Воспоминания

- Оденься и убирайся. - Разумеется, милорд, разумеется... Что же, их попытка переспать носила обречённый характер с самого начала. Волна отстранённости на грани с диссоциацией накрывала Питера, когда что-то пытались делать с его телом. Будь это кто-то кроме Барона - он давно был бы мёртв. Владимир разлёгся на шелковых простынях и тер глаза пальцами, очевидно сожалея о вскользь брошенной фразе "не лги мне". Этот жест следовало интерпретировать как сожаление. В прошлый раз этот жест был наблюдаем, когда утечка химических реактивов на производстве убила 139 рабочих. В самый первый раз он был наблюдаем, когда Дмитрий, узнав о нежелательных половых связях, сказал младшему Харконнену: "ты мне больше не сын". Питер ничего не чувствовал. Ментат был чем-то средним между инструментом и домашним животным в доме Харконненов, стоило ли ждать иного? Его поведение в постели было просто нелепо: стоять в коленно-локтевой и терпеть, ничего не просить, ничем не отвечать. Консервную банку оттрахать было бы проще. На следующий день Владимира ждала кипа документов чуть крупнее обычной и прежняя фальшивая улыбка ментата. Видимо, Питеру не спалось, и он остервенело закопался в работу. Работы на Гьеди всегда было невпроворот. Озвучив свое мнение о том, за какие ниточки имеет смысл подергать для численно наилучших результатов, человеческий вычислитель поспешил было покинуть комнату. - Останься. Питер нащупал в потайном кармане одежды отравленную иглу и медленно повернулся на каблуках. - Слушаю, ваша милость. - Твои создатели с Тлейлаксу. Что они тебе сказали, продавая тебя мне? - Они сказали, что изделие должно служить своему господину. - Вынь руку. Не сегодня. Иголку пришлось отпустить. Сердце забилось чаще. - Ты периодически пытаешься убить меня, - продолжил Владимир. - Но не доводишь это до конца. Дай мне понять тебя. Что они на самом деле сказали? Если я не услышу честный и полный ответ, то я верну тебя на Тлейлакс. Фальшивая улыбка спала. - Они сказали воспринимать вас как моего нового мастера. Мастера Тлейлаксу. А перед этим химически выжгли мне все структуры, ответственные за эмоциональную привязанность. Поэтому к вам я испытываю только... когнитивную. - И что это значит? - Все очень просто. Мне с вами интересно. - А что с твоей сексуальностью? - Это очень древний механизм, к счастью или к сожалению, его невозможно убить без повреждения остальных систем организма. Только перенаправить. Питер сделал пару шагов навстречу, и лицо его, освобожденное от механических ужимок, выглядело в какой-то мере печально. Барон отметил, что давно не видел это лицо таким. Поняв, как работает психика стандартного человека, Питер умышленно корректировал свою мимику. Так было удобно всем. - Чего ты хочешь? - Я хочу быть решением, а не проблемой, милорд. - Ты не понял. Куда перенаправили твое желание? - Некоторых стимулирует власть, милорд. Включая самые грубые её проявления. Вроде насилия. Или угроз. Но вы же понимаете, как сложно обмануть меня в этом вопросе, не так ли? - Горло тебе перерезать, что ли? - интонации барона гуляли между насмешливостью и задумчивостью. Было безопасно, а значит - скучно. - Просто дождитесь, когда я в очередной раз вас разочарую. Решимость делает нож острее. Но никогда не сделает его острее скальпелей Тлейлаксу. Чем ещё я могу вам помочь? Владимир отрицательно покачал головой и махнул рукой в сторону двери. Работы на Гьеди, как обычно, было навалом.