Так и не сказать

Шибанов наблюдает через реечную перегородку со второго этажа. Брагин спокоен и холоден как всегда. Обычное дело, задержание позреваемого с очередным обыском. Но похищенное оружие не было найдено. – Я знаю, что здесь всё покупается и продаётся. – с надеждой молодой парень смотрит Юре в глаза, недолго оглянувшись. – Сколько вы хотите? Я Вам заплачу любую сумму через полгода. – Адвокату звоните, а то ему ещё ехать. – серьёзно проговаривает следователь. – Не хотелось бы затягивать. Опер чуть улыбаясь, пошёл искать телефон подозреваемого. У того нет шансов. Не на того напал. – Как же так вышло-то? – Отец сам отправил меня заграницу. Он хотел, чтобы я там всё время жил. И мне там понравилось. – парень ни на секунду не отводил взгляд от Юриных глаз, словно пытаясь загипнотизировать. – У меня там друзья, девушка.. Но в один момент отец почему-то решил, что я не патриот, что я должен вернуться обратно в эту страну. И сказал, что если я не вернусь, он перестанет присылать мне деньги. – начинает злиться подозреваемый. Миша возвращается к рейкам и снова наблюдает за происходящим. – А мать всегда соглашалась с каждым его словом.. дура. Да это они во всём виноваты. Они ведь отказались от меня шесть лет назад. Это что, не понятно? – Это не повод для того, чтобы их убивать. Родители всегда хотят лучшего для своих детей. – Брагин холоден и серьёзен, собственно, как и обычно. – А я их не убивал. Вы ничего не докажете. Следователь обернулся в сторону опера, который сделал вид, что осматривается и спускается вниз. – Людей для убийства нашли в интернете, заплатили скорее всего со своего счета. Это мы узнаем. – он подошёл ближе к подозреваемому. – Камеры выключили, нашли место где спрятаться это мы докажем. Также как и попытку убийства сотрудницы полиции, которая выдала себя за наследницу, что не входило в ваши планы. Над вами же армия висела, так? Парень смотрит на полковника юстиции с неподдельным страхом. Мишка наконец приносит телефон и подаёт его Юранову. – Звоните адвокату. – Брагин отходит, отворачиваясь. – И давайте, готовьте ручки. – Добавляет Шибанов, отходя и доставая наручники. – Пора привыкать. Следователь оборачивается снова к подозреваемому, что отвернулся, кладя телефон на стол. Дрожащими руками молодой человек достает припрятанный за поясом пистолет. Решается он не долго. Резко оборачивась, Юранов направляет оружие на Юру. Мишка попытался его оттолкнуть, но опоздал. Выстрел. Шибанов выбивает из рук преступника пистолет и, вырубив его, летит к Брагину. – Юр.. Юра! Ты только глаза не закрывай.. на меня смотри! – в комнату входит кто-то из охраны. – Скорую вызывай! Аптечка есть? – Я не знаю! – Скорую вызывай, чего стоишь! – рявкнул опер, беря голову следователя в руки. – Сейчас позвоню.. – незнакомый силуэт исчезает. – Юр, на меня смотри! Глаза не закрывай! – Мишка хлопает его по щекам. Брагин теряет сознание и рука падает с тела на пол. – Юра! – Мам, а папа приедет на проводы? – Макс выходит в коридор, вынося рюкзак. – А дядя Миша? – Вообще обещали, если у них не появится очень важная и срочная работа. – Женщина кинула ответ, выходя из другой комнаты. Ей явно не особо хотелось отвечать на вопросы про бывшего мужа. – Нам через три часа выезжать, ты готов? – Да, да.. – Вера отвлекается на телефонный звонок. – Это папа? – Миша. – Брагина подносит устройство к уху, напрягаясь. – Да, Миш.. Слушай, если вас куда-то снова отправили просто так и скажите! Пусть Юра хотя-бы своему сыну два слова скажет... А, понятно он работает. Всё понятно. – Неожиданно Вера побледнела, остудив свой пыл. – Как он?.. Ясно.. – Что