Глава 1. Уроки гордости
5 января 2026 г., 19:35
Время — витраж — так Лололошке виделось. Хрупкое, где-то глубоко продуманое и где-то случайное. Полупрозрачная яркая глазурь: подойдёшь поближе и разглядишь всё, что за ней, а издалека ничего не видать. Он обязан в позе лотоса сидеть на его страже, атлантом охраняя, не позволяя выдавить оттуда ни одного стёклышка.
Говорят, что судьбу каждый пишет сам, однако можно ли справляться с этим, находясь в замкнутой петле — дне сурка, где барахтаться остаётся, да и только — как ни старайся, выбраться не выйдет.
Именно поэтому Смотрящий выбрал Его. Потому что Лололошка из Глассгарфа умел обращаться со временем бережно, а его силе — и физической, и моральной — можно было завидовать. Он умел принимать решения, умел держать себя в руках и быть лидером. Наставлять других — его головы дело. Отличным решением будет отправить его в странствие по мирам в поисках парадоксов, а Смотрящий будет наблюдать, глядеть, смотреть и видеть все его подвиги.
***
Взгляд Смотрящего выражает благодарность. — Да, не за что, старина. Что, ещё остались парадоксы в Матушке-Вселенной? Взгляд Смотрящего выражает тревогу. — Так я и думал, — вздохнул Лололошка, поправляя полупрозрачные линзы очков. А значит, снова пора в путь-дорогу. Искра в добром здравии, Лололошка чувствует себя сытым и отчего-то спокойным, а значит поиски пройдут гладко. Взгляд Смотрящего выражает надежду. — И даже не дашь наводки? Я думал мы уже друзья. Он поправил копну волос и обхватил зашеек ладонью, чуть помассировав его. Всё приходится делать самому. Но не впервой же! Он протащил на своём горбу столько проблем, о-о-о… И политические распри, и социальные напряжения, да что уж там — войны и набеги! Если это было ему по плечам, что может оказаться страшнее летящей в лицо стрелы и указывающего на переносицу меча? Пора идти. И серый дым унёс его отсюда, показывая, что было действительно пора.***
Сегодня в расписании у ученицы-рыцарши Юнии Крол основы математики, фехтование, верховая езда и история. Больше всего она обожала фехтование, а основы математики казались ей слишком замудрёнными, чтобы она и мысль допустила ими воспользоваться. Безусловно, она умела считать, и даже была, в отличие от Бати, грамотной. Юни даже умела умножать и делить, а ещё решать уравнения, но когда они дошли до концепций косинусов и нахождения сторон треугольников, она поняла, что ей никогда не быть учёной. Зато из неё выйдет неплохая защитница городских стен, и кто знает, может и волшебница? В конце концов, основы алхимии здесь преподавали тоже, хоть и с более теоретической точки зрения, нежели с практической, да и Юни казалось, что это не настолько связано с магией, как казалось. Она положила сумку на пол, как варварша, и взалилась на табурет, подпирая голову рукой. Ей не терпелось отсюда вырваться и побежать к лошадям и шпагам. Но пока, ей придётся полтора часа чесать репу и попытаться затолкать в голову всё, что она видела и слышала. Юни рисовала крольчат на обложке тетради, хоть учителю это и не нравилось. Но она продолжала изображать смешные заячьи мордашки — дома или прямо на уроке, пока никто не видит. Средних лет, с густой бородой преподаватель позвонил в железный колокольчик, и занятие началось. Указка поскрипывает по доске. Юни пишет, как можно аккуратнее, чтобы потом самой разобрать, что она имела ввиду. На математику всегда нужно было столько всего! Карандаш, циркуль, ластик, линейка, транспортир… Пьер помог ей с выбором, а Юмилия даже проспонсировала этот набор юного студента, что было с её стороны очень благородно. Но всё-таки, этим всем нужно уметь пользоваться, ещё и жонглировать всем, как артист! — Начертите в ваших тетрадях равнобедренный треугольник. Если сторона АВ равняется семи сантиметрам… «Семи сантиметрам… А это сторона тут сбоку, или которая нижняя?» — Юни подняла взгляд на доску, спешно копируя оттуда данные и быстро кладя линейку на парту, чтобы не мешалась. Да, фехтование нравилось ей больше. Или хотя бы история — там не нужен транспортир! Когда уже прозвенит колокольчик?..***
