Гореть

Фасад из потемневшего кирпича украшал плющ, добавлявший красок мрачному зданию со стрельчатыми окнами. В некоторых витражах темнела роза с опавшими лепестками. Через дубовую дверь с тем же витражом перешагнуло не одно поколение. В этом поместье жила Элис с мужем Марком. Он был "слегка зациклен на выгоде", но, как говорила Элис, "ради нашей семьи" — недавно у них родился сын. 12 июля 1887 года, 21:43 Элис укачивала сына, рассказывая сказку о принцессе в башне. Малыш уснул, не дослушав. Аккуратно уложив его в кроватку, женщина на цыпочках вышла и отправилась в спальню к мужу. "Доброе утро" так и не наступило. Дом охватил огонь. Марк первым проснулся, схватил Элис и сумку с ценностями, собранную на чрезвычайный случай, и потащил к выходу. Ребенка он не взял. Элис сопротивлялась, игнорируя дым и слезы. Марк крепко держал ее за запястье. На улице их встретили соседи и пожарные, которые помогали сдерживать отчаявшуюся мать, пытавшуюся вернуться в горящий дом, хотя детский плач уже затих. Обессиленная, она упала на колени, рыдая без слов. Марк гладил ее по спине, повторяя: "Любимая, все хорошо, все будет хорошо". Его губы коснулись ее виска, но он не понимал — для нее уже никогда не будет хорошо.