случилось? – настораживается парень, опуская сумку на пол. – Папа в больнице, в реанимации. Дядя Миша с ним. Они не приедут. – Спокойно проговорила женщина, в комнату. – В какой он больнице? – парень уходит в комнату и выходит уже в толстовке и джинсах. – В Никифорова.. – женщина ушла в одну из комнат, резко возвращаясь. – Ты ехать сейчас собрался? – Да, ты со мной? – Макс накидывает на себя куртку. – Я тебя отвезу, пять минут. – смирилась Вера, уходя, чтобы переодеться. Миша осторожно присаживается рядом с больничной койкой в отделении реанимации. В воздухе витает запах противный медикаментов, местами по телу проходит холод. Словно смерть ходит тут вокруг, никак уходить не хочет. Сбежать хотелось, жутко, но он не может уйти. Брагин с ним сидел всегда, не уходил, особенно после развода. Юрка бледный, еще немного и сольется с белоснежным бельём и стенами. На груди выделяется снежно-белый послеоперационный пластырь. «Пуля прошла на сантиметр левее сердца. Ему несказанно повезло. Прогнозов дать, к сожалению, не можем.». От этих слов Шибанов хотел лезть на стену. Его Юра везучий, сейчас его собственное, Брагинское везение нужно было ему как никогда. Выжить – сейчас цель номер один. Опер берет его холодную руку в свои тёплые, родные. – Юр.. ты прости меня.. – он осторожно касается его рукой лба. – Я правда дурак.. Зря я сказал Муштакову про убийцу его матери.. и не только по этому... Миша кидает взгляд на кардиомонитор. Живой. – Если ты – голос дрожит. Он не может совладать с собой. – умрёшь.. – ком подступает к горлу. Брагин не умрет. Эти два слова в Шибановской голове в принципе не могут стоять в одном предложении. Кажется, это просто противоречило всем возможным законам вселенной. – Это же просто не возможно.. Мы ж еще всех преступников не переловили.. Его трясёт. – Это подло.. по отношению ко мне.. к Максу с Ксюхой.. Слова, что он не успел сказать драли глотку. Что должны были быть услышать и поняты Юрой. Точнее он сказать то сказал, только вот по сути сам же всё и испортил. Он не может говорить. Страх сковывает. Пытаясь держать себя в руках, Мишка чуть не плачет. – Не можем мы как нормальные люди с тобой.. Мише снились кошмары. Часто они касались Лены, Жени, Антона.. но Юры.. даже если такое снилось, то он в это особо не верил. Казалось, это нонсенс, что этого в реальности просто не может быть. Как в каком-то меме, о котором им Макс рассказывал. – Без тебя не так будет.. Шибанов перестаёт сдерживаться, кажется, впервые давая волю слезам. Чуть тёплая, бледная рука следователя сильно контрастировала с горячей красной кожей опера. Слезы текли ручьём, сквозь шум в ушах Миша услышал изменившийся писк. – Без тебя не будет ничего.. Вбежавший анастезиолог быстро выгоняет опера ждать за дверь, в которую влетели еще несколько медиков. Опер верующим никогда не был, скорее наоборот отрицал всё существование сверхъестественного. Но сейчас он молится всем известным ему Богам и кажется, даже этого мало. Страшно. В ушах отдаёт пульс, сквозь который тихо, но доносится длинный непрерывный писк кардиомонитора. Опираясь о стену, он хочет верить, что это не Юрка. Не его Юра. В голове вспоминаются слова Брагина: «Можно всю жизнь прождать подходящий момент и в итоге так и не сказать друг другу что-то важное». Больно и страшно. Собственный Шибановский пульс, кажется, перевалил минимум за 150. Он слышит звук дефибриллятора один раз, другой, третий. И с надеждой: «Продолжать!». Сколько проходит времени Миша не знает. Волнение и страх настолько захлёстывают его, что резко наступившую тишину, разрезаемую непрерывным звуком кардиомонитора, он замечает не сразу. Опер