Тепло

Ксено разлепляет глаза, ощущая, как жар проникает под его кожу и будоражит до позвонков.  Он делает вдох — и воздух наполняется горьковатым ароматом зелёного чая и матчи, — тем, чем пахнет его возлюбленный альфа напротив.  Сенку ещё спит. После вчерашней ночи он кажется таким расслабленно-довольным, не подозревая о том, как постепенно нагревается кожа партнёра и становится влажно меж ног.  Ксено делает движение, чтобы сменить положение и замирает, когда ощущение чего-то большого, принадлежащего любимому альфе, заставляет почти что захныкать, вцепляясь в одеяло.  Член Сенку всё ещё внутри его тела.  Он не выпускал Ксено из объятий всю ночь. Обогревал омегу теплом своего тела и не давал семени вытечь, чтобы сейчас Ксено сходил с ума от желания, невольно ёрзая. Нужда почувствовать больше только сильнее и в конце концов Ксено насаживается, а близость с альфой заставляет вслух застонать.  Инстинкты молят о большем и Ксено не в силах противиться. Сейчас ему нужно сильнее, грубее, активней, чем вчера дал его альфа. Ксено двигает бёдрами снова, пока не налаживает медленный темп.  — С-Сенку, ах, — Ксено кусает губу, сжимая плотно Сенку внутри.  Его брови сводятся чуть к переносице и лицо абсолютно краснеет. Как жаль, что Сенку по-прежнему спит, упуская, как элегантно-развратно умоляет сейчас его омега о большем. Член проникает всё больше и глубже. Такой большой и твёрдый внутри тела Ксено. Сенку снится что-то явно приятное, раз тот так отзывается даже во сне, вынуждая Ксено увеличивать темп всё больше и больше.  Натяжение внизу становится невыносимым, а запахи смешиваются, отчего голова идёт полностью кругом. Ксено глотает ртом воздух через горячие вздохи и стонет, вжимаясь в Сенку изо всех сил. — С-Сенку… ты мне нужен… Сейчас тот не слышит. Сенку спит, не подозревая ни о чём больше. Поэтому Ксено может позволить себе быть настолько нуждающе-жалким.  И в тот момент, когда громкий стон срывается с губ, Ксено чувствует, как руки на талии крепко сжимаются. В него вбиваются резким толчком, срывая всхлипы до выступающих слёз. И Сенку смотрит сверху сонно и чуть недовольно, моргая.  Он только проснулся, но запах течной омеги заставляет тело двигаться почти на рефлексе, даря желанное удовольствие Ксено. — Б-блять, Ксено…  Движения становятся сильнее и жёстче. Сенку приближается к грани, нуждаясь в том, чтобы наполнить омегу. Пометить и подчинить, как они хотят оба. На грани инстинктов.  Рука зарывается в волосы Ксено. Сенку тянет те вверх, заставляя тело красиво прогнуться до жалобных всхлипов и дрожащего голоса.  — Ты такая ненасытная сучка, Ксено, — он шепчет хрипло и просыпается полностью, загоняя член по основание вглубь. — Красиво стонешь вокруг моего члена прямо с утра.  Сенку находит губы Ксено, целуя. И толкается ещё несколько раз, заполняя нутро до краёв семенем.  Ксено содрогается под ним на постели, пытаясь ещё отдышаться. Такой до безумия красивый и весь только его. Сенку тянется, чтобы оставить поцелуй на виске.  — Доброе утро, моя луна.