Прошлое и будущее

Он в жизни Люциуса возник практически внезапно. Белокурый, прекрасный и высокомерный. Эльф, одним словом. С сообщением, что теперь они будут постигать великие знания. И вручил Люциусу лук. Вот честно, он понятия не имел, куда в расписании втиснуть этого родича с луком, мечом и книгами. Но Эльф успокоил, заявив, что заниматься они будут в ином пространстве с отличными от привычных Люциусу потоками времени. Придётся, правда, зелье пить, чтоб разное течение времени не повредило телу и разуму. — Сначала я должен быть уверен, что не отравлюсь, — заявил Люциус. Никаких договоров они пока не заключали. А так... Ну, эльф. В зеркале он точно такого же эльфа видел. Разве что глаза посимпатичнее. — А похож, — выдал эльф. — Меня зовут Келит. Здоровая осторожность всегда полезна. Он разлил зельн по бокалам и выпил первым. Люциус скептически рассмотрел свой бокал и решил не развивать конфликт. Выпил зелье и выжидающе посмотрел на Келита. — Договор, — сказал тот, вручая ему длинный свиток. — Кровью можно не расписываться. — Да я так-то не привык кровью разбрасываться, — ответил Люциус, изучая договор. Ничего принципиального нового в нём не было. Ну, помимо того, что он был на эльфийском. В диалектах Люциус пока не разобрался. Да и не уверен был, что оно ему нужно. Но сам договор типичный. Келит его учит всему, что Люциус должен знать, а тот особо на учителя не огрызается. Ничего такого дикого, типа, в течение обучения жизнь Люциуса принадлежит Келиту, не было. Просто последний мог по шее дать, если первый попытается убиться по неосторожности. Но тут Люциус возражений не имел. Договор был успешно подписан. Келит вручил Люциусу его экзеипляр. — Сегодня и начнём, — Келит взял его за запястье и они оказались на поляне с мишенями. — Эльфийский лук — это не то, к чему ты привык. Люциус с луком обращался на приличном уровне, но к идеалу не стремился. Некуда было знания применять особо. Да и некогда с этими ненормальными. Он себя самым умным не считал, но и противники не радовали. И если с Лордом понятно, он с катушек съезжает, Дамблдор-то о чём думает? Ещё немного — и магов Британии всерьёз воспринимать перестанут. Да ладно Дамблдор. Совет Лордов чем занят? Если подумать, то кто такой Альбус? Герой? Одного Тёмного Лорда победил. Так вот Люциус одолеет второго, и что? — Когда злой бываю, то краёв не вижу? — вмешался в его мысли голос Келита. — А если в ярость придёшь — все умрут? — И отправлюсь я в Азкабан с дементорами общаться, — пробормотал Люциус, рассматривая все поражённые мишени. — А это как? — Память предков, — Келит усмехнулся. — Сознательно точно не повторишь. Но в самом крайнем случае думай о чём-то нехорошем — и на рефлексах всех убьешь. — Хотелось бы сознательно. — Тогда отложи тяжкие думы и займись делом. — Я вряд ли смогу помочь отцу, — вырвалось у Люциуса. — Сам виноват. — Келит поморщился. — И ты это знаешь. Максимум, что можно сделать — это отправить его подальше. Желательно насовсем. Откат всё равно будет. А от местных законов убережешь. Отсеки от основного Рода, пока можно ещё, и прими младшим. Так он печать не получит. — Всё-то ты знаешь. — Надо до конца описание обряда читать, прежде чем брататься, — Келит вручил ему стрелу. — Мне объяснили ситуацию. Сосредоточься лучше на деле и отвлекись ненадолго. Люциус честно постарался, осваивая не совсем привычное оружие. И даже промахнулся всего несколько раз. — Неплохо, — похвалил Келит. — Ну, база у тебя хорошая. Так что всё получится. И женился бы ты поскорее. — Иначе случится что-то? — насторожился Люциус. За Нарциссу он кого угодно прибьёт. Это его цветочек ядовитый. — Сможешь сразу ей ключ от сокровищницы отдать и не надо будет фамильные драгоценности в чужой дом перетаскивать. — Не смешно. — Да кто смеётся? Я посмотрел тихонько. Не все эльфийки такие боевые. Можно её в договор включить. Уж лук и меч она осилит. В боевой магии натаскаю. — С чего такая щедрость? — Люциус натянул тетиву, концентрируясь на мишени. — Сам знаешь, драгоценности требуют особого отношения. — Келит вздохнул. — И не надо ревновать. У вас полноценная помолвка. Люциус и не ревновал. Зачем? Своей невесте он доверял и без помолвки. После занятий, отправив ей с домовиком зашифрованное письмо и очередной подарок, вызвал отца. Допустить его смерти или ареста он не мог. Но печать Предателя Крови на Роду не нужна была. Благо Келит расписал, как избежать этого. Для отца тоже. За предательство побратима тоже можно заполучить в ауру это «украшение». Абраксас Малфой должен умереть. Не будет у его детей дедушки. Только дальний родственник, которому, возможно, их и увидеть не придется. — Я отсеку тебя от Рода, — тихо проговорил Люциус. — И мне не жаль. С той самой минуты, как ты втянул меня в свои игры. Своего единственного сына и Наследника. Но ты мой отец. И я дам тебе шанс не стать Предателем Крови. Ты, кстати, знал, что побратимы отвечают друг за друга и нарушение этого правила также влечёт формирование Печати? Абраксас молчал. Можно было бы поспорить. Высказать всё, что он думает. Только вот Люциус наложил силенцио с самого начала. Да и говорил правду. Принять её сложно было. — После отсечения проведёшь ритуал раскаяния и, если магия Рода позволит, вернешься в Род, но уже младшей ветвью и с иным именем. А после исчезнешь из Англии. Впрочем, исчезнешь ты при любом исходе. — Люциус вздохнул. Он не хотел этого, но вариантов не было. Остальная «свита» Тома по факту обманута им. Они понятия не имели, что метка — вовсе не знак особого положения, а, по сути, рабское клеймо. И хоть сам по себе Том очарователен и харизматичен, Люциус был уверен, что без какого-то воздействия не обошлось. И, возможно, не со стороны Тома. Хотя это теперь не так важно. Ритуал отсечения от Рода сложен больше морально. Как бы Люциус неюи храбрился, а отречься от отца не так легко. Возможно, поэтому Родовая магия приняла раскаяние бывшего Главы, и в Род Малфой вошёл Мариус Малфой, представитель младшей ветви. В силе он просел хорошо, но остался жив, без Печатей и на свободе. — Тебя отправят подальше магловским транспортом, чтоб не отследили, — сказал Люциус и вышел из ритуального зала, не оборачиваясь. Так было нужно. Так правильно. И всё равно больно. В гостиной его ждала Нарцисса. — Иди ко мне! — Она усадила его рядом и крепко обняла. — Жалеть не буду. Но готова разделить все печали. Нарцисса поцеловала его. Впервые сама. — Нет, всё же я тебя люблю, — прошептал Люциус. — Давай поженимся? — Хоть сейчас. — Лучше через несколько дней. — Люциус поцеловал её в кончик носа. — Магия успокоится немного. Но могу завтра с эльфом познакомить. Будем вместе учиться полезным вещам. Хочешь? — Хочу, но ты уверен? Я же обязана быть истинной Леди Рода. — В Кодексе Малфоев про вышивку и сплетни ничего нет, зато написано, что супруга можно быть соратником и другом. — Дорогой, я тоже тебя люблю.