оборачивается, осторожно заглядывая в приоткрытую дверь. – ... конец. Время смерти 07:42. – произносит врач, отходя от койки. В смысле «время смерти»? Шибанов не верит. Он поднимает взгляд на кардиомонитор. Три ровные полосы. Пульс – 0, давление – 0 на 0, частота дыхательных сокращений – 0. К Мише подходит врач, говоря спокойно с ощущением сочувствия. Медик осторожно встряхиват его за плечо, заглядывая в глаза, что смотрели на него мёртвым взглядом. Из ступора выдёргивает до боли знакомое и родное: «Дядя Миша!». Он поднимает взгляд на источник звука. Макс, что должен был уходить сегодня в армию. – Дядь Миш! Что с ним? – парень подбегает к ним, ищя ответ во взглядах стоящих перед ним людей. – Вы кем приходитесь Юрию Ивановичу Брагину? – сразу стал задавать вопросы врач. – Это сын его.. – выдавливает Шибанов. Максим, словно почувствовав, поворачивает голову в сторону открытой двери в палату, где следователя отключают от аппаратов, после накрывают белой простыней. – Папа! – парень делает шаг, чтобы войти, но врач его останавливает. – Вам туда нельзя.. приношу вам свои соболезнования. Мишку ноги уже не держат. Он оседает на пол по стене, ощущая жуткую, сильную боль где-то внутри. Его подхватывают врач и Макс, перетаскивая на небольшую лавочку рядом. Через несколько минут рядом появляются нашатырь, тонометр, какая-то аптечка. Опера заставляют выпить какие-то таблетки и, кажется, просят пройти какое-то обследование, но он не слышит. Лишь кивает на соболезнования врачей, обнимая парня, что тоже не может сдержать слёз. Шибанов выходит из здания больницы в бахилах и с курткой в руках. Вышел бы и в халате, но персонал не дал этого сделать. На встречу ему из машины выходит Вера. – Как Юра? – сначала спрашивает женщина, после добавляя. – Макс с ним? – Юра умер, не приходя в сознание. – с трудом через ком в горле проговаривает он. Брагина закрывает рот рукой. – Макс тебя ждёт в реанимации, чтобы документы оформить. Извини. Мужчина обходит её и начинает идти к выходу с территории. – Миш.. осторожно.. бахилы хотя-бы сними.. Ему плевать, но всё-таки снимает. Мишка не знает, куда он идёт. Вроде в сторону дома по каким-то переулкам. Холодно, но он совершенно не чувствует этого. Раньше Брагин бы не дал, но теперь его уже нет. – Можно всю жизнь прождать подходящий момент и в итоге так и не сказать друг другу что-то важное. Голос Юры звучал в голове, казалось ударяя прям поддых. Эту фразу он сказал, когда Мишка собирался делать предложение Литвиновой, кажется.. Хотелось биться головой о стену. Какая нахрен Литвинова. Ощущение, что он чёртов идиот настигало с новой силой. Холод пробирает всё его тело. Но боль, занимает всё место в голове и теле. Войдя в квартиру и кинув куртку куда-то на пол, Шибанов заходит на кухню и накатывает стопку водки. В этом городе всё пропитано Юрой. Комитеты, ГУ МВД, улицы.. просто всё. Шибанов наливает ещё стопку. Он берёт в руки телефон и видит множество уведомлений от Комарова, Муравьёва, Морозова, даже от Каверина парочка. Открыв чат с Жекой, полковник проигнорировал все сообщения, кроме последнего. Комаров: «Командир, все в порядке? Что с подозреваемым по делу Юрановых?» Шибанов: «Юранов стрелял Брагина. Юра умер в больнице.» Он выпивает стопку залпом, наливает третью и идёт с ней к окну. В полной темноте. – Можно всю жизнь прождать подходящий момент и в итоге так и не сказать друг другу что-то важное. – повторяется в его голове. Поставив рюмку на подоконник, Мишка достает пистолет. Он проверяет заряженный на все восемь патронов магазин. – Так и не сказал.. – Миша опрокинул в себя стопку и снял табельный с предохранителя.