— Юни, сегодня будешь тренироваться в паре. Хотя тебе и повезло учиться у самого Пьера Д’Олле Скункса, нельзя же всегда сражаться против свинки… Ведь твоими противниками в основном будут люди, а не поросята. Занятия по фехтованию, к счастью, были сначала индивидуальными. Потом уже будут парные, затем групповые… Но Юни знала, что та пара, с которой она начнёт занятия, сохранится у неё до самого конца года, потому она надеялась, что Пьер выбрал хорошего кандидата. Ей бы не хотелось тренироваться с занудой. Пьер наконец потёр пятачок и вытянул копытце в сторону, и со скамьи, на которую Юни даже не подумала взглянуть, встал… Молодой человек, что Юния не видела прежде. Хотя, может видела? Ну не может она знать всю академию, хоть и жутко общительная — простите! — Юния Крол, это Квист Никулеску — ученик второго курса. Он будет твоим партнёром по фехтованию до конца этого года. Надеюсь, вы поладите. Хотя вам придётся… Он развёл копытами и дал ученикам взглянуть друг на друга. Квист высокий — вот, что первым делом бросилось в глаза Юни. Нос благородный, на голове подобие короны, одёжка явно из льна пошитая, а лицо спокойное, как у удава. И иностранец, точно иностранец — «Нету у нас таких фамилий», — про себя говорит Юни, расправив плечи и улыбнувшись, пытаясь произвести приятное впечатление. — Привет, Квист! Я Юния, но можешь звать меня Юни! По-деревенски простая она девчонка. Повезло юному принцу, что он не видел её ругающейся! Сколько она слов интересных знает, о-о-о… — Рад знакомству, Юни. С позитивной ноткой ответил он, оставаясь при этом каким-то… Непоколебимым? «Да-а-а, настоящая знать!», — выгнула брови Юни ловко вытащив из ножен шпагу. — Давай Пьер, командуй! — ждёт не дождётся Крол. — Юни, тебе бы сначала повежливее с преподавателем. Сейчас я для тебя Господин Скункс. Давай, становись в стойку. Юни мысленно передразнила его свинячье рыло. Да она всё это время называла его просто Пьером, а стоило прийти другому ученику, как он сразу Господином Скунксом стал! Вот тебе и дружба, ещё и выставил её хабалкой перед напарником… «Ой, идёт он в жопу! Нафуфырился». — Итак, сначала перемена позиций. Юни, ты — ведомая, а Квист — ведущий. Начинайте! Знакомое упражнение, однако Юни не приходилось ещё отрабатывать его… С людьми. Это вам не от свинюшки уклоняться, хотя как для поросёнка Пьер был очень даже хорош. Он — самый смелый свин, которого она видела, а видела она немало свиней — целое королевство. Юни чуть попятилась назад, пока Квист медленно шёл за ней. Секунда и… Толчок! И остриё тренировочной шпаги точно у груди Юни. Она отклоняется, пятится, пока ей чуть ли не на ноги ступают, и на втором тычке в неё попали. Да как точно и быстро попали! Квист — противник не из слабых, и Юни сразу стало это понятно… — Стоп! , — стукнул Пьер копытцами — А теперь разбираем и после меняемся…***
— Ну Пье-е-е-ер! , — захныкала Юни, приподняв голову к небу. — Юни, это решаю не я, не ной. — Пье-е-е-е-ер! — Юни, такое бывает. Мне и самому жаль, что тебя теперь будет обучать не лучший преподаватель фехтования в королевстве! Но повторюсь, я здесь не хозяин, и не мне указывать, кого ставить на чьё место. Тем более, благодаря снизившейся нагрузке, я смогу продолжить работу над некоторыми своими магическими исследованиями… — Только о себе и думаешь, свин! А вот бедняжка Ю-ю-юни будет учиться не у самого Пьера Д’Олле Скункса! , — попыталась она надавить на его гордость. — Ну, меня никто у тебя не отбирает вне занятий. Мы можем тренироваться индивидуально. Тем более, нового преподавателя ты даже в глаза не видела, может он не так уж и плох. В смысле, естественно он не лучше меня, но… Хотя бы дай ему шанс. Если он не будет соответствовать стандартам, то в любом случае надолго тут не задержится. Поэтому не раздувай из мухи слона, и помни, что самый сладкий поросёночек всегда готов помочь! Пьер прагматичен. И прав. Странно вот так брать нового преподавателя, когда вроде как расписание занятий учеников уже давно укомплектовано. Неужели он и