Монстр под кроватью

У каждого был страх быть съеденным монстром из-под кровати, поэтому щит-одеяло должен был закрывать все части тела. И не дай бог высунется часть ноги — то насколько неожиданно впиются в тебя длинные, острые, уродливые когти, и насколько это будет больно. И после потянут вниз, в темноту. Камелия боялась того же, но противоречие с детским страхом, чувство взрослости бунтовало, и хотелось отбросить предрассудки. Ведь, как правило: ты становишься взрослым, когда ребенок внутри тебя победит свой страх. А ещё в свои 17 лет верить в монстров под кроватью — это значит: «Камелия, ты ещё росток». Свет погас. Она легла на мягкий матрас, застеленный розовой простынёй, не стала включать светильник, как обычно, и укрылась до груди одеялом. Руку высунула за край кровати. И уже через секунду хотелось вернуть всё, засунуть руку обратно. Страх овладевал всё сильнее, она боялась двинуться, но и оставить руку так тоже нельзя, а вдруг… вдруг… Открыть глаза было ещё страшнее. Она слышала звук проезжающих машин. И время от времени уговоры внутреннего «я» возвращали в реальность. Казалось, что пролетели часы и ничего не происходило, и этот же мрак, затишье, и мысли, что то успокаивали, то бросали в тревогу, со временем затихали, как море после бури. Усталость за день проявлялась сильнее, паника отступила, и сон накрывал… Мягко, еле заметно, руку Камелии студило. В мозг промелькнула мысль, что это из-за открытого окна, холодный ветер. Но когда капля тяжело капнула на кисть, она распахнула глаза, но тело застыло. В горле — ком, воздуха не хватало, сердце ударяло по всему телу, слезы подкатили к глазам. И стоит только подать звук — и мама прибежит из соседней комнаты. Но всё же не только ужас присутствовал, был и интерес. Не совсем стремление узнать «это», а выяснить, чтобы выжить. Но в то же время в голове мысли бежали, и незнание, что-либо предпринять, сильно давило. Внутренности переворачивались, скручивались, всё путалось. Холодная хватка сжимала её руку, и вот, прежде чем крик вырвался из груди, кислород перестал поступать. Камелия выдыхала, но нечем было вдохнуть. Она выскочила из кровати, свободной рукой колотя грудь, дабы впустить воздух. Другую руку сжимали сильнее и сильнее. Она пыталась вырваться, тянулась до ручки двери, только бы дотянулась и побежала к маме, рыдая, трясясь и хватая воздух, но не наполняясь им. Она бы обняла, переживала, успокоила бы. Сил не было, но Камелия металась, вырывалась, билась из стороны в сторону. Мучительно, больно. Крик и истерика рвали её. Но то, что держало руку, уже не только холодной хваткой, но и иглами, сильнее вонзая и захватывая до локтя. «Пусть руку вырвет, но пожалуйста отпусти... Дай вдохнуть... воздух... Дышать... не хочу... мама, пожалуйста, прости». В конце мысли были ни о чём: сожаление, чувство вины перед мамой. До утра Камелия пролежала на тёплом, пушистом ковре. Сопли, слёзы, глаза засохли, тело замёрзло. Она мечтала умереть безболезненной смертью, лет до 30, увы... Камелия, не всегда вход во взрослую жизнь — через пубертат, ссоры и осознание ответственности. Бывает — созревают уже будучи мёртвыми.