Впусти меня

Если вы думали, что глупые люди никогда не признают своих ошибок, позвольте представить вам человека, совершившего нечто ещё более нелепое. Закончить свою жизнь таким образом — это пример поступка, в который никто не мог поверить до этого момента. Всё началось с обычного человеческого взгляда — одни глаза случайно встретились с другими. Эта мимолётная встреча могла бы никогда не произойти, если бы Фил Лодж не зашёл в маленькую закусочную на Мэрил-стрит, недалеко от парковки, где его друг Стивен заправлял машину. Они приехали сюда из Понтиака, штат Мичиган, и пока Стивен возился с бензобаком, Фил решил перекусить. Он уверенно шёл к стойке, но вдруг машинально повернул голову — и увидел её. Девушка с глазами, как у Бэмби, тёплыми, как солнце Арубы. В тот миг он почувствовал, как что-то резко дрогнуло внутри, будто он неожиданно провалился в пропасть или сорвался с крутой горки. Она приблизилась, и у Фила всё сжалось: ладони вспотели, сердце бешено застучало. Он понял — с этого момента всё изменилось. А то чувство, которое он годами пытался подавить , теперь бушевало в нём, требуя: «Впусти меня!» Фил Лодж еще не растерял всего человеческого в себе — и этого хватило, чтобы произнести пару слов в сторону той, что пленила его сердце. Он редко говорил то, в чем не был уверен. Находчивый, привлекательный, с запасным планом в кармане (и в голове), он умел находить общий язык с кем угодно. Высокий, с каштановой растрепанной челкой и вечной полуухмылкой, Фил всегда пользовался успехом у девушек. Но сейчас ему пришлось изрядно попотеть, чтобы привлечь внимание этой— той, у которой, казалось, не было ни секунды лишнего времени. Фил не был из тех, кто верит в судьбу. Зато он верил в желание, способное перевернуть любые обстоятельства. На бейджике официантки красовалось имя — «Ливи» «Если сделать вид, что мы уже знакомы, познакомиться будет проще», — мелькнуло у него в голове. — Лив!— уверенно и громко бросил он, будто звал старого друга. Девушка вздрогнула, нахмурилась и медленно повернулась к нему. В ее взгляде читалось недоверие, даже легкая суровость. Она сделала шаг ближе — не от интереса, а скорее, чтобы дать понять: её это не радует. — Добрый день, мистер... — долгая пауза, явный намёк, что он должен представиться. — Фил. Мистер Фил,— бодро отозвался он. — Я думал, мы знакомы, Лив. Ну точно же, мы где-то встречались! Я вас помню. Только не говорите, что не узнаёте... — Вы ставите меня в неловкое положение, мистер Фил, — её голос звучал холодно. — Я вас не помню. И почти уверена, что не знаю. Она прищурилась и начала отстраняться, но Фил не сдавался. — Ладно, допустим, вы меня не знаете. Но сейчас вы портите нашу первую встречу. — Он улыбнулся, ловя её реакцию. — Да, мы не знакомы в этой жизни. Зато в прошлой — наверняка. И, возможно, встретимся ещё раз — в будущей. И тут он увидел: Уголки её губ дрогнули. Потом — чуть приподнялись. На щеках обозначились ямочки, а в тёмных глазах вспыхнул блеск. Фил поймал себя на мысли, что первые за долгие годы нервничает. Ладони стали липкими, а в груди — та же странная дрожь, будто он неловко спрыгнул с подножки движущегося поезда. «Чёрт, да она всего лишь официантка. Ты же не школьник»,— прошипел внутренний голос. Но это была неправда. Ливи стояла в трёх шагах, перекладывая стопку меню, и даже её обыденные движения казались ему отточенными, как танец. — Лив!