжесть Стива казалась правильной, с распахнутых ангельских крыльев на него изучающе смотрели тысячи мерцающих глаз, таких же небесно-голубых и выворачивающих душу наизнанку. — Престол, — облизал губы Б'рок, — я трахнул Престола. — Нам пора, — Стив повёл плечами, глаза моргнули и исчезли, за ними следом в воздухе растворилась вторая пара крыльев. — Магический всплеск не почувствовали только мёртвые, а я предпочёл бы покинуть это место с минимумом возможных жертв. — Нам? — Б'рок вытерся остатками разорванной футболки, выгнулся, приподнимая бёдра и натягивая брюки с бельём, и, поднявшись с постели, залип взглядом на медленно стекающей по ноге Стива струйке спермы. — Хочешь остаться и объясняться с Ша'аррон, зачем расплавил ошейник? — Он сдёрнул смятую простыню, недовольно поморщился, на скорую руку сооружая что-то вроде тоги за неимением возможности одеться во что-то более приличное. — Я думал, у тебя есть дела поважнее. — Я знаю, как через купальни выйти в катакомбы, — хмыкнул Б'рок поднимая с пола свою брошенную куртку, подошёл вплотную, нагло касаясь губами чужого рта, чтобы просто проверить, светило ли ему ещё что-то с этим небесным созданием. — Показывай, — будто бы с сожалением отстранился Стив, — нацелуемся ещё. Звучало, как отличный план на ближайшее будущее. Оставалось выбраться из борделя и, если Ша'аррон не солгала, вытащить из лап работорговцев падшего.