На краю бездны.

Он опять был полностью один. Сегодня идти в школу казалось невыносимым мучением. Потому он лежал в кровати свернувшись калачиком. Иногда, Руи проваливался в короткие сны, где он был счастлив, где он был любим, где от него не отвернулись... Как же парень от всего устал. Как же ему хотелось заснуть, и больше никогда не просыпаться. Очередное сладкое видение пришло к Камиширо. Он ел праздничный торт. Руи поздравляла куча друзей, родители улыбались, и были рядом. Парню подарили кучу подарков, о которых он и мечтать не мог. Но на фоне, в тени, стоял один знакомый, как никогда, силуэт. Мизуки тихо наблюдал за ним, а потом шёпотом произнес. — Ты ведь знаешь, что это лишь сладкий сон? Ты никому и близко не сдался. Ты всех оттолкнул, будто бы тебе никто не нужен. Ты всем навредил своими выходками. Ты покалечил их своими взрывами. Руи опять проснулся. Ледяной пот обволакивал тело, как гадкий кокон, всё оно покрылось неприятными мурашками. Казалось, что его тело, больше не его. Парню очень хотелось стереть это ощущение. Мизуки... Он же не мог так сказать, верно? Он же не мог... Или, это значило, что он думал так же, как и остальные? Но... Это ведь сон, Акияма сам об этом сказал. Может, он говорил всё это и в жизни, но Руи забыл? Настенные часы монотонно отбивали секунды. Они показывали пол второго дня. Руи поднялся с кровати, чуть не упав, споткнувшись об гору бумаг. Парень мельком осмотрел комнату. В ней творился всё тот же хаос, что и обычно. Рабочий стол в беспорядке, на нём валялась не сделанная домашка, куча скомканных чертежей, гора чашек кофе, и с десяток банок энергетиков. Пол был захламлён одеждой, теми же чертежами и всяким другим мусором. Окна закрыты плотными шторами, что ни один луч света не попадал в душную комнату. В остальном другие тумбочки и полочки тоже были заставлены чем попало. — Может быть, уберусь завтра. — Хриплым голосом произнес тот про себя. Но это завтра не наставало никогда. Рука парня привычно потянулась к баночке таблеток, что покоилась на тумбочке рядом. Но та была пуста уже как неделю. — М, ну да. Они ведь не купили мне новых. — Всё так же невнятно пробубнил Руи про себя. Они говорили, что общаться с самим собой это плохо. Но, что, если собеседника получше нет? Хм, Мизуки? Нет, нет... Мизуки очень хороший друг, это правда. Но зачем его нагружать? У Акиямы и так своих проблем по горло, куда ещё свои пихать? Интересно, насколько сложно не понимать кто ты? Любить то, что любить не должен? Сложнее ли это состояния Руи? Казалось, Мизуки страдает не меньше. Их обоих ненавидят. Но по немного разным причинам. С ним очень уютно просто молчать. Руи не любил говорить о своих чувствах. Но поддержать его, всегда. Сколько они уже так общаются? Наверное, с начала средней школы. Сейчас же она подходила к концу. Интересно, таких больных людей как Руи, берут в колледжи? Хотя ладно, впереди есть ещё немного больше трёх лет старшей школы. Возможно... Легче будет заснуть на вечно? Нет, нет... Не сейчас. Камиширо, негромко вышел из комнаты. Дома, ожидаемо, пусто. Отец, как обычно, в командировке. Интересно, когда он в последний раз был добр с Руи, а не кричал по пьяни? Мама, наверное, была на работе. На самом деле, её парню было очень жаль. Она справлялась с ним в одиночку, работая допоздна. Наверное, сложно иметь больного сына? А в прочем сейчас это не имеет никакого значения. Руи неспеша направился в ванну. Ноги не слушались, казалось, можно было упасть на ровном месте. И желательно больше никогда не вставать. Ему очень хотелось смыть с себя всю грязь. Парень лениво, через силу скинул одежду. Хотя так хотелось включить воду прям так... Но одежда тоже была грязная и неприятная. Пару секунд он думал, включить кипяток или ледяную воду. Но всё же остановился на первом варианте. Обжигающе горячая вода потекла по телу парня. Он сжал зубы, ведь та так приятно обжигала. Незажившие раны на руках и ногах пекли особенно сильно. Но казалось, Руи это приносило больной кайф. Прозрачные струи обволакивали его всего, но казалось, грязь не