— его голос прозвучал громче, чем планировалось. Она обернулась, и Фил увидел момент замешательства— бровь дёрнулась, губы сжались. Не страх, а настороженность, словно перед ней внезапно выросла табличка «Осторожно: странный тип». Он мог бы извиниться. Но вместо этого включил режим «старой лисы»— тот самый, что выручал его в десятках переговоров. — Лив! — широко улыбнулся он, делая шаг вперёд. — Я только что осознал потрясающую вещь: мы с вами уже знакомы. Её пальцы сжали край меню. »Бинго. Зацепило». — Вы... уверены? — Ливи прищурилась, и Фил заметил, как солнечный свет из окна играет в её ресницах. — Абсолютно. В прошлый раз вы спасли меня от кофейной катастрофы— я чуть не пролил эспрессо на белые штаны. Вы подали салфетку и не засмеялись. Героиня. Ложь. Грубая, наглая, но... Уголки её губ дрогнули «Ещё немного». — Мистер Фил, — она перекрестила руки на груди, но голос уже потерял ледяную остроту, — если я вас «знаю», то почему вы называете меня Лив, а не Ливи? Фил почувствовал, как адреналин ударил в виски. — Потому что Лив— это секретная версия вас, — он понизил голос, будто делился тайной. — Для избранных. Тишина. Потом — смешок. Короткий, сдавленный, но настоящий. — Вы невозможны, — прошептала она, но тень улыбки уже жила у неё на лице. Вечер опустился на Мериал-стрит, и закусочная, где Фил впервые увидел Ливи, теперь была пуста. Вывеска мигала разбитым неоном, внутри горела одна тусклая лампочка, отбрасывая длинные тени. Бармен уже ушел, оставив грязные стаканы на стойке. Фил сидел в углу, перед ним — четвертый стакан виски. Он больше не чувствовал жжения в горле, только тяжесть, будто внутри него оседал свинец. — Она даже не пришла...— прошептал он, сжимая пустой стакан. Лив сказала, что работает до закрытия. Но сегодня ее не было. Может, она просто избегала его? Может, она смеялась где-то с другим, тем, кто не был таким дураком, как он? Дверь скрипнула. Фил поднял голову. В проеме стоял старик в потертом костюме. Невысокий, сгорбленный, но в его глазах было что-то... слишком живое. — Место свободно?— спросил старик, улыбаясь. Фил махнул рукой. — Всё свободно. Тут вообще никого нет. Старик подошел и сел напротив. Его пальцы, длинные и узловатые, постукивали по столу. — Ты выглядишь так, будто потерял что-то важное. Фил хмыкнул. — Ага. Себя. Старик рассмеялся — звук был похож на скрип ржавых петель. — Я могу вернуть тебе не только себя. Я могу дать тебе всё, что ты захочешь. Фил прищурился. — Ты кто, Санта-Клаус? — Ближе к истине, чем ты думаешь. Старик наклонился вперед, и в его глазах что-то вспыхнуло— на секунду зрачки стали вертикальными, как у кошки. — Девушка с глазами, как у Бэмби? Да. Богатство? Власть? Бессмертие? Всё это можно устроить. Фил почувствовал, как холодная дрожь пробежала по спине. — А цена? Старик улыбнулся. — Ты будешь работать на меня. Жить в этом городе. Находить... клиентов. Тех, кто отчаялся. И заключать с ними сделки.* — Какие сделки? — Обычные. Они просят — ты даешь. А потом забираешь то, что обещал. — И если они не выполнят условия? Старик провел пальцем по горлу. — Тогда ты забираешь их. Навсегда. Фил засмеялся. — Ты серьезно? Ты предлагаешь мне стать... каким-то демоном-коллектором? Старик наклонился еще ближе. — Ты уже мертвец, Фил. Ты просто еще не понял. Фил хотел рассмеяться, но вдруг вспомнил. Выстрел. Холод. Темнота. Он не вернулся в тот вечер к Стивену. Он не дошел до машины. Где-то в переулке за закусочной лежало тело с дырой в виске. — ..Что со мной?— прошептал он. Старик положил перед ним зеркальце. Фил посмотрел. Его отражение было,но... Оно не дышало. Глаза были пусты. — Ты теперь мой.— сказал старик. — Но у тебя есть выбор. Или вечно скитаться в темноте... или стать тем, кто диктует правила. Фил медленно кивнул. — Я выбираю сделку. Старик протянул руку. — Тогда пей. На столе появился стакан с темной жидкостью. Фил поднес его к губам. Это была кровь. Он выпил. И мир перевернулся. —Не стоило приезжать сюда Фил Лодж, теперь ты демон-искуситель и у тебя много работы.