впрямь настолько хорош, что они смогли встроить его в график так быстро? Но всё-таки… Почему это досталось именно Юни?! Хоть Пьер был и порой заносчивым кабанчиком, он — друг для Юни. Вместе они многое прошли, успели и поругаться, и обидеть друг друга, и усомниться в их планах сотни раз, однако для Юни, Пьер уже давно доказал свою преданность ей — тогда, когда обманул Рубрума и не стал умерщвлять Юни ради сотворения мести и нахождения какой-то правды, которая его горю вряд ли поможет. Ей нравилось просто быть с ним, как с приятелем и близким человеком, к тому же его способностям к преподаванию и фехтованию она доверяла. Сколько бы Пьер не кичился, навыки у него действительно отличные, и ему всегда было, чем поделиться с Юни. — Я знаю, Пьер… Но всё равно злюсь! Могли бы и у других учеников это поменять! Она скрестила руки на груди и нахмурила брови, явно показывая, насколько ей это не нравится, на что Пьер только развёл копытами. — Вопрос не ко мне. Мне и самому жаль, но опять же, ты, в отличие от остальных, в привилегированном положении. Не стесняйся обращаться! И будь умницей, не позорь меня перед новым учителем! Всё давай, дуй уже на занятие, опаздывать — некрасиво! — Да-да-а-а… Юни закатила глаза и смахнула с лица прядь волос, прощаясь с Пьером на сегодня. Её радовало то, что занятие вновь будет парным. Квист нравился ей… В каком-то из смыслов. Он явно большой трудоголик, при том не теряющий обаяния и духа приятельства — обычно ботаники скучные. И хоть Юни всё ещё сохраняла скептицизм по поводу загадочного нового преподавателя, которого вдруг взяли посреди года, она была из тех, кто всегда старался сохранять оптимизм, даже если ситуация — туши свет. Такое отношение спасало её не раз, так может действительно всё не так печально? Она вышла на улицу и внезапно обратила внимание на лёгкий ветерок, что прошёлся по её плечам, гладя, лелея. Юни чувствовала, словно ей снова четырнадцать, и она помогает Бате собирать урожай. Такое же яркое солнце, зелёная трава, запах деревьев и дуновения в лицо, и она счастлива, и ей хорошо. Порой она скучала по такой жизни — простой до одури и не требующей смелости. Но ей нравилось и в новой — она бы ни на что её не променяла. Не слишком ли она задумалась? Ей всё-таки пора. — Привет, Квист! Она помахала ему рукой. Он пунктуален, как и всегда — уже стоит средь кустов и скамей, ждёт напарницу. Квист ей помахал — не мог не — и Юни перевела взгляд на стоящего рядом с Квистом мужчину. Высокий, одежда тёмная, на лице странные голубые стекляшки, а на шее — шарф, хотя вроде и зимы не было, и холода. «Ого чудной…», — подумала про себя Юни, при этом выводы делать не спешила. Пьер вон, тоже чудак, каких поискать, а оказался очень полезным, и немного даже добрым. — О, наконец-то мы можем начать. Мужчина выпрямился, статно встал, гордо. Квист немного отошёл от него в сторону Юни, пытаясь создать некую субординацию, хотя его никто и не прогонял. Он чуть ли не плечо в плечо к Юни встал, но вовремя остановился, сохраняя дистанцию, не желая неловкости. — Приветствую! Я — ваш новый преподаватель фехтования. Знаю, что это всё неожиданно, я и сам в шоке… Но я надеюсь, мы поладим! Меня зовут Лололошка Глассгарф. Можете звать меня по имени, но на «Вы». Теперь вы. Он терпеливо и доброжелательно улыбнулся, пока Юни продолжала свой глубокий анализ. Больше всего покоя ей не давали голубые стекляшки, закрывавшие глаза, но она была не в том положении, чтобы спрашивать — оказывается, задавать вопросы в лоб — это не удел благородных дам, коей она себя и не считала, но находясь в рыцарской академии среди сыновей графов приходилось выучить пару строчек из книги по этикету. Да и не зря она тренировалась быть принцессой! До сих пор что-то помнит. «И сапоги у него видно прочные, в таких хоть в лес иди! Мне б такие, да по грибы…» — А… Юния Крол! , — поспешила она представиться в ответ, на что учитель кивнул. — Квист Никулеску, — а он немногословен… — Отлично! Госпожа Крол, господин Никулеску, начнём с выполнения атак и защит с ответом…