смывалась... Парень начал судорожно чесать руки, раздерая царапины ещё больше. — Нет... Нет, нет, нет, нет! Ну пожалуйста... Почему оно не смывается?! Он начал судорожно глотать воздух. Кипяток растекался по коже, но казалось это совсем не помогало. Даже приятное жжение прошло. Он тёр и тёр, тёр и тёр. Но лучше не становилось. Руи пытался вспомнить дыхательные практики, что рекомендовал ему психолог. Но ничего в голову не приходило. Паника сдавила горло, воздуха категорически не хватало. Горячая вода хлестала по спине. Он упал коленями на кафельный пол душевой, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь. Кажется, он вырубился на какое-то время... Но потом послышался знакомый голос... — Ты так и собираешься киснуть? Ты хоть понимаешь, что никакой грязи и в помине не было. Это лишь твои глюки. — Мизуки?! Мизуки! — Прокричал тот, будто бы надеясь, что он здесь. Но подняв взгляд, вокруг не оказалось парня, с милой розовой завитушкой. Хотя, кажется, паника и вправду отступила. Руи выключил воду, прислонившись спиной к прохладному кафелю стены. Постояв немного так, что бы успокоить дыхание, он вышел из душа. Парень схватил первое попавшееся полотенце и вытерся им. Раны неприятно ныли... Ну и чёрт с ними. Камиширо неспеша оделся, и поплёлся на кухню. Заглянув в холодильник, тот ничего интересного не обнаружил. Конечно, мама, как обычно, наготовила немного еды, что бы сын не помер с голоду... Но Руи никогда не питал к ней любви. Ведь она казалась безвкусной. Как, впрочем, и большинство еды. Да и от овощей в супах и другом, его воротило. Не найдя ничего себе по аппетиту, которого не было, парень пошёл назад в комнату. Сколько он уже ничего нормального не ел? А в прочем какая разница? Раз он не чувствует голода, значит и есть не обязательно. — А что тогда ты чувствуешь? — Опять послышался знакомый голос из ниоткуда. — Я... Ничего. Пустоту... И боль. — Негромко ответил Руи сам себе. Он вернулся в свои покои печали. В них было немного спокойнее. Раньше хотелось бы сказать уютнее... Но сейчас эту свалку таковой назвать нельзя было. Камиширо уселся за свой рабочий стол, и сгрёб кучу мусора на край. Он попытался, как раньше, что-то смастерить. Но инструменты валились из рук. — Что, опять ничего не получается? — Начал голос Мизуки. — Может оставить это, не думаешь? Просто вспомни, все твои беды, изначально, начались из-за изобретений. Кто очень сильно покалечил одноклассника, в начале средней школы? Кто подорвал кабинет химии? Кто придуривался на уроках, из-за чего всё его считают странным? Ты правда думаешь, что это твое? Ты правда думаешь, что кому-то нужен? Да про тебя даже родители забыли... Слёзы опять навернулись на глаза парня, хотя казалось он выплакал всё, что можно. — Н..нет... Нет! Я... Я нужен Мизуки! Моему Мизуки! Она... Он... Я... Мы ведь друзья! Мы... Ведь оба изгои. А такие должны держаться рядом! — Слова судорожно летели из уст Руи, прямиком в пустоту комнаты. Но никто не пришёл — Ты правда так думаешь? — Насмешливо спросил родной голос, и затих... Парень попытался встать с кресла, но упал на пол. — Нет... Нет! Он не мог! Мизуки! Мизуки! — Паника опять начинала захватывать его. В голове промелькнула насмешливая мысль. Мол, что-то много ты сегодня паникуешь, слабак. Даже больше чем обычно. Он с ватными ногами, ели как поднялся. Дыхание опять спирало, в голове прокручивались диалоги с розововолосым другом. Он запутался в реальности и выдуманности происходящего. Рука сама потянулась к ящику стола. В нём лежала горсть бритвенных лезвий. Какие-то совсем окровавленные, какие-то более новые. Руи схватил первое попавшееся и осел на пол. Он мазнул острым краем по руке, на которой ещё не зажили прошлые царапки. Сразу стало... Легче... Сдавливающая горло паника, отступила. Но... Он больше не мог остановиться. Ритмичные движения руки, оставляли кучу ран от лезвия. Камиширо не смотрел какое место резал. Взгляд жёлтых глаз помутнел, будто бы от наркотика, в голове всё поплыло. Наверное, потому, что он давно нормально не ел и потерял достаточно крови за последнее время. Раз движение руки, новая царапина, ещё одна... И здесь... Рука была уже просто в мясо от этих ритмичных порезов, но он, как зависимый от этого, продолжал... Будто бы слово боль стало для него извечным другом. Будто бы это и был выход. Казалось, Руи хотел довести всё до того, что бы умереть в луже собственной крови. Дыхание опять сперло, он не заметил этого. Просто продолжал безжалостно измываться над собой. Вдруг на задворках сознания опять послышался голос. Точнее непонятный скрип и потом голос, что потом сорвался на крик. — Ей... Руи ты почему не... О боже! Р..