Осень

Уши продувает, берцы уже по нос в грязи, Майлз бухтит, Энн торопит, перчатки забыл и руки мёрзнут. Это осень, детка, а мы всё никак не придём на опорный пункт, если Майлз разделял моё мнение по поводу осеннего леса... Ну точнее как разделял, что-то недовольно бурчал себе под нос, кривя рожу, вступая в очередную грязь или яму. Хоть в чём-то мы едины, может даже подружимся. Энн же... Ну она рассматривала листочки, так же томно вздыхая как и мы с сержантом. И вот! Он... Опорный... Да какой ОПОРНЫЙ? Если этот кусок бетона с выбитыми окнами можно назвать ОПОРОЙ, я уж точно ПАПА РИМСКИЙ! Пока Энн стискивала зубы, видимо пытаясь выдавить что-то хорошее из своих уст, Майлз же отрезал эту попытку: — Начинаю скучать по своему проекту в гетто, там хотя-бы был интернет, телик, выпивка... Энн же наклонила голову, массируя переносицу: — Ну Майлз, тебе лишь-бы выпить да в экран залипнуть... А тут природа, свежий воздух... Майлз повернулся к ней, сдерживая смех рукой: — Да, именно так и моя покойная бабка деревенский дом описывала! Толчок на улице, жопа мерзнет, зато ЕДИНЕНИЕ с Санта Клаусом! О царствие ей небесное... Хорошая была бабушка Эмили. — Майлз ну хватит уже. Давай мнение Уолтена спросим. Они оба посмотрели на меня, я же пожал плечами: — Ну... Нормально? Энн вытянула руку в мою сторону с усмешкой, Майлз же цокнул: —- Мнение подкаблучника не берется в счёт. Я же сплюнул: — Майлз! Постоянно что не моё мнение, то если оно тебе нравится, это твоя истина, а если нет я просто под каблуком Энн. Тебе не кажется это высокомерным? Майлз хмыкнул, поворачиваясь к забитой досками двери: — Нет, просто моё мнение... Объективные факты, ты иногда с ними соглашаешься, а иногда нет. Энн же сложила руки на груди, угрюмо спрашивая: — Ну тебе-то просвещенному дядьке видимо лучше знать, ни то что мы молодые. Майлз наигранно схватился за сердце, с улыбкой повернувшись к нам и надменно-насмешливым тоном начал: — Ой простите! Я задел ваши нежные, семейные чувства! Совет вам да любовь! Окончил он злым выбиванием двери с ноги, кажись он и выпустил всё презрение к нам на неё, не хотелось бы оказаться на её месте. Мы заглянули внутрь и увидели объёмное помещение с кучей мебели, да старой, но мебелью! И я победоносно сказал: — Вот видишь, Майлз! Мы всё таки... — Молчи, щегол! - Воскликнул он с усмешкой, затем пробурчал себе под нос - Я просто не обладал достаточным количеством информации для выражения своего ЭКСПЕРТНОГО мнения. И мы начали двигать полки, мебель и прочие атрибуты двухэтажки дабы привести её в хоть какой-то божий вид. По итогу... Пыльно, грязно, запах плесени вьедается в ноздри, зато расстановка то какая! Нам бы в архитекторы пентхауса! За окном же потихоньку темнело, появилась серость, солнце заградили серо-чёрные тучи, большие, надвигающиеся в нашу сторону, блин ну даже здесь мы не можем без дождя. Видимо мамочка природа нас очень любит. Мы собрались в середине первого этажа и Майлз сказал: — Пойду-ка я спать. Вы тут располагайтесь. И тут уже я угрюмо проворчал, я так был похож на Майлза: — О да... Тебе же пост держать не надо. — Вообще-то вы молодые, а мне между прочем... Сорок два! Будет... Этим летом. Так-что если хочешь спать, подставляй спину, бахну прикладом, получишь такой же сколиоз как у меня. Энн же ответила: — Майлз, не ври, у тебя нет сколиоза. Он же сымитировал удивление, плохо, фальшиво, но в принципе к образу подошло: — А что я щас сказал? Энн же с издевкой ухмыльнулась, поворачиваясь ко мне: — Помнишь, я говорила, что Майлз был славным парнем, до... — Заткнись! — Рявкнул Майлз, толкая её в стену, на меня же он посмотрел бешенным взглядом, таким, что я казалось увидел всю жизнь перед глазами: — А ты уши не грей! Оторву к чёртовой матери! —Энн скатилась по стене, держась за отшибленное плечо, Майлз же указал на неё пальцем: — А тебе язык через глотку вырву! Дышать будешь через трубочку! Он быстро ушёл, я же придя в чувство, помог Энн подняться, уже после этого ко мне вернулось обостренное чувство справедливости, я хотел направиться к Майлзу и "Прояснить" данный вопрос, но меня дёрнула Энни за плечо: — Нет. Я сама потом решу вопрос. — Твердо сказала она. — Но он... — Я сама! Не умеешь не лезь! — Уже она рявкнула на меня. Получив по ушам от обоих сослуживцев, слава Богу что словесно. Я остыл и поник, спокойно и расстроенно говоря Энн: — Пойду-ка я на крышу, подумаю обо всём. — Да... Мне бы тоже не помешало, я