Вечный щит

Ан Сухо - это щит. Это ветровка Красно чёрного цвета, с отрывком белого. Это мягкая, розовая зверушка, с которой удобно спать на парте. Это подработки после школы, это красно черный шлем и байк, это "сходим в кафе после школы?", это " мы в прошлой жизни женаты были?". Ан сухо - это личный щит Ён Шиына. Но теперь сухо был чем то другим. Теперь Ан Сухо это - кислородная маска, запотевшая изнутри от дыхания, больничная койка, тёплый плед у ног, аппарат который измерял сердцебиение и капельница. Это запах таблеток, лекарств который уже въелся в череп. Это сомкнутые глаза, которые не открывались уже на протяжении полутора года. Это боль, и невысказанные чувства которые разъедали душу изнутри. Вина шиына за случившиеся не давала ему покоя. Это вина была больше солнца, больше чёрной дыры. Она пожирала Ён Шиына. Ён шиын уже походил на компьютер который был работающим только по факту. Может он был похож на гаджет который швырнули в реку, долбили об угол стола, гаджет который был разбит вдребезги, но все еще работал. Шиын не мог нормально спать, он ворочился на кровати, пытаясь провалиться в сон. А когда все таки удавалось заснуть ему тут же снился этот ужасный сон. Ему снилось то самое видео, где обувь тех самых парней с громким гулом ударялись о бездыханное тело сухо. Он до сих пор помнил, до сих пор не мог отпустить. Он тут же просыпался в холодном поту с дрожащими руками, глаза всегда широко распахнуты после этого сна. А дыхание было прерывистым. Иногда он даже начинал задыхаться после очередного кошмара. Легкие как будто не принимали воздух который шиын так тщетно вдыхал, его сразу окутывала паника и он выбегал на балкон, пытаясь уравномерить своё дыхание, державшиись за поручни его волновало больше не то, что он может задохнуться, а то что он не сможет быть рядом когда сухо очнется или наоборот. Когда Джун Тэ говорил "это не твоя вина" он будто бы сбросил огромный камень с души шиына, и одновременно поставил ещё три, которые были гораздо тяжелее прошлого. Шиына так и не могло отпустить чувство вины, он вспоминал как плакала бабушка сухо, как сам рыдал у койки сухо, а сухо ни мог ничего сделать, он даже не знал что происходило вокруг него. Это било в сердце, било каждый раз с новой силой. Больно.