Руи? Руи! — Мизуки аккуратно приоткрыл дверь, ведь в комнате особо ничего не было слышно. Но увиденная картина повергла его в шок. Он быстро присел перед другом, акуратно хватая того за руки, сам измазавшись в чужой крови. — Руи! Руи ты меня слышишь?! Что случилось?! Руи! — Парень будто бы не реагировал, свесив голову, тихонько истекая кровью. — Нет... Мы друзья... Ты не мог так сказать... — Бубнил тот пытаясь понять слова голоса. — Руи! При чём здесь это?! Руи, ну скажи что-то внятное! Блядь! — Но тот не реагировал на слова Мизуки. Взгляд Акиямы метался по комнате, ища выход из этой ситуации. Он поднял лезвие с пола, кинув его в мусорку. Потом, акуратно отпустил друга. И вспоминая где-что может лежать, погнался в ванну за аптечкой. Мизуки судорожно пытался её найти, при этом не начав паниковать. Это немного затянулось, но всё же найдя, что надо, он побежал обратно к Руи. Тот лежал на полу свернувшись калачиком. Пол и одежда Камиширо были замазаны его же кровью. Честно признаться Мизуки ненавидел запах и вид крови, но пришлось потерпеть. Он присел возле Руи, акуратно перевернув его на спину. Розововолосым быстренько прикинул ситуацию. — Ситуация полный пиздец... — Нервно хихикнув, сделал вывод тот. То как он обрабатывал это месиво, затуманилось в его разуме. Эти в край убитые руки выглядели просто тошнотворно, так, что легче было не думать об этом. — Спасибо и на том, что не резал вдоль вены, дружочек. — Пробубнил тот себе под нос, перебинтовывая руки друга. Сам Руи уже отключился, неведомо от чего. Ну и пусть, хотя бы не сопротивляется... Акияма быстренько поднял футболку друга до шеи, осматривая торс. — Я и не думал, что ты настолько худощавый... Боже, Руи, до чего ты себя довёл?... — Совсем тихо прошептал тот. Он постарался акуратно переодеть футболку Камиширо. Ато мало ли, от вида крови того стошнит. Потом быстро поменял постельное бельё и уложил друга на кровать. Что бы тому было приятнее спать. Мизуки наконец смог рассмотреть комнату, и... был не в восторге от вида. Запах крови и боли уже вьелся в это место, а тень штор внушала хандру. — Не удивительно, что ты в таком то состоянии... Прости, что пришёл так поздно. — Он говорил будто бы сам себе, ведь... Сейчас Руи в любом случае не мог этого слышать. Мизуки ещё поговорит с ним по этому поводу. От нечего делать парень начал убирать хлам. Ведь... Он же не мог оставить Руи в таком состоянии одного, правда? Часа два спустя, комната прояснилась. Он открыл окна, немного подкатал шторы, что бы было светлее. Парень пособирал кучу мусора, при этом отделив чертежи отдельно, акуратно распрямив каждый скомканный листик. Для лезвий Мизуки нашёл небольшую коробочку, выгребая их отовсюду. И через час та заполнилась полностью. — Да сколько их у тебя?! Пойдя на отчаянные меры, он выгреб и другие острые предметы, бритвы, что лежали в ванне, канцелярские ножи, стругачки. Всё, что могло помочь Руи. Да это немного не красиво копаться в чужих вещах, но... По другому в этой ситуации было сложно. Мизуки нашёл и кучу банок от антидепрессантов, но решил обговорить это позже. Покалеченный всё ещё мирно сопел, потому Акияма решил наведаться на кухню. Руи надо было сейчас, что-то питательное, но не напряжное для желудка. Потому розововолосый, порывшись в холодильнике нашёл свежую кастрюльку супа. Что бы Руи не воротил носом, Мизуки перебил тот блендером, что бы друг не различил в нём овощей. А потом в тостере поджарил немного хлеба.