подскочу чуть позже. — Славно. Я буду ждать. Проходя по лестнице, я увидел энергетик, с ярко-токсичным принтом на банке и о чудо! Он закрыт. Подобрав его, я глянул срок годности. На день просрочен, учитывая, что некоторые производители особенного такого дешевого питья добавляют по одному-два дня к сроку, меня это ничуть не напугало и я вскрыл его. Сочное "Пшш..." Принесло моим ушам блаженство, удивительно, что в этой баночке все ещё есть газ. Я налил немного в рот, смакуя на языке вкус. Химозный лимон, с ароматизатором цедры апельсина и целое ведро сахара и всё это с вишенкой на торте в виде отвратного кокоса. По сочетанию вкусов - Кокос, лимон, апельсин, сразу видно "Хорошая" фирма. И я на крыше, туч много, серости тоже.. Полу лысые кроны деревьев, заполненные разноцветными листьями, раздувались на ветру, листья будто тысяси огней прорезали серость. Депрессуха, она приносила мне на сердце своего рода и апатию и балдёж, не знаю как объяснить сие феномен. Свесив ножки, я сделал ещё глоток, поморщившись, я уже собирался вылить данную бодягу, пока не услышав медовый голосок Энн над ухом: — Ну-кась... Дай попробовать. Я замешкался, что же хуже? Показаться жадным и не вежливым? Или же дать попробовать такое... Вообще-м я протянул ей банку. Она сделала глоток и высказала итоговое мнение: — Ну знаешь, фанаты уринотерапии не такие уж и безумцы. — Это ты к чему? — К тому, что если у этой фирмы есть фанаты, то деды верящие в целебности мочи в принципе не так уж и плохи. — Там немного осталось, я бы допил, не пропадать же... — Я немного похихикал, даже не вериться что я это так называю — Добро. Энн вскинула бровями, мотая головой с улыбкой: — М-да... Видимо один фанат уже нашёлся. Я взял банку, она же села рядом, мои обгрызенные губы вновь соприкоснулись с холодным металлом, по коже прошлись мурашки, толи от порыва холодного ветерка, то ли от осознания того, чьи губы были до меня на этой баночке. Но всё же я продолжил разговор: — Серая осень, она без прикрас, мне она нравится своей искренностью. — Ага, ты просто как и Майлз находишь оправдание своей грусти. — Не-а, вот тут ты не права, мы просто... — Уставшие, ну давай на чистоту, я рассматривала листочки по пути сюда не потому-что я маленькая оптимистичная девочка, а потому-что дохла со скуки, вы же нацепили каменные лица типа всё окей. Философ блин! — Вечно вы меня с Майлзом стебёте. Она состряпала лицо детектива и его тон, начиная: — Странно... Когда он тебя стебёт, ты злишься или ворчишь, а когда я... Смеёшься. — Ну... Майлз он злой, а ты... Она поцокала, усмехаясь: — Ты просто любишь доминантных женщин. — Ч-что!? Нет! Я... Мои губы были атакованы чужими, как и плечо, такое ощущение будто в меня вцепился гриф, я оцепенел, выпучил глаза, сжимая банку, пока чужой язык властвовал в моём рту. Пытаясь контролировать ситуацию, я начал медленно вести руку с энергетиком к краю, но её рука с плеча рывком сжала банку, чуть-ли не ломая мне пальцы и швырнула её вниз. И я решил... Сдаться, просто закрыть глаза. По окончанию боя, я проморгался, между нами была тонкая нить слюны, а Энн блаженно улыбалась, наматывая её на указательный палец и тыкая им мне в нос. Она встала, сказав: — Говорил бы ты по меньше, ты был бы гораздо романтичнее. Я застыл в одной позе, даже не смотря ей в след, но слыша серьёзное: — А, ну и да... Ты бы зубы по чаще чистил! Моё лицо залилось краской, я отчаянно закрыл его руками, пытаясь выбить этот возглас из головы. Но уже темнело и я спустился. Оба уже спали. Я же лёг на два стула и... Держал глаза закрытыми. Долбанная бессонница, ну когда же я наконец восстановлю режим, сил уже никаких нет, устал как собака, а глаз не сомкнуть, зато открываются они славно, ведь я услышал разговор, Майлза и Энн, они сидели на кухне и видел в темноте я лишь их тёмные силуэты, где розовая начала первая: — Я хотела-бы извиниться за... Ну... Шутку, я не хотела говорить, просто подстебать, получилось неудачно и... Тупо. — Да нет... Я сорвался за зря, просто... М... К чёрту, пропустим эту часть разжёвывания, покажи плечо. Энн судя по движениям, подняла рукав, Майлз же рассмотрев, стыдливо отвёл взгляд в сторону, Энн же похлопала его по спине: — Ты все ещё славный Майлз, просто под обёрткой чёрствого. Не хворай. Они разошлись, а я же... А я же вздохнул и понимая, что заснуть не смогу, взял винтовку и пошёл ко входу. Ночь обещает быть долгой... Я облокатился на стену, призакрыв глаза.