В осколках твоей души

      Холодный ветер, без устали трепавший волосы, никак не желал отступать. Он будто бы пытался напугать людей, посмевших выбраться из дома, чтобы те поскорее вернулись, оставив его бушевать на пустынных дорогах. И получалось вовсе неплохо, но как и всегда нашлись те, кого напугать он не смог. Максим с Денисом, игнорируя буйство природы, продвигались к уже давно знакомой байкерской площадке. Русоволосый еще со сломанной ногой твердил о том, что они обязаны вернуться и продолжить заниматься. Еще задолго до этого дня, они катались, отдаваясь прекрасному чувству свободы, вместе вспоминая каково это: слышать свист ветра в ушах и гудение мотора, поддаваться порывам воздуха, представляя высокий полет. Но лишь сейчас решили взяться за тренировки, коснувшись того, что свело их когда-то. – Мне надоели эти детские игры, пришло время для реально крутых вещей, – бодро сказал Макс, рукой указывая на площадку. – Ты ведь хотел научиться трюкам? Этим мы и займемся. – А не рано? – с сомнением переспросил блондин, неуверенно взглянув на парня. – Не боись, все супер будет. Нам уже давно следовало за это взяться, так что... Они дурачились, смеялись. Шабанов с особенным наслаждением показывал самые разные трюки, переходя от простых к более сложным, совсем не замечая непонятного, тихого треска, время от времени звучащего прямо под ним. – Смотри, щас мой любимый будет, – крикнул он младшему, который стоял в стороне. Коломиец с широкой улыбкой кричал ему слова поддержки, ни на секунду не отводя взгляда. Сколько бы времени не прошло, он так и не перестал восхищаться ездой русоволосого. Разогнавшись побольше, парень лихо взмыл вверх, делая в воздухе переворот, как вдруг.. Треск, до этого едва различимый в городском шуме, теперь прозвучал оглушительно громко. Послышался лязг, и Денис с ужасом заметил, как в стороны разлетаются искры, а уже через секунду вспыхивает огонь. Максим словно замер в воздухе, в этот же миг ощутив как яркий язычок пламени лизнул его кожу. Замыкание проводки. Чертово замыкание проводки. А ведь ему говорили, что байк лучше заменить... С грохотом приземлившись на землю, парень пытался затормозить, но двигатель упорно отказывался это делать. – Блять, да остановись ты, – произнес он, сквозь подступающий кашель. – Максим!! – голубоглазый тут же бросился к старшему, позабыв обо всем на свете. Огонь без остановки продолжал проходиться по телу, дым сгущался над головой грозовой тучей, лишая возможности сделать хотя бы глоток свежего воздуха. Ветер, бушевавший все это время, лишь больше разгонял пламя, приводя парней в ужас. Наконец, байк остановился. Шабанов обессиленно свалился на землю. Глаза нестерпимо болели, их застилали едкие слезы. Коломиец подбежал к парню, игнорируя огонь, который не забыл прихватить и его. Он оттащил русоволосого в сторону, сдергивая с него горящую куртку. – Ебаный байк! – в сердцах крикнул он, судорожно снимая с парня шлем и укладывая его голову к себе на колени. – Максим, ты меня слышишь?? Ожоги расползались по телу, доставляя невыносимую боль. Едва приоткрыв глаза, Макс расфокусированным взором посмотрел на блондина. – Максим! Максим, ты меня слышишь? – голос срывался, внутри царил полнейший хаос. Паника накрыла его с головой. Что же теперь делать? Как ему помочь? – Денис.. – голос прозвучал тихо, слабо. – Что? Что такое? – сдерживая рвущиеся наружу слезы, спросил младший, аккуратно прикасаясь к щеке русоволосого. – Я люблю тебя.. – едва слышно произнес Максим. Глаза его закрывались, а дыхание становилось все более рваным. – Что...? Что ты такое говоришь..? – по щекам ручьями текли слезы. – Нет, Максим, подожди.. Подожди, ты слышишь меня?? Но Шабанов не отвечал. Кашель все еще мучал его, не давая сделать нормальный вдох, но даже он вскоре прекратился и в округе воцарилась тишина, прерываемая лишь рыданиями Дениса. Дрожащими руками, он выхватил из кармана телефон, в спешке набирая номер скорой. Почему это произошло? Почему именно сейчас? Почему снова этот гребанный байк все испортил? Почему они просто не могут быть счастливы? Вопросы разрывали голову, голубоглазый был на грани истерики, ни на секунду, не переставая произносить самое главное в его жизни имя, словно молитву. Он даже не ощущал, как его руки жжет от недавнего соприкосновения с пламенем, все перекрыла внутренняя боль, исходящая из глубин души. Минуты ожидания скорой помощи казались вечными. Весь путь до больницы, Коломиец не выпускал руки старшего из своей, будто если он сделает это, произойдет что-то непоправимое. Врачи лишь тяжело вздыхали, глядя на бесчисленные ожоги парня.       – Пройдемте, пожалуйста, со мной, – спокойным тоном произнесла женщина, обращаясь к блондину. – На ваших руках также присутствуют ожоги, которые нуждаются в уходе. – Нет! Отпустите! Пустите меня к нему! – истошно вопил Денис, вырываясь. – Что с ним будет? Он будет в порядке?? Голубоглазого крыла истерика, безумная истерика. С лица не сходил ужас, крики мешались со всхлипами, по щекам стекали слезы. Спустя бесчисленное множество попыток, врачам все-таки удалось провести диагностику состояния парня и оказать ему необходимую помощь, но далось это с большим трудом.