***

Ему ничего не снилось, были лишь мутные образы и обрывки слов. Он почему-то проснулся. Вокруг веяло свежим воздухом, а постельное бельё пахло новым кондёром для одежды. И... Солнце светило из окон? Это очередной сон, из разряда нереального? Руки ныли, но это было привычным ощуще.... Стоп. Он опустил взгляд на них. Они были перебинтованы? В голове не складывалось логическая цепочка событий. — Это очередной сон, хаха? Ну же Мизуки, я знаю что ты тут. Я жду, пока ты скажешь мне: "проснись". — Судорожно проговорил парень про себя. Но привычный голос молчал. Руи полностью поднялся с кровати, осматривая комнату. В ней было чисто... Необычненько. Неужели то самое завтра настало?... Не найдя никого в своём логове, парень неспеша поплёлся осматривать остальной дом. Он почуял слабый запах еды, прошёл немного вдаль и... — Мизуки? Ты что тут забыл? А-а я понял. Ну давай говори, что это очередной сон, я жду. — Полушёпотом говорил тот, смотря на друга непонятным взглядом. — Доброе утро. С какого перепугу это сон? Тебя не было в школе, опять, я не придал этому значения, написал тебе, но ты не заходил в сеть со вчера. Я звонил, ты не отвечал. И вот я заволновался и пришёл. Только вот картинай, что меня встретила, была немного... Много, страшной и гадкой. Пока ты спал, я немного убрался... Вобщем садись жрать, и только попробуй не поесть! — Мизуки похлопал рядом по соседнему столу. Не найдя, что сказать, Руи сел рядом, уставившись на крем суп. — Ешь давай! Ты давно нормально не ел. Поговорим после супа... — Возмущённо сказал тот, видя как друг явно без аппетита смотрит на суп. — Ладно... Парень всё ещё не мог понять, дурацкий сон ли это? Или кто-то и вправду услышал его мольбу? Но если это сон... То просыпаться не очень хотелось. Они ели молча. Мизуки иногда бросал взгляды на Руи, смотря ест ли тот. Сам парень уткнув взгляд в миску, заблудившись в собственных мыслях и переживаниях. И вот, когда тарелки опустели, Акияма аккуратно положил ладонь на плечо друга. Руи аж дёрнулся и уставился на него, не ожидая прикосновений. — Ей... Руи. Я знаю, что ты пьёшь антидепрессанты, что у тебя по комнате насобиралась целая коробочка лезвий. И... Сам видел когда ты... Ну... Вобщем не самую приятную картину. Братан у тебя руки в мясо были... Скажи, почему ты мне об этом всём не рассказывал? Я бы помог чем смог... Парень замер, с непониманием смотря на Мизуки. Он сам акуратно протянул руку, что бы убедиться реален ли друг. Камиширо коснулся его хвостика, и отдёрнул руку, чувствуя, что волосы настоящие. Руи какое-то время молчал. Он думал, что друг, как всегда, было в его голове, начнёт ругать, и оскорблять местами. Но... Кажеться в словах Акиямы было лишь беспокойство. — Руи? — Тихо напомнил про себя тот. — Я... Не хотел тебя этим нагружать. Ведь... Это только мои проблемы. — Он немного помолчал, думая над словами, и продолжил. — Не знаю когда это началось. Но в какой-то момент эти мысли захлестнули моё сознание. Часто, сложно даже подняться с кровати. Я тебе рассказывал, что родители почти не проводят со мной время... Мама ещё пытается быть хорошим родителем, а вот отец совсем нет. Я просто очень устал от этого, ясно? А это — Кивнул на руки. — Помогает мне отвлечься. — Блядь, Руи... — Мизуки тяжело вздохнул и притянул друга к себе, сжимая в объятьях. От этого у Камиширо вышибло весь воздух. Но не потому, что тот крепко сжал, нет. Просто... Когда его последний раз обнимали? А так нежно? Будто бы он и не кусок мусора, будто бы он, что-то значил... Всхлип, другой. Слёзы опять сами навернулись на глаза Руи. Кажеться он слишком много сегодня плакал... И откуда те слёзы берутся в таких количествах?... — Я... Я думал, что сегодня всё закончиться... Мне казалось, ты лишь иллюзия. — Говорил тот, меж судорожными вдохами. Парень зарылся лицом в изгиб шеи друга, прижимаясь к Мизуки как к последней надежде. — Тише-тише... Я с тобой, ладно? Ты мне очень важен, правда. Благодаря тебе я многое понял. И... Я не дам тебе потухнуть так просто, хаха. Просто давай найдём наше счастье вместе, хорошо? Ведь... Вдвоём не так страшно, так ведь? — Мгм... Так и сидели две ничейных души в обнимку, обогревая друг друга. Руи начало казаться, что всё не так уж и плохо, раз под боком есть такой друг, что понимал без слов... Возможно, в будущем их пути разойдутся. Но сейчас, это тепло было важно обоим. Они не были родственными душами, или что-то в этом роде. Они были лишь двумя парнями, которые потерялись во тьме, что, пытаясь, найти выход оттуда, нашли в друг друге утешение. Ведь каждый заслуживает